62
3.2 Признание реорганизации несостоявшейся (недействительной)
Вопрос о возможности, порядке и последствиях признания организации
недействительной всегда был дискуссионным в литературе. Этому
способствовало как отсутствие общих норм, регулирующих этот аспект, так
и противоречивость судебной практики. Кроме того, однозначно ответить на
вопрос о том, что представляет собой признание реорганизации
недействительной и как оно должно происходить невозможно по причине
неясности самой правовой природы реорганизации (соответствующие
дискуссии были рассмотрены нами в первой главе данной работы).
В теории чаще всего высказывались мнения о том, что для признания
реорганизации недействительной, суд должен вынести соответствующее
решение в отношении одного (или нескольких) актов, составляющих
сложный состав реорганизационной процедуры. В числе таких актов чаще
всего назывались:
решение о реорганизации;
передаточный акт;
учредительные документы созданных при реорганизации лиц;
акт регистрирующего органа, завершающий реорганизацию
91
.
В судебной практике наиболее часто встречались дела, в которых
истцы требовали признать недействительным решение общего собрания о
реорганизации и одновременно оспаривали акты регистрирующего органа
92
.
В связи с этой неопределенностью урегулирование вопроса о
признании реорганизации недействительной стало одной из задач реформы
гражданского законодательства. В Концепции развития гражданского
законодательства указывалось на то, что отсутствие нормативной
регламентации данного вопроса порождает неясность последствий признания
91
См.: Галазова З.В. Указ.соч. С. 72
92
См. например: Постановление ФАС Московского округа от 16.04.2010 № КГ-А40/1870-10-П;
Постановление ФАС Уральского округа от 25.03.2011 №Ф09-8226/10-С4 и др.
63
недействительной самой реорганизации или отдельных юридических фактов,
составляющих эту процедуру, а также вызывает проблемы в отношении
статуса сделок, совершенных юридическими лицами, созданными в
результате «недействительной» реорганизации
93
.
Прогрессивным шагом в направлении решения этих вопросов стала
введенная в 2014-м году ст. 60.1 Гражданского кодекса, содержащая ряд
принципиально важных моментов.
Во-первых, она наделяет участников реорганизованного юридического
лица, а также лиц, не являющихся такими участниками в случаях, когда это
отдельно оговорено в законе, правом требовать признания недействительным
решения о реорганизации. А.В Габов, критикуя такой подход, указывает, что
здесь неоправданно расширен круг лиц, имеющих право на обжалование,
тогда как во всех специальных законах когда речь идет об оспаривании
любых решений общего собрания, такое право предоставляется лишь тем
участникам юридического лица, кто не принимал участия в голосовании или
голосовал против
94
. Почему для решений о реорганизации Гражданский
кодекс делает исключение – не слишком понятно. Соответственно,
необходимо дополнить указанную норму соответствующим уточнением.
При этом статья не содержит даже примерного перечня оснований для
признания такого решения недействительным. На наш взгляд, это
свидетельствует о негласной отсылке к ст. 181.4 ГК РФ, где устанавливаются
основания для оспаривания любых решений собраний. Соответственно, и
применительно к решению о реорганизации такими основаниями следует
признать:
существенное нарушение порядка созыва, подготовки и проведения
собрания, если такое нарушение повлияло на волеизъявление
участников;
93
Концепция развития гражданского законодательства Российской Федерации (одобрена решением Совета
при Президенте РФ по кодификации и совершенствованию гражданского законодательства от 07.10.2009) //
СПС «КонсультантПлюс»
94
Габов А.В. Указ.соч. С. 83
64
отсутствие полномочий у лица, выступавшего от имени участника
собрания;
нарушение равенства прав участников собрания при его проведении;
существенное нарушение правил составления протокола.
Поскольку данный перечень сформулирован не исчерпывающим
образом, и основаниями для оспаривания решения о реорганизации могут
быть другие нарушения закона, думается, что судебная практика постепенно
выработает и иные часто встречающиеся нарушения.
