15
(исполнения договора), уклоняясь от надлежащего исполнения своих
обязательств по договору. При этом согласно п. 1 Постановления Пленума ВС
РФ от 23 июня 2015 г. N 25 «О применении судами некоторых положений
раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»
поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только
при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе
суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника
гражданского оборота от добросовестного поведения.
Результатом такого подхода явилось то, что арбитражные суды
повсеместно стали разрешать споры, возникающие из договорных отношений,
обосновывая судебные акты требованиями добросовестности поведения
субъектов гражданского оборота, что позволило выносить решения,
обосновывая их не буквой, а духом закона даже в тех случаях, когда в законе
отсутствует пробел в правовом регулировании вопросов, которые явились
основой соответствующих споров, расширив тем самым дискреционные
полномочия суда и сделав при этом результат обращения в суд для разрешения
спора непредсказуемым для сторон договора, порождая состояние правовой
неопределенности. Так, например, ВС РФ при отсутствии соответствующей
нормы в п. 3 ст. 310 ГК РФ, регулирующей вопросы выплаты денежной суммы
за реализацию права на отказ, наделил суды правом отказать во взыскании
платы за отказ в случае осуществления одной из сторон права на отказ от
договора (исполнения договора), если будет доказано заведомо
недобросовестное осуществление права (при отсутствии критериев заведомой
недобросовестности решение вопроса отдано на усмотрение суда,
оценивающего доказательства по внутреннему убеждению) требовать ее
уплаты в размере, очевидно не соответствующем неблагоприятным
последствиям отказа от исполнения обязательства или изменения его условий
(п. 16 Постановления Пленума ВС РФ N 54 от 22 ноября 2016 г. «О некоторых
вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской
Федерации об обязательствах и их исполнении»). Поскольку возможность
16
выплаты денежной суммы за отказ от договора предоставлена лишь субъектам
предпринимательской деятельности, которые, действуя в своей воле и в своем
интересе, профессионально осуществляют деятельность на свой риск,
последняя является для них гарантией компенсации, своего рода страхованием
от негативных последствий немотивированного отказа другой стороны от
договора (исполнения договора), так как возможность такого отказа
порождает для сторон состояние неопределенности относительно судьбы
договорных обязательств, в связи с чем это именно тот случай, когда свобода
договора в части установления такого условия в договоре должна быть
безоговорочно соблюдаемой (при отсутствии ситуации неравенства
переговорных возможностей). Если сторона такого договора реализует свое
право на немотивированный отказ от договора, все риски выплаты
компенсации другой стороне договора должны быть возложены на нее даже в
том случае, если последствия отказа для другой стороны не являются
критичными.
Кроме того, применительно к договорным отношениям в настоящее
время суды наделены возможностью толковать не только условия договора,
но и нормы законодательства, определяющие права и обязанности сторон
договора с позиции установления императивности или диспозитивности таких
норм (Постановление Пленума ВАС РФ от 14 марта 2014 г. N 16 «О свободе
договора и ее пределах»), в том числе исходя из целей и существа
законодательного регулирования. В этой связи трудно переоценить
потребность правоприменительной практики в части формулирования общих,
единообразных подходов при использовании судами гражданско-правовых
норм, содержащих оценочные понятия, которые, с одной стороны, будут
служить ориентиром при разрешении аналогичных споров, с другой -
выступать средством правового воздействия в части установления границ
усмотрения судьи при оценке поведения контрагентов, являясь определенной
гарантией от произвольного судейского усмотрения. Такой подход позволит
гармонизировать оборот, диспозитивное регулирование которого - основа
17
построения договорных отношений его субъектов, даст понимание
участникам договорных отношений о тех критериях и ориентирах, которыми
необходимо руководствоваться, чтобы в случае возникновения спора и
невозможности его урегулирования без судебного вмешательства судебное
разбирательство и следующий за ним судебный акт, отвечающий критериям
законности, обоснованности и мотивированности, были в известной степени
предсказуемыми для сторон такого спора. «В результате толкования права в
процессе его применения вырабатывается определенная единая линия,
практика при разрешении дел определенной категории складывается в
своеобразный правовой обычай»
6
.
Согласно ч. 4 ст. 15 АПК РФ принимаемые арбитражным судом
судебные приказы, решения, постановления, определения должны быть
законными, обоснованными и мотивированными, арбитражный суд оценивает
доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на
всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании
имеющихся в деле доказательств (ст. 71 АПК РФ). «Фундаментальная
характеристика процесса - это беспристрастность. Судья должен обращаться
со сторонами одинаково, давая им одинаковые возможности во время
разбирательства, он не должен иметь никакой, хотя бы отдаленной,
заинтересованности в исходе дела. Он должен давать сторонам возможность
заявлять свои аргументы. Усмотрение должно основываться на
доказательстве, предъявляемом судье. Его решение должно быть
мотивированно. Это требование, чтобы судья объяснил свое решение,
особенно важно»
7
.
