15
законодатель правомочен... внести в статью 212.1 УК Российской Федерации
изменения, направленные на уточнение нормативных оснований привлечения к
уголовной ответственности за предусмотренное данной статьей преступление и
мер наказания за его совершение".
Из Постановления КС РФ N 2-П следует, что при применении
действующей редакции ст. 212.1 УК РФ формального установления наличия в
деянии признаков состава недостаточно, должно быть установлено наличие
реальной угрозы интересам физических или юридических лиц, т.е.
посягательство на общественную безопасность. В исследуемом аспекте
интересно представление о структуре общественной опасности преступления,
сформулированное в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от
22.12.2015 N 58 "О практике назначения судами Российской Федерации
уголовного наказания" (далее - Постановление Пленума ВС РФ N 58)
1
.
Нам соответствующие разъяснения представляются операционными,
имеющими методическое значение для решения проблем правоприменения.
В Постановлении Пленума ВС РФ N 58 указывается: "Характер
общественной опасности преступления определяется уголовным законом и
зависит от установленных судом признаков состава преступления. При учете
характера общественной опасности преступления судам следует иметь в виду
прежде всего направленность деяния на охраняемые уголовным законом
социальные ценности и причиненный им вред. Степень общественной
опасности преступления устанавливается судом в зависимости от конкретных
обстоятельств содеянного, в частности от характера и размера наступивших
последствий, способа совершения преступления, роли подсудимого в
преступлении, совершенном в соучастии, от вида умысла (прямой или
косвенный) либо неосторожности (легкомыслие или небрежность).
Обстоятельства, смягчающие или отягчающие наказание (статьи 61 и 63 УК
1
Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015 N 58 (ред. от 18.12.2018) "О практике назначения
судами Российской Федерации уголовного наказания" // Бюллетень Верховного Суда РФ. - N 2. - 2016.
16
РФ) и относящиеся к совершенному преступлению (например, совершение
преступления в силу стечения тяжелых жизненных обстоятельств либо по
мотиву сострадания, особо активная роль в совершении преступления), также
учитываются при определении степени общественной опасности
преступлении".
Таким образом, установление в деянии признаков состава преступления,
предусмотренного УК РФ, показывает "направленность деяния на охраняемые
уголовным законом социальные ценности". Преступлением такое деяние может
быть признано в случае установления достаточной степени вредоносности,
которая определяется "в зависимости от конкретных обстоятельств
содеянного". Такая степень и наделяет деяние признаком общественной
опасности. Мы говорим о степени вредоносности, а не степени общественной
опасности, поскольку даже самая малая степень общественной опасности
означает ее, общественной опасности, наличие, что, следовательно, исключает
применение ч. 2 ст. 14 УК РФ.
Изложенное дает повод усомниться в том, что само по себе установление
точного соответствия между признаками совершенного деяния и признаками
состава преступления, предусмотренного уголовно-правовой нормой, является
основанием для квалификации такого деяния как преступления. Получается,
что вопреки ст. 8 УК РФ о признании деяния общественно опасным и наличии
оснований уголовной ответственности могут свидетельствовать обстоятельства,
не указанные в УК РФ в качестве признаков состава преступления. Полагаем,
что все не совсем так. Данные обстоятельства не лежат за рамками состава и
характеризующих его признаков, а непосредственно связаны с их содержанием.
Такая ситуация возможна в случаях, когда признак преступления в УК
РФ не детализирован, формально, в том числе количественно, не определен.
Именно поэтому особенности проявления обстоятельств, прямо не указанных в
УК РФ, но наполняющих признаки составов реальным содержанием, в
конкретном случае могут свидетельствовать только о формальном наличии в
17
квалифицируемом деянии признака состава, предусмотренного УК РФ, а
следовательно, и о недостаточной степени общественной опасности. "В "лепке"
единичного участвует колоссальное множество неповторимых условий, масса
случайностей".
