76
преступника, совершающего преступления в сфере незаконного оборота
оружия. Таковым является мужчина в возрасте от 20 до 40 лет, имеющий
среднее образование, не имеющий постоянной работы, ранее
привлекавшийся к уголовной ответственности.
Результаты изучения личности преступника могут быть использованы
в профилактических целях.
Уяснение всех признаков субъективной стороны состава преступления
во многих случаях дает возможность установить наличие или отсутствие в
действиях лица состава преступления. Правильное установление
субъективной стороны преступления является необходимой предпосылкой
для правильной квалификации рассматриваемой группы преступлений.
В УК РФ отсутствует термин «субъективная сторона», однако его
содержание законодатель раскрывает через такие понятия, как вина, мотив,
цель, эмоции. Вина является главным и обязательным компонентом
субъективной стороны.
Уголовно наказуемые приобретение, передача, сбыт, хранение,
перевозка или ношение оружия, его основных частей, боеприпасов
подразумевают незаконность указанных действий, то есть любых форм
незаконного оборота оружия физическими лицами. Осознание общественной
опасности незаконного оборота оружия соответствует умышленному
характеру указанного рода деятельности. Поэтому преступления,
предусмотренные ст. ст. 222 УК РФ, представляют собой умышленные
преступления, причем совершаемые с прямым умыслом.
В настоящее время при квалификации незаконных деяний с оружием
по ст. ст. 222, 223, 226 УК РФ цель не имеет значения. Однако «если
действия, предусмотренные данными статьями, были совершены в целях
совершения другого преступления, представляется что содеянное должно
квалифицироваться как оконченное преступление по соответствующей
статье и приготовление к совершению иного преступления, если
ответственность за это предусмотрена законом. В дальнейшем цель
77
незаконных действий с оружием должна найти отражение в уголовном
законе, что послужит дифференциации уголовного наказания и исключению
случаев формального подхода при назначении наказания. Наличие оружия
при совершении преступления всегда указывает на умышленное
преступление, заранее запланированное, а значит, и более опасное»
94
. Вид
оружия, в свою очередь, определяет степень опасности лица, как и способ его
приобретения.
Результаты изучения уголовных дел (приговоров) позволяют говорить
о том, что закрепленные в ст. 222 УК РФ незаконные действия –
приобретение, хранение, ношение, перевозка, сбыт, передача – совершаются
в подавляющем большинстве случаев в целях противоправного владения
предметами вооружения, намного реже – для занятия охотой или спортом,
для самообороны или коллекционирования, как память о ком-либо или чем-
либо и т.п.; сбыт оружия всегда преследует корыстные цели.
Кроме цели, немаловажное уголовно-правовое значение имеет такой
факультативный признак субъективной стороны преступления, как мотив.
Мотив – это «обусловленное определенными потребностями и интересами
побуждение, которое вызывает у лица решимость совершить преступление и
проявляется в нем» [41, с. 118].
Мотив преступления в диспозиции ст. 222 УК РФ не указан. Мотивы
совершения незаконных деяний с оружием могут быть различными:
«использование предметов вооружения для хозяйственных и бытовых нужд,
желание пополнить коллекцию, ознакомиться с принципом действия и
устройством, озорство, тщеславие, стремление к самостоятельности,
подражание, ложную романтику. Но, как правило, мотивы преступления в
отношении незаконных деяний по обороту оружия судом не
94
Крылова Е.С. Дифференциация уголовной ответственности за незаконные приобретение,
передачу, сбыт, хранение, перевозку или ношение оружия // Вестник Казанского юридического
института МВД России. – 2016. – № 8. – С. 32-37.
78
устанавливаются»
95
.
Итак, субъектом преступлений, предусмотренных ст. ст. 222 УК РФ,
является вменяемое физическое лицо, достигшее 16–летнего возраста. В
условиях современного общества считаем вполне обоснованным снижение
возраста в отношении деяний, указанных в ст. ст. 222 УК РФ до 14 лет.
Субъективная сторона преступлений, предусмотренных ст. 222 УК РФ,
может быть выражена исключительно в прямом умысле. Лицо осознает, что
незаконно приобретает, передает, сбывает, хранит, перевозит или носит
оружие, его основные части, боеприпасы, и желает совершить именно эти
действия. Заблуждение лица относительно предмета преступления исключает
умышленную вину и ответственность по данной статье.
Выводы по главе 2
Родовым объектом незаконного оборота оружия является
общественная безопасность и общественный порядок. Видовой объект – это
общественная безопасность. Основным непосредственным объектом
преступления, предусмотренного статьей 222 УК РФ, следует понимать
безопасность населения от применения и использования оружия, его
основных частей и боеприпасов.
