16
не выжить. Во всех культурах на этом этапе меняются пантеоны: Богиня-Мать
уступает место верховному Богу-мужчине.
В это время формируются две основные стратегии жизни традиционного
общества: кочевое скотоводство и оседлое пашенное земледелие. С вариациями
стратегия пашенного земледелия просуществовала в Западной Европе до XIX
века – первой половины XX века. В обеих хозяйственных стратегиях
«мужская» работа находилась вне сферы дома: мужчина растил скот, пахал
землю. Но продукты скотоводства и земледелия обрабатывали женщины:
создавали одежду из шерсти, продукты питания из молока (у кочевников-
скотоводов), превращали зерно в хлеб (у земледельцев). Мужчине было так же
сложно выжить без женщины, как и женщине без мужчины. Но если случалось
так, что семья оставалась без «главы» мужского пола, то клан могла возглавить
женщина. Если имела место экстремальная ситуация (например, война) и
мужчины физически отсутствовали, то женщины выполняли «мужскую»
работу, чтобы выжить.
«Мужская» работа считалась более значимой, потому что приносила в
дом «добычу» в материальном выражении, а женщина воспринималась, скорее,
как элемент хозяйства, предмет собственности, дополнение к мужчине-
добытчику. Чтобы обеспечить выживание сообщества, население должно
воспроизводиться, но только женщины могут родить ребенка в силу своих
биологических особенностей, поэтому их всячески привязывали к мужчине – в
первую очередь, экономически.
По мере возрастания производительности труда происходило
накопление собственности. Имущество передавалось по мужской линии, так
что доля женщины, не вышедшей замуж, была незавидной: или идти в
монастырь, или жить «нахлебницей» в семье брата/сестры, создавших семью.
Чуть легче, чем «старой деве», приходилось вдове, но и она не могла
рассчитывать на полную самостоятельность: ее опекали родственники, община,
а если она снова выходила замуж, то в большинстве случаев ее собственностью
распоряжался новый муж.
17
Эпоха пашенного земледелия как основной стратегии
жизнедеятельности в Европе закончилась с развитием машинного производства
и переходом к индустриальному обществу в XIX веке. Если рассматривать
территорию Российской Федерации, то, несмотря на существование
мануфактур, а затем фабрик и заводов в царской России, основная часть
населения оставалась крестьянами. Это позволяет говорить о существовании на
территории РФ аграрного общества вплоть до начала сталинской
индустриализации в 1930-х годах (а может, и до 1950-х годов, учитывая, что
Вторая мировая война отбросила индустриальное развитие СССР на несколько
десятилетий назад).
С началом становления индустриального общества мужчины, которым
не хватало дохода с земли, стали уходить на отхожие промыслы зимой, когда
не было работы по хозяйству, или вообще переселяться в города в поисках
работы. В большинстве случаев выходцы из деревни не имели серьезного
образования и трудились на производстве, которое требовало физической силы
и выносливости. Их жены тоже могли работать, но внутрисемейную нагрузку с
них никто не снимал: домашняя сфера по-прежнему считалась женской.
Зачастую работающая жена воспринималась как показатель неспособности
мужчины обеспечить свою семью. По словам Элис Кесслер-Хэррис,
сложившиеся представления о том, что место женщины – у домашнего очага,
способствовали тому, что женская зарплата воспринималась лишь как
дополнение к зарплате ее мужа. Женщин не обучали, не продвигали по
карьерной лестнице, им платили меньше, чем мужчинам-рабочим. Не только
работодатели, но и сами женщины считали свою работу временным занятием
(пока женщина не выйдет замуж, а замужняя не родит ребенка, или ее муж не
станет зарабатывать достаточно для того, чтобы жена не работала) [34]. Именно
поэтому женщины не боролись за свои права, улучшение условий труда и
увеличение зарплаты, а женские профсоюзы практически не создавались.
Индустриальное общество развивалось благодаря наращиванию
производственных мощностей, и в середине 1970-х годов по всем развитым
18
странам прокатилась волна кризиса перепроизводства, осложненного
проблемами с сырьем и энергетическими ресурсами. Выяснилось, что вложение
капитала в «традиционные» отрасли производства дает меньшую отдачу, чем в
новые информационные технологии. В 1973 году профессор Гарвардского
университета Дэниел Белл в своей книге «Грядущее постиндустриальное
общество» обосновал концепцию перехода от индустриального к
постиндустриальному, информационному обществу. Главным ресурсом
производства стала уже не земля (как в аграрном обществе), не ресурсы и сырье
(в индустриальном), а информация и новые технологии.