Ст. 60.1 содержит и наиболее ценное с точки зрения снятия правовой
неопределенности положение о том, что признание решения о реорганизации
недействительным не влечет ликвидации юридических лиц, образованных в
результате реорганизации. Кроме того, здесь же формулируется и основная
позиция идеологов реформы: признание решения о реорганизации
недействительным не влияет и на судьбу совершенных образованными
юридическими лицами сделок. Данные правила, на наш взгляд, совершенно
оправданы и целесообразны, поскольку обеспечивают стабильность оборота
и защищают его добросовестных участников. Таким образом, теперь
невозможна ситуация, при которой на основании судебного акта о признании
решения о реорганизации недействительным отменялись и акты
регистрирующего органа, тем самым, ликвидировались образованные в
результате реорганизации юридические лица – что раньше встречалось в
судебной практике довольно часто
95
.
С другой стороны, нельзя не признать, что если основной элемент
сложного юридического состава реорганизации – решение о реорганизации –
признается недействительным, то и сама реорганизация, осуществленная на
основании такого решения, вряд ли может считаться полностью
«правильной». В этой связи законодательство должно устанавливать некие
негативные последствия, позволяющие лицам, чьи права и интересы были
нарушены принятием недействительного решения, получить справедливое
95
См. например: Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 05.04.2010 по Делу № А45-5537/2009
65
возмещение. Для этого в ч. 4 ст. 60.1 ГК РФ устанавливается солидарная
ответственность следующих групп лиц:
лиц, способствовавших принятию решения о реорганизации,
признанному недействительным;
юридические лица, созданные на основе данного решения;
члены коллегиального органа, голосовавшие за решение о
реорганизации, признанное недействительным, если такое решение
принималось именно ими.
Здесь снова возникают вопросы. Во-первых, совершенно размытой
представляется формулировка «лица, способствующие принятию решения».
Такими лицами могут быть топ-менеджеры юридического лица, акционеры
(участники), простые работники компании, готовящие проекты документов –
иными словами, круг этих лиц невероятно широк. Разумеется, что эта норма
требует уточнения.
В любом случае, весь обозначенный круг лиц солидарно отвечает в
вопросе возмещения убытков, причиненных решением о реорганизации.
Согласно закону, лицами, понесшими такие убытки, являются как участники
реорганизованного юридического лица, голосовавшие против или не
принимавшие участия в голосовании, а также кредиторы реорганизованного
юридического лица. Таким образом, мы видим некоторую разницу между
кругом субъектов обжалования и кругом лиц, имеющих право на возмещение
убытков: последний гораздо уже.
Отметим также, что законодатель установил особые сроки для подачи
в суд требований о признании решения о реорганизации недействительным.
Согласно ст. 60.1, такой срок составляет три месяца. Данный срок является
сокращенным по сравнению с шестимесячным сроком, установленным в
главе 9.1 ГК для оспаривания любых других решений собраний. Любопытно,
что данный срок исчисляется с момента начала реорганизации (а точнее – с
момента внесения соответствующей записи в ЕГРЮЛ), а не с момента ее
окончания.
66
В связи с такими правилами исчисления сроков может возникнуть
ситуация, когда суд признает недействительным решение о реорганизации до
окончания данной процедуры. На этот случай законодатель в ч. 3 ст. 60.1
устанавливает правило о том, что правопреемство происходит только в
отношении тех созданных юридических лиц, которые уже зарегистрированы;
в остальное же части права и обязанности остаются за прежними
юридическими лицами. Однако более конкретных пояснений о
распределении активов, пассивов и ответственности между всеми
участниками такого сложного процесса не установлено.
Таким образом, в части процедуры признания недействительным
решения о реорганизации законодатель исходил, скорее, из принципа
приоритета стабильности гражданского оборота перед правами участников
юридических лиц и их кредиторов. Недействительность решения о
реорганизации никак не сказывается на правомерности существования
образованных в результате реорганизации лиц и действительности их сделок.
Иная ситуация складывается с институтом признания реорганизации
несостоявшейся, который также является новеллой российского
гражданского права, введенной все в том же 2014-м году. Основные нормы,
составляющие данный институт, содержатся в ст. 60.2 ГК РФ.
Согласно ч. 1 данной статьи, суд может признать реорганизацию
несостоявшейся (термин, близкий по своему смыслу к термину
«ничтожность», применяемому в отношении сделок и решений собраний) в
двух случаях:
когда участники реорганизуемого юридического лица вообще не
принимали решения о реорганизации;
если для государственной регистрации образуемых в результате
реорганизации юридических лиц были предоставлены документы,
содержащие недостоверные сведения.
