92
составляет данный
протокол, каковы его процессуальная форма и значение. Подчеркнув, что
в ч. 6 ст. 318 УПК РФ частному обвинителю разъясняется право на примирение
с обвиняемым, законодатель умалчивает о формах фиксации данного
процессуального действия. Анализ норм права в совокупности с общими
положениями Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации
позволяет перечисленные проблемы отнести к неточностям юридико-
технического характера, негативная составляющая которых легко преодолима
путем применения общих правил разъяснения участникам процесса их
правового положения. Общепризнанные стандарты ведения протокола
предполагают, что таковой ведется специально выделенным в этих целях
сотрудником — секретарем судебного заседания. В составляемом им протоколе
отражается процедура принятия мировым судьей заявления о привлечении к
уголовной ответственности. Составным элементом этой процедуры служит
разъяснение частному обвинителю его процессуальных прав, одним из которых
является право на примирение с обвиняемым.
С момента принятия заявления частного обвинения судом к производству
до судебного разбирательства существует промежуточный этап подготовки.
Полномочия мирового судьи при подготовке уголовного дела частного
обвинения к судебному разбирательству предусмотрены ст. 319 УПК РФ. В ходе
подготовки обвиняемому вручается копия заявления по делу частного
обвинения, разъясняются процессуальные права и принимаются меры к
примирению либо к назначению судебного заседания. Полагаем, что в ходе
подготовки обоим сторонам должно быть разъяснено право на примирение.
Активное склонение сторон к примирению судом, на наш взгляд, недопустимо.
Считаем правильной позицию профессора Р. Х. Якупова, что разъяснение
сторонам возможности примирения должно проходить на совместной
беседе
частного обвинителя и обвиняемого
1
. В. В. Дорошков отмечает, что
1
Якупов Р. Х. Уголовный процесс : учебник для вузов / под ред.: В. Н. Галузо. М., 1998.
С. 426.
93
примирительная встреча у мирового судьи должна состоять из двух этапов.
Первый необходим для достижения взаимопонимания между пострадавшим и
правонарушителем по поводу правонарушения. Пострадавший имеет
возможность изложить позицию относительно того, как повлияло на него
правонарушение, а правонарушитель — увидеть последствия содеянного. На
втором этапе разрабатывается стратегия разрешения конфликта. При
необходимости и волеизъявлении потерпевшего оформляется примирительный
документ в виде постановления о прекращении уголовного дела. На всех этапах
судья сохраняет нейтральную позицию. Он должен направлять и облегчить
переговоры, следить за тем, чтобы каждый участник был понят и имел
возможность высказать свою точку зрения. Другие процессуалисты приводят в
пример порядок примирения, предусмотренный Уставом уголовного
судопроизводства 1864 г., согласно которому обязанность по склонению лиц к
примирению возлагалась на мировых судей. Ссылаясь на судебную практику,
они утверждают, что судьи обязаны не только разъяснять сторонам их право на
примирение, но и принимать активные меры для достижения положительного
результата , использовать все возможности, приложить все старания для осу-
ществления примирения. К таким мерам они относят: вызов сторон в суд; скло-
нение их к примирению для предотвращения дальнейшего конфликта; разъясне-
ние пагубности конфликтной ситуации. Изучение практики деятельности миро-
вых судей показало, что чаще всего процедура примирения сводится к разъясне-
нию права на примирение. Основным аргументом в обоснование такой позиции
называется неизбежное вторжение мирового судьи (при принятии активных
мер) в оценку доказательств, предопределение итогового решения
1
. В то же
время встречаются и случаи, когда судьи стремятся во что бы то ни стало
добиться примирения и избавиться от лишнего, порой скандального дела, не
вникая в суть конфликта, не интересуясь причиной примирения, а также тем,
насколько оно соответствует действительной воле потерпевшего.
Поддерживаем точку зрения ученых о том, что процедура примирения
должна сводиться к разъяснению возможности примирения, несмотря на то что
Совет Европы рекомендует судам принимать меры к примирению сторон
3
.
94
Помимо изложенного, сторонам необходимо разъяснить правовые последствия
прекращения дела по реабилитирующим и нереабилитирующим основаниям, а
также порядок взыскания процессуальных издержек согласно ч. 9 ст. 132 УПК
РФ. В. Г. Степанова отмечает, что ознакомление потерпевшего по уголовному
делу частного обвинения с процессуальными правами и обязанностями должно
включать в себя и обязательное разъяснение положений ч. 9 ст. 132 УПК РФ.