В постиндустриальном обществе возрастает роль человеческого
фактора. Теперь на производстве уже не требуется большой физической силы –
«нажимать на кнопки» с одинаковым успехом может как мужчина, так и
женщина. Большая часть населения работает в сфере обслуживания, которая
считается преимущественно «женской», традиционно «мужской» работы
остается все меньше. На рынке труда в большинстве европейских стран и США
мужчин и женщин становится примерно поровну. Значительное влияние в этом
отношении оказало феминистское движение 1960-х годов, одним из ключевых
требований которого был выход женщин на рынок труда. На первый взгляд,
если и женщины, и мужчины могут одинаково успешно справляться с
большинством современных рабочих обязанностей, то проблема с разделением
труда в постиндустриальном обществе должна быть решена. Но не все так
просто.
Женщины вытесняются в непрестижные низкооплачиваемые сферы под
тем предлогом, что они недостаточно умны для «высокотехнологической»
работы, – то есть начинается новый виток разделения работы на «женскую» и
«мужскую», хотя внутрисемейная работа по-прежнему ложится
преимущественно на плечи женщин. Одной из характеристик рынка труда в
современных реалиях является так называемая гендерная сегрегация –
неравенство мужчин и женщин на рынке труда, а также неравномерное
распределение их по разным профессиям и отраслям. И почему-то женщины,
19
как правило, сосредоточены в тех профессиях, которые оплачиваются хуже
(сфера обслуживания, образование и т. п.). Горизонтальной называют
гендерную сегрегацию по профессиям или видам деятельности, но существует
и вертикальная – она предполагает, что на более высоких должностях
преобладают мужчины, а женщины зачастую остаются не более чем рядовыми
сотрудниками. С явлением вертикальной гендерной сегрегации неразрывно
связано понятие «стеклянного потолка»: невидимого и формально никак не
обозначенного барьера, ограничивающего продвижение женщин по служебной
лестнице (термин заимствован из американского менеджмента).
Наиболее распространенные объяснения существования этого
феномена:
– мужчина в силу разных причин считается более ценным работником и
лучшим кандидатом на повышение, чем женщина;
– предполагается, что женщины будут плохими начальницами из-за
природной мягкости характера, а проявляющих лидерские и волевые качества,
называют «мужиком в юбке»;
– некие неписанные нормы закрепляют руководящие должности за
мужчинами, порой просто в силу привычки назначают мужчин, а не женщин;
– в пределах одного предприятия рабочие места негласно делятся на
«мужские» и «женские»: «мужские» предполагают быстрое продвижение по
службе, а женщинам просто не поручают заданий, выполняя которые можно
проявить себя, приобрести опыт, необходимый для служебного роста;
– обязанности по отношению к семье мешают женскому карьерному
росту: ей проблематично дополнительно поработать в выходные, остаться
сверхурочно, заняться самообразованием – у нее меньше свободного времени
из-за сдвоенной нагрузки;
– даже если женщина с детьми работает хорошо, работодатель относится
к ней с предубеждением: он не считает, что она вкладывается в работу
полностью.
20
Итак, существование гендерной сегрегации обеспечивается различными
механизмами. Во-первых, существенную роль играют стереотипы («место
женщины – у плиты», «женщины не разбираются в технике» и т. п.), а также
социализация людей в обществах, которые этими стереотипами оперируют. Эти
стереотипы являются самоподдерживающимися, потому что создаются и
транслируются как в СМИ, так и в сознании людей и взаимно влияют друг на
друга.
Например, под воздействием стереотипа, что «женщины в технике не
разбираются», молодые девушки не рискуют выбирать для своей будущей
карьеры технические профессии, хотя эти профессии могут оплачиваться
намного лучше, чем, например, профессия педагога, филолога – традиционное
«прибежище» женщин. Это же относится и к программированию: на слуху
стереотип, что «программирование не женское дело, потому что у женщины по-
другому устроен мозг» – но ведь в СССР программирование считалось как раз
таки женской профессией.
Другой механизм поддержания гендерной сегрегации – сдвоенная
нагрузка на женщину: даже работая в публичной сфере (в школе, на заводе, в
фирме), она не освобождается от обязанности выполнять работу по дому, тогда
как мужчина все теми же представлениями о «женском предназначении» от
этой обязанности избавлен.
Двойная нагрузка была особенно актуальна для женщин Советского
Союза, которые должны были и работать, и отвечать за семью (об этом пишут
исследовательницы Елена Здравомыслова и Анна Темкина), но двойная
нагрузка существует и во многих других обществах. Анализируя труды
американской марксистской исследовательницы Харди Хартманн, Елена
Мезенцева показывает, насколько тесно связанными оказываются гендерная
сегрегация на рынке труда и двойная нагрузка и как эта связь приводит к своего
рода замкнутому кругу для женщин: поскольку мужчины справляются с
жесткой конкуренцией на рынке труда успешнее женщин, те вытесняются с
престижных высокооплачиваемых рабочих мест, что приводит к
21
экономической зависимости женщины в семье. Меньший заработок женщины
позволяет мужчине-«кормильцу» самоустраниться от воспитания детей и
работы по дому, а женщина не может от них отказаться – зарабатывая меньше,
она не имеет равного с мужчиной права голоса. Чем больше загрузка женщины
дома, тем меньше времени и сил остается у нее для работы и повышения
квалификации, тем она менее конкурентоспособна на рынке труда. Круг
замыкается.