В исследуемом аспекте показательна правовая позиция КС РФ в связи с
жалобой гражданина, который привлекался к уголовной ответственности по ч.
1 ст. 222 УК РФ при следующих обстоятельствах: "А.В. Гомзин, Приказом
Министра внутренних дел Российской Федерации от 31 октября 2008 года за
достигнутые успехи в период прохождения службы в органах внутренних дел
награжденный пистолетом Макарова, укомплектованным двумя магазинами с
16 патронами, во время обыска в его жилище, проводимого в рамках
производства по уголовному делу о покушении на мошенничество, имея
процессуальный статус свидетеля, добровольно передал сотрудникам полиции
наградное оружие и 40 патронов к нему. Суд пришел к выводу, что обвиняемый
незаконно хранил лишь 24 пистолетных патрона, поскольку на хранение и
ношение наградного оружия и 16 патронов к нему имелось разрешение". КС РФ
разъяснил: "...положения статьи 222 УК РФ подлежат применению с учетом не
только противоправности, но и общественной опасности содеянного и во
взаимосвязи с нормами Общей части этого Кодекса, в том числе
определяющими его задачи и принципы, основание уголовной ответственности
(статьи 2 - 8), а также понятие преступления, которым признается лишь
запрещенное этим Кодексом виновно совершенное общественно опасное
деяние, и устанавливающими, что не является преступлением действие
(бездействие), хотя формально и содержащее признаки какого-либо деяния,
предусмотренного этим Кодексом, но в силу малозначительности не
представляющее общественной опасности"
1
. Обращаем внимание на то, что в
приведенном примере возможность применения ч. 2 ст. 14 УК РФ связывается с
1
Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Гомзина Алексея Владимировича на нарушение
его конституционных прав положениями статьи 222 Уголовного кодекса Российской Федерации: Определение
КС РФ от 07.07.2016 N 1426-О // СПС "КонсультантПлюс".
18
особенностями предполагаемого предмета преступления - разрешение
отсутствовало только на хранение части боеприпасов, а также с личностью
субъекта как лица, награжденного оружием "за достигнутые успехи в период
прохождения службы в органах внутренних дел", т.е. имеющего право на
хранение оружия и боеприпасов.
На несоответствие количества утраченных наркотических средств
содержанию предмета преступного нарушения правил их оборота указывается
в следующем решении КС РФ. "Состав преступления, предусмотренного
частью первой статьи 228.2 УК Российской Федерации, в качестве условия
наступления уголовной ответственности предполагает не только нарушение
виновным соответствующих правил, но и наступление общественно опасного
последствия в виде утраты наркотического средства или психотропного
вещества - независимо от того, каковы размеры этой утраты. При этом такого
рода деяние не может признаваться преступлением, если в силу
малозначительности оно не представляет общественной опасности (часть
вторая статьи 14 УК Российской Федерации). Кроме того, как неоднократно
указывал Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях, в
обязанность судов общей юрисдикции входит обеспечение дифференциации
ответственности в зависимости от количества наркотического средства или
психотропного вещества и других обстоятельств конкретного дела, могущих
иметь значение для обеспечения прав и законных интересов обвиняемого"
1
.
Таким образом, и сегодня не теряет актуальности данное В.Н.
Кудрявцевым определение квалификации преступлений как установления и
юридического закрепления точного соответствия между признаками
совершенного деяния и признаками состава преступления, предусмотренного
уголовно-правовой нормой. В данном определении речь, безусловно, идет о
логической норме, признаки которой наполняются содержанием в системе
1
Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Мозолевой Ларисы Николаевны на нарушение ее
конституционных прав положениями статей 228 и 228.2 Уголовного кодекса Российской Федерации:
Определение КС РФ от 28.05.2009 N 806-О-О // СПС "КонсультантПлюс".