Специфика предмета преступного посягательства составляет
отличительный признак незаконных приобретения, передачи, сбыта,
хранения, перевозки или ношения оружия, его основных частей,
боеприпасов. Указание в законе признаков предмета рассматриваемой
группы преступлений способствует определению непосредственного объекта
преступного посягательства. Законодательная регламентация правового
режима оружия должна заключаться в пересчете его видов и детальном
определении признаков, указывающих на его назначение и цель, с которой
95
Григорьева О.С. Уголовная ответственность за незаконный оборот огнестрельного оружия,
боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств: монография. – Екатеринбург, 2009. – 79
с.
79
оно изготовлено. Существенным моментом для отнесения оружия,
боеприпасов к предмету рассматриваемых преступлений является их
способность поражать живые цели или разрушать какие-то объекты.
Невозможность использования предметов вооружения по их прямому
назначению следует расценивать как предметы других преступлений.
Позиция расширенного толкования понятия основных частей
огнестрельного оружия в данном случае представляется обоснованной и
поддерживается большинством ученых. На основании этого, мы
поддерживаем позицию ученых внести изменения в ФЗ «Об оружии» – в
части расширения перечня основных частей огнестрельного оружия и
изложить абзац ст. 1 Федерального закона Российской Федерации «Об
оружии» от 13 декабря 1996 года в следующей редакции: «основные части
огнестрельного оружия – ствол, затвор, барабан, рамка, ствольная коробка,
ударно-спусковой механизм, запирающий механизм».
Субъектом преступлений, предусмотренных ст. 222 УК РФ, является
вменяемое физическое лицо, достигшее 16-летнего возраста. В условиях
современного общества считаем вполне обоснованным снижение возраста в
отношении деяний, указанных в ст. 222 УК РФ до 14 лет.
Субъективная сторона преступлений, предусмотренных ст. 222 УК РФ,
может быть выражена исключительно в прямом умысле. Заблуждение лица
относительно предмета преступления исключает умышленную вину и
ответственность по данной статье. Если же лицо приобретает непригодные к
функциональному использованию огнестрельное оружие, комплектующие
детали к нему, боеприпасы, заблуждаясь относительно их качества и полагая,
что они исправны, содеянное следует квалифицировать как покушение на их
приобретение – в таком случае имеет место субъективная ошибка – это
неправильное представление лица об объективных свойствах общественно
опасного деяния или его противоправности.
80
ГЛАВА 3. ПРОБЛЕМЫ ОСВОБОЖДЕНИЯ ОТ УГОЛОВНОЙ
ОТВЕТСТВЕННОСТИ И ПУТИ СОВЕРШЕНСТВОВАНИЯ
УГОЛОВНО-ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ ОБОРОТА ОРУЖИЯ
3.1. Освобождение от уголовной ответственности при совершении
деяний, связанных с незаконным оборотом оружия
В примечании к ст. 222 УК РФ речь идёт о специальном виде
освобождения от уголовной ответственности за совершение названных в ней
преступлений, а именно о добровольной сдаче предметов преступления,
указанных в ст. ст. 222, 223 УК РФ.
Добровольность сдачи оружия оценивается применительно к
конкретным обстоятельствам дела. При этом надлежит иметь в виду, что
закон не связывает выдачу с мотивом поведения лица, а также с
обстоятельствами, предшествовавшими ей или повлиявшими на принятое
решение. Так, добровольная сдача будет иметь место в случае, когда лицо,
находясь под арестом за совершение другого преступления, а не
преступления, предусмотренного ст. 222 УК РФ, заявляет о оружии, его
основных частях, боеприпасах, которые хранятся у него дома или в другом
месте и о которых органам власти неизвестно, или даже если органам власти
и известно об указанных предметах, однако виновный об этом не знает. В то
же время не является добровольной сдача указанных предметов, когда они
обнаружены представителями соответствующих органов власти и виновное
лицо знает об этом.
Проиллюстрируем сказанное следующим примером.
В период времени с сентября 2007 года по 20.10.2014 г. гр. К. действуя
с прямым умыслом, осознавая неправомерность своих преступных действий,
незаконно хранил в своем жилище по обрез охотничьего гладкоствольного
длинноствольного одноствольного ружья модели «ИЖК» 16 калибра.
Подсудимый вину в предъявленном обвинении признал частично, суду
81
показал, что незаконно хранил обрез, однако, потом добровольно выдал его
сотрудникам полиции.
