96
время как недееспособные люди, лишенные каких-либо прав и возможности
отстаивать свои интересы, полностью зависят от своих опекунов.
В нашей стране контроль за опекунами в основном осуществляют
опекунские советы в психоневрологических диспансерах, которые требуют от
опекунов лишь отчетов о расходовании средств больного на его нужды и не
интересуются тем, как восполняются и компенсируются утраченные пациентом
права, какими возможностями для осуществления своих интересов располагают
больные, каковы резервы для их социальной и бытовой адаптации.
Недееспособные не располагают правом обращения в суд для признания
их дееспособными, а имеющие такое право опекуны и медицинские
учреждения не проявляют к этому никакого интереса; решения судов о
признании больного недееспособным не пересматриваются с установленной в
обязательном порядке периодичностью.
История К., произошедшая в 2009 г., показывает, к каким
злоупотреблениям это может привести
1
.
После ссоры с бывшей женой (они были разведены, но проживали в
одной квартире) К. был насильственно помещен в психиатрическую больницу,
где у него диагностировали бредовое состояние вследствие шизофрении.
Бывшая жена обратилась в суд с просьбой признать К. недееспособным. В
больнице до окончания лечения ему была проведена судебно-психиатрическая
экспертиза, на основании заключения которой суд признал его
недееспособным. В судебном заседании К. не присутствовал, так как эксперты
выслали в суд справку о том, что К. по психическому состоянию не может
присутствовать в суде и защищать свои интересы. Опекуном К. был назначен
его сын, с неприязнью относившийся к отцу.
Между тем, в ходе лечения состояние К. улучшилось, психическое
расстройство, которое расценивалось как бредовое, потеряло свою
актуальность, был подвергнут сомнению диагноз шизофрении. Тем не менее,
после выписки из больницы К. был лишен права работать, снимать деньги со
сберегательной книжки, управлять своей автомашиной, совершать сделки,
вступать в договорные отношения и т.д.
1
Бесправие в законе [Электронный ресурс] Режим доступа: http://trv-
science.ru/2010/08/31/bespravie-v-zakone/ (Дата обращения 07.07.2019).
97
Он поселился у своего брата и общается со своим сыном-опекуном
только в силу необходимости. Опекун и врачи-психиатры ПНД,
«загипнотизированные» психиатрическим диагнозом, не желают обращаться в
суд для признания К. дееспособным, хотя знают, что он продолжает работать,
управлять автомашиной и поддерживать близкие отношения с другой
женщиной.
Могут быть возражения, что случай К. в чем-то уникален, что ошибки
бывают в любом деле и что большинство недееспособных лиц длительное
время пребывает в домах-интернатах или в психиатрических больницах, где
обязанности опекунов по закону исполняют главные врачи этих учреждений.
Но это тем более исключает индивидуальный подход и практическое
восполнение тех утраченных прав и возможностей, которых недееспособные
лишены по закону.
Несмотря на то, что пребывание в коллективе вольно или невольно
побуждает этих несчастных к взаимодействию и участию в элементарной
совместной деятельности, в российских домах-интернатах отсутствуют какие-
либо органы (советы родственников, элементарные формы самоуправления
больных, организация психологически обоснованной и мотивированной
занятости больных и т.д.), которые могли бы активизировать социальные
интересы больных. Положение недееспособных больных в таких учреждениях
сравнимо с пребыванием в концентрационных лагерях, где основную массу
составляют лица, лишенные возможности отстаивать свое человеческое
достоинство.
При таком узаконенном бесправии, на наш взгляд, чудовищным выглядит
положение, изложенное в п.7 ст. 43 Федерального закона «Об обращении
лекарственных средств»
1
, утвержденного Президентом РФ 12 апреля 2010 г.,
согласно которому, с согласия их законных представителей (опекунов)
«допускаются клинические испытания лекарственных препаратов,
предназначенных для лечения психических заболеваний на лицах, признанных
недееспособными».