Что же получается: практически в любой стране мужчины и женщины
имеют разные возможности для трудоустройства, они устраиваются на разные
рабочие места, к ним предъявляют неодинаковые требования и платят
неравную зарплату – согласно статистике, женщины (как группа) зарабатывают
на 20% меньше мужчин. Чем можно объяснить такое положение вещей?
Наиболее распространены следующие варианты объяснения различий в
оплате труда для мужчин и женщин:
– женщины часто заняты на «женских» работах, за которые платят
меньше, чем за «мужские», так как считается, что «женские» работы более
легкие, хотя зачастую это не верно;
– женщине, занимающей аналогичную с мужчиной должность, платят
меньше, потому что мужчина считается более ценным сотрудником: даже если
это не так, чтобы это доказать, женщине недостаточно сделать работу на том же
уровне, что и мужчине, – его нужно значительно превзойти;
– работодатель имеет некие негативные представления о женщинах
вообще и распространяет их на конкретную женщину – поэтому ценит ее труд
меньше мужского;
– мужчины в большинстве случаев развивают качества и приобретают
навыки, которые помогут им стать более успешными на рынке труда, то есть
инвестируют в свой профессиональный «человеческий капитал», в то время как
женщины склонны развивать качества, которые повысят их компетентность в
нерыночных сферах (домашнее хозяйство, воспитание детей);
22
– из-за опасений, что высокооплачиваемая работа потребует
перераспределения сил и внимания в ущерб дому и семье, работающие
женщины чаще склонны оставаться на низкооплачиваемых должностях;
– женщины зарабатывают меньше, потому что у них ниже уровень
притязаний и они готовы работать за меньшие, чем мужчины, деньги, им
сложнее напрямую обсудить с работодателем повышение зарплаты.
Помимо проблем, связанных с гендерной сегрегацией, на положение
женщин на рынке труда оказывает влияние и гендерная дискриминация со
стороны работодателя. Хотя во многих странах дискриминация работников по
признаку пола формально запрещена, в Интернете нередко можно увидеть
объявления с предложением работы, где четко обозначен пол желаемого
работника и его возраст: чаще всего в таких объявлениях ищут женщин для
работы в сфере обслуживания (консультанток, официанток, сервисные службы
и т. д.), а мужчин – для работы в сфере строительства, промышленного
производства и высоких технологий.
Дискриминация женщин на рынке труда проявляется не только при
приеме на работу, но и при оплате труда. Никого из людей, работающих в
сфере промышленного производства, не удивит, что на одной и той же
должности на заводе к мужчине и женщине предъявляют разные требования и
платят разную зарплату: подразумевается, что женщина выполняет свои
служебные обязанности и на этом все, мужчине же часто поручают
дополнительную работу, за что, соответственно, и платят больше, чем женщине
на такой же должности. Также дискриминация женщин имеет место и при
сокращении персонала [17].
Характерно, что даже если работодатели не акцентируют внимание на
половой принадлежности как важном критерии при выборе будущего
работника, многие из них склонны субъективно воспринимать женщину, как
нежелательную работницу, которая обязательно или выйдет замуж, или
забеременеет, или уже имеет ребенка, о котором нужно заботиться – все это,
конечно же, в ущерб производственному процессу.
23
1.2. Особенности и проблемы женского коллектива
Рассматривая особенности и проблемы, имеющие место в женском
коллективе, следует вначале остановиться на психологическом портрете
женщины, занятой в производственной деятельности, и уяснить некоторые
отличительные особенности ее личностных свойств, которые включают, но не
ограничиваются следующими [22]:
− Интеллектуальные возможности – довольно высокие, женщины
способны успешно овладевать знаниями в различных областях, причем их
мышление имеет ярко выраженную практическую направленность и при
решении проблем они стараются ориентироваться на здравый смысл.
Преимущественное значение для принятия решения имеют реальные факторы –
им женщина порой склонна доверять больше, чем собственной интуиции.
Несколько настороженное отношение к новым идеям – новшество принимается
и внедряется лишь после скрупулезной оценки всех «за» и «против». В то же
время женскому интеллекту не всегда хватает гибкости и оперативности в
подборе наиболее оптимального из практических решений.
