75
дела, которое было бы связано с наличием постановления Европейского суда,
установившего нарушение норм Конвенции со стороны РФ.
Российский законодатель выбрал для данной ситуации механизм
пересмотра решения по новым и вновь открывшимся обстоятельствам.
Несмотря на разделение оснований на новые и вновь открывшиеся, сама
процедура пересмотра является единой и соответствует понятию и признакам
самоконтроля суда.
Необходимость реагирования на постановления ЕСПЧ - достаточно новая
ситуация и для судебной, и для законодательной практики. Грамотное
построение нового механизма исключительно важно, поскольку речь идет в том
числе и о выполнении международно-правовых обязательств.
Справедливо замечено, что до недавнего времени институт пересмотра
судебных актов находился в сфере регулирования внутригосударственного
законодательства, исключающей влияние норм международного права. Такая
ситуация обусловлена характерным для отечественного правосознания
восприятием международного права как регулятора, распространяющего свое
действие лишь на область межгосударственных отношений и не имеющего
значения для национальных судов
1
. Указанная ситуация кардинально
изменилась и требует решения очень серьезных вопросов, связанных с
порядком реализации постановлений ЕСПЧ на территории Российской
Федерации.
Механизм действия Конвенции предполагает, что именно судья первой
инстанции является "первым судьей по правам человека", он должен знать
Конвенцию и ее толкование Европейским судом, а тяжущийся имеет право
ссылаться в судах на Конвенцию в том смысле, в каком она толкуется
Страсбургским судом
2
. Следовательно, если российский судья при
рассмотрении дела допустил нарушение норм Конвенции либо не применил эти
1
Кочурина Т.А. Институт пересмотра вступивших в законную силу судебных постановлений
по вновь открывшимся или новым обстоятельствам: взаимодействие гражданского
процессуального и международного права // Российский юридический журнал. 2011. №3. - С.
208.
2
Сальвиа М. Прецеденты Европейского суда по правам человека. – СПб., 2004. - С. 21.
76
нормы, он тем самым совершил виновную ошибку (ошибка в незнании норм
Конвенции и порядка их применения), поскольку судья не может
оправдываться незнанием законодательства. Поскольку незнание норм
Конвенции является виновной судебной ошибкой, оно не может порождать
оснований для самоконтроля. Этот же судья не вправе рассматривать дело
заново
1
.
В Постановлении Пленума ВС от 27 июня 2013 г. №21 даются
подробные рекомендации и определен (впервые с 1998 г. на этом уровне)
порядок применения судами РФ Конвенции. Разъясняется, что правовые
позиции ЕСПЧ, которые содержатся в окончательных постановлениях Суда,
принятых в отношении Российской Федерации, являются обязательными для
судов. Если решения ЕСПЧ приняты в отношении других государств -
участников Конвенции, а российский суд рассматривает дело с аналогичными
обстоятельствами, то российские суды в целях эффективной защиты прав и
свобод человека учитывают правовые позиции ЕСПЧ (п. 2 Постановления).
Таким образом, Верховный Суд обращает внимание судов на
необходимость непосредственного применения Конвенции, исходит из того,
что судьи должны знать Конвенцию и практику ее применения. Это
положительный фактор для российской судебной практики, поскольку
понимание механизма действия Конвенции с большим трудом входит в
деятельность рядового судьи.
Если судьи, начиная с судьи первой инстанции, должны учитывать и
применять положения Конвенции, игнорирование этих норм международного
права будет виновной судебной ошибкой. Поэтому осуществлять пересмотр
собственного судебного акта (самоконтроль) такой судья не должен
2
.
М.А. Филатова правильно указывает, что пересмотр по вновь
открывшимся или новым обстоятельствам не является ординарным средством
1
Терехова Л.А. Право на исправление судебной ошибки как компонент судебной защиты:
Дис. ... д-ра юрид. наук. – Екатеринбург, 2008. С. 129.
2
Терехова Л.А. Система пересмотра судебных актов в механизме судебной защиты. – М.,
2007. С. 94.
77
защиты права и устранения судебных ошибок. Кроме того, следует учитывать и
значительный период, который проходит с момента принятия решения.
Решение порождает правовые последствия как для сторон, так и для других
лиц. Поэтому с точки зрения процессуальной экономии и целесообразности
необходимо ограничить случаи пересмотра лишь теми, где связь между
нарушением и результатом судебного разбирательства очевидна. С другой
стороны, нужно избегать иной крайности - автоматического отказа в
пересмотре
1
.
Именно поэтому представляется, что адекватный механизм для
восстановления нарушенных прав и свобод в рамках национального
законодательства еще не найден. Для рассмотренной ситуации правильнее
было бы предусмотреть пересмотр судебного акта вышестоящим судом
(кассационной или надзорной инстанции), судом, изначально созданным для
пересмотра судебных актов, вступивших в законную силу, и потому
обладающим необходимой квалификацией для правильной оценки наличия
(отсутствия) оснований для пересмотра.
