
14
издано каких-либо законодательных актов, дающих легальную
формулировку рассматриваемым нами деяний. Но, не смотря на полное
отрицание новой властью предшествующих правовых актов, концепция
дореволюционного уголовного права в сфере имущественных преступлений
стала базовой для советского законодательства начала 20-х годов XX века.
Впервые в истории советского законодательства и права присвоение и
растрата как самостоятельные преступления упоминаются в Декрете СНК
«Об ограничении прав по судебным приговорам» от 5 мая 1921 года, наряду
с кражей, разбоем, грабежом, мошенничеством и вымогательством.
Первый Уголовный кодекс РСФСР 1922 года, следуя логике
Уголовного Уложения от 22 марта 1903 года, не стремился к
дифференциации ответственности за присвоение или растрату чужого
имущества в зависимости от формы собственности. Вместе с тем, аналогично
тому же Уложению, УК РСФСР, исходя из специфики субъекта
преступления, все же дифференцировал наказания за указанные деяния
должностных лиц и лиц, не наделенных какими-либо служебными
полномочиями.
Так, в соответствии с ч. 1 ст. 113 главы II «Должностные (служебные)
преступления» УК РСФСР присвоение должностным лицом денег или иных
ценностей, находящихся в его ведении в силу его служебного положения,
каралось лишением свободы на срок не ниже одного года с увольнением от
должности. Квалифицированный состав присвоения, предусмотренный ч. 2
ст. 113, предполагал либо те же действия, но совершенные должностным
лицом, облеченным особыми полномочиями, либо присвоение особо важных
государственных ценностей. На основании санкции ч. 2 ст. 106 УК, к
виновному лицу применялось более строгое наказание в виде лишения
свободы на срок не ниже трех лет, а при особо отягчающих обстоятельствах -
СУ РСФСР. 1921. № 39. Ст. 309.
Уголовный кодекс РСФСР 1922 года//Отечественное законодательство XI - XX веков.
Часть II (XX в.уПод ред. проф. О.И. Чистякова. -М.: Юристъ, 2000. С. 106 -145.