67
Очевидно, что и в первом, и во втором случае речь идет о крайне
серьезных нарушениях закона, препятствующих признанию за такой
реорганизацией хоть какого-то юридического эффекта.
Однако содержание обоих пунктов вызывает определенные вопросы.
На первый взгляд, по первому основанию (участники не принимали решение
о реорганизации) понятно, что речь идет о грубом нарушении
волеизъявления, подлоге и т.д. С другой стороны, неясно, чьи права должны
быть нарушены такими действиями: например, относятся ли сюда
миноритарные акционеры, которые своим голосом не могли бы повлиять на
итоги голосования? Если отвечать на данный вопрос утвердительно, как
следует препятствовать возможности корпоративного шантажа?
Неопределенность закона в этом случае должна быть устранена.
По второму основанию также неясно, какая именно информация,
предоставляемая в регистрирующий орган, является недостоверной. Будет ли
реорганизация признана несостоявшейся, если ложные сведения были
несущественными?
96
Думается, что проблему существенности в итоге
предстоит решать суду, поэтому высшие судебные инстанции должны
сформулировать ориентировочные подходы к решению данного вопроса.
Право предъявлять соответствующие требования в суд предоставлено
достаточно узкому кругу лиц, а именно – участникам реорганизуемого
юридического лица, голосовавшим против решения или не принимавшим
участия в голосовании. Отметим, что сама возможность признания
реорганизации несостоявшейся представлена корпорациям: унитарные же
юридические лица сюда не включаются. Это выводится не только исходя из
того, что право предъявлять соответствующие требования предоставляется
только участникам (т.е. членам корпорации), но даже из самого названия
статьи 60.2.
Первым и основным последствием признания реорганизации
несостоявшейся является своеобразная «реституция» (возврат в исходное
96
См.: Габов А.В. Теория и практика реорганизации (правовой аспект). М.: Статут, 2014. С. 853
68
положение). В частности, одновременно восстанавливаются существовавшие
до реорганизации юридические лица и прекращают свое существование
образованные юридические лица. Записи об этом вносятся в ЕГРЮЛ.
Данное положение неодинаково рассматривается в юридической
доктрине. Так, Д.И. Степанов негативно оценивает возможность
прекращения какого-либо субъекта гражданского права вследствие каких бы
то ни было дефектов при его созданий. Ученый считает, что это нивелирует
принцип стабильности оборота, поскольку вся цепь совершенных таким
субъектом сделок и иных юридических фактов будет признана
несуществующей, ничтожной. По его мнению, незаконное
перераспределение имущественных прав (в том числе, и в процессе
реорганизации) должно пресекаться правопорядком, но без ликвидации уже
зарегистрированных и участвующих в обороте субъектов права.
Другие авторы не столь категоричны, и в целом положительно
относятся к идее ликвидации юридических лиц, созданных в результате
грубых нарушений установленного порядка реорганизации. В их числе
может быть назван, например, У.Ю. Мамедов
97
.
В любом случае, в рассматриваемом случае закон употребляет именно
формулировку «восстановление юридического лица», но, на наш взгляд,
здесь речь идет разве что о восстановлении записи в ЕГРЮЛ, поскольку
юридическое лицо представляет собой сложный юридический конструкт, с
собственным имуществом, совокупностью правоотношений с различными
субъектами. После внесения записи о его прекращении в результате
реорганизации все эти правоотношения прекращаются. Что же происходит с
ними после «восстановления»? Ст. 60.2 не отвечает на этот вопрос. Неясно,
восстанавливаются ли трудовые отношения, прошлые договоры,
возвращаются ли «восстановленному» юридическому лицу бывшие у него до
реорганизации специальные права (разрешения, лицензии) и т.д. Эта
97
Мамедов У.Ю. К вопросу о признании судом недействительной реорганизации юридического лица и
применении последствий такого признания в российском корпоративном праве (практический аспект) //
Юрист. 2002. N 6. С. 32 - 36
69
проблема на данный момент остается одной из самых существенных в
процедуре реорганизации.
Непонятен и вопрос о субъектах, которые на практике будут
«восстанавливать» юридическое лицо после восстановления записи о его
существовании. А.В. Габов для решения этой проблемы предлагает вводить
некий аналог института внешнего управления, назначив временного
управляющего, либо, если такая возможность есть, восстановить
персональный состав органов юридического лица (или же сформировать
новые)
98
. Все эти вопросы могут быть решены не иначе, как в законе.
