64
рассматривает эту категорию дел, существенным вопросом является то,
является ли передача права собственности в процессе реорганизации от
реорганизуемого общества к обществу, созданному в процессе реорганизации,
самостоятельной сделкой в понимании ст.153 ГК РФ?
Д.И. Степанов, рассматривая проблему недобросовестности
реорганизации, отмечает, что, если нарушается право на реорганизацию
передачи права собственности, даже если сама реорганизация
недействительна, их можно рассматривать как сделки; что позволяет им
применять нормы Гражданского кодекса Российской Федерации о
недействительности сделок и осуществлять реституцию. То есть Д.И.
Степанов предлагает рассматривать передачу права собственности в процессе
реорганизации как сделку в одном случае - в случае несправедливой
реорганизации.
1
Учитывая мнение о недобросовестности реорганизации, разделяемое
автором данной статьи, настоящей случай можно сформулировать следующим
образом: при наличии порока воли у субъектов, совершающих реорганизацию.
Некоторые суды придерживаются заявленной позиции. Таким образом,
Арбитражный суд Урала Уральского округа расценил действия по передаче
имущества, совершенные в связи с реорганизацией общества в форме
выделения, как притворные сделки на том основании, что вновь созданным
обществам передавались не просто имущественные объекты, а предприятия
как единые имущественные комплексы, а реорганизация преследовала цель
сокрытия активов реорганизуемого общества от обращения взыскания на них
по требованиям кредиторов. Таким образом, фактически осуществленные
сделки подлежат применению норм Гражданского кодекса Российской
Федерации, регулирующих отчуждение предприятий как единых
имущественных комплексов. Суд также установил, что оспариваемая
реорганизация была формой злоупотребления правом, так как реорганизация
1
Каширский С. С. Преемство прав и обязанностей в гражданском правоотношении
//Нижний Новгород. – 2015, стр. 92
65
как осуществление гражданских прав должна отвечать общим гражданско-
правовым требованиям, применимым к поведению участников хозяйственных
отношений, в том числе требованиям недопустимости злоупотребления
гражданскими правами. (Постановление Федерального арбитражного суда
Уральского округа от 25.07.2002 № 09-171 / 02-044).
1
Другая точка зрения, также нашедшая подтверждение в судебной
практике, заключается в том, что передача права собственности в
соответствии с разделительным балансом, по сути, не является
самостоятельной сделкой по смыслу статьи 153 Гражданского кодекса
Российской Федерации, которая сама по себе, направлена на установление,
изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей, а является
исполнением воли органа юридического лица, принявшего решение о
реорганизации, и практической реализацией этого решения. Следовательно,
нет никаких юридических оснований квалифицировать передачу самой
собственности в соответствии с разделительным балансом на основании
решения общего собрания акционеров как самостоятельной сделки, которая
может быть признана недействительной по основаниям, предусмотренные
законом. Постановление Арбитражного суда Федерального округа г. Москвы
от 08.08.2002 № КГ-А41 / 5085-0251).
2
Или другой пример: суд отказал в удовлетворении требования о
признании недействительной сделки по передачи имущества, поскольку
ответчик стал собственником оспариваемого имущества в рамках
универсального правопреемства, в связи с чем оспариваемый акт передачи
основных средств в процессе реорганизации общества не может быть
рассмотрен как самостоятельная сделка и не может быть признан судом
1
Постановление Федерального арбитражного суда Уральского округа от 25.07.2002
№ Ф09-171/02-ГК
2
Постановление Федерального арбитражного суда Московского округа от
09.08.2002 № КГ-А41/5085-02.
66
недействительным. (Постановление Федерального арбитражного суда
Западносибирского округа от 05 марта 2010 г. По делу № А81-2220/2009.)
1
Представляется, что вторая точка зрения более обоснована. При
реорганизации общества совершается ряд последовательных действий,
которые в своей совокупности направлены на достижение общего правового
результата – реорганизацию общества. Эти действия включают в себя, в
частности, передачу прав и обязанностей реорганизованного общества новому
обществу в соответствии с разделительным балансом (передаточным актом).
Поэтому, как считает Долинская В.В., для квалификации таких действий как
самостоятельных сделок отсутствуют законные основания.
А если разделительный баланс составлен таким образом, что
невозможно определить правопреемника?
