86
предусмотренные ст. ст. 222 УК РФ
100
.
По нашему мнению, сдача оружия правоохранительным органам в
момент задержания либо при проведении любых следственных действий не
может трактоваться как выдача по собственному желанию лица. Сейчас
почти все люди имеют мобильный или домашний телефон и знают номер
полиции, поэтому оповещения о намерении добровольной сдачи
общеопасного предмета не должно вызывать трудностей. Дежурный органа
полиции сразу регистрирует это сообщение в Книге учёта сообщений о
происшествиях, что является документальным подтверждением о
заблаговременном извещении и намерении добровольной сдачи оружия,
основных частей к нему, боеприпасов предмета правоохранительным
органам, направляет на место происшествия следственно-оперативную
группу или оперативную группу. Также дежурный по телефону
координирует следующие действия лица, нашедшего оружие предмет или
имеет его в незаконном владении.
Если лицо непосредственно принесло оружие в правоохранительные
органы с намерением добровольной сдачи, но без предварительного
уведомления и до того, как оно обнаружено представителями
соответствующих органов, его следует считать таким, которое
заблаговременно известило о намерении сдачи.
Итак, подводя итог, следует отметить, что единственным способом
решения этой проблемы является ее устранение путем внесения
соответствующих изменений и дополнений в Уголовный кодекс РФ. На наш
взгляд, примечание к статье 222 УК РФ должно иметь следующий вид:
«Лицо, добровольно сдавшее предметы, указанные в настоящей статье,
освобождается от уголовной ответственности по данной статье.
Добровольной сдачей предметов, указанных в настоящей статье, а также в
статьях 222.1, 223 и 223.1 настоящего Кодекса, признается их сдача при
100
Зайцева Е.В. Уголовно-правовые средства противодействия незаконному обороту оружия и его
применению при совершении преступлений: дис. ... канд. юрид. наук: 12.00.08. – Омск, 2014. – 214
с.
87
условии заблаговременного извещения органов власти о намерении сдачи».
Указание на то, что не может признаваться добровольной сдачей
соответствующих предметов их изъятие при задержании лица, а также при
производстве следственных действий по их обнаружению и изъятию из
примечания к ст. 222 УК РФ – исключить.
По поводу предложенного примечания можно возразить, что к
примеру, лицо нашло где-то в лесу либо в другом каком месте оружие,
боеприпасы, и подобрало их, чтобы сдать правоохранительным органам, но
не имело возможности предупредить их об этом, а при выходе из леса было
задержано правоохранителями и поэтому будет привлечено к уголовной
ответственности.
Попытаемся развеять указанные сомнения, представив предложенный
пример немного по-другому. Например, активный участник банды
договорился о покупке некоторого арсенала оружия – нескольких
гранатометом, автоматов, гранат, сотен патронов и договорились о
проведении сделки где-то в лесу, где не берет мобильная связь (хотя на такие
сделки с мобильным не ходят). О сделке было известно правоохранительным
органам и после покупки оружия и боеприпасов покупатель был задержан
полицией. Какое решение примет следователь, услышав от задержанного
версию о том, что он, купив оружие и боеприпасы, решил их сразу же
добровольно выдать сотрудникам полиции, но предупредить не смог, так как
не было возможности (не работала мобильная связь), а потом он был
задержан? Наверно такое же решение, как и в отношении лица, нашедшего в
лесу оружие, которое незаконно приобрело и переносило (т.е. также имеется
оконченный состав преступления), чтобы потом сдать правоохранительным
органам. С юридической точки зрения модель совершения обеих
преступлений одинакова – и в первом, и во втором случае имеет место
незаконное приобретение и ношение оружия, боеприпасов задержание с этим
оружием и версия о добровольной сдаче оружия, но невозможности
сообщить о ней компетентным органам. Количество оружия не имеет
88
юридического значения, закон также не связывает выдачу с мотивом
поведения лица, а также с обстоятельствами, предшествовавшими ей или
повлиявшими на принятое решение. Т.е. следователь обязан либо обоих лиц
привлечь к уголовной ответственности, либо же прекратить производство по
делу в связи с добровольной сдачей предметов преступления – также в
отношении обоих. Привлечь одного из них в данном случае невозможно –
либо всех, либо никого.
