76
должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего
исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.
Кредитор вправе требовать уплаты неустойки, определенной законом (законной
неустойки), независимо от того, предусмотрена ли обязанность ее уплаты
соглашением сторон.
Согласно п.7.1 договора в случае неисполнения или ненадлежащего
исполнения взятых на себя обязательств сторона, не исполнившая своих
обязательств или ненадлежаще исполнившая свои обязательства, обязана
уплатить другой стороне предусмотренные законодательством неустойки
(штрафы, пени).
В случае нарушения предусмотренного договором срока передачи
участнику долевого строительства объекта долевого строительства застройщик
уплачивает участнику долевого строительства неустойку (пени) в размере одной
трехсотой ставки рефинансирования Центрального банка Российской
Федерации, действующей на день исполнения обязательства, от цены договора
за каждый день просрочки. Если участником долевого строительства является
гражданин, предусмотренная настоящей частью неустойка (пени) уплачивается
застройщиком в двойном размере
1
.
Так как по условиям договора застройщик должен был передать участнику
объект долевого строительства не позднее 31 июля 2015 года, однако исполнил
предусмотренную договором обязанность только 01 сентября 2015 года, то
периодом просрочки исполнения обязательства является время с 01 по 31 августа
2015 года включительно и составляет 31 день. В то же время, представитель
ответчика просит уменьшить размер неустойки. В силу положений ст.333 ГК РФ
если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения
обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. По смыслу названной нормы
закона уменьшение неустойки является правом суда.
1
Решение Новоуренгойского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа № 2-4006/2016 2-
4006/2016~М-4161/2016 М-4161/2016 от 4 октября 2016 г. по делу № 2-4006/2016 [Электронный ресурс]: Режим
доступа: https://sudact.ru/regular/doc/UiPyNtyZVxoP/?page=4®ular-court=®ular-date_from (Дата обращения
20.01.2020)
77
Согласно позиции Конституционного Суда РФ, выраженной в п.2
Определения от 21.12.2000 г. № 263-О
1
, положения п.1 ст.333 ГК РФ содержат
обязанность суда установить баланс между применяемой к нарушителю мерой
ответственности и оценкой действительного, а не возможного размера ущерба.
Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее
чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является
одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены
против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то
есть, по существу, - на реализацию требования ч.3 ст.17 Конституции РФ,
согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не
должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в ч.1 ст.333 ГК
РФ речь идет не о праве суда, а, по существу, о его обязанности установить
баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой
действительного (а не возможного) размера ущерба.
Применение ст.333 ГК РФ по делам о защите прав потребителей возможно
в исключительных случаях и по заявлению ответчика с обязательным указанием
мотивов, по которым суд полагает, что уменьшение размера неустойки является
допустимым. Критериями для установления несоразмерности в каждом
конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки;
значительное превышение суммы неустойки над суммой возможных убытков;
длительность неисполнения обязательства и другие обстоятельства.
В частности, определяя размер неустойки, суд учитывает количество дней
просрочки, а также то обстоятельство, что профессиональная деятельность
ответчика затрагивает законные интересы многочисленных граждан –
инвесторов, поэтому стабильность его деятельности на рынке инвестиционного
строительства напрямую зависит от финансового положения застройщика, что,
безусловно, заслуживает интереса.
1
Определение Конституционного Суда РФ от 21.12.2000 № 263-О [Электронный ресурс]: Режим
доступа: https://legalacts.ru/doc/opredelenie-konstitutsionnogo-suda-rf-ot-21122000-n-263-o-ob/ (Дата обращения
25.12.2019)
78
Суд, с учетом обстоятельств дела, сроков нарушения обязательства,
принимая во внимание отсутствие противоправных действий ответчика,
направленных на нарушение и преднамеренное затягивание срока передачи
объекта долевого строительства, добросовестность ООО «Производственная
фирма «ВИС», предпринявшего меры к уведомлению истицы о готовности
объекта к передаче и непосредственно к передаче объекта долевого
строительства истице сразу после получения разрешения на ввод объекта в
эксплуатацию, учитывая отсутствие каких-либо негативных последствий для
истицы вследствие нарушения сроков передачи объекта долевого строительства,
незначительное количество времени, прошедшее с момента заключения
договора долевого участия до момента получения истицей квартиры по
договору, учитывая, что по смыслу закона неустойка носит компенсационный
характер и не может являться способом обогащения одной из сторон, признает
размер неустойки, заявленный Сытюк Т.Н., чрезмерным и явно несоразмерным
последствиям нарушения обязательства и считает возможным снизить ее размер
до 20 000 рублей, полагая, что данный размер неустойки является достаточным,
в полной мере защищающим интересы истицы и соответствующим принципам
баланса интересов, разумности и справедливости. В остальной части требования
о взыскании неустойки удовлетворению не подлежат.
