74
Так, в Определении ВС РФ от 03.05.2018 № 307-ЭС18-4422 по делу А56-
30491/2017 рассмотрено требование о пересмотре в кассационном порядке су-
дебных актов по делу по иску о расторжении договора аренды земельного
участка, взыскании задолженности по арендной плате, пеней, по встречному
иску о признании недействительным договора, применении последствий недей-
ствительности и взыскании задатка и внесенной в период его действия аренд-
ной платы
1
. Однако ВС РФ решил отказать в передаче дела в Судебную колле-
гию по экономическим спорам ВС РФ, поскольку суды, установив факт невне-
сения ответчиком арендной платы более двух раз подряд, удовлетворили пер-
воначальный иск; отказывая в удовлетворении встречного иска, суды исходили
из недоказанности доводов истца о том, что оспариваемый договор заключен
под влиянием существенного заблуждения.
1
Определение Верховного Суда РФ от 03.05.2018 N 307-ЭС18-4422 по делу N А56-
30491/2017// Вестник ВС РФ. 2018. №6. С. 12.
75
Рис. 1. Случаи, когда сделка не может быть признана, как недействитель-
ная, совершенная по влиянием существенного заблуждения
1
Третья группа проблем, связанная с реализацией применения недействи-
тельности сделки, можно определить, как проблемы, связанные с правоприме-
нительной практикой, которые давно дают о себе знать, но новые положения
ГК РФ не дают путей их решения.
Ответ приходится искать в изучении и обобщении судебной и арбитраж-
ной практики, в том числе Высших судов РФ. Так, большинство правопримени-
телей и исследователей отмечают, что наиболее трудным в части распознава-
ния в судебной практике являются состав недействительной сделки, которая
совершалась с целями, не коррелирующими с принципами нравственности и
правопорядка.
Здесь необходимо обратить внимание на тот факт, что цель сделки долж-
на обладать признаками противоправности или безнравственности. Установле-
ние реально преследуемых целей сторон сделки находится на грани воли и во-
леизъявления, внешней и внутренней стороны сделки и поэтому является труд-
нораспознаваемым на практике и вызывает у правоприменительных органов
определенные сложности и даже приводит к вынесению неправильных судеб-
ных решений.
Так, в 2019 году истица Т. (гражданка РФ) , действующая в интересах
двух своих несовершеннолетних детей (Б. 2012 года рождения и С. 2008 года
рождения), обратилась в суд с иском к бывшему супругу Г. о признании дого-
вора дарения доли квартиры недействительным, применении последствий не-
действительности сделки.
1
Сделки, представительство, исковая давность: постатейный комментарий к статьям 153 -
208 Гражданского кодекса Российской Федерации / В.В. Байбак, Р.С. Бевзенко, С.Л. Буды-
лин и др.; отв. ред. А.Г. Карапетов. М.: М-Логос, 2018. С. 259.
76
В спорной квартире гр. Т принадлежит 1/3 доли, ответчику (гр. Г) при-
надлежит 1/2 доли, их несовершеннолетней дочери Б. принадлежит 1/6 доли.
Гражданка Т вместе с детьми зарегистрирована и постоянно проживает в спор-
ной квартире.
По договору дарения ответчик (гр. Г) подарил принадлежащую ему 1/2
доли в праве собственности на спорную квартиру гр. С.
При этом гр. Г не получил согласие органов опеки и попечительства на
совершение данной сделки.
Указанная сделка, по мнению истицы (гр. Т) , нарушает права ее несо-
вершеннолетних детей, так как заключена с нарушением законодательства, со-
вершена с целью, которая была заведомо не соответствовала принципам право-
порядка и нравственности.
Решением суда первой инстанции в удовлетворении иска гр. Т было отка-
зано. В апелляционной и кассационной инстанции решение суда оставлено без
изменения.
ВС РФ было установлено, что нижестоящими судами не были применены
нормы ст. 169 ГК РФ, в контексте Постановления Конституционного суда РФ.
Так, совершение родителем, сознательно не проявляющим заботу о благососто-
янии детей и фактически оставляющим детей без своего родительского попече-
ния, умышленных действий, направленных на совершение сделки по отчужде-
нию жилого помещения (или доли в праве собственности на жилое помещение)
в пользу иного лица, с целью ущемления прав детей, в том числе жилищных,
что может свидетельствовать о несовместимом с основами правопорядка и
нравственности характере подобной сделки и злоупотреблении правом
1
.