Второе последствие признания реорганизации несостоявшейся касается
сделок реорганизованных юридических лиц, прекращающих свое
существование после такого признания. Ст. 60.2 устанавливает, что сделки
сохраняют свою силу, но лишь с теми контрагентами, кто добросовестно
полагался на свершившееся правопреемство (т.е. не знали и не должны были
знать о дефектах реорганизации). Эта норма вполне логична, поскольку
направлена на защиту добросовестных участников оборота.
Восстановленные юридические лица несут солидарную ответственность по
обязательствам из таких сделок.
Третье последствие касается переданных прав и обязанностей. Закон
устанавливает, что, если за счет имущества (активов) одного из юридических
лиц, участвовавших в реорганизации, исполнены обязанности другого из
них, перешедшие к юридическому лицу, созданному в результате
реорганизации, к отношениям указанных лиц применяются правила об
обязательствах вследствие неосновательного обогащения (гл. 60 Кодекса).
Стоит отметить, что данная норма применима не ко всем формам
реорганизации, а лишь к слиянию
99
.
98
Габов А.В. Реорганизация и ликвидация юридических лиц: научно-практический комментарий к статьям
57 - 65 Гражданского кодекса Российской Федерации (постатейный). М.: ИЗиСП, ИНФРА-М, 2014
99
Там же
70
Четвертое последствие касается распределения долей в уставном
капитале восстановленного юридического лица. Они сохраняются в тех же
размерах, что и до реорганизации.
Таким образом, ст. 60.2 является достаточно прогрессивным
нововведением отечественного законодательства, решившим многие
актуальные на тот момент проблемы, однако для более эффективного
соблюдения баланса интересов участников гражданского оборота в
законодательстве следует также установить определенные ограничения
применения этой статьи, дабы ограничить возможность признания
реорганизации несостоявшейся.
Во-первых, необходимо ввести ограниченный срок для подачи
соответствующего требования. З.В. Галазова отмечает, что «предоставляя
участникам неограниченный срок для признанияреорганизации
несостоявшейся, нарушается справедливый баланс в защитеправ и интересов
участников гражданского оборота, создаетсянеопределенность и
неустойчивость правоотношений, в данном случаевозникающих после
окончания реорганизации»
100
.
Во-вторых, необходимо отдельно указать на то, что подача иска о
признании реорганизации несостоявшейся является исключительным
правовым средством, и может применяться лишь в тех случаях, когда
исчерпаны все имеющиеся средства защиты нарушенных прав.
100
Галазова З.В. Указ.соч. С. 98
71
Заключение
На основании проведенного исследования, исходя из цели и задач
работы, обозначенных во введении, можно сформулировать следующие
основные выводы и положения.
В настоящее время в отечественном законодательстве отсутствует
легальное определение реорганизации. Более того, нет единого подход к
пониманию рассматриваемого института и в правовой доктрине. В наиболее
общем виде реорганизация рассматривается в качестве сложного
юридического состава, направленного на прекращение юридического лица.
В процессе исследования нами было сформулировано авторский
подход к пониманию рассматриваемого института, в связи с чем
предлагается дополнить п.1 ст.57 ГК РФ абзацем следующего содержания:
«Реорганизация юридического лица – это совокупность юридических
действий, направленных на осуществление перехода прав и обязанностей от
одного или нескольких юридических лиц (правопредшественников) в
порядке универсального правопреемства к одному или нескольким вновь
создаваемым и/или существующим юридическим лицам (правопреемникам)
с прекращением или без прекращения
правопредшественника/правопредшественников».
Реорганизация может быть осуществлена в нескольких формах:
слияние, присоединение, выделение, разделение и преобразование.
Слияние юридических лиц предполагает переход в полном объеме
прав и обязанностей каждого юридического лица, участвующего в
реорганизации, к вновь создаваемому юридическому лицу. Присоединение
заключается в переходе прав и обязанностей одного юридического лица к
другому в порядке универсального правопреемства с обязательным
прекращением деятельности и ликвидацией правопредшественника.
Слияние и присоединение - это всегда участие нескольких лиц,
согласование их воль (за исключением слияния и присоединения