Столь общее положение имеет явную коррупционную составляющую и
вступает в противоречие с Хельсинкской декларацией Всемирной медицинской
1
Федеральный закон от 12.04.2010 N 61-ФЗ (ред. от 28.12.2017) «Об обращении
лекарственных средств» // Собрание законодательства РФ, 19.04.2010, № 16, ст. 1815.
98
ассоциации (World Medical Association) с изменениями, внесенными в 2008 г.
Генеральной ассамблеей этой организации. В этой декларации постулируются
исключительный характер таких испытаний, возможность получения согласия
на испытание не только от законного представителя, но и от самого лица,
признанного недееспособным, необходимость объективного
профессионального и этического контроля.
Уже сама возможность такого бесконтрольного испытания психотропных
препаратов у лиц, не способных приобретать и осуществлять гражданские
обязанности, исполнять их и защищать свои интересы, является, по моему
мнению, грубым издевательством над беззащитными людьми. Это связано со
следующими обстоятельствами:
1. Опекуны (законные представители) недееспособных не вправе
принимать решения об испытании лекарственных средств, так как не имеют для
этого соответствующих знаний, прав и полномочий.
2. Большинство лиц с психическими расстройствами, признанных
недееспособными, находятся в психиатрических больницах или домах-
интернатах для психически больных, где функции опекунов выполняют
главные врачи этих учреждений. В этих условиях фармакологические фирмы
приобретают неограниченные возможности для воздействия (в том числе и
коррупционного) на администрацию домов-интернатов с целью внедрения
своей продукции и извлечения прибыли за счет беззащитных и бесправных
больных. О таких возможностях мечтал бы знаменитый доктор Йозеф Менгеле
из Аушвица!
3. Результаты такого рода испытаний лекарственных средств не должны
использоваться при решении вопроса об их широком использовании, так как
недееспособные в подавляющем большинстве — это лица с тяжелыми и
необратимыми признаками поражения головного мозга, вследствие чего их
реакция на прием того или иного препарата извращена и не должна
учитываться при использовании на практике такого препарата.
На наш взгляд, вся система обслуживания недееспособных в России,
защиты их интересов, создания перспектив для восстановления дееспособности
нуждается в коренной перестройке. Должен быть изменен и институт
опекунства — быть может, эту функцию следует поручать специально
обученным социальным и медицинским работникам, а недееспособность для
99
каждого должна быть конкретизирована перечнем тех функций, которые
недоступны данному больному.
Законопроект о защите интересов недееспособных и частично
дееспособных граждан был призван решить две основные задачи. Это -
изменение системы организации опеки и попечительства над гражданами,
признанными недееспособными или ограниченными в дееспособности, а также
детьми, оставшимися без попечения родителей и не устроенными в семью
(проживающими в детских домах).
Совет по кодификации, который изучает проекты постановлений
Пленумов Верховного суда, если они касаются его цивилистического профиля
(например, посвящены гражданскому, семейному, жилищному праву), не
одобрил новую версию законопроекта о гарантиях недееспособных и частично
дееспособных, над которым ведут работу правительство и Минюст. Сейчас
опекой и попечительством над психически больными занимаются
психоневрологические интернаты и другие государственные и муниципальные
учреждения, которые известны своей закрытостью. Проект нацелен на то,
чтобы сделать систему более открытой и привлечь в нее других лиц. Например,
учреждения обяжут раскрывать информацию о своей работе, порядке
посещения и так далее. Прием граждан будет обязательным. Кроме того,
обязательно учитывать пожелания подопечных. Эти инициативы совет
одобрил.
Больше вопросов и критики вызвала идея межопекунских соглашений.
Они позволили бы интернату делить ответственность за больного с другими
лицами. Например, с его родственниками или некоммерческими
организациями.
Связано это с тем, что не все готовы нести тяжкий груз ежедневной
заботы о родственниках с тяжелыми психическими расстройствами. Но если
поместить такого человека в интернат, он оказывается заперт в четырех стенах.
