74
Поэтому законодатель устанавливает нормы, направленные на защиту
слабой стороны договора, присоединившейся к условиям. В соответствии с п.
2 ст. 428 ГК РФ присоединившаяся к договору сторона вправе потребовать
расторжения или изменения договора, если договор присоединения хотя и не
противоречит закону и иным правовым актам, но его условия:
1) лишают сторону прав, обычно предоставляемых по договорам такого
вида,
2) исключают или ограничивают ответственность другой стороны за
нарушение обязательств
3) содержат другие явно обременительные условия, которые сторона
исходя из своих разумно понимаемых интересов не приняла бы при наличии
у неё возможности участвовать в определении условий договора.
При этом, явно обременительные условия не противоречат законам и
обычно были сформулированы оферентом в силу диспозитивности
соответствующих норм гражданского законодательства
1
.
Таким образом, правовой режим договора присоединения носит
компенсационный характер: невозможность присоединяющейся стороны
влиять на условия будущей сделки компенсируется её правомочиями
расторжения договора по дополнительным основаниям
2
.
Указанные гарантии слабой стороны в виде оснований расторжения
или изменения договора присоединения вправе устанавливать суд при
разрешении конкретного спора, при условии, что содержание такого
договора носит явно обременительный характер для присоединившейся
стороны
3
. Данный правовой режим устанавливается в целях предотвращения
недобросовестного поведения контрагента, предлагающего договорный
формуляр
4
.
1
Там же. – С. 140.
2
Мечетин Д.В. Договоры присоединения в гражданском праве … : автореферат дис. ...
канд. юрид. наук, - Москва. – 2015. - С. 18.
3
Цыпленкова А.В. Указ. соч. – С. 35.
4
Мечетин Д.В. Договоры присоединения в гражданском праве … : автореферат дис. ...
канд. юрид. наук, - Москва. – 2015. - С.19.
75
Нынешняя редакция статьи 428 ГК, в отличие от прежней редакции, не
делает исключений в субъектном составе, устанавливая однородный
правовой режим договора присоединения как для предпринимателей, так и
для граждан, что полностью соответствует принципу юридического
равенства участников гражданских отношений
1
. Поэтому к слабой стороне
договора присоединения стоит относить и субъектов предпринимательской
деятельности
2
.
Право оспаривать условия заключенного договора у
присоединяющегося контрагента возникает только после заключения
договора, так как изменение или прекращение договора присоединения на
основании ст. 428 ГК производится только в судебном порядке. Суду
необходимо установить включены ли в договор условия, явно
обременительные для присоединяющейся стороны, то есть такие условия,
которые сторона бы не приняла, если бы у неё была возможность участвовать
в определении условий
3
. При этом, согласно абзацу 2 п. 2 ст. 428 ГК договор
считается изменённым или расторгнутым с момента его заключения, если
иное не установлено законом или не вытекает из существа обязательства.
Следовательно, стороны вправе требовать возврата того, что было ими
исполнено по обязательству до момента изменения или расторжения
договора
4
. Отсюда следует, что суд может применить к отношениям сторон
реституцию.
Пунктом 3 статьи 428 ГК предусмотрено, что правила п. 2 данной
статьи подлежат применению также в случаях, если при заключении
договора, не являющегося договором присоединения, условия договора
определены одной из сторон, а другая сторона в силу явного неравенства
1
Мечетин Д.В. Слабая сторона в договоре присоединения [Электронный ресурс] /
Гражданское право. - 2015. - N 2. - С. 39-40 // СПС «КонсультантПлюс».
2
Там же.
3
Цыпленкова А.В. Указ. соч. – С. 140, 157.
4
Гражданский кодекс Российской Федерации. Общие положения о договоре … / под ред.
П.В. Крашенинникова. М: Статут, 2016. 223 с. // СПС «КонсультантПлюс».
76
переговорных возможностей поставлена в положение, существенно
затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора.
В Постановлении Пленума ВАС РФ N 16 "О свободе договора и её
пределах" во втором абзаце п. 9 аналогичным образом говорится о том, что
при явно обременительных условиях для контрагента и существенным
образом нарушающих баланс интересов сторон (несправедливые договорные
условия), если при этом контрагент был поставлен в положение,
затрудняющее согласование иного содержания условий договора (т.е.
оказался слабой стороной договора), суд вправе применить к такому
договору положения п. 2 ст. 428 ГК, в том числе к договором, заключённым в
связи с осуществлением сторонами предпринимательской деятельности.