По предложенной нами редакции примечания к статье 222 УК РФ
привлечены к ответственности будут оба. По нынешней редакции
примечания к статье 222 категоричный вывод об этом сделать нельзя.
Например, если в отношении лица, нашедшего в лесу оружие у следователя
либо у суда, еще могут быть какие-то предположения, что лицо
действительно хотело добровольно сдать незаконно приобретенное оружие,
то во втором случае об этом никто даже не будет и слушать, хотя
юридическая модель обеих преступлений одинакова.
Для чего вообще был введен институт добровольной выдачи?
Представляется для того, чтобы лицо, незаконно владеющее оружием,
боеприпасами могло его сдать органам власти. В противном случае, если
лицо захочет избавиться от оружия, оно вынуждено будет его выбросить (но
ведь кто-то его может найти и использовать) либо уничтожить
самостоятельно (а если это – мина?). Поэтому если уж кто нашел оружие в
лесу, какой смысл это лицо может преследовать, приобретая оружие – чтобы
добровольно сдать? Не логично. Потому что для этого не нужно подбирать
оружие – можно просто сообщить в правоохранительные органы –
сообщение органам власти о месте нахождения оружия также расценивается
как добровольная его сдача. Значит, если подобрал – только с целью
незаконного приобретения. Намерение добровольной сдачи в этом случае
может придти попозже, а пока – оконченный состав преступления. И если
такое лицо задержали сразу по приобретении оружия – лицо должно быть
привлечено к уголовной ответственности. Не можешь сообщить в
89
правоохранительные органы – не совершай преступления, не приобретай
незаконно оружия, а приобрел – отвечай. Ведь как сказано выше
преступными последствиями, характеризующими общественную опасность
незаконного оборота оружия, выступает создание опасности причинения
вреда посредством этого оружия. Предложенная редакция примечания к ст.
222 УК РФ как раз и даст гарантии, что нашедший в лесу пистолет по пути в
полицию не совершит с помощью этого пистолета какое-то тяжкое
преступление.
Если же наши доводы не кажутся убедительными и последуют
возражения со ссылками на соблюдение прав человека (как правило,
преступника), на «все сомнения в пользу лица, совершившего преступление»,
на принципы гуманизма уголовного законодательства, на «репрессии и 37
год», можно дать следующие рекомендации лицу, нашедшему в лесу оружие,
подтверждающие его намерение добровольно сдать его: это намерение
нужно выразить явно – например, периодически громко сообщать, чтобы
окружающие слышали и могли подтвердить – «Я нашел в лесу оружие и несу
его сдавать в полицию!», либо соорудить из подручных средств плакат, либо
сделать заметную надпись на верхней одежде с аналогичным текстом и идти
с ним в полицию либо до ближайшего места, откуда можно сделать
сообщение – вот тогда можно будет говорить о добровольности, ведь еще не
создан аппарат, умеющий читать мысли.
Следует отметить также, что данное примечание распространяется и на
квалифицированные составы ст. 222 УК РФ. Это вполне оправданно.
3.2. Пути совершенствования уголовного законодательства об
ответственности за незаконный оборот оружия
Разрозненность норм уголовного и административного
законодательства в вопросах правового регулирования оборота оружия, а
также уголовно-правовой охраны общества от незаконных деяний с оружием
90
порождает пробелы, не позволяющие эффективно применять закон в данной
сфере. Проведенное исследование выявило ряд проблем, требующих
внесения корректив в нормы УК РФ.