Ранее (до 2009 года) п.3 статьи 60 ГК РФ звучал так: «Если
разделительный баланс не дает возможности определить правопреемника
реорганизованного юридического лица, вновь возникшие юридические лица
несут солидарную ответственность по обязательствам реорганизованного
юридического лица перед его кредиторами». По нашему мнению, в настоящее
время из данной статьи необоснованно исключена солидарная
ответственность вновь возникших юридических лиц по тем долгам
реорганизованного юридического лица, по которым невозможно установить
правопреемника, хотя специальные законы и содержат данные положения о
солидарной ответственности вновь возникших юридических лиц в результате
реорганизации. Например, статья 15 ФЗ «Об акционерных обществах», статья
51 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью». Необходимо
отметить, что норма о солидарной ответственности по обязательствам при
невозможности определения правопреемника, призвана защищать только
интересы кредиторов юридических лиц, реорганизованных в форме
разделения или выделения. Поскольку затруднения в определении
1
Постановление Федерального арбитражного суда Западносибирского округа от 05
марта 2010 г. по делу № А81-2220/2009.
67
правопреемника могут возникать только в этих случаях при составлении
разделительного баланса.
Требование кредитора может быть предъявлено солидарным
должникам-правопреемникам только после завершения реорганизации
юридического лица, то есть после государственной регистрации юридических
лиц, возникших в результате разделения или выделения. В этой связи
требуется установить контроль за выделяющим юридическим лицом. Если
такое лицо передает весь или большую часть актива выделяемому
юридическому лицу, права кредиторов выделяющего юридического лица
будут нарушены. Решение вопроса опять же лежит в усовершенствовании п.1
ст.14 ФЗ от 08 августа 2001 № 129-ФЗ. Выделяющее юридическое лицо при
регистрации выделяемого юридического лица должно подтвердить свою
экономическую стабильность, представив соответствующие документы. Во
внимание должна приниматься не только стоимость активов и реальная.
Возможность в использовании этих активов для исполнения
обязательств. Оставление в реорганизованном юридическом лице активов в
виде дебиторской задолженности с истекшими сроками исковой давности не
может рассматриваться как передача активов. На наш взгляд, п.1 ст.14 ФЗ от
08 августа 2001 № 129-ФЗ должен содержать обязательные требования к
актам, оформляющим правопреемство с учетом нормы абзаца второго п.2
ст.59 ГК РФ. На практике часто возникают ситуации, когда из
разделительного баланса четко видно, как распределены активы и долги
реорганизованного юридического лица между его правопреемниками: одному
из них передана основная часть активов, а другому - почти все долги.
Подобные действия являются не чем иным, как попыткой уйти от
ответственности перед кредиторами. Считаем, что такие действия необходимо
предупреждать, а не искать способов судебной защиты уже нарушенного
права. Представляется, что в п.1 ст.14 ФЗ от 08 августа 2001 № 129-ФЗ должна
содержаться норма, обязывающая заявителей представлять вместе с актом
правопреемства заключение независимого аудитора, из которого должно
68
следовать, что стоимость чистых активов общества, которое просит
зарегистрировать заявитель, превышает не только уставной капитал, но и
пассивы такого общества. На основании изложенных положений
представляется наиболее целесообразным законодательное закрепление мер
способствующих определению должника; предупреждению применения мер
солидарной ответственности, а в случае необходимости их применения -
расширение сфер ее применения с возможностью использования аналогии
закона.
Для этого требуется:
1. Законодательно, на уровне ГК РФ закрепить принцип справедливого
распределения активов и пассивов, т.е. величина передаваемых
правопреемнику или остающихся у реорганизованного юридического лица
активов должна быть не менее величины пассивов, имеющихся
соответственно у правопреемника или право предшественника и установить
ответственность за нарушение данного принципа вплоть до уголовной.
2. Внести изменения в ст.14 ФЗ от 08 августа 2001 № 129-ФЗ,
предусматривающие, что: Выделяющее юридическое лицо при регистрации
выделяемого юридического лица должно представить в регистрирующий
орган документы, подтверждающие стоимость активов, отражающие
реальную возможность использования этих активов для исполнения
обязательств перед кредиторами. При этом, передача активов в виде
дебиторской задолженности с истекшими сроками исковой давности не может
рассматриваться как передача активов. Вместе с актом правопреемства в
регистрирующий орган представляется заключение независимого аудитора, из
которого должно следовать, что стоимость чистых активов общества, которое
просит зарегистрировать заявитель, превышает не только уставной капитал,
но и пассивы такого общества.