Что касается действий судьи на этапе подготовки, то необходимо обратить
внимание на сроки ее проведения. Согласно требованиям ч. 3 ст. 319 УПК РФ
подготовка по делу частого обвинения должна быть проведена в течение 7
суток с момента поступления заявления в суд. По нашему мнению, подготовку
дела к рассмотрению необходимо связывать не со сроками поступления
заявления в суд, а со сроками принятия заявления к производству судом,
поскольку не по каждому поступившему в суд заявлению частного обвинения
выносится решение о принятии его к производству. Более того, в случае
возвращения судом заявления в порядке ч. 1 ст. 319 УПК РФ лицу, его
подавшему, непонятно, какой срок целесообразно предоставить потерпевшему
для устранения недостатков и с какого момента должна проводиться подготовка
в соответствии с ч. 3 ст. 319 УПК РФ.
Результаты проведенного исследования позволили заключить, что срок
устранения недостатков при возвращении судом заявления частного обвинения
потерпевшему составляет от 14 дней до 2 месяцев. При этом полностью
разделяем позицию Р. М. Минулина, что необходимо установить семидневный
срок проведения подготовки именно с момента принятия судом заявления по
делу частного обвинения
1
.
Таким образом, целесообразно ч. 3 ст. 319 УПК РФ изложить в следующей
редакции : «3. При наличии оснований для назначения судебного заседания
мировой судья в течение 7 суток со дня принятия заявления судом вызывает
обвиняемого, знакомит его с материалами уголовного дела, вручает копию
поданного заявления, разъясняет права, предусмотренные статьей 47
1
Минулин Р. М. Прекращение уголовных дел в связи с примирением. Тюмень, 2006.
С. 29.
95
настоящего Кодекса, выясняет список заявленных свидетелей защиты, о чем
берется подписка. Подготовка дела к рассмотрению проходит у мирового судьи
с участием частного обвинителя и обвиняемого. В ходе подготовки дела
мировой судья разъясняет сторонам право на примирение и возможные
процессуальные последствия прекращения дела по реабилитирующим и
нереабилитирующим основаниям, а также порядок взыскания процессуальных
издержек согласно части девятой статьи 132 настоящего Кодекса.».
Необходимость конкретизации сроков проведения подготовки, а также
правовых последствий прекращения дела и взыскания процессуальных
издержек подтвердили 68% опрошенных нами мировых судей, 50% прокуроров,
44% дознавателей и 42% адвокатов.
По результатам подготовки к рассмотрению дела и при возможности пре-
кращения уголовного дела в связи с примирением суд выносит постановление о
прекращении уголовного дела. Е. И. Аникина указывает, что примирительные
действия суда должны находить отражение в процессуальных документах: в
протоколе судебного заседания либо в постановлении
1
.
Следует отметить, что наблюдается прямая преемственность п. 5 ст. 142
Устава уголовного судопроизводства и ст. 173 ГПК РФ относительно занесения
в протокол судебного заседания условий примирения сторон. Считаем, что
данное обстоятельство должно найти отражение и в уголовно-процессуальном
законе. На наш взгляд, целесообразно ст. 319 УПК РФ дополнить частью 5
1
следующего содержания: «5
1
. В случае поступления от частного обвинителя
заявления о примирении на основании части второй статьи 20 настоящего
Кодекса в протоколе судебного заседания фиксируются условия примирения
сторон, после чего протокол судебного заседания подписывается частным
обвинителем и обвиняемым (подсудимым).».
В ходе подготовки к рассмотрению дела судья должен разъяснить
обвиняемому, признавшему вину, право о рассмотрении дела в порядке особого
производства, так как соответствующее ходатайство может быть подано только
1
Аникина Е. И. Производство по делам частного обвинения : автореф. дис. … канд. юрид.
наук. Саранск, 2000. С. 17.
96
после ознакомления с материалами уголовного дела или в ходе
предварительного слушания
2
. В случае, если примирение не достигнуто,
мировой судья при отсутствии оснований для проведения предварительного
слушания назначает судебное заседание.