Так, диспозиция ст. 222 УК РФ не содержит такой формы преступного
деяния, как пересылка оружия. Данное действие запрещено
административным законодательством наряду с нарушением правил
перевозки, транспортирования или использования оружия и патронов к нему.
В настоящее же время сложилась ситуация, что за пересылку оружия
или его частей, боеприпасов, виновный ответственности не несет. Т.е. он
будет привлечен за ношение оружия (когда нес его к почтовому отделению)
или приобретение оружия (когда получил посылку). При этом непонятно,
почему за перевозку есть уголовная ответственность, а за пересылку – нет?
Так, Павлов, находясь у себя дома, на балконе разбирая вещи своего
умершего отца, обнаружил основные части пистолета – кожух-затвор, рамку,
в связи, с чем у него возник преступный умысел, направленный на
незаконное хранение основных частей указанного огнестрельного оружия. В
неустановленное дознанием время Павлов, с целью выяснения культурно-
исторической ценности найденных основных частей пистолета, пришел на
почтовое отделение связи и отправил их в посылке на имя В.В.В. по адресу.
Суд установил, что Павлов, не имея на то специального разрешения и
права, незаконно хранил, основные части пистолета до момента обнаружения
их в аэропорту
101
Как видим, суд квалифицировал пересылку частей оружия как
хранение. Это неправильно. Ведь незаконная пересылка оружия является не
менее общественно опасной, чем иные незаконные действия по обороту
оружия, поэтому представляется верным мнения ученых о его
криминализации. По аналогии с пересылкой наркотиков, под пересылкой
оружия «следует понимать действия, направленные на перемещение оружия
адресату с помощью средств связи (например, в почтовых отправлениях,
101
Приговор Охинского городского суда Сахалинской области от 07 декабря 2012 года по делу №
1-153/2012. – http://sudact.ru
91
посылках, багаже с использованием почтовой связи, воздушного или другого
вида транспорта, а также с нарочным при отсутствии осведомленности
последнего о реально перемещаемом объекте или при отсутствии его сговора
с отправителем), когда они осуществляются без непосредственного участия
отправителя»
102
.
Преступление будет оконченным в момент принятия предмета к
отправлению организациями, оказывающими услуги связи. В таком случае
рассматриваемые деяния в форме перевозки и пересылки направлены на
незаконное перемещение предмета преступления из одного места в другое,
вне прямой досягаемости для преступника либо без его непосредственного
участия.
Итак, в отношении перечня незаконных деяний по обороту оружия
внимания заслуживает криминализация его незаконной пересылки.
Законодатель устанавливает административную ответственность за
пересылку оружия, находящегося у лица на законных основаниях. Мы
считаем, это справедливо, поскольку пересылка оружия обычным способом,
посредством почтовой связи, курьерскими службами, не способными
обеспечить надлежащий контроль за данными предметами, потенциально
представляет угрозу для общественной безопасности. В связи с этим
нелогичным, выглядит отсутствие в диспозиции ст. 222 УК РФ такого
действия с оружием, как незаконная пересылка. Степень общественной
опасности незаконной пересылки оружия значительно выше, чем заложено в
КоАП РФ, и, соответственно, этот состав должен быть дублирован в УК РФ.
Причем субъектом преступления должно выступать лицо, владеющее
оружием на незаконных основаниях.
Поэтому считаем необходимым и логичным включение в диспозицию
ст. 222 УК РФ незаконной пересылки оружия.
Еще одна значимая проблема, по нашему мнению, отсутствие
количественных критериев в отношении оружия, с которым осуществляются
102
В Миссури разрешили носить оружие без лицензии. [Электронный ресурс].
https://www.bbc.com/russiаn/news-37369931.