19
уголовно-противоправного регулирования. Н.С. Таганцев считал
преступлением "...деяние, посягающее на юридическую норму в ее реальном
бытии...". Определяемая законом форма уголовно-правового запрета
наполняется качественным и количественным содержанием с учетом реального
криминального поведения, описываемого юридическим составом
преступления, и степенью причиняемого им вреда.
1.2. Значение квалификации преступлений
Для того чтобы привлечь виновного к уголовной ответственности и
определить меру справедливого наказания, необходимо точно установить и
указать, какой уголовно-правовой запрет нарушен и состав какого
преступления - это нарушение содержит. Такая цель достигается посредством
квалификации преступлений.
В самом общем, предельно широком содержании данного понятия
квалифицировать - значит определить, к какому типу, виду, разряду, категории
принадлежит (относится) данное явление по своим качественным признакам;
подвести единичное под особенное. В сфере правоотношений квалифицировать
- значит выбрать определенную правовую норму, закрепленное в законе или
подзаконном нормативном акте правило, которое данный случай
предусматривает; иначе говоря, определить, под какое правило данный случай
подпадает.
Квалифицировать преступление - значит решить, под какую из числа
действующих уголовно-правовых норм подпадает деяние, по поводу которого
возбуждено уголовное дело и ведется уголовное судопроизводство, дать ему
юридическую оценку с позиций УК РФ и максимально точно указать в
соответствующем процессуальном документе (постановление о возбуждении
уголовного дела, постановление о привлечении в качестве обвиняемого,
обвинительное заключение, обвинительный акт, судебный приговор и др.), где
20
именно, в какой статье, части статьи, пункте и подпункте, если таковые в
данной статье имеются, данная норма закреплен.
Квалификация преступлений должностным лицом органа дознания,
следователем, прокурором или судом, в производстве которых находится
данное уголовное дело, а равно должностным лицом, которому согласно
уголовно-процессуальному закону принадлежат надзорные или контрольные
функции за производством по данному уголовному делу (прокурор,
руководитель следственного органа, начальник органа дознания, руководитель
подразделения дознания), называется легальной, или официальной. Она имеет
юридическое значение, от нее во многом зависит движение и судьба
уголовного дела и обвиняемого. Официальный, легальный характер имеет
также уголовно-правовая квалификация деяния, инкриминируемого
обвиняемому, которую, защищая и отстаивая свои законные интересы в
уголовном судопроизводстве, высказывают стороны. Со стороны обвинения -
государственный обвинитель в судебном производстве, потерпевший и его
представитель, а также гражданский истец и его представитель, а со стороны
защиты - сами лица, в отношении которых предпринято уголовное
преследование, т.е. подозреваемый и обвиняемый, их защитники и законные
представители, а также гражданский ответчик и его представитель. Однако в
отличие от квалификации должностных лиц органов государства, в
производстве которых находится уголовное дело, их квалификация
преступления не носит определяющего значения для движения уголовного дела
и не имеет обязательного характера; ее юридическое значение заключается
лишь в том, что оно, будучи мнением законного участника уголовного
процесса, должно быть рассмотрено и учтено - принято или отвергнуто в
уголовно-процессуальных актах дознавателя, следователя, прокурора или суда.
Важное значение имеет легальная квалификация преступлений, которая
дается высшим судебным органом страны - Верховным Судом РФ в лице его
Президиума, Судебной коллегии по уголовным делам и Военной коллегии в
21
решениях по уголовным делам, рассмотренным в кассационном и надзорном
порядке, с опубликованием своей позиции в официальном издании - Бюллетене
Верховного Суда Российской Федерации. Не будучи источником
прецедентного права, которого в России нет, и не имея характера обязательного
предписания нижестоящим судам, такие публикации имеют огромное значение
для правильного и единообразного применения уголовного закона в наиболее
сложных случаях.