Необходимо акцентировать внимание на том, что введение закона № 100-
ФЗ привело к законодательному урегулированию большинства вызывающих
спорт ситуаций в части применения права по недействительным сделкам.
1
Постановление Верховного Суда РФ от 08.06.2018 № 13- П По делу о проверке конститу-
ционности пункта 4 статьи 292 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жа-
лобой гражданки В. В. Тадаевой // Вестник КС РФ. 2018. № 7. С. 27.
77
Однако, по мнению Т.П. Шишмаревой
1
, наличие пробелов, отсутствие
четкости в законодательстве по данному вопросу приводят к возникновению
проблем правовприменения на практике.
Этот факт привел к возникновению следующей (четвертой) группы про-
блем, связанной с реализацией правоприменительной практики в рассматрива-
емой сфере
2
. Эти проблемы носят вероятностный характер и могут возникнуть
в связи с обновлением норм гражданского законодательства в части недей-
ствительности сделок.
Обобщая все вышесказанное, следует отметить, что применение право-
вых норм института недействительности сделок на практике отмечено опреде-
ленными трудностями и наличием разного рода противоречий. Это не раз отме-
чалось в теории гражданского права.
Сложившаяся многолетняя судебная практика направлена на устранение
существующих пробелов в правовом регулировании недействительных сделок.
Это не отрицает того факта, что судебное толкование не является источником
права в российской правовой системе. Это означает лишь то, что суды выпол-
няют свою основную функцию правосудия через эффективное правопримене-
ние и реализацию права толкования законодательных положений.
Действия же российского законодателя на современном этапе характери-
зуется объединением опыта судебной и арбитражной правоприменительной
практики и достижений отечественной цивилистической доктрины с целью
преодоления существующих проблем правоприменительной практики о недей-
ствительности сделок путем реформирования гражданского законодательства.
Недействительность сделки означает, что закон в силу наличия в составе
недействительной сделки определенных дефектов отказывает такому юридиче-
скому факту в правовых последствиях. То есть недействительность сделок за-
висит от наличия установленных в законе оснований и признания их таковыми.
1
Шишмарева Т.П. Недействительность сделок и действий в процедурах несостоятельности в
России и Германии. М.: Статут, 2018. 239 с.
2
Казанцева К.Ю. Недействительность сделок: вопросы теории и практики // Современное
право. 2018. № 3. С. 30 - 37.
78
В институте сделок недействительность обеспечивается нормативным за-
креплением запретов и позитивных обязываний, что отвечает общедозволи-
тельному характеру сделок. Применение запретов и позитивных обязываний
при констатации недействительности сделок обусловлено дефектностью одного
из элементов, составляющих сделку, либо отсутствием одного из ее признаков,
что в свою очередь исключает возможность рассмотрения действия в качестве
действительной сделки
1
.
В обоих случаях дефект определяется установлением факта несоблюде-
ния предъявляемых к сделкам нормативных требований.
В теории гражданского права сложилось два основных подхода к класси-
фикации недействительных сделок. Первый подход, именуемый отечественны-
ми цивилистами «классическим учением о недействительности сделок» и пере-
нятый отечественным законодательством, предусматривает деление недействи-
тельных сделок на ничтожные и оспоримые. Но вследствие того, что институт
сделки подвергся значительному законодательному реформированию и боль-
шинство положений ГК РФ приобрели новый характер, утратили силу множе-
ство принципиальных различий и признаков указанных категорий, выработан-
ных теорией гражданского права.
Деление недействительных сделок на ничтожные и оспоримые теперь
имеет более выраженную практическую направленность. При таком подходе не
представляется возможным в полной мере определить сущностные свойства и
особенности каждого из закрепленных законодателем оснований недействи-
тельности сделки.
Второй подход предусматривает классификацию недействительных сде-
лок в зависимости от того, какой именно из элементов недействительной сдел-
1
Гражданский кодекс Российской Федерации. Подробный постатейный комментарий с путе-
водителем по законодательству и судебной практике. Часть I / А.Ю. Беспалов, Ю.Ф. Беспа-
лов, М.С. Варюшин и др.; отв. ред. Ю.Ф. Беспалов. М.: Проспект, 2017. С. 169.
79
ки является «дефектным», то есть не соответствует требованиям законодатель-
ства
1
.
Так, выделяются сделки недействительные вследствие порока содержа-
ния, порока формы сделки, порока воли и волеизъявления сторон сделки, поро-
ка субъектного состава. При этом указанный подход не учитывает множество
принципиальных положений, заключенных в делении недействительных сделок
на ничтожные и оспоримые. Изучив проблему оснований недействительности
сделок, в том числе и в рамках выбранного подхода, можно привести следую-
щие выводы.