3. Вновь внести в ГК РФ статью, предусматривающую что, если
разделительный баланс не дает возможности определить правопреемника
реорганизованного юридического лица, вновь возникшие юридические лица
69
несут солидарную ответственность по обязательствам реорганизованного
юридического лица перед его кредиторами.
§ 3.3. Проблемы реорганизации, выявленные в процессе производственной
практики
В данном параграфе будут приведены отсылки и упоминания на ряд
руководящих документов Министерства обороны Российской Федерации. В
силу того, что практически все они, за исключением Федерального закона от
31 мая 1996 г. №61-ФЗ «Об обороне», Устава внутренней службы
Вооруженных Сил Российской федерации, утвержденного Указом Президента
Российской Федерации 10 ноября 2007 года №1495, имеют грифы
секретности, фактического их наименования я привести не могу.
В практике реорганизации юридических лиц обособленно стоят
проблемы реорганизации объектов и организаций государственной службы,
которые имеют статус юридического лица.
В свое время, после распада СССР, во время становления новой
государственной системы и зарождения новых для государства видов
правоотношений между различными учреждениями и фирмами, в стране
возникла необходимость массово регистрировать все учреждения, как
юридические лица. В эту тенденцию включилось и Министерство обороны
Российской Федерации.
В период с 1996 по 2008 год в Российской Федерации каждая
войсковая часть была зарегистрирована как юридическое лицо, однако
фактической финансовой деятельности практически никто, кроме финансовых
учреждений Министерства обороны не вел.
В результате этого имело место большое количество преступлений
финансового характера, когда руководители частей могли по закону
заключать договора со сторонними организациями на оказание различных
70
услуг, а так как количество воинских частей достаточно велико, то контроль
за такого рода деятельностью практически не осуществлялся.
Результатом этого стало большое количество уголовных дел
коррупционной и мошеннической направленности, часть из которых не
раскрыта до сих пор, а ущерб государству исчисляется десятками миллиардов
рублей.
В 2008 году Министерством обороны Российской Федерации была
инициирована работа по исключению записей в ЕГРЮЛ о юридических лицах
– воинских частях Министерства обороны Российской Федерации.
В действующем законодательстве нет какого либо разделения между
юридическим лицом, которыми является индивидуальный предприниматель,
крупная компания, или государственное учреждение. Налоговые органы, иные
специалисты с трудом понимают эту проблему. В практике ликвидации путем
реорганизации юридического лица принято, что после окончания процесса
произойдет значительное изменение в структуре рассматриваемого субъекта.
В государственных структурах, а в моем случае, воинских частях, никаких
изменений в функционировании не происходит. Фактически у организации
пропадают права только на ведение финансово-экономической деятельности.
Имущество остается в пользовании, действующие контракты не претерпевают
изменений, так как с 2012 года все контракты сторонними организациями
заключаются напрямую уполномоченными органами Министерства обороны.
В следствии этого пропадает необходимость проводить ряд
мероприятий предписанных руководящими Федеральной налоговой службы.
А именно:
- уведомление кредиторов о начале процесса реорганизации;
- подачи объявления в периодическое издание.
Другим острым моментом, который пока не озвучивается, но имеет
место быть, является соблюдение режима секретности. Согласно руководящих
документов Министерства обороны Российской Федерации, размещение
информации о наименовании, предназначении, местоположении,
71
руководящем составе и структурной организации воинских частей в открытых
источниках запрещена. Это необходимо для сокрытия реальных данных о
дислокации объектов Министерства обороны, их деятельности и снабжении.
Размещение объявления в открытой периодической печати о начале
процедуры реорганизации фактически идет вразрез с рядом закрытых
документов о обеспечении режима секретности. Даже внесение актуальных
данных в ЕГРЮЛ может быть для отдельных воинских формирований
запрещено вышестоящим командованием и органами ФСБ, так как это может
привести к раскрытию сведений составляющих государственную тайну.
Этот вопрос пока не озвучивается руководством Вооруженных Сил
Российской Федерации, однако за последние несколько лет было принято
несколько решений, которые ужесточили порядок освещения деятельности
войск в открытых источниках информации
Все это создает определенные трудности в ликвидации юридических
лиц для организаций и структур, действующих не самостоятельно, а под
руководством единого центрального органа военного управления.