С учетом конкретизации сроков подготовки считаем необходимым акцен-
тировать внимание на сроках назначения судебного заседания. Согласно ч. 2 ст.
321 УПК РФ судебное разбирательство должно быть начато не ранее 3 и не
позднее 14 суток со дня поступления в суд заявления. На наш взгляд, регламент
ч. 2 ст. 321 УПК РФ противоречит требованию ч. 4 ст. 231 УПК РФ о том, что
стороны должны быть извещены о месте, дате и времени судебного заседания не
менее чем за 5 суток до его начала, а также положению ч. 2 ст. 233 УПК РФ о
том, что рассмотрение уголовного дела в судебном заседании не может быть
начато ранее 7 суток со дня вручения обвиняемому копии обвинительного
заключения или обвинительного акта, коим и выступает заявление по делу
частного обвинения. В. М. Лебедев отмечает, что положения ч. 2 ст. 233 УПК
РФ о назначении дела к слушанию не ранее 7 суток со дня вручения
обвиняемому копии обвинительного акта для уголовных дел, подсудных
мировому судье, не применяются, поскольку закон предусмотрел сокращенные
сроки на подготовку к защите по делам, не представляющим повышенной
общественной опасности
1
. По этому поводу Т. П. Ретунская справедливо
указала, что норма ч. 2 ст. 321 УПК РФ вступает в явное противоречие с ч. 3 ст.
319 УПК РФ, и предложила в ч. 2 ст. 321 УПК РФ изменить фразу «не ранее 3
суток» на «не ранее 7 суток»
2
. Полагаем, что после вручения обвиняемому
копии заявления частного обвинения и проведения примирительной подготовки
судья должен назначить судебное заседание, сделав временной промежуток в
соответствии с ч. 2 ст. 233 УПК РФ не менее 7 суток.
На наш взгляд, ч. 6 ст. 319 УПК РФ целесообразно изложить в следующей
редакции: «6. В случае отсутствия ходатайства от частного обвинителя о прекра-
щении уголовного дела, а также в случае отсутствия оснований для проведения
предварительных слушаний мировой судья назначает судебное заседание не
ранее
97
7 суток после вручения обвиняемому копии заявления частного
обвинения.».
8 связи с этим ч. 2 ст. 321 УПК РФ необходимо изложить в следующей
редакции: «2. Судебное разбирательство должно быть начато не позднее 14
суток со дня принятия судом заявления частного обвинения или со дня
поступления в суд уголовного дела.». Указанные изменения будут
соответствовать логической структуре предложенного срока проведения
подготовки (7 суток с момента принятия заявления) и срока назначения
судебного заседания после вручения обвиняемому копии заявления и
назначения судебного заседания (7 суток с момента вынесения судом
постановления о назначении судебного заседания).
При этом судьей должно быть решено, в каком заседании — в открытом
либо закрытом — следует рассмотреть дело. В статье 88 УУС говорилось, что
мировой судья разбирает дела изустно и публично. В пункте 1 ст. 89 УУС
обозначено, что при закрытых дверях разбираются только дела о проступках
против прав семейственных, в п. 3 — о проступках, преследуемых не иначе как
по жалобам частных лиц, когда обе стороны просят о негласном
разбирательстве дела. В свою очередь, И. О. Жук отмечает, что в закрытом
судебном заседании должны рассматриваться уголовные дела о преступлениях,
когда это может привести к разглашению сведений об интимных сторонах
жизни участников уголовного судопроизводства либо сведений, унижающих их
честь и достоинство. При этом решение вопроса о проведении закрытого
процесса в наименьшей степени зависит от усмотрения суда.
Законодатель предусмотрел возможность оказания сторонам содействия в
сборе доказательств во время подготовки и назначения судебного заседания в
целях реализации права на доступ к правосудию. В частности, согласно ч. 2 ст.
319 УПК РФ мировой судья вправе оказать сторонам содействие в собирании
доказательств, которые не могут быть получены ими самостоятельно. Статья 74
УПК РФ обозначила круг доказательств. Недопустимыми являются
доказательства, полученные с нарушением процессуальной формы; добытые
ненадлежащим участником процесса; полученные с нарушением закона.
98
Сторонники традиционной концепции подчеркивают, что только органы
расследования и суд собирают (формируют) доказательства, никакие другие
участники уголовного процесса подобными полномочиями не наделены, а
представленные ими материалы не являются доказательствами.