1. Сделка является одним из важнейших юридических фактов, действен-
ным механизмом, посредством которого субъекты гражданских правоотноше-
ний могут реализовать предоставленные и гарантированные Конституцией РФ
экономические права и свободы. Недействительная сделка — это тоже юриди-
ческий факт, но в силу наличия в своем составе определенных дефектов от-
дельных элементов неспособный породить юридических последствий. Можно
сделать вывод: основание недействительности — это закрепленные в законе
критерии, при наличии которых сделка является недействительной (оспоримой
или ничтожной).
2. Гражданским кодексом РФ законодательно закреплены основания ни-
чтожности и основания оспоримости недействительных сделок. Практическая
направленность деления недействительных сделок на ничтожные и оспоримые
заключается в ответе на два основных вопроса: кто имеет право требовать при-
знания сделки недействительной и в течение какого времени. Правовым по-
следствием оспоримых и ничтожных сделок в большинстве случаев является
двусторонняя реституция. Для применения последствий недействительности
сделки необходимо обращаться в суд независимо от того, является ли данная
сделка ничтожной или оспоримой. Поэтому с практической точки зрения после
признания судом сделки недействительной не имеет значения, была такая сдел-
1
Скловский К.И. Сделка и ее действие. Комментарий главы 9 ГК РФ. Принцип добросовест-
ности. 4-е изд., доп. Москва: Статут, 2019. С. 99.
80
ка оспоримой или ничтожной. Применение же иных последствий недействи-
тельности сделки также связано не с ничтожностью и оспоримостью, а с за-
креплением в самой статье ГК РФ возможности применения иных специальных
правовых последствий.
3. Анализируя деление недействительных сделок на ничтожные и оспо-
римые, можно сделать вывод о том, что одним из критериев различия данных
категорий является масштаб интересов, нарушаемых такой сделкой. Так, пресе-
чение ничтожных сделок направлено на обеспечение общественных интересов
и защиту определенных категорий граждан (малолетние, недееспособные).
При оспоримых сделках преимущественно затрагиваются интересы одной
из сторон такой сделки. При этом представляется необоснованным и противо-
речивым отнесение недействительных сделок, заключенных под влиянием
насилия или угрозы, к числу оспоримых.
Целесообразна позиция законодателя, при которой правом на подачу иска
о признании сделки недействительной наделяется потерпевший. Но при этом в
п. 2 ст. 168 ГК РФ закрепляется положение о том, что к числу ничтожных отно-
сятся сделки, посягающие, в том числе, на публичные интересы. Публичный
интерес выражает общественные ценности, которые обеспечиваются правом и
признаются государством.
Положения Конституции (ст. 2, п. 1 и п. 2 ст. 21) указывают, что высшей
ценностью являются права и свободы человека, соблюдение и защита которых,
а также защита достоинства личности – основная обязанность государства.
Представляется обоснованным, что применение насилия к любому члену обще-
ства уже является нарушением публичных интересов, поэтому нельзя согла-
ситься с позицией законодателя об отнесении сделок, совершенных под влия-
нием насилия или угрозы, к числу оспоримых, к ним необходимо применять
положения о ничтожных сделках.
4. Нельзя не отметить, что институт сделки претерпел значительные за-
конодательные реформы, положительным образом отразившиеся на разреше-
нии некоторых проблем, возникающих при применении норм о недействитель-
81
ности сделок на практике. Наиболее принципиальными моментами, которые
непременно стоит отметить, является изменение положения, в соответствии с
которым теперь по общему правилу сделка, несоответствующая закону, при-
знается оспоримой, а не ничтожной. Еще одним моментом становится закреп-
ление в ГК РФ принципа добросовестности, отраженного в большинстве ста-
тей, посвященных недействительности сделок. Эти изменения, как отмечает
сам законодатель, направлены на обеспечение и поддержание стабильности
гражданского оборота и пресечение недобросовестных действий.
5. При этом нельзя не отметить наличие пробелов в правовом регулиро-
вании отдельных вопросов, касающихся недействительности сделок. Так,
например, представляется необходимым законодательная регламентация пра-
вовых последствий последующего одобрения попечителем сделок, совершен-
ных гражданином, ограниченным судом в дееспособности по ст. 176 ГК РФ. В
таких условиях сложившаяся многолетняя судебная практика направлена на
устранение существующих пробелов в правовом регулировании недействи-
тельных сделок. Это не отрицает того факта, что судебное толкование не явля-
ется источником права в российской правовой системе. Это означает лишь то,
что суды выполняют свою основную функцию – правосудие путем эффектив-
ного правоприменения и реализации права толкования законодательных поло-
жений.