Конкретно моя воинская часть столкнулась со следующей проблемой:
1. Для начала процесса реорганизации необходим приказ
руководителя организации, или вышестоящего уполномоченного органа.
Данные приказы были изданы Министром обороны в 2012 году. Они
определяли порядок реорганизации целого ряда юридических лиц,
принадлежащих Министерству обороны, путем присоединения к нескольким
региональным финансовым центрам в два этапа. На первом воинские части
присоединялись к более крупным, а именно передавали в их ведение свою
финансовую деятельность, а на втором этапе вся финансовая деятельность
переходила в ведение командования военных округов.
2. Временные нормативы указаны не были, и ряд частей столкнулись
с тем, что в момент начала процедуры реорганизации, они уже не могли ее
завершить, так как те части, к которым переходила их финансовая
72
деятельность, свою деятельность уже передали, и завершили процесс
ликвидации.
3. Мной в процессе деятельности было выяснено, что помимо того,
что часть, к которой нас должны были присоединить, так же находилась в
процессе ликвидации, она еще и была полностью расформирована, а личный
состав переведен на другие места прохождения военной службы.
4. К этому добавилось то, что эта часть имела перед государством
налоговую задолженность, которая образовалась в последний месяц
фактического существования части. К задолженности прибавился судебный
штраф и пеня. В итоге суд наложил запрет на совершение регистрационных
действий по внесению изменений данных должника в ЕГРЮЛ.
1
По вопросу признания имеющейся налоговой задолжности
безнадежной к взысканию, в МРИ ФНС №46 по г. Москве, нам было
разъяснено, что по такому вопросу необходимо обращение представителя
должника - войсковая часть расформирована, либо представителя
правопреемника (Объединенное Стратегическое Командование Западный
военный округ), либо лица, назначенного для совершения таких действий
приказом командующего войсками ЗВО.
Однако, даже при признании задолженности безнадежной к
взысканию, процедура реорганизации не пожжет быть совершена, в связи с
тем, что самой части уже нет.
5. В итоге моя часть не может начать процесс реорганизации. Для
того, чтобы мы были присоединены к другому финансовому органу, нам
необходим новый приказ Министра обороны. Но получить его, учитывая
организационную структуру Вооруженных Сил Российской Федерации на
практике не представляется возможным.
1
Решение МРИ ФНС №46 по г. Москве от 23.10.2017, Постановление в рамках
исполнительного производства от 17.04.2017, вынесенное СПИ ОСП по Новомосковскому
АО УФССП по г. Москве.
73
Еще одним выявленным субъективным недостатком существующего
регулирования деятельности юридических лиц – государственных
учреждений является то, что в процессе своей деятельности они далеко не
всегда выполняют все необходимые правила работы с ЕГРЮЛ. Так на
практике только половина из имеющихся записей в ЕГРЮЛ о различных
воинских формированиях и государственных учреждениях имеет актуальные
данные. Эта ситуация складывается в связи с тем, что указанные объекты не
имеют фактической постоянной работы в финансовой сфере, и специфика их
деятельности в принципе не предусматривает работы с налоговыми и иными
регулирующими органами Российской Федерации. Фактически при
проведении процедуры реорганизации либо ликвидации своего статуса
юридического лица воинские части или иные органы государственной службы
погружаются в незнакомую им работу, абсолютно им не свойственную, что
создает сложности как им, так и регулирующим органам.
Сейчас Министерством обороны Российской Федерации издан приказ
от 13 сентября 2016 г. № 560 “Об утверждении Единого типового устава
управлений объединений, управлений соединений, воинских частей
Вооруженных Сил Российской Федерации, созданных в качестве
юридических лиц”, который устанавливает порядок работы юридических лиц
министерства обороны в случаях реорганизации. Однако в нем
рассматриваются воинские части, которые существуют в виде юридических
лиц уже после преобразований 2008-2016 годов. Все части, которые не смогли
завершить процесс реорганизации в то время им руководствоваться не могут.
Возникает ситуация, в которой ряд воинских частей не может в полной
мере руководствоваться ни общими руководящими документами Российской
Федерации, ни руководящими документами Министерства обороны.
В настоящее время проблема регулирования деятельности
юридических лиц, которые фактически не являются финансовыми игроками,
не ведут активной рыночной деятельности, не заключают договора и сделки
все еще остра. В действующем законодательстве нет поправок на этот счет, а