С учётом данных изменений судам более не придется, рассматривая
вопросы о распространении на те или иные договорные отношения п. 2 ст.
428 ГК РФ, окунаться в исследование правовой природы и
квалифицирующих признаков того или иного договора
1
, учитывая
неоднозначность подходов к квалифицирующим признакам самого договора
присоединения.
Исходя из этого, а также с учётом п. 10 Постановления ВАС № 16,
следует, что суд при рассмотрении споров определяет фактическое
соотношение переговорных возможностей сторон и выясняет, было ли
присоединение к предложенным условиям вынужденным, а также учитывает
уровень профессионализма сторон в соответствующей сфере, конкуренцию
на соответствующем рынке, наличие у присоединившейся стороны реальной
возможности вести переговоры или заключить аналогичный договор с
третьими лицами на иных условиях и т. д.
В Постановлении Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от
13.05.2018 по делу N А46-6695/2017 суд отказал в кассационной жалобе
1
Козлова Е.Б. Указ. соч. // СПС «КонсультантПлюс».
77
ответчика (арендодателя), указав что судами установлено явное неравенство
переговорных возможностей при заключении договора аренды
1
.
Судами установлено, что в отсутствие возможности для заключения
договора на иных условиях, предприниматель вынужден был согласиться на
предложенную редакцию арендодателя, в том числе на применение к
арендным отношениям Правил для арендаторов помещений в одном из
торговых комплексов г. Омска, согласно которым размещение рекламных
конструкций возможно лишь с письменного согласия арендодателя. Не
получив разрешения на установление рекламы с целью привлечения
клиентов, арендатор обратился с письмом к арендодателю с просьбой
расторгнуть договор. Не получив согласия на расторжение договора аренды,
арендатор был вынужден обратиться в суд. принимая во внимание уровень
профессионализма предпринимателя, а также то, что арендатор был
поставлен в положение, существенно затрудняющее согласование иного
содержания отдельных условий договора, суды пришли к обоснованному
выводу о наличии у истца права требования расторжения договора аренды и
удовлетворили заявленные требования.
Кроме этого, в случае неясности условий договора и невозможности
установить действительную общую волю сторон с учётом цели договора, в
том числе исходя из текста договора, предшествующих заключению
договора переговоров, переписки сторон, практики, установившейся во
взаимных отношениях сторон, обычаев, а также последующего поведения
сторон договора (статья 431 ГК РФ), толкование судом условий договора
должно осуществляться в пользу контрагента стороны, которая подготовила
проект договора либо предложила формулировку соответствующего условия,
то есть в пользу слабой стороны договора (п. 11 Постановления ВАС № 16 от
14.03.2014 г. «О свободе договора и её пределах»).
1
Постановление Федерального Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 13 мая
2018 г. N Ф041664/2018 по делу N А46-6695/2017 [Электронный ресурс] // СПС
«КонсультантПлюс».
78
Указанный принцип толкования именуется как принцип
«contrapreferentum», который позволяет суду толковать неясное договорное
условие против интересов той стороны, которая данные условия предложила,
и в пользу той стороны, которая к соответствующим условиям
присоединилась
1
.
Природа этого принципа основана на том, что лицо, требующее
учитывать его собственную волю, не может считаться заслуживающим
особой правовой защиты, поскольку оно предложило договор, не убедившись
в однозначности использования содержащихся в нём слов и выражений
2
.
Таким образом, все рассмотренные нормы, регулирующие правовой
режим договора присоединения, установлены на защиту слабой стороны
договора, которой признаётся контрагент, чьи переговорные возможности
при заключении договора существенно ограничены
3
.
3.3 Оценочные понятия как критерии ограничения свободы договора
Помимо закреплённых законодателем конкретных императивных норм,
которым заключаемые договоры должны соответствовать и которые
указывают, какие условия сторонам согласовывать запрещено, как,
например, рассмотренные выше нормы о публичном договоре, правовой
режим договоров присоединения и иные, существует такая модель
ограничения свободы договора, которая требует от законодателя или высших
судов закрепления на уровне закона или судебной практики общих
оценочных понятий, которым сделка и её условия должны соответствовать.
Эта модель ограничения свободы договора фактически предоставляет
1
Карапетов А.Г., Савельев А.И. Свобода договора и ее пределы. Т. 2. - С. 21.
2
Цыпленкова А.В. Указ. соч. - С. 176.
3
Карапетов А.Г., Савельев А.И. Свобода договора и ее пределы. Т. 2. - С. 284.