Родственникам потом сложно вывезти его на дачу летом, на занятия и так
далее. Интернат опасается отдавать пациента, потому что только он один несет
за него ответственность.
Защитить интересы больных может распределенная опека, которая
позволяет разделить обязанности между несколькими лицами. Основной
опекун и дополнительные заключают «квазидоговор» о том, как они делят
обязанности.
100
Межопекунское соглашение мы считаем неустойчивым и хрупким, так
как оно строится на доверении внутри группы, а выход одного из лиц влечет
его развал. А если оно не будет заключено? Если оно прекратится? Это
осталось не проработано в проекте поправок.
В целом недееспособному или частично дееспособному гражданину не
нужно много законных представителей, ему нужны другие услуги – сиделок,
массажистов, волонтеров и так далее. А организовать их работу как раз может
опекун. Неправильно смешивать статусы сиделки и опекуна. Проблема в
невнимательности учреждений к нуждам больных, это вопрос ненадлежащей
организации отрасли.
Также нет санкций за то, что учреждение не учло пожелания
недееспособных или частично дееспособных. Кроме того, непонятно, почему
круг соопекунов ограничили физлицами и некоммерческими организациями.
Есть коммерческие организации, которые профессионально занимаются
заботой о недееспособных.
Также, решительно против «расщепления ответственности» выступает
представитель президента в Конституционном суде Михаил Кротов
1
. «Понятно,
зачем это нужно, – горячился он. – Коммерциализация – много лиц смогут
распоряжаться имуществом недееспособного». Он также не увидел смысла
предусматривать ответственность за неучет мнения подопечного, потому что
его можно неправильно понять и вообще это «вовсе не юридическая
конструкция». Законопроект конечно требует доработки.
Считаем, что краеугольный камень проблемы в том, как работают органы
опеки. Необходимо также отметить, что законодательство не содержит каких-
либо специальных требований к исполнению интернатами опекунских или
попечительских функций несмотря на то, что исполнение юридическими
лицами таких функций априори неравноценно их исполнению физическим
лицом.
Кроме того, отсутствует должное регулирование ситуации установления
опеки или попечительства в отношении лица, которое не имеет опекуна или
попечителя, не нуждается в помещении под надзор в интернат и не желает
этого. Действующая норма о временном исполнении функций опекуна или
1
Пленум ВС по «интеллектуалке» и проблемы опеки: что обсудил Совет по кодификации
[Электронный ресурс] // Режим доступа: https://pravo.ru/story/210967/. (дата обращения
26.07.2019 г.).
101
попечителя органом опеки и попечительства для данной ситуации
представляется недостаточной.
Как мы отметили, суд, органы опеки и врач-психиатр, как представители
государства, имеют право решать все вопросы, касающиеся лица, страдающего
психическим расстройством, игнорируя его желания и убеждения. Существуют
трудности правоприменения, связанные с неопределенностью некоторых
аспектов вопроса признания гражданина недееспособным. Разрешение
указанных вопросов и проблем мы видим в проведении следующих
мероприятий:
1) Считаем необходимым внести изменения в п. 3 ст. 37 ГПК РФ в части
возможности приобретать права, осуществлять обязанности и защищать свои
законные интересы ограниченно дееспособными гражданами самостоятельно.
В случае если они не могут совершать эти действия, то тогда законные
представители могут им в этом помочь.
2) Также внести изменения в п. 3 ч. 1 ст. 135 ГПК РФ в части возврата
искового заявления, поданного недееспособным лицом. Полагаем, что этот
пункт закона нарушает права указанных граждан.
3) Целесообразно внести изменения в п. 5 ст. 37 ГПК РФ и обязать суд
привлекать к участию в деле недееспособных граждан.
4) Предоставлении права подачи в суд заявления о признании гражданина
недееспособным только близким родственникам. Такое положение
гарантировало бы права и законные интересы психически больных и
обеспечило права лиц, окружающих данного гражданина.