По уголовным делам частного обвинения потерпевший самостоятельно
обращается в мировой суд и предъявляет доказательства без помощи
государства в лице прокурора. М. Ю. Маенкова считает, что частный
обвинитель не может выполнить лежащую на нем обязанность доказывания и
эффективно ее осуществлять, если он лишен важнейшего полномочия,
входящего в структуру доказывания
1
. Е. В. Просвирин указывает, что среди
круга лиц, способных собирать доказательства по соответствующей
процессуальной форме, законодатель не обозначил частного обвинителя и
подсудимого
2
. Данной точки зрения придерживается А. А. Хайдаров, отмечая,
что полномочий по собиранию доказательств частным обвинителем в Уголовно-
процессуальном кодексе не предусмотрено
5
. Полагаем, что частный обвинитель
и подсудимый вправе не только представлять доказательства, но и
ходатайствовать перед судом об истребовании какого-либо доказательства,
которое не может быть получено сторонами самостоятельно. По мнению А. Я.
Сухарева, неопределенным является механизм представления потерпевшим
(частным обвинителем) в суд доказательств из-за отсутствия в УПК РФ
требований к их процессуальному закреплению данным участником уголовного
процесса, а полученные письменные документы становятся доказательствами
только в ходе их исследования в судебном заседании
6
. Б. Т. Безлепкин
указывает, что на данном этапе судопроизводства судья не может проводить
действия, которые предусмотрены в судебном следствии, в частности, речь идет
об истребовании письменных материалов, которые в будущем судебном
разбирательстве могут быть использованы как доказательства в виде
1
Маенкова М. Ю. Проблемы собирания доказательств по делам частного обвинения //
Актуальные проблемы современного уголовного процесса России : межвуз. сб. науч. ст. / под
ред. проф. В. А. Лазаревой. Самара, 2009. С. 233.
2
Просвирин Е. В. Перспективы дальнейшей оптимизации доказывания в целях повыше
ния эффективности правоохранительных органов по уголовным делам небольшой и средней
тяжести // Законность и правопорядок в современном обществе. 2011. № 3. С. 397–402
99
документов, а также предметов, которые могут быть использованы как
вещественные доказательства
1
.
По логике ст. 84 УПК РФ речь идет о представлении иных документов, ко-
торые могут быть допущены судом в качестве доказательств, если изложенные в
них сведения имеют значение для дела и обстоятельств, подлежащих доказыва-
нию. Однако проблема становится актуальной, если мировому судье
необходимо допросить потерпевшего или свидетеля либо произвести иные
судебные действия, которые первый не может выполнить сам в силу
удаленности или по иным причинам.
Статья 62 ГПК РФ предусматривает возможность направления
соответствующего судебного поручения от одного судье другому. В. Г. Меретуков
и В. В. Дорош-ков полагают, что помощь мировых судей сторонам в сборе
доказательств допустима и не противоречит принципу состязательности, если
она осуществляется по ходатайству сторон
2
. Помимо этого, В. М. Лебедев
указывает, что по ходатайству сторон в силу положений ч. 2 ст. 319 УПК РФ
мировой судья вправе оказать им содействие в собирании доказательств.
Формами содействия могут быть запросы и поручения органам дознания и
предварительного следствия.
Согласно ст. 47 Устава уголовного судопроизводства от 20 ноября 1864 г.
мировой судья был наделен правом поручать полиции сбор доказательств, под-
тверждающих обвинение. А. Шейфер и Н. Е. Петрова указывали, что «такой
порядок может наилучшим образом применяться в делах частного обвинения,
так как он, во-первых, не лишает обвинение частного характера, а во-вторых, в
данном случае правоохранительные органы действуют в рамках уже начатого
уголовного производства, то есть не будет сомнений в допустимости добытых
дока-зательств»
1
. А. В. Решетин делает вывод, что по смыслу действующего
уголовно-процессуального закона мировой судья может либо сам оказать
потерпевшему содействие в собирании доказательств путем истребования
различных документов, либо признать необходимым проведение по делу
следственных действий, поручив их осуществление органам дознания
2
. В. В.
1
Шейфер С. А., Петрова Н. Е. Указ. соч. С. 55–56.