79
основную долю оценки соответствия конкретных договорных условий
оценочным понятиям судам, рассматривающим конкретный спор
1
.
Такая ретроспективная модель ограничения свободы договора
оценочными понятиями в литературе именуется как ex post контроль
свободы договора. Таким образом, вопрос об ограничении свободы договора
оценочными критериями решается только при передаче соответствующего
дела на рассмотрение в суд. Последний, как правило, по ходатайству (или
встречному иску) стороны, считающей, что её права нарушены (например,
понятия добросовестности или кабальности), либо по собственной
инициативе (например, критерий публичного порядка) подвергает спорное
условие или договор в целом проверке на соответствие неким оценочным
категориям должного содержания договоров (справедливого, морального,
разумного, добросовестного и т.д.). Если мнение суда таково, что воля
сторон противоречит этим оценочным понятиям, то он правомочен не
признать юридическую силу контрактных условий, противоречащих этим
оценочным понятиям
2
.
Законодатель не всегда успевает за быстро развивающимися
договорными отношениями и не всегда вовремя вводит вызванные
существующими реалиями необходимые нормы в целях того или иного
ограничения свободы договора, поэтому недобросовестные участники
оборота часто довольно быстро находят обходные пути достижения своих
целей. Кроме этого, законодатель, желающий ограничить свободу сторон в
определении тех или иных условий договора, не может предусмотреть в
законе все возможные действия участников. Он высказывается лишь по тем
ситуациям, которые носят типичный характер, а не по тем, которые в
принципе могут случиться
3
. Поэтому достаточно сложно для каждой нормы
1
Андреева Л.В. Развитие принципа свободы договора в Гражданском кодексе Российской
Федерации [Электронный ресурс] / Проблемы реализации принципов права в
предпринимательской деятельности: монография / отв. ред. В.А. Вайпан, М.А. Егорова.
М.: Юстицинформ, 2016. 340 с. // СПС «КонсультантПлюс».
2
Карапетов А.Г., Савельев А.И. Свобода договора и ее пределы. Т. 2. - С. 5-6.
3
Давлетова А.Р., Лескова Ю.Г. Указ. соч. // СПС «КонсультантПлюс».
80
закона расписать в деталях все случаи, например, запрещенного
недобросовестного поведения и сделать необходимые исключения, намного
проще договориться о том, что недобросовестность запрещена вообще
1
.
Ввиду этого оценочные понятия видятся как необходимый способ
судебного контроля справедливости в уже заключённых договорах.
К оценочным можно отнести, например, следующие встречающиеся в
гражданском праве понятия:
- добросовестность (п. 3 ст. 1, п. 5 ст. 10 ГК, п. 3 ст. 307 и др.), в том
числе добросовестность при ведении переговоров о заключении договора (п.
2 ст. 434.1 ГК РФ);
- злоупотребление правом (п.п. 1-4 ст. 10 ГК и др.), в том числе обход
закона (п.п 1, 3 ст. 10 ГК);
- основы правопорядка (ст. 169 и др.);
- справедливость (п. 3 ст. 451, п. 1 ст. 308.3 ГК и др.);
- разумность (п. 2 ст. 6, п. 3 ст. 53 ГК и др.);
- баланс интересов сторон договора (п.п. 3, 5, 9, 10 Постановления
Пленума ВАС РФ № 16 от 14.03.2014 г. «О свободе договора и её пределах»);
- и другие.
Суд при применении оценочных стандартов должен ориентироваться
на те этические стандарты и утилитарные соображения, которые, на его
взгляд, являются доминирующими в обществе, отраженными в общих
правовых принципах и конституционных ценностях
2
.
Приведём некоторые примеры применения оценочных понятий при
рассмотрении споров судами.
Например, при несоответствии договора таким оценочным понятиям,
как основы правопорядка и нравственности (ст. 169 ГК), суды могут
признавать соответствующие условия или сделку в целом ничтожными.
Недействительное условие или договор не порождает соответствующих
1
Карапетов А.Г., Савельев А.И. Свобода договора и ее пределы. Т. 2. - С. 7.
2
Карапетов А.Г., Савельев А.И. Свобода договора и ее пределы. Т. 2. - С. 10.
81
правовых последствий и не требует подачи иска о признании такого договора
или его условий ничтожными. Примером может служить договор обращения
в рабство, в отношении которого в Гражданском кодексе нет явного запрета в
заключении, но очевидно, что такой договор будет является ничтожным в
соответствии со ст. 169 ГК.