Кроме того, оно было бы лишено крайне спорного понятия «члена
семьи».
5) Предоставлении права подачи заявления о признании гражданина
недееспособным общественным организациям, целью деятельности которых
является защита интересов лиц, страдающих психическими расстройствами.
6) Обеспечении реального укомплектовывания психиатрических
лечебных учреждений юристами для решения ими вопроса подачи в суд
заявлений о признании граждан недееспособными и контроля за соблюдением
правовых норм, регламентирующих положение лиц, страдающих психическими
расстройствами.
102
7) Введении штрафных или иных более строгих санкций за подачу в суд
заявления с целью заведомо необоснованного лишения гражданина
дееспособности, которые должны применяться не только к лицам, но и
органам, необоснованно подавшим такое заявление. Так как простое взыскание
судебных расходов — недостаточная мера для предупреждения подобных
неправомерных действий.
8) Разрешении вопроса о наличии оснований для производства СПЭ
судьей совместно с консультантом — судебным психиатром для снижения
вероятности ошибочного решения и защиты граждан от необоснованного
проведения СПЭ.
9) Исключении возможности проведения по делам о признании
гражданина недееспособным СПЭ в судебном заседании в связи с особой
важностью разрешаемого вопроса и невозможностью получения в судебном
заседании достаточных данных о характере и тяжести психического
расстройства.
10) Обеспечении участия в процессе о признании гражданина
недееспособным представителя интересов лица, страдающего психическим
расстройством (временного опекуна или адвоката), так как реальные
процессуальные возможности заявителя и психически больного неравны.
11) Страховании врача от ошибки при диагностике психического
расстройства. Пока отсутствие в системе обязательного медицинского
страхования и у медицинских учреждений источников денежных средств на
возмещение вреда, причиненного постановкой неправильного диагноза,
приводит к тому, что механизм возмещения вреда, фактически, отсутствует.
12) Признании обязательности участия в судебном заседании гражданина,
признаваемого дееспособным и эксперта-психиатра для того, чтобы суд мог
достоверно убедиться в восстановлении возможности гражданина отдавать
отчет своим действиям и руководить ими.
13) Сохранении полномочий родителей по представлению интересов
несовершеннолетнего, признанного недееспособным. При совместном с
опекуном решении вопросов по представлению и защите интересов
несовершеннолетнего и субсидиарной ответственностью за причиненный
несовершеннолетним вред.
103
14) Решении вопроса о назначении в качестве опекунов медицинских
работников в судебном порядке.
15) Установлении ответственности опекуна за неисполнение обязанности
при улучшении состояния здоровья подопечного, свидетельствовать перед
судом о признании подопечного дееспособным и снятии с него опеки.
16) Внесении в законодательство положения о временной и специальной
недееспособности, позволяющей в период обострения уберегать находящихся
под диспансерным наблюдением от ущерба, а находящимся в стационаре
своевременно гарантировать социальное обеспечение.
17) в целях большего внимания вопросу правового положения
недееспособных лиц, предусмотреть отдельный пункт в ст. 29 ГК РФ, который
будет посвящен разрешению вопроса об имущественной ответственности
недееспособных лиц, а тем самым — и их опекунов. Вопрос ответственности
опекунов недееспособных лиц также нуждается в правовой доработке, причем в
различных аспектах.
18) Рекомендуем дополнить Закон о психиатрической помощи таким
образом, чтобы он обеспечивал наличие у пациентов психиатрических клиник и
психоневрологических интернатов, независимо от статуса их дееспособности,
права на обращение в суд с целью инициирования периодической судебной
проверки относительно законности их принудительного содержания в данном
учреждении, а также права оспаривать действия и решения психиатрической
больницы или психоневрологического интерната в судебном порядке.
Необходимо также, чтобы основные права пациентов, сформулированные в
Статье 37 Закона, включая право на встречи с адвокатом, применялись ко всем
пациентам, независимо от статуса их дееспособности.