3.3. Пути совершенствования законодательства в сфере незаключенности
и недействительности сделок
За последние годы в России четко прослеживается наметившаяся тенден-
ция увеличения числа сделок, после совершения которых, оспаривается сторо-
нами их действительность. Пробелы и противоречия правовых норм, отсут-
ствие четкой законодательной легитимации большинства договорных правоот-
ношений, а также несовершенство действующего гражданского законодатель-
82
ства выступают основной проблемой, осложняющей рассмотрение судами ука-
занных споров.
Понятие сделки содержится в ст.153 Гражданского кодекса Российской
Федерации отсутствуют указания на характер действий сторон сделки (право-
мерность), а также на последствия. В данном понятии термин недействительно-
сти относится не к самой сделке как юридическому факту, а к последствиям
правового характера, в то время как в действующем гражданском законода-
тельстве РФ такого понятие вообще не содержится. Вместе с тем незаключен-
ные и недействительные сделки сходны в том, что они не приводят к тем по-
следствиям, которые подразумевали (и которых, возможно, хотели контраген-
ты). Вследствие этого в научном и практическом плане важно разграничивать
данные правовые категории.
Содержание главы 9 Гражданского кодекса Российской Федерации при-
водит к многочисленным дискуссиям как между теоретиками, так и практика-
ми. В кодексе не содержится четкой дефиниции «недействительности сделки»,
«незаключенности сделки», а также не совсем отражена специфика данных до-
говорных конструкций. Действующее гражданское законодательство РФ не со-
держит четкого разграничения этих двух понятий, что создает значительные
трудности для разрешения конкретных вопросов и, в свою очередь, приводит к
различному практическому решению данной проблемы. Общие условия при-
знания сделки недействительной регламентируются нормами раздела 2 главы 9
Гражданского кодекса Российской Федерации (ст.ст. 166-181). Базовым услови-
ем недействительности сделки является установление факта ее несоответствия
правовым нормам.
В теории и на практике существует немало проблем, связанных соответ-
ственно с исследованием и реализацией процедуры признания сделок недей-
ствительными. Рассмотрим некоторые из них.
В соответствии со ст. 177 Гражданского кодекса сделка, совершенная
гражданином, впоследствии ограниченным в дееспособности вследствие пси-
хического расстройства, может быть признана судом недействительной по иску
83
его попечителя. На наш взгляд, что в этом случае целесообразно дополнить
данную статью положением о необходимости проведения судебно-
медицинской экспертизы.
Наиболее обоснованной классификацией недействительных сделок явля-
ется разделение условий недействительности, которое предполагает наличие
двух их видов: условия, при которых сделка признается ничтожной и условия,
при которых сделка может быть оспорена. Анализ ст. 12 ГКРФ показывает, что
по отношению к оспоримым сделкам законодатель прямо предусмотрел воз-
можность признания их недействительными с одновременным указанием на
применение последствий ее недействительности. В случае же с ничтожностью
сделки представлена ссылка лишь на применение последствий ее недействи-
тельности.
И хотя перечень, обозначенный в данной статье, не является исчерпыва-
ющим, представляется, что использование иных способов защиты должно быть
четко определено лишь законом. Судебная процедура признания недействи-
тельности сделки имеет особенность в субъектном составе заявителей, опреде-
ленном ст. 171-179 ГК РФ и о сроках исковой давности. Анализ судебной прак-
тики, взятой из разных регионов РФ, показал, что суды, рассматривая дела по
спорам, связанным с признанием недействительными сделок по ст. 171 ГК РФ,
в субъектном отношении зачастую удовлетворяют требования.
В этой связи следует сказать, что совершенно не ясен смысл отступления
от общего правила исчисления срока исковой давности в перечисленных выше
сделках. Если по общему правилу исковая давность течет со дня, когда лицо
узнало или должно было узнать о нарушении своего права и надлежащем от-
ветчике по иску (ст.200 ГК), то для исков о применении последствий ничтож-
ных сделок - со дня, когда началось ее исполнение (ст.181ГКРФ). В некоторых
случаях данная юридическая конструкция является крайне несправедливой.
Следует обратить внимание на то, что нормы, устанавливающие недействи-
тельность сделок, противоречащих закону или иным правовым актам, содер-
жатся не только в Гражданском кодексе, но и в иных федеральных законах.