− Эмоциональная устойчивость – средняя: женщины склонны
эмоционально реагировать на довольно широкий спектр ситуаций. Способность
дать происходящему объективную оценку, рационально объяснить свои
переживания и чувства активизируется чаще в тех видах деятельности и
конкретных ситуациях, которые хорошо известны и протекание которых они
могут более или менее успешно спрогнозировать. Возникающие препятствия
воспринимаются в основном как преодолимые, но для выбора нужной
стратегии и поиска адекватных средств достижения цели приходится
предпринимать дополнительные усилия и затрачивать определенное время.
Критика вызывает более или менее выраженное раздражение, признание
собственной вины сочетается со склонностью обвинять других.
– Склонность к риску – избирательная: женщины обычно рискуют
взвешенно, преимущественно тогда, когда успех достижим, и достижим в
недалекой перспективе. Склонность к риску у разных женщин проявляется по-
24
разному и зависит от их семейного положения и финансовой
самостоятельности. Неудачи воспринимаются крайне болезненно, они могут
негативно сказаться на настроении женщины, поколебать ее уверенность в себе,
в запасе сил, снизить чувство собственной значимости.
– Стабильность поведения – средняя: в поведении женщин
сосуществуют такие, казалось бы, не сочетаемые черты, как здравомыслие,
рационализм, ориентация на успех, некоторая эмоциональная стабильность и
склонность к импульсивным реакциям. В какой-то момент регулирующая роль
собственной воли и общепринятых норм и правил может ослабевать, тогда
женщина начинает строить свое поведение и взаимоотношения с
окружающими людьми, ориентируясь на сиюминутные желания и побуждения,
доминирующие в данный момент.
– Коммуникативный потенциал – достаточно высокий: женщины
обычно хорошо умеют найти общий язык с окружающими, общение доставляет
удовольствие и часто служит основным средством решения как личных, так и
производственных вопросов. Но при общении женщин с большой аудиторией
или при необходимости вести переговоры с авторитетными людьми могут
возникать сложности: женщины чувствуют себя несколько неуверенно, им
нужно время и усилия, чтобы взять себя в руки.
– Уровень доверия – средний: в целом женщины относятся к людям
доброжелательно, но нередко ощущается некоторая настороженность.
Женщины разбираются в людях довольно тонко, их коммуникативную
компетентность значительно повышает то, что для оценки людей они
ориентируются не только на демонстрируемые реакции, поступки, но и
стараются определить мотивы действий. Однако женщинам не всегда хватает
гибкости в общении: они недостаточно быстро могут перестроить стиль
межличностного взаимодействия в соответствии с изменившейся ситуацией из-
за приверженности к коммуникативным стереотипам.
– Лидерский потенциал – умеренный: в наибольшей степени качества
лидера раскрываются в хорошо знакомых, привычных видах деятельности,
25
потому что для них уже выработаны определенные принципы и формы
взаимодействий. Женщины обычно не склонны проявлять самостоятельность в
принятии решений, в ситуациях выбора в ответственные моменты они
предпочитают разделять ответственность с другими людьми, учитывают не
только свою точку зрения, но и принимают во внимание позицию группы.
Женщины интуитивно продолжают стремиться к защищенности, они внутренне
нуждаются в социальной опоре, даже имея достаточную уверенность в себе и
проявляя внешнюю активность. Окружающие люди, разделяющие с ними
проблемы, дают им чувство защищенности, таким образом в значительной
степени нивелируя последствия эмоционального стресса.
– Целевые жизненные установки – выраженная ориентация на
материальную обеспеченность и, в идеале, активная жизненная позиция. Важен
баланс между такими качествами, как рационализм, твердая воля,
эффективность в делах, самоконтроль, и терпимостью, чуткостью,
аккуратностью и исполнительностью.
Итак, женщина и сама по себе – персона в психологическом плане
довольно-таки сложная, тем более что каждой женщине присущ уникальный
набор личностных качеств, так или иначе проявляющихся при общественном
взаимодействии. Для женщины, занятой в производственной деятельности,
основным видом взаимодействия, кроме внутрисемейного, является
взаимодействие в рабочем коллективе, таким образом, от взаимоотношений в
коллективе зависит очень многое в ее оценке удовлетворенности от работы и
жизни в целом.
При правильном построении взаимоотношений в коллективе
возникающие проблемы разрешаются быстрее и эффективнее, благоприятный
климат, базирующийся на дружеских и ровных отношениях с коллегами,
способствует более плодотворной работе. Сложность в том, что в коллективах,
где подавляющее большинство сотрудников одного пола, особенно – женского,
ссоры и противоречия возникают гораздо чаще, чем в коллективах с
разнополым составом.