19) Считаем, что нужно ввести обязательность проставления отметки о
признании гражданина недееспособным в паспорте (документе,
удостоверяющем личность).
Согласно действующему законодательству в Российской Федерации,
гражданам, признанным недееспособными, не делается никаких отметок в
документе, удостоверяющем личность. Это приводит к тому, что граждане,
признанные недееспособными, имеют возможность совершения сделок с
банками и иными кредитующими организациях, заключения разовых
104
договоров, подачи заявления о заключении брака и т.п., что в последствии
вытекает в судебные разбирательства и иные последствия.
Ожидаемый практический результат - снижение нагрузки на суды в связи
с уменьшением количества судебных разбирательств с участием граждан,
признанных недееспособными, их опекунов и иных представителей.
Исключение неправомерных операций в государственных органах, совершения
сделок с банками и иными кредитующими организациях, заключения разовых
договоров, подачи заявления о заключении брака и т.п. с участием граждан,
признанных недееспособными.
Для этого предлагаем: Пункт 1 статьи 29 ГК РФ «Признание гражданина
недееспособным» изложить в следующей редакции:
«1. Гражданин, который вследствие психического расстройства не может
понимать значения своих действий или руководить ими, может быть признан
судом недееспособным в порядке, установленном гражданским
процессуальным законодательством. Над ним устанавливается опека. В
документе, удостоверяющем личность, ставится штамп с датой и номером
судебного решения о признании гражданина недееспособным».
Таким образом, в законодательстве имеется масса проблем реализации
обеспечения прав недееспособных лиц, на практике с ними сталкиваются суды,
нотариусы, сотрудники органов опеки и попечительства.
По результатам исследования нами внесены предложения по
совершенствованию механизма судебной защиты прав недееспособных лиц.
Применение предложенных вариантов разрешения проблем в сфере
признания гражданина недееспособным, обеспечило бы соблюдение прав и
законных интересов и лиц, страдающих психическими расстройствами, и
общества в целом.
Выводы по главе 3:
В законодательстве имеется масса проблем реализации обеспечения прав
недееспособных лиц, на практике с ними сталкиваются суды, нотариусы,
сотрудники органов опеки и попечительства.
105
Иски о недееспособности граждан в последние несколько лет подаются
достаточно часто. В основной массе они связаны с вопросами наследственного
характера при признании ничтожными завещаний, а также договоров купли-
продажи. Иными словами, имеют имущественный характер. Кроме того, вопрос
о дееспособности возникает при оформлении опекунства на родственниками-
инвалидами, что позволяет попечителям в дальнейшем не только
распоряжаться имуществом опекаемых, но и получать определенные пособия
от государства.
Присуждение статуса недееспособного человека возможно только при
проведении разбирательства в судебной инстанции. Основанием для признания
гражданина недееспособным является только судебное постановление,
изданное после проведения соответствующего разбирательства.
В ходе судебного разбирательства главой суда во внимание принимаются
медицинские заключения и мнение юридической экспертизы. В экспертизе,
проведенной медиками, будет выявлено, если у человека есть психические
расстройства или иные заболевания, мешающие ему рационально поступать. В
ходе юридического анализа выявляется, есть ли способность руководить
своими поступками, есть ли осознание над осуществленными действиями.
Изучение судебной практики по делам о признании гражданина
недееспособным показало, что судами не всегда соблюдаются требования,
установленные действующим законодательством, регулирующим спорные
правоотношения, в части надлежащего уведомления о времени и месте
рассмотрения дела лиц, в отношении которых подано заявление о признании
недееспособным либо о принудительной госпитализации, направления им
копий процессуальных документов, принятых судом на всех стадиях
рассмотрения дела, в том числе на стадии принятия заявлений к производству, а
также судебных актов, которыми заявления рассмотрены по существу,
обеспечения права на участие вышеуказанных лиц в судебном заседании по
разрешению вопроса о признании их недееспособными.