Оценка судом доказательств по своему внутреннему убеждению не
означает допустимости их необоснованной оценки, при которой
тождественные обстоятельства получают диаметрально противоположное
толкование без указания каких-либо причин этого. Такая оценка доказательств
6
Вильнянский В.И. Значение судебной практики в гражданском праве // Ученые труды ВИЮН. Вып. 9. М.,
1947. С. 252.
7
Барак А. Судейское усмотрение. М., 1999. С. 33.
18
не может быть признана объективной.
При этом следует учитывать, что определенной гарантией для
участников процесса от произвольного усмотрения суда при разрешении
спора является предоставление лицам, участвующим в деле, тех прав,
которыми обеспечивается состязательность процесса. Так, согласно ст. 9 АПК
РФ таким лицам гарантируется право представлять доказательства
арбитражному суду и другой стороне по делу, обеспечивается право заявлять
ходатайства, высказывать свои доводы и соображения, давать объяснения по
всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам, связанным с
представлением доказательств. При этом лица, участвующие в деле, несут
риск наступления последствий совершения или несовершения ими
процессуальных действий.
При рассмотрении споров о расторжении или изменении договора
следует иметь в виду, что непредставление стороной необходимых и
достаточных доказательств в обоснование своих требований и возражений
приводит к возложению на сторону риска наступления негативных
последствий. «Нежелание представить доказательства должно
квалифицироваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на
наличие которого аргументированно со ссылкой на конкретные документы
указывает процессуальный оппонент. Участвующее в деле лицо, не
совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствий
такого своего поведения»
8
.
Крайне важно, чтобы суды, толкуя договор и его условия, в том числе
исходя из подхода, сформулированного в п. 11 Постановления Пленума ВАС
РФ N 16, устанавливая действительные намерения сторон при заключении
договора (ст. 431 ГК РФ), отстаивали свободу договора, были сориентированы
на необходимость уважения и признания договоренностей сторон, на то, что
согласованные условия договора должны исполняться, в первую очередь
договора, сторонами которого являются субъекты предпринимательской
8
Постановление Президиума ВАС РФ от 6 марта 2012 г. N 12505/11 по делу N А56-1486/2010.
19
деятельности, что позволит уменьшить число злоупотреблений субъектов
оборота, связанных с недобросовестным предъявлением требования о
расторжении и изменении договора, в том числе посредством одностороннего
отказа, и, соответственно, повысить вероятность обязательного исполнения
договора, а значит, конкурентоспособность российской правовой системы, и
тем самым изменит тенденцию выбора субъектов оборота в качестве
применимого иностранного права. От судей, рассматривающих споры,
возникающие из договорных отношений, требуется особенный
профессионализм, осмотрительность и высокие моральные качества: «Как бы
хороши ни были правила деятельности, они могут потерять свою силу и
значение в неопытных, грубых или недобросовестных руках»
9
.
Те же требования применимы и к субъектам гражданского оборота при
выстраивании ими договорных отношений, что обусловлено повышенными
требованиями к разработке договоров, к оценке рисков и правовых
последствий формулирования условий договора определенным образом, к
оценке судебной перспективы рассмотрения соответствующих споров, в том
числе при толковании условий договора судом. Контрагенты должны
выстраивать договорные отношения таким образом, чтобы в максимальной
степени исключить воздействие на отношения сторон внешних факторов, в
том числе усмотрения суда при разрешении возникших споров. Невозможно
предвидеть все обстоятельства, с которыми могут столкнуться стороны в
динамике договорных отношений, однако максимально обезопасить,
нивелировать негативное воздействие таких обстоятельств возможно,
разработав и согласовав с достаточной степенью определенности и
конкретики условия договора с позиции как буквы, так и духа закона, через
призму требований справедливости, разумности, добросовестности, с позиции
достижения экономических интересов обеими сторонами.
Стороны договора должны взаимодействовать друг с другом не как
9
Кони А.Ф. Нравственные начала в уголовном процессе (общие черты судебной этики) // Избранные труды и
речи / Сост. И.В. Потапчук. Тула, 2000. С. 79.
20
антагонисты, а как партнеры, стремящиеся достичь как собственных, так и
общих целей, стараться не доводить возникшие деловые разногласия до
судебного разбирательства, приходить к компромиссу в случае возникновения
споров с максимальным достижением взаимовыгодного результата, поскольку
самая экономически эффективная модель сотрудничества - взаимовыгодный,
эквивалентный обмен благами субъектов гражданского оборота.