92
незаконные деяния. В настоящий момент для дифференциации наказания
фактически не имеет значения количество оружия или боеприпасов,
находящихся в незаконном обороте. На примере сбыта такой дисбаланс
прослеживается наиболее ярко. В современных условиях наличия
террористической угрозы, внутриполитической нестабильности нормы,
касающиеся ответственности за незаконный оборот оружия, должны
учитывать количество оружия, в отношении которого осуществляются
незаконные деяния. Кроме того, в судебной практике встречаются решения,
когда за одно и то же деяние лицо как привлекается к уголовной
ответственности, так и в отношении него выносится оправдательный
приговор.
Так, приговором Енисейского районного суда Красноярского края от
25 сентября 2014 г. Шадрин был привлечен к уголовной ответственности и
осужден за хранение 6 патронов кал. 5.6 мм
103
.
А вот судья Крутихинского районного суда Алтайского края вынесла
оправдательный приговор Борисову по предъявленному обвинению в
совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.222 УК РФ, за
отсутствием в деянии подсудимого состава преступления. Борисов обвинялся
в том, что с мая 2009 года незаконно хранил в своем доме в с. Крутиха шесть
патронов калибра 7,62 мм к охотничьему нарезному огнестрельному оружию
– самозарядному карабину (СКС). Суд, мотивируя свое решение указал, что
действия Б. формально содержат признаки состава преступления средней
тяжести, предусмотренного ч.1 ст.222 УК РФ – незаконное хранение
боеприпасов, но в силу малозначительности не представляют общественной
опасности, поскольку хранил Борисов небольшое количество боеприпасов –
6 патронов, срок незаконного хранения небольшой – менее 1 года, тяжких
последствий от совершенного им деяния не наступило, у Борисова
отсутствовала какая-либо цель использования хранящихся у него
103
Приговор Енисейского районного суда Красноярского края от 25 сентября 2014 г. по делу № 1-
205/2014. – http://sudact.ru.
93
боеприпасов
104
.
Если следовать букве закона, то какой-то из этих приговоров
незаконный, потому что составы и обстоятельства совершения преступлений
в действиях Шадрина и Борисова практически идентичны. Незаконным
является оправдательный приговор, потому что законодатель не учитывает
количественный признак самого предмета преступлений статьи 222 УК РФ.
Известны случаи, когда к уголовной ответственности привлекались лица и
были осуждены за незаконное ношение и хранение одного даже одного
боеприпаса.
Так, органами предварительного следствия Ахмеев обвинялся в
незаконном ношении и хранении боеприпасов – винтовочного патрона
калибра 7,62 мм., который он нашел у магазина в г. Вичуга и положил в
карман ветровки, а при досмотре в полиции, патрон у Ахмеева был изъят.
Ахмеев был осужден Вичугским городским судом по ч. 1 ст. 222 УК РФ за
незаконное хранение и ношение боеприпасов
105
.
Такое пренебрежение вызывает некоторые вопросы. В самом деле,
предметы вооружения либо ограничены в обороте законодателем, либо
запрещены к обороту вовсе.
Уголовный закон страны знает еще один пример предмета
преступления ограниченного в обороте или запрещенного к обороту вовсе –
наркотические средства, психотропные вещества и их аналоги, а так же
растения, содержащие наркотические средства, психотропные вещества или
их части. В диспозициях статей данной группы преступлений законодатель
учел как количественный и качественный признаки виновных лиц, так и
количественные и качественные признаки самого предмета преступления.
Таким образом, при дифференциации ответственности за совершение
действий, указанных в диспозиции статьи 222 УК РФ, остается без внимания
104
Приговор Крутихинского районного суда Алтайского края от 03 октября 2018 г. –
http://sudact.ru.
105
Справка Ивановского областного суда по результатам обобщения судебной практики
рассмотрения судами уголовных дел о незаконном приобретении, передаче, сбыте, хранении,
перевозке, ношении оружия, его составных частей, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных
устройств (ст. ст. 222-226 УК РФ). – http://sudact.ru.