100
Кальницкий отмечает, что практика, когда мировой судья, принимая заявление к
производству, «инициативно» истребует разного рода характеризующие
материалы, значимые для объективного рассмотрения дела, охватывается
функцией осуществления правосудия
3
. Указанную точку зрения поддерживает
А. А. Дзюбенко, подчеркивая, что собирание доказательств судом не относится к
функции обвинения, а представляет собой элемент отправления правосудия.
Ограничения полномочий суда по собиранию доказательств приводят к
ограничению его компетенции по исследованию доказательств, что подрывает
сами основы разрешения судом уголовных дел.
О. В. Губерман и М. Ю. Жирова считают, что мировой судья также вправе
по собственной инициативе собирать доказательства при доказывании обстоя-
тельств, предусмотренных пп. 3–7 ч. 1 ст. 73 УПК РФ, а также давать поручение
о производстве следственных действий органу дознания по уголовным делам
частного обвинения, находящимся в его производстве
1
. Указанную точку зрения
разделяет М. В. Соболев: необходимо законодательно закрепить обязанность
органов внутренних дел собирать доказательства по делам частного обвинения
по поручению мирового судьи после возбуждения уголовного дела последним.
Т. П. Ретунская утверждает, что мировой судья не склоняется к позиции
обвинения либо защиты тогда, когда помогает сторонам собрать необходимые
доказательства по делу, которые стороны не в состоянии по различным
причинам предоставить самостоятельно . К. Б. Калиновский делает вывод, что в
частно-исковом производстве применяются свидетельские показания и
документы, которые оцениваются судом по внутреннему убеждению. Большая
свобода личности участников процесса выражена в активности сторон по
доказыванию существа дела и активности суда «хотя бы в оценке
доказательств»
3
. И. Р. Харченко полагает, что важнейшей гарантией реализации
принципа состязательности при уголовном преследовании, осуществляемом в
частном порядке, должна выступать обязанность суда способствовать сторонам
в осуществлении своих прав, прежде всего, по доказыванию. В связи с этим он
1
Губерман О. В. Производство у мирового судьи: особенности собирания доказательств
по делам частного обвинения : автореф. дис. … канд. юрид. наук. Н. Новгород, 2008. С. 21
101
считает целесообразным внести изменения в текст ч. 2 ст. 319 УПК РФ, заменив
слово «вправе» словом «обязан», возложив тем самым на судью обязанность
содействовать сторонам в собирании доказательств. Е. Ф. Тенсина делает вывод
о том, что, поскольку инициатива в собирании материалов по уголовному делу
частного обвинения на этапе подготовки к судебному заседанию исходит от
сторон, необходимо урегулировать процессуальный порядок оказания мировым
судьей содействия сторонам в собирании доказательств
1
.
Следует отметить, что вопрос о праве суда собирать доказательства не по-
нимается однозначно в юридической литературе. По мнению некоторых процес-
суалистов, подобная деятельность судьи не имеет ничего общего с реализацией
судом полномочий по разрешению уголовного дела, поскольку на суд
возлагается несвойственная ему функция и стороны изначально ставятся в
неравное положение. В. В. Воронин указывает на недопустимость сохранения за
судом обязанности по сбору доказательств как изобличающих, так и
оправдывающих подсудимого, ибо данная обязанность противоречит принципу
состязательности уголовного судопроизводства, предусмотренному ч. 3 ст. 123
Конституции Российской Федерации
2
.
Мы придерживаемся точки зрения первой группы ученых и считаем, что
суд должен оказать содействие сторонам в сборе доказательств. Более того, суд
должен быть активным в сборе доказательств при возможном пассивном
поведении участников, поскольку именно он отвечает за итоговое решение по
делу. На наш взгляд, целесообразно указать позицию А. А. Васяева. Приведем
практически полностью его высказывание, представляющееся нам
исключительно точным и ценным: «Поскольку именно суд, а не обвинитель и не
защитник с подсудимым несет полную ответственность за принятое решение,
то он не может быть связан тем доказательственным материалом, который ему
представляется обвинением и защитой»
3
.
1
Адомайтис М. Суд не должен быть инициа
тором назначения экспертиз // Там же. № 12. С. 3.
2
Воронин В. В. Становление, особенности и проблемы российского судопроизводства по
делам частного обвинения : дис. … канд. юрид. наук. Оренбург, 2001. С. 14.