Суд решил взыскать с ООО «Производственная фирма «ВИС» в пользу
Сытюк Т.Н. неустойку в сумме 20 000 рублей, компенсацию морального вреда
1 000 рублей, штраф в размере 10 500 рублей. В удовлетворении требований
Сытюк Т.Н. к ООО «Производственная фирма «ВИС» в оставшейся части было
отказано
1
.
Аналогичные выводы отображены в Решении Новоуренгойского
городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа № 2-3892/2016 2-
3892/2016~М-4060/2016 М-4060/2016 от 28 сентября 2016 г. по делу № 2-
1
Решение Новоуренгойского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа № 2-4006/2016 2-
4006/2016~М-4161/2016 М-4161/2016 от 4 октября 2016 г. по делу № 2-4006/2016 [Электронный ресурс]: Режим
доступа: https://sudact.ru/regular/doc/UiPyNtyZVxoP/?page=4®ular-court=®ular-date_from (Дата обращения
20.01.2020)
79
3892/2016
1
и Решении Новоуренгойского городского суда Ямало-Ненецкого
автономного округа № 2-3190/2016 2-3190/2016~М-3280/2016 М-3280/2016 от
15 августа 2016 г. по делу № 2-3190/2016
2
. Анализ дальнейшей деятельности
ООО «Производственная фирма «ВИС» показал, что в договорной работе и при
исполнении обязательств со стороны ООО «Производственная фирма «ВИС» не
происходило нарушений принципов добросовестности и справедливости, что
подтверждается отсутствием материалов судебной практики после вынесения и
исполнения вышеуказанных судебных решений.
Проведя анализ материалов судебной практики по вопросам реализации
принципов добросовестности и справедливости на примере ООО
«Производственная фирма «ВИС», мы можем сделать следующие выводы.
Во - первых, понимание добросовестности в науке и правоприменительной
практике значительно отличаются. И конечно, в правовом значении морально-
нравственные начала в понятии «добросовестное поведение» хоть и
присутствуют, но имеют далеко не самое первоочередное значение. Здесь все
зависит от тех действий, которые совершают стороны по отношению друг к
другу, от их предусмотрительности и своевременности принятия таких правовых
мер и средств, которые позволят им в случае спора воспользоваться защитой,
предлагаемой им закрепленным в ГК РФ принципам добросовестности и
обезопасить свои права и законные интересы от противоправных посягательств.
Во - вторых, принцип справедливости в большинстве случаев находит
отражение при разрешении споров, связанных с определением размера
ответственности за гражданские правонарушения, и в первую очередь, при
нарушении исключительных прав. При этом необходимо отметить, что суды, как
правило, не раскрывают, как принцип справедливости должен проявляться в
1
Решение Новоуренгойского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа № 2-3892/2016 2-
3892/2016~М-4060/2016 М-4060/2016 от 28 сентября 2016 г. по делу № 2-3892/2016 [Электронный ресурс]: Режим
доступа: https://sudact.ru/regular/doc/TWxHoscWnTQT/?page=4®ular-court=®ular-date_from=®ular- (Дата
обращения 20.01.2020)
2
Решение Новоуренгойского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа № 2-3190/2016 2-
3190/2016~М-3280/2016 М-3280/2016 от 15 августа 2016 г. по делу № 2-3190/2016 [Электронный ресурс]: Режим
доступа: https://sudact.ru/regular/doc/9QG6fN64iHlZ/?page=4®ular-court=®ular-date_from (Дата обращения
20.01.2020)
80
конкретных правоотношениях, а лишь цитируют ту или иную гражданско-
правовую норму, в которой содержится термин «справедливость».
В - третьих, полагаем, что судам следует придавать большее значение
принципу справедливости и определять границы дозволенного поведения
участников правоотношений с учетом конкретной ситуации, руководствуясь при
этом вышеуказанным принципом. Участники гражданского оборота должны
руководствоваться принципом справедливости при осуществлении всех своих
прав и обязанностей, а также использовать данный принцип в целях
аргументации своей позиции по делу в рамках рассмотрения спора в суде.
3.3 Направления совершенствования регулирования принципов
добросовестности и справедливости в российском гражданском праве
Гражданское законодательство РФ не определяет четкого содержания
добросовестного (недобросовестного) поведения, это понятие относится к числу
«каучуковых», оценочных в праве. Исследуя оценочный характер понятия
«добросовестность», М. Ф. Лукьяненко приходит к выводу, что в науке
гражданского права выделяются такие признаки добросовестности, как
честность, искренность, сознательность, старательность, аккуратность в
исполнении гражданско-правовых обязательств
1
. Как видно, все эти
характеристики отражают моральное содержание принципа добросовестности.
Цивилистическая наука выработала понимание добросовестности в двух
смыслах: объективная добросовестность и субъективная добросовестность.