Направленность на обеспечение баланса интересов сторон, в том числе
стремление сторон к уравновешению выгод и потерь каждой стороны при
расторжении и изменении договора, становится пределом свободы договора в
отношениях контрагентов во всем многообразии обстоятельств, возникающих
в динамике договора, поскольку конкретным договором предпринимательская
деятельность субъектов оборота, сам оборот не ограничиваются, а ценой
такого взаимодействия контрагентов (доверие, сотрудничество, уважение)
становится формирование деловой репутации контрагентов как надежных и
честных партнеров.
Для достижения указанных целей особое значение имеет уяснение
принципов, начал, требований, которыми в первую очередь должны
руководствоваться стороны договора не только при вступлении в договорные
отношения и исполнении договорных обязательств, но и на стадии
расторжения и изменения договора.
В соответствии с Указом Президента РФ от 18 июля 2008 г. N 1108 «О
совершенствовании Гражданского кодекса Российской Федерации» целью
совершенствования законодательных основ рыночной экономики, подготовки
изменений в ГК РФ являлось и дальнейшее развитие основных принципов
гражданского законодательства Российской Федерации, соответствующих
новому уровню развития рыночных отношений.
Как отмечается в юридической литературе, «принципы - стабильные
нормативно-руководящие положения, в соответствии с которыми строится
нормативная база гражданско-правового регулирования»
10
; «необходимо
10
Свердлык Г.А. Принципы советского гражданского права: Автореф. ... дис. д-ра юрид. наук. М., 1988. С. 4.
21
признать, что основные принципы какой-либо отрасли права мы должны
обнаружить в самих нормах, составляющих в совокупности данную отрасль;
если же принципы прямо не сформулированы, то они должны быть
обнаружены из общего смысла самих норм»
11
Не вступая в дискуссию относительно понятия принципов права,
основных начал, необходимости их прямого отражения в норме закона, тем не
менее следует отметить, что «принципы права могут содержаться в отдельных
нормах или в группе норм, но могут пронизывать судебную практику, даже не
будучи самостоятельно сформулированы в объективном праве, составляя
стержень правовой идеологии, господствующей в данной стране или на
международной арене; могут концентрироваться в субъективном праве и
юридических обязанностях, в правовых обычаях и традициях, деловых
обыкновениях, в правовой культуре региона. Таким образом, необязательно,
чтобы принципы данного типа права были непременно и в полном объеме
сформулированы в нормах законодательства, хотя это и весьма желательно, по
крайней мере по отношению к ведущим принципам»
12
.
Представляется, что принципы, руководящие начала не всегда прямо
сформулированы и отражены в нормах правах, что тем не менее не умаляет
воздействие таких принципов на общественные отношения, в том числе
договорные, поскольку они пронизывают и обусловливают всю систему
правового регулирования, являясь ориентиром не только для законодателя, но
и для правоприменительной практики: «Правовые принципы обеспечивают
сбалансированное состояние права, его взаимосвязь с иными формами права,
внутреннее единство и целостность; ожидаемость, предсказуемость,
непротиворечивость и последовательность правотворческого и
правореализационного процесса»
13
. «Выражение отправных начал может
производиться не только в законодательных актах правотворческих органов.
11
Братусь С.Н. Предмет и система советского гражданского права. М., 1963. С. 137.
12
Явич Л.С. Теория государства и права / Под ред. А.И. Королева, Л.С. Явича. Л., 1987. С. 286.
13
Ершов В.В. Правовая природа принципов российского права: теоретические и практические аспекты //
Российский судья. 2009. N 5. С. 13.
22
Существует и другой способ - через правоположения судебной практики»
14
.
Следует отметить, что ст. 1 ГК РФ оперирует более широким понятием,
чем принципы гражданского права, - «основные начала гражданского
законодательства»: гражданское законодательство основывается на
признании равенства участников регулируемых им отношений,
неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости
произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости
беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения
восстановления нарушенных прав, их судебной защиты.
Основные начала гражданского права - это основополагающие идеи
(общие принципы), которые определяют содержание гражданско-правового
регулирования в целом, отраслевую специфику норм гражданского права и
практику его применения
15
. Представляется, что общие начала гражданского
законодательства отражены не только в ст. 1 ГК РФ, но и, например, в ст. 10
ГК РФ, определяющей пределы осуществления гражданских прав.