По существу, предъявленного обвинения подсудимый К. суду показал,
что в 2007 году он случайно нашёл обрез, который в дальнейшем хранил на
балконе своей квартиры среди строительного мусора. 19.10.2014 г. он был
задержан сотрудниками полиции, уже 20.10.2014 г. по месту его жительства
сотрудниками полиции был произведён обыск. Однако в ходе обыска обрез
обнаружен не был, он посчитал, что его брат забрал обрез, так как он имел
ключи от его квартиры и знал о том, что он хранит обрез у себя дома. В связи
с тем, что он посчитал, что обреза дома не было, он не стал в ходе обыска
говорить о нем оперативным сотрудникам. Вместе с тем, перед обыском, он
сообщил следователю о том, что у него в квартире хранится обрез ружья и
патроны к нему, которые он готов выдать. Примерно в 19 часов этих же
суток он написал заявление о добровольной выдаче указанного оружия,
которое передал следователю, однако, данное заявление зарегистрировано не
было. При подготовке и передаче письменного заявления о добровольной
выдаче оружия присутствовал адвокат подсудимого и следователь. Ранее он
намеревался добровольно выдать незаконно хранимое им оружие, о чём
сообщил своему брату. В дальнейшем ему стало известно, что оружие выдала
сотрудникам полиции его мать. Так как перед тем как выдать обрез он хотел
проверить его исправность, он взял у знакомого несколько патронов (50
штук), однако, опробовать оружие не успел. Какого-либо официального
разрешения на хранение оружия и боеприпасов он не имеет и не имел ранее.
При таких обстоятельствах суд освободил К. от уголовной
ответственности за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 222
УК РФ на основании примечаний к ст. 222 УК РФ, то есть в связи с
добровольной сдачей огнестрельного оружия и боеприпасов
96
.
Однако практика показывает, что обычно субъекты преступления,
предусмотренного ст. 222 УК РФ, уклоняясь от уголовной ответственности,
96
Приговор Крутихинского районного суда Алтайского края от 03 октября 2018 г. –
http://sudact.ru.
82
используют знание закона в свою пользу. А действия, под которыми
понимается добровольная сдача властям оружия, его основных частей,
боеприпасов, является удобной «лазейкой» освобождение от уголовной
ответственности. При задержании субъекту достаточно сказать, что он
направляется сдать их в правоохранительные органы. Известны случаи, когда
члены преступных группировок во время задержания имели при себе
письменные заявления о намерении сдать огнестрельное оружие, ежедневно
меняя в них дату. Все это вводит в заблуждение правоохранительные органы
и вызывает проблему доказывания причастности субъекта к преступлению
или освобождения от уголовной ответственности.
В законе сказано, что не может признаваться добровольной сдачей
предметов, указанных в статье 222 их изъятие при задержании лица. В то же
время закон не конкретизирует – какого задержания – физического или
процессуального? Поскольку маловероятно, чтобы при процессуальном
задержании задержанный пытался скрыть оружие, следовательно норму
закона следует применять к физическому задержанию лица. Например,
совершившего преступление с применением оружия, либо по иному
преступлению (напр., при реализации оперативных мероприятий по
задержанию сбытчика наркотиков, либо преступника, находящегося в
розыске и т.п.). Но в данном случае обязательным условием законности
изъятия оружия должны быть основания для задержания. Вопрос
определения добровольности сдачи оружия неразрывно связан с
задержанием подозреваемого, доставлением лица в правоохранительные
органы. Вопросы задержания, в свою очередь, непосредственно связаны с
решением проблемы отграничения добровольной выдачи оружия от
вынужденной выдачи, когда нет необходимости разъяснять лицу
возможность добровольно выдать находящиеся в его владении наркотики.
Добровольная сдача оружия, боеприпасов невозможна при производстве
оперативно-розыскных мероприятий, следственных процедур по
обнаружению и изъятию указанных средств. Здесь лицо поставлено в
83
безвыходное положение в результате действий правоохранительных органов.
Например, в одном из дел суд апелляционной инстанции признал, что
оружие М. выдал добровольно. Законных оснований для задержания М. у
сотрудников ГИБДД не имелось, равно как и не было данных о том, что в
отношении М. сотрудниками ГИБДД проводились оперативно-розыскные
мероприятия
97
.
В массе же других случаем имеются обвинительные приговоры, где
сотрудники ГИБДД остановили правонарушителя за нарушение правил
дорожного движения и в процессе осмотра салона автомобиля обнаружили и
изъяли оружие, боеприпасы. Вопрос, а на каком законном основании
проведен осмотр (так это действие квалифицируется в приговорах), ведь у
сотрудника ГИБДД нет обоснованного предположения о наличии в
транспортном средстве оружия, боеприпасов? А если бы было – он обязан
провести досмотр транспортного средства. Поэтому считаем, что в таких
случаях имеется добровольная выдача предметов преступления, поскольку
законных оснований для изъятия оружия, боеприпасов у сотрудников
правоохранительных органов нет. Почему это важно? Объяснение более чем
простое. Например, в ОВД по Богдановичскому городскому округу
Свердловской области Владимир Г. принес и добровольно выдал 7
самодельных пистолетов и 2 ружья, 2 самодельные заготовки стволов для
ружей и коробку с патронами, в которой находились 156 патронов от
пистолета «ТТ», 3 самодельных патрона калибра 37 мм и 4 самодельных
патрона калибра 26 мм. Правоохранители выразили благодарность
Владимиру за сознательность, отметив правильность его поступка. «Если бы
события развивались иным образом, и арсенал был обнаружен сотрудниками
милиции, то мужчине пришлось бы отвечать перед законом по всей
строгости»
98
. Добавим от себя, что если бы Владимир Г. был задержан по
пути в полицию сотрудниками полиции с этим арсеналом оружия, то вместо
97
Приговор Ульяновского областного суда от 13 февраля 2016 г. по делу № 22-258/2016 г. –
http://sudact.ru.