Так, И. В. Новицкий пишет: «Многочисленные случаи, когда гражданско-
правовые нормы прямо или косвенно привлекают начало доброй совести, могут
быть сведены к двум основным категориям. В одних случаях добрая совесть
1
Лукьяненко М.Ф. Оценочные понятия гражданского права: разумность, добросовестность,
существенность [Электронный ресурс]: Режим доступа: http://lawlibrary.ru/izdanie2143996.html (Дата обращения
25.12.2019)
81
выступает в объективном значении, как известное внешнее мерило, которое
принимается во внимание законом, судом, применяющим закон, и которое
рекомендуется членам гражданского оборота в их взаимных сношениях друг с
другом. В других случаях принимается во внимание добрая совесть в
субъективном смысле, как определенное сознание того или иного лица, как
неведение некоторых обстоятельств, с наличностью которого закон считает
возможным связать те или иные юридические последствия»
1
.
Иными словами, говоря о субъективной добросовестности, имеется ввиду
реализованная в законодательстве формула «не знал и не должен был знать»
(либо - «не знал и не мог знать»), как обстоятельство «излечивающее»
«порочные» отношения. В качестве примера можно привести нормы ст.302 ГК
РФ об истребовании имущества от добросовестного приобретателя, нормы
ст.234 ГК РФ о добросовестности как условии приобретения права
собственности на имущество по приобретательной давности.
Объективная добросовестность в свою очередь заключается в
установлении обязанности участников гражданского оборота действовать при
осуществлении своих прав и обязанностей добросовестно (п.3 ст.1), а также в
запрете заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав
(злоупотребления правом), закрепленного в п.1 ст.10 ГК РФ.
Добросовестность в этом смысле понимается как стандарт поведения
«среднего», «абстрактного» участника оборота: в соответствии с абз. 3 п.1
Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 25 оценивая действия сторон
как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения,
ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и
законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в
получении необходимой информации
2
.
1
Новицкий И.Б. Принцип доброй совести в проекте обязательственного права [Электронный ресурс]:
Режим доступа: http://center-bereg.ru/b13498.html (Дата обращения 25.12.2019)
2
Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых
положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» // Бюллетень Верховного Суда
РФ. - 2015. - № 8.
82
Вместе с тем, в доктрине имеется обоснованная, с нашей точки зрения,
позиция, согласно которой формула «не знал, и не должен был знать» («не мог
знать»), характеризующая субъективную добросовестность, на самом деле
заключает в себе и субъективный («не знал») и объективный («не должен был
знать», «не мог знать») критерий, поскольку определение того должен ли был
(мог ли) субъект знать об определенных обстоятельствах, имеющих правовое
значение, или не должен (не мог) - это по существу отсылка к стандарту
поведения, ожидаемого от участника оборота, что является уже признаком
объективной добросовестности
1
.
Заметим, однако, что всякий раз, когда законодатель использует
формулировку «не знал», далее за ней всегда следует «и не должен был знать»
(«и не мог знать»). Это означает, что для определения правовых последствий
незнания лица о каких либо обстоятельствах всегда имеет значение и то, мог ли
(должен ли был) субъект знать об этих обстоятельствах. Иными словами, во всех
случаях одного лишь факта незнания лица недостаточно при определении его
добросовестности.
При этом в тех случаях, когда используется формулировка «не должен был
знать» имеется ввиду то, что субъект не был обязан проверять какие-либо
дополнительные обстоятельства, предпринимать какие-либо действия для
устранения своего незнания. То есть речь здесь идет об обязанности знать что-то
для конкретного субъекта в конкретных обстоятельствах - есть она или нет.
В тех же случаях, когда используется формулировка «не мог знать»
очевидно имеется ввиду ситуация абсолютной невозможности знания, то есть
субъект, буквально, «не мог сделать что-то, чтобы знать». Если субъект не
должен был знать о каких-либо обстоятельствах (не мог знать о них), то отсюда
с необходимостью следует, что субъект об этих обстоятельствах не знал.
В связи с изложенным, представляется обоснованным сделать вывод о том,
что по существу во всех случаях применения принципа добросовестности
1
Меркушева А.В. Сущность и содержание принципа добросовестности в российском гражданском праве
// Молодой ученый. 2019. № 4. С. 144.
83
имеется ввиду объективный критерий добросовестности. Субъективный
критерий знания лица о каких-либо обстоятельствах имеет лишь
вспомогательное значение, и без объективного критерия добросовестности не
применяется.
Второй момент, с которым необходимо определиться, характеризуя
сущность принципа добросовестности: является ли недобросовестное поведение
правомерным поведением или это гражданское правонарушение, влекущее
гражданско-правовую ответственность? Отвечая на этот вопрос, необходимо
отметить, что в п.3 ст.1 ГК РФ добросовестное поведение участников оборота
закреплено в качестве обязанности.