Квалификация преступлений, которая предлагается в научной и учебной
литературе специалистами в области уголовного права - как учеными-
теоретиками, так и практиками, называется доктринальной. Юридического
значения по конкретному уголовному делу она не имеет. Не имеют
юридического значения и не порождают никаких правоотношений и
письменные заключения крупных и крупнейших специалистов-правоведов,
которые иногда представляются сторонами в суд в подтверждение своей
позиции по поводу квалификации преступления в наиболее сложных случаях,
когда, в частности, в связи с бланкетной диспозицией уголовно-правовой
нормы, требуются знания в области не только уголовного права, но и,
например, банковского, предпринимательского, международного права. Такие
заключения - всего лишь результат конфиденциальной консультации одного
юриста с другим; ссылаться на него в уголовном процессе бессмысленно;
правовая экспертиза в уголовном судопроизводстве исключается полностью.
Всю полноту ответственности за легальную квалификацию преступления,
равно как и за решение иных вопросов по уголовному делу, единолично несет
тот, в чьем производстве в данный момент находится уголовное дело; на других
юристов он эту ответственность переложить не вправе.
Квалификация преступления по конкретному уголовному делу имеет
принципиальное значение для решения всех существенных вопросов этого
дела. От нее зависит выбор меры пресечения в отношении подозреваемого,
обвиняемого, форма расследования (дознание или предварительное следствие),
22
подследственность и подсудность уголовного дела, вид и мера наказания,
возможность применения акта амнистии и помилования, условного осуждения
и условно-досрочного освобождения осужденного.
Ошибка в квалификации преступления влечет постановление
ошибочного, неправосудного приговора, что по тяжести вредных последствий
для правосознания граждан находится на втором месте после полного
оправдания виновного и осуждения невиновного. Обнаруженная вышестоящим
судом такая ошибка влечет изменение или отмену приговора и возвращение
уголовного дела для нового рассмотрения в соответствующей судебной
инстанции.
1.3. Конструктивные составляющие квалификации преступлений
Теория уголовного права не содержит единого понимание понятия
"квалификация преступлений", однако это понятие включает в себя три
конструктивных элемента, его составляющих, а именно: объективно-реальный
поведенческий акт человека (фактическое основание квалификации);
определенная юридическая конструкция, являющаяся юридическим
основанием квалификации; взаимосвязь двух перечисленных элементов
(оснований квалификации).
В доктрине существует множество мнений по поводу сущности
фактического основания квалификации. Так, академик В.Н. Кудрявцев
определяет его как "признаки совершенного деяния"
1
, А.А. Герцензон - как
"конкретное деяние"
2
, Н.Г. Кадников - как "признаки криминального события"
3
,
А.Н. Трайнин - как "действия (бездействия)"
4
, Л.Д. Гаухман - как "фактические
признаки совершенного деяния"
5
, Н.Ф. Кузнецова
1
, А.В. Наумов и А.С.
1
Кудрявцев В.Н. Общая теория квалификации преступлений. 2-е изд., перераб. и доп. М.: Юристъ, 2007. С. 5.
2
Герцензон А.А. Квалификация преступления. М., 1947. С. 4.
3
Кадников Н.Г. Квалификация преступлений и вопросы судебного толкования: Учебное пособие. М., 2003. С. 5.
4
Трайнин А.Н. Общее учение о составе преступления. М., 1957. С. 6.
5
Гаухман Л.Д. Квалификация преступлений: закон, теория, практика. 4-е изд., перераб. и доп. М.: АО "Центр
23
Новиченко
2
, А.И. Рарог
3
- как "признаки (состав) общественно опасного
деяния", Б.А. Куринов - как "конкретный жизненный случай - преступление"
4
,
А.Ю. Епихин - как "факт жизненной реальности"
5
, Ю. Ляпунов и Л. Родина -
как "преступление"
6
, А.В. Корнеева - как "юридически значимые признаки
реально совершенного деяния"
7
.