Согласно п. 3 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите
гражданских прав и исполнении гражданских обязанностей участники
гражданских правоотношений должны действовать добросовестно, при этом
п. 5 ст. 10 ГК РФ установлена презумпция добросовестности участников
гражданских правоотношений и разумности их действий. Таким образом, в ГК
РФ принципы добросовестности и разумности находят выражение в первую
очередь как требование к поведению участников гражданских
правоотношений. Вместе с тем в п. 6 информационного письма Президиума
ВАС РФ от 13 сентября 2011 г. N 147 «Обзор судебной практики разрешения
споров, связанных с применением положений Гражданского кодекса
Российской Федерации о кредитном договоре» принципы разумности и
добросовестности прямо названы основополагающими частноправовыми
принципами.
14
Иванов Р.Л. Принципы советского права: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Л., 1988. С. 12.
15
Гражданское право: Учебник / Под общ. ред. С.С. Алексеева. М., 2007. С. 17.
23
Необходимо учитывать, что ст. 6 ГК РФ установлено правило, согласно
которому права и обязанности сторон определяются исходя из общих начал и
смысла гражданского законодательства (аналогия права) и требований
добросовестности, разумности и справедливости при невозможности
использования аналогии закона. Между тем суды мотивируют принимаемые
акты, руководствуясь указанными принципами не только при необходимости
применения аналогии права, но и при применении норм, в которых содержатся
оценочные понятия: существенность, равноценность встречных
предоставлений, эквивалентность, справедливость распределения,
применение которых требует мотивированного обоснования: «Закон не в
состоянии определить общие критерии добросовестности, разумности и
справедливости. Это может сделать суд при рассмотрении спора
применительно к конкретной ситуации. И только анализ судебных актов,
содержащих оценки поведения участников имущественного оборота с точки
зрения добросовестности, разумности и справедливости в наиболее типичных
ситуациях, позволит выработать какие-либо общие подходы. Параметры
оценочных понятий могут быть определены лишь многообразной судебно-
арбитражной практикой применительно к конкретным ситуациям,
возникающим при разрешении споров»
16
. Вместе с тем правилом,
установленным в п. 2 ст. 6 о том, что самостоятельное значение с точки зрения
единственного обоснования при определении прав и обязанностей сторон
может иметь принцип добросовестности, разумности и справедливости,
следует руководствоваться лишь при невозможности использования аналогии
закона.
Применительно к расторжению и изменению договора следует
говорить о тех началах, требованиях, на которых основывается правовое
регулирование реализации соответствующих прав и осуществления
обязанностей и которые обусловливают подход судебной практики к
разрешению споров, возникающих из отношений по расторжению и
16
Витрянский В.В. Новый Гражданский кодекс и суд // Хозяйство и право. 1997. N 6. С. 80.
24
изменению договора, в том числе при оценке поведения сторон при
расторжении и изменении договора.
В первую очередь к таким требованиям относятся добросовестность,
разумность, справедливость, баланс интересов сторон, эквивалентность
отношений, равенство сторон договора и свобода договора (в том числе
защита от несправедливых договорных условий - защита слабой стороны
договора), стабильность договора, сотрудничество и доверие сторон договора.
Не отрицая наличия нравственных начал частноправового
регулирования, полагаем неверным смешивать добросовестность с
нравственностью, поскольку нравственные пределы осуществления и защиты
гражданских прав и исполнения обязанностей являются ничем не
ограниченным мотивом, допускающим произвольное толкование норм ГК РФ
и позволяющим обосновать любое решение, приводящее к непредсказуемым
последствиям, подрывая уверенность субъектов оборота в стабильности как
договора, так и оборота в целом. Кроме того, ГК РФ и правоприменительная
практика выработали некоторые критерии, которые позволяют заключить, что
стороны договора ведут себя добросовестно. Добросовестность определяется
как честное, тщательное и аккуратное выполнение обязанностей,
старательность и исполнительность
17
, и при принятии решения судьей
добросовестность выступает как объективное мерило, которое должно
использоваться в качестве критерия
18
.
Таким образом, в случае возникновения ситуации, требующей
расторжения или изменения договора, добросовестность сторон договора
выражается в том, что стороны должны учитывать интересы друг друга с
целью достижения взаимовыгодного урегулирования отношений в части
последствий расторжения или изменения договора, раскрывать всю имеющую
значение для адекватного разрешения ситуации информацию, не
17
Щенникова Л.В. Справедливость и добросовестность в гражданском праве (несколько вопросов теории и
практики) // Государство и право. 1997. N 6. С. 119 - 121.
18
Гаджиев Г.А. Конституционные принципы добросовестности и недопустимости злоупотребления
субъективными правами // Государство и право. 2002. N 7. С. 58 - 59.