За нарушение данной обязанности предусмотрены санкции. Так, в
Постановлении Пленума Верховного Суда РФ № 25 от 23.06.2015 г.
разъясняются следующие последствия недобросовестного поведения: суд в
зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий
недобросовестного поведения отказывает недобросовестной стороне в защите
принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные
меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих
лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ),
например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или
содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим
(пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о
недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК
РФ)
1
.
Учитывая изложенное, можно сделать вывод о том, что недобросовестное
поведение в настоящее время является гражданским правонарушением
(нарушение общей нормы об обязанности добросовестного осуществления
прав), для него установлены самостоятельные гражданско-правовые санкции.
1
Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых
положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» // Бюллетень Верховного Суда
РФ. - 2015. - № 8.
84
Однако некоторые нормы закона позволяют сделать обратный вывод. Так,
например, п.4 ст.1 ГК РФ гласит: никто не вправе извлекать преимущество из
своего незаконного или недобросовестного поведения. Анализируя эту норму,
принимая во внимание разделительный союз «или» можно сделать вывод, что
закон не ставит знак равенства между недобросовестным поведением и
нарушением закона.
На наш взгляд это положение противоречит всему остальному
существующему регулированию, которое исходит из незаконности
недобросовестного поведения, и позволяет применять к нарушителю санкции.
Кроме того, если исходить из того, что недобросовестное поведение - поведение
правомерное, но не приемлемое правом, то такая конструкция является трудно
объяснимой с логической точки зрения, так как санкций за правомерное
поведение быть не может.
Было ли использование союза «или» осознанным шагом законодателя или
это недостаток юридической техники - неясно. Представляется все же, что в
данной ситуации имеет место недостаток юридической техники. В связи с этим
считаем, что целесообразно изложить норму п.3 ст.1 ГК РФ в следующей
редакции: «Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного, в
том числе недобросовестного поведения».
Принцип справедливости в ст. 1 ГК РФ не упоминается. По мнению А.Г.
Чернявского, из этого следует, что данный принцип необходимо отнести «к
числу общеправовых принципов, согласиться с тем, что справедливость как
категория относится к праву в целом, а не к его отдельным отраслям, имеет
фундаментальное значение»
1
.
По мнению ряда авторов, фактически отсутствуют сомнения в том, что
справедливость является сегодня принципом права как такового.
С.Б. Цветков отмечает, что справедливость сформулирована в качестве
конституционного принципа в правовых позициях Конституционного Суда РФ
1
Чернявский А.Г. Современные подходы к пониманию социальных оснований права // Образование и
право. 2017. № 5. С. 17.
85
и научной литературе, «то есть налицо официальное и доктринальное
толкование текста Основного закона, но не закрепление этого положения в
качестве принципа в законодательстве». «Поэтому, строго говоря, в этой
ситуации можно анализировать справедливость… не как отраслевой принцип, а
как актуальную проблему законоприменения»
1
.
Однако многие современные исследователи включают в систему
принципов гражданского права принцип справедливости. Так, Е.В. Вавилин и
А.А. Волос в перечне принципов гражданского права России выделяют принцип
справедливости в числе одного из первых, без каких-либо пояснений
2
.
Анализ норм ГК РФ, помимо ст. 1, позволяет сделать вывод о том, что о
справедливости в нем все-таки говорится, в том числе как о принципе. Например,
о справедливости как «требовании» речь идет в ст. 6 ГК РФ: «При
невозможности использования аналогии закона права и обязанности сторон
определяются исходя из общих начал и смысла гражданского законодательства
(аналогия права) и требований добросовестности, разумности и
справедливости». В ст. 308.3 ГК РФ и ст. 393 ГК РФ упоминается о принципе
справедливости. При этом принцип справедливости разграничивается с
принципом соразмерности, хотя в ст. 451 ГК РФ упоминается справедливое
распределение, которое по смыслу нормы охватывает и соразмерность. В ст. 65.2
ГК РФ используется понятие справедливой компенсации, определение которой
отнесено к усмотрению суда. Подобным образом ст. 1101 ГК РФ обязывает суд
учитывать требование справедливости при определении размера компенсации
морального вреда, а ст. 1252 ГК РФ – при определении размера компенсации за
нарушение исключительного права.
Кроме того, А.Г. Чернявский отмечает следующую важную деталь:
название ст. 1 ГК РФ - «Основные начала гражданского законодательства»; ни в
названии, ни в тексте ст. 1 ГК РФ законодатель не использует понятие
1
Агибалова Е.Н. Принцип справедливости в гражданском праве // Юридический вестник ДГУ. 2019. №
2. С. 73.
2
Вавилин Е.В., Волос А.А. Системность принципов и их действие в гражданском праве России и Китая
// Вестник Пермского университета. Юридические науки. 2018. № 1. С. 65.