Не со всеми приведенными авторскими позициями можно согласиться
полностью. К примеру, мнение, о том, что фактическим основанием
квалификации будут признаки общественно опасного деяния либо само
общественно опасное деяние, является не в полной мере аргументированным,
вследствие того, что вопрос об общественной опасности деяния решается в
процессе квалификации, а не предшествует ей. Общественная опасность
порождается совокупностью признаков состава преступления, поэтому
говорить об общественной опасности деяния, не квалифицировав его, не
проверив его на предмет наличия в нем состава преступления, является, по
сути, логической ошибкой. Аналогичным образом можно высказаться и
относительно той точки зрения, согласно которой преступление как
объективное явление служит фактическим основанием квалификации. Если
речь идет о реальном деянии, обладающем всеми юридическими признаками
преступления, надо говорить, естественно, и о наличии состава преступления в
этом деянии. Такое понимание "страдает" предрешенностью вопроса о
преступности деяния, хотя этот факт устанавливается или не устанавливается в
процессе квалификации, а не в каких-либо иных стадиях, предшествующих
квалификации.
ЮрИнфоР", 2010. С. 18.
1
Кузнецова Н.Ф. Проблемы квалификации преступлений: Лекции по спецкурсу "Основы квалификации
преступлений" / Науч. ред. и предисл. В.Н. Кудрявцева. М.: Городец, 2007. С. 7.
2
Наумов А.В., Новиченко А.С. Законы логики при квалификации преступлений. М., 1978. С. 11.
3
Рарог А., Грачева Ю. Законодательные конструкции и квалификация преступлений // Уголовное право. 2003. N
2. С. 62.
4
Куринов Б.А. Научные основы квалификации преступлений. М., 1984. С. 12.
5
Епихин А.Ю. Квалификация преступлений: Учебное пособие. Сыктывкар, 2005. С. 6.
6
Ляпунов Ю., Родина Л. Функции состава преступления // Уголовное право. 2005. N 3. С. 46.
7
Корнеева А.В. Теоретические основы квалификации преступлений: Учеб. пособие / Под ред. А.И. Рарога. М.:
ТК Велби; Проспект, 2007. С. 30.
24
Понятие "квалификация преступлений" не подходит под описание тех
процессов, которые происходят при ней, в связи с тем, что квалифицируют
совершенное деяние, а не преступление. Терминологически правильнее будет
определять такой процесс как "уголовно-правовая квалификация деяний".
Взаимосвязь фактического основания квалификации и юридического
основания квалификации. Подавляющее число авторов определяют характер
связи между фактическим и юридическим основанием квалификации как
точное соответствие, тождество, и иногда даже употребляя эти два понятия как
синонимы, что является не вполне верным. Между рассматриваемыми
основаниями квалификации невозможно установить ни тождества, ни
соответствия, ни подобия, ни сходства вследствие того, что объем
"фактических" признаков, которыми обладает совершенное деяние, намного
больше по количеству тех "юридических" признаков, которые закреплены в
соответствующем составе преступления. "Фактические признаки совершенного
деяния в материалах уголовного дела, равно как и в других источниках,
отражаются, во-первых, в их конкретном проявлении в действительности - в
реальных условиях жизни, с детализацией места, времени и других
обстоятельств; во-вторых, не изолированно от других фактических
обстоятельств, а наряду и в связи с ними, притом, как сопутствующие деянию в
момент его совершения, так и предшествовавшие ему и последовавшие за
ним...". Из приведенной цитаты становится предельно понятно, насколько
"фактический" объем признаков совершенного деяния больше "юридического"
объема признаков состава преступления.
Рассматривая процесс квалификации с учетом положений ст. 8 УК РФ,
уголовно-правовую квалификацию деяний можно определить как процесс
установления в совершенном деянии присутствия состава преступления,
предусмотренного УК РФ. То есть в процессе квалификации решается вопрос о
присутствии во всем объеме признаков совершенного деяния признаков
"фактического" состава преступления, который, в свою очередь, имеет