94
количественный признак предметов вооружения. Так, законодателем
предусмотрена одна и та же санкция за незаконные действия как с единицей
любого из предметов вооружения, так и с крупным количеством предметов
вооружения, что считаем неправильным.
Безусловно, действующее законодательство требует дифференциации
уголовной ответственности в зависимости от количества предметов оружия,
находящихся у лица в незаконном обороте. Данное мнение принципиально
поддерживают многие авторы
106
. Включение в текст уголовного закона таких
квалифицирующих признаков, как «в крупном размере» и «в особо крупном
размере», на основе оценки степени общественной опасности от нахождения
у лица, одной единицы оружия незаконно или пяти, десяти–ста единиц.
Считаем возможным заимствовать опыт испанского уголовного
законодательства в части борьбы с организованной преступностью в сфере
незаконного оборота оружия. Так, отправным пунктом в определении
количества оружия, представляющего крупный размер, в уголовном законе
Испании является максимальное количество оружия, разрешенного для
владения одним лицом на законных основаниях
107
.
Согласно ст. 13 Закона «Об оружии», общее количество
приобретенного гражданином Российской Федерации охотничьего
огнестрельного оружия с нарезным стволом не должно превышать пяти
единиц, спортивного огнестрельного оружия с нарезным стволом – пяти
единиц, огнестрельного гладкоствольного длинноствольного оружия – пяти
единиц, огнестрельного оружия ограниченного поражения – двух единиц, за
исключением случаев, когда перечисленные виды оружия являются объектом
коллекционирования. Логически обоснованным для определения крупного
размера может выступать число единиц оружия, превышающее
максимальное количество оружия, разрешенное законом для владения одним
106
Зайцева Е.В. Уголовно-правовые средства противодействия незаконному обороту оружия и его
применению при совершении преступлений: дис. ... канд. юрид. наук: 12.00.08. – Омск, 2014. – 214
с.
107
Задоян А.А. Незаконный оборот оружия в уголовном праве зарубежных стран // Юридический
мир. – 2011. – № 8. – С. 49-56.
95
лицом.
Поэтому логически обоснованным для определения крупного размера
может выступать число единиц оружия, превышающее максимальное
количество оружия, разрешенное законом для владения одним лицом. Особо
крупным размером применительно к рассматриваемым нормам предлагается
считать количество оружия, превышающее крупный размер в пять раз
108
.
Некоторую сложность имеет установление количественных
показателей боеприпасов к оружию и их соотнесение непосредственно с
оружием. Как отмечает Д.А. Корецкий, они составляют категорию так
называемых «вещей -принадлежностей»
109
. Поэтому представляется
возможным определять эти величины отдельно, в зависимости от
комплектации конкретного вида оружия.
Не принимаются во внимание и цели незаконных действий с
предметами вооружения, хотя цель незаконных действий по обороту оружия
не менее актуальна, чем само содержание действий. В настоящий момент
установление цели совершаемых с оружием действий не является
обязательным для квалификации преступления. При расследовании цель
представляет собой один из элементов, которые подлежат установлению и
доказыванию, но непосредственно для квалификации преступления это не
столь важно, если целью не было совершение тяжкого и особо тяжкого
преступления. В такой ситуации речь может идти о приготовлении к
преступлению. Здесь следует подчеркнуть, что приготовление возможно к
конкретному преступлению, а незаконный оборот оружия может быть
направлен на совершение неопределенного преступления в будущем как
условие успешной преступной деятельности. Итак, приготовлением будут
признаваться незаконные действия по обороту оружия только в случае
установления конкретного преступления, которое планировалось совершить
с его использованием. Вид оружия может свидетельствовать о цели его
108
Корецкий Д.А. Оружие как элемент уголовно-правовой характеристики преступления //
Уголовное право. – 2003. – № 3. – С. 33-36.
109
Корецкий Д.А. Оружие как элемент уголовно-правовой характеристики преступления //
Уголовное право. – 2003. – № 3. – С. 33-36.