В Постановлении Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда
от 08.02.2017 N 16АП-5165/2016 по делу N А63-8185/2016 суд разъяснил, что
сделками, совершёнными с целью, заведомо противной основам
правопорядка, могут быть квалифицированы сделки, которые нарушают
основополагающие начала российского правопорядка, принципы
общественной, политической и экономической организации общества, его
нравственные устои. При этом, нарушение стороной сделки закона или иного
правового акта само по себе не означает, что сделка совершена с целью,
заведомо противной основам правопорядка или нравственности. Для
применения ст. 169 ГК РФ необходимо установить, что цель сделки, а также
права и обязанности, которые стороны стремились установить при ее
совершении, заведомо противоречили основам правопорядка или
нравственности, и хотя бы одна из сторон сделки действовала умышленно.
С целью ограничения свободы договора суды применяют довольно
часто такое оценочное понятие как злоупотреблением правом.
Так, в гражданском деле по иску общества с ограниченной
ответственностью "АКТИВИТИ" (далее по тексту - ООО "Активити",
Общество), Вольвача В.Д. (далее по тексту при совместном упоминании -
истцы) к Денисову Ю.С. (далее - ответчик), Андреевой Ю.С., Денисовой Н.П.
о признании недействительным (ничтожным) договора дарения, применении
последствий недействительности сделки, выделении доли в натуре,
возложении обязанности продать долю совместной собственности,
обращении взыскания на долю совместной собственности Верховный Суд
Российской Федерации (далее по тексту – ВС РФ, суд) в Определении N 4-
КГ17-54 от 01.12.2017 г. указал на злоупотребление правом при заключении
82
договора дарения между ответчиком и его супругой при том, что у него
имеется непогашенный долг по сводному исполнительному производству в
пользу истцов.
Можно сделать вывод, что указанный договор является результатом
недобросовестных действий ответчика, которые расцениваются судом как
злоупотребление своим правом. Указанный вывод основывается на том, что
ВС РФ указывает на ряд следующих норм, из которых логически приходит к
выводу о наличии злоупотребления правом в действиях ответчика. Так, суд
ссылается на нормы пунктов 3 и 4 статьи 1 ГК РФ, которые говорят о том,
что участники гражданских правоотношений должны действовать
добросовестно, в том числе, никто не вправе извлекать преимущество из
своего недобросовестного поведения.
Граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют
принадлежащие им права (п. 1 ст. 9 ГК), однако недопустимо, в том числе,
осуществление гражданских прав исключительно с намерением
злоупотребления правом, т.е. заведомо недобросовестного осуществления
гражданских прав (абз. 1 п. 1 ст. 10 ГК).
В п. 1 Постановления Пленума ВС РФ № 25 от 23.06.2015 "О
применении судами некоторых положений раздела I части первой
Гражданского кодекса Российской Федерации" добросовестным поведением
является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота,
учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего
ей, в том числе в получении необходимой информации
1
.
Исходя из смысла указанных норм, ВС РФ даёт своё разъяснение о том,
что такое злоупотребление правом. Он указывает, что под злоупотреблением
правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению
принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных
встатье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав,
1
Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами
некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской
Федерации" [Электронный ресурс] // СПС «КонсультантПлюс».
83
осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами,
нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и
причиняющее им вред или создающее для этого условия.
Также ВС РФ объясняет, что под злоупотреблением субъективным
правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся
прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.
При этом, одной из форм негативных последствий является материальный
вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. Сюда
могут быть включены уменьшение или утрата дохода, необходимость новых
расходов. В частности, злоупотребление правом может выражаться в
отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на
него взыскания. Злоупотребление правом - это всегда нарушение требований
закона, в связи с чем злоупотребление правом, допущенное при совершении
сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону
(статьи 10 и 168 ГК РФ)
1
.
Кроме этого, Верховный суд указал, что обстоятельствами,
подлежащими установлению в деле о признании недействительной сделки по
причине злоупотребления правом одной из сторон, являются наличие или
отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой
при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие
действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного
гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие
негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и
законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или
отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых
совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.
Рассмотренное дело было направлено на новое рассмотрение в суд
апелляционной инстанции, так как ВС РФ посчитал, что суды нижестоящих
1
Определение Верховного Суда Российской Федерации N 4-КГ17-54 от 01.12.2017 г.
[Электронный ресурс] // СПС «КонсультантПлюс».