98
Житель Богдановича сдал в милицию арсенал самодельного оружия. [Электронный ресурс].
Е1RU. URL: http://www.e1.ru/news/spool/news_id-330698.html.
84
благодарности мог бы получить тюремный срок. Это одна часть проблемы.
Вторая часть заключается в проблеме добровольной сдаче предметов,
указанных в статье 222 УК РФ при производстве следственных действий по
их обнаружению и изъятию. Прежде всего это касается проведения обыска.
Представим, что приехали сотрудники полиции проводить обыск – искать
похищенное имущество, либо наркотики, и знает обыскиваемый, что у него в
гараже к примеру, хранится несколько автоматов, пулеметы, гранаты,
гранатометы и т.д. и все это несомненно будет обнаружено и заявляет перед
обыском – «Да, я храню оружие и добровольно его выдаю». И есть законные
основания освободить его от уголовной ответственности.
Чтобы не быть голословными, приведем пример. Так, у органов
УФСКН РФ имелась информация о том, что Драницын М.Ю. хранит
наркотические средства по месту своего жительства. Информации о том, что
Драницын М.Ю. по месту жительства хранит оружие, боеприпасы,
взрывчатые веществ и взрывные устройства у органов полиции не имелось.
Также не содержит в себе этой информации и постановление о производстве
обыска в жилище в случаях, не терпящих отлагательств, на основании
которого по месту жительства Драницына был проведён обыск. Как видно из
материалов дела, обыск в квартире Драницына проведён в целях проверки
имеющейся информации о хранении последним наркотических средств.
Согласно протоколу обыска и показаниям свидетеля С. перед началом
обыска Драницыну М.Ю. предложено добровольно выдать запрещённые к
обороту предметы. Сразу после этого Драницын М.Ю. передал работникам
полиции пистолеты, гранаты, патроны, взрывчатые вещества и взрывные
устройства (список на целую страницу), а также наркотические средства и
психотропные вещества.
Таким образом, оружие и боеприпасы были выданы Драницыным до
начала обыска и обнаружения их представителями власти, то есть
добровольно. Его действия по выдаче оружия, патронов, взрывчатых веществ
нельзя расценивать как вынужденные, поскольку работникам полиции не
85
было известно о наличии у него оружия.
Суд принял решение оправдать Драницына М.Ю. по обвинению его в
совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 222 УК РФ в
связи с отсутствием в его действиях состава преступления и признать за ним
право на реабилитацию в соответствии со ст. 134 УПК РФ
99
.
Вот совершенно непонятно, в чем смысл применения в
рассматриваемом случае примечания ст. 222 УК РФ, если все равно оружие
было бы обнаружено и изъято сотрудниками полиции. Представляется, с
целью освобождения преступника от уголовной ответственности по данной
статье. А если бы не было обыска Драницын и дальше его хранил и может
даже использовать в преступных целях? А как быть, к примеру, если обыск
проводился при отсутствии лица, которому принадлежит оружие и
впоследствии он заявит, что если бы он присутствовал при обыске и ему
предложили добровольно выдать запрещенные к обороту предметы, то он бы
выдал оружие правоохранителям. По логике законодателя такой гражданин
не подлежит уголовной ответственности.
Анализ судебной практики показывает, что суды принимают решения
об освобождении от уголовной ответственности за преступления,
предусмотренные ст.ст. 222 УК РФ, при малейшем выражении
«добровольности» в процессе сдачи оружия. Это касается и случаев, когда
оружие использовалось для совершения преступления. Однако такая
позиция, по мнению Е. В. Зайцевой, аналогична оставлению оружия на месте
преступления. Ведь лицо, оставляя оружие на месте преступления или
избавляясь от него любым иным путем, фактически добровольно прекращает
такое длящееся преступление, как незаконное хранение или ношение оружия.
Тем не менее факт оставления оружия на месте преступления не освобождает
лицо от уголовной ответственности за незаконные деяния с оружием,
99
Приговор Вологодского городского суда Вологодской области от 22 июля 2015 года по делу 1-
471/2015. – http://sudact.ru.