Для того чтобы определение либо изменение в надзорном постановлении
Президиума ВС РФ по конкретному делу (как данному, так и иному) или в
постановлении Пленума ВС РФ практики применения правовой нормы (п. 5 ч. 4
ст. 392 ГПК, п. 5 ч. 3 ст. 311 АПК) стали основанием для пересмотра судебного
акта по новым обстоятельствам, необходимо наличие следующих условий.
1. Вынесение постановления Президиума (по конкретному делу, т.е.
надзорное) или принятие постановления Пленума (т.е. руководящие
разъяснения по определенному вопросу или кругу дел).
2. Изменение существующей или создание новой практики применения
конкретной нормы такими постановлениями.
3. Наличие в постановлениях указания на возможность пересмотра ранее
принятых актов, поскольку суды по ним руководствовались иным толкованием.
Это условие оговорено в п. 5 ч. 3 ст. 311 АПК. Непосредственно в ГПК такого
1
Филатова М.А. Указ. соч. С. 56 - 57.
78
условия нет. Разъяснение этого порядка содержится в п. 11-д Постановления
Пленума ВС от 11 декабря 2012 г. № 31.
Следует отметить, что принимаемые постановления Пленумов могут не
только содержать указание на возможность пересмотра ранее принятых актов,
но и оговаривать некоторые специальные условия такого пересмотра.
Из всех оснований для пересмотра решения по новым обстоятельствам
данное - пожалуй, самое неоднозначное - это отсутствие возможности
обратиться в апелляционный или кассационный суд (с учетом возможности
восстановления сроков) - п. 15 Постановления Пленума ВАС от 30 июня 2011 г.
Возможность придать норме толкование, которым ранее суды не
руководствовались, сродни такому действию, как придание обратной силы
нормативному акту. Именно это обстоятельство вызывает неприятие.
Так, В.В. Блажеев полагает, что обратная сила нового толкования
подрывает стабильность гражданского оборота. При пересмотре дела по вновь
открывшимся обстоятельствам (первоначально данное обстоятельство было
введено как вновь открывшееся) суд не проверяет правильности применения
норм материального или процессуального права. Признав основанием для
пересмотра правовую позицию Президиума или Пленума, законодатель связал
это с правовой стороной дела, что не согласуется с природой вновь
открывшихся обстоятельств, относящихся не к правовой, а к фактической
стороне дела
1
. Согласимся также с позицией И.О. Подвального, полагающего,
что п. 5.1 появился в свое время в ст. 311 АПК из-за числа желающих обойти
новые правила надзорного производства, ужесточившие допуск к Президиуму
ВАС
2
.
В.В. Ярков прогнозирует возникновение проблем с соблюдением
разумных сроков судопроизводства, поскольку неясно, насколько далеко назад
можно обращаться к ранее вынесенным решениям арбитражных судов для их
1
Блажеев В.В. Указ. соч. С.74.
2
Подвальный И.О. Пересмотр вступивших в законную силу постановлений по вновь
открывшимся или новым обстоятельствам: ретроспективный анализ и перспектива развития
// Арбитражные споры. 2015. №3. С.109.
79
пересмотра путем придания обратной силы новому толкованию правовых
норм
1
. И этот прогноз сбывается: ВС РФ в постановлении Пленума разъясняет,
что период производства по пересмотру вступивших в законную силу судебных
актов по новым или вновь открывшимся обстоятельствам включается в общую
продолжительность судопроизводства по гражданским, административным
делам, делам по экономическим спорам
2
.
А.В. Юдин отмечает и проблемы "переходного периода", сложившиеся
после ликвидации Высшего Арбитражного Суда. Он отмечает парадоксальную
ситуацию, связанную с сохранением правовых позиций ВАС РФ,
содержащихся в постановлениях Пленума и Президиума ВАС, и приводит
примеры противоречивой судебной практики относительно возможности
применения данных позиций
3
.
Т.В. Сахнова отмечает, что законодатель не дает ответа на вопрос: а если
толкование меняется неоднократно, сколько в принципе раз можно
пересмотреть одно и то же судебное решение по данному основанию?
4
Ю.А. Тимофеев считает, что есть совпадающие основания в надзорном
производстве (единство практики) и пересмотре по вновь открывшимся
обстоятельствам
5
.
Г.А. Жилин полагает, что правовым позициям ВС и ВАС законодатель
явно придает большее значение, чем правовым позициям КС и ЕСПЧ (позиции
КС и ЕСПЧ распространяются лишь на судебные постановления с участием
лиц, обратившихся за защитой прав в соответствующие суды), не
1
Ярков В.В. Юридические факты в цивилистическом процессе. – М.: Норма, 2012. С. 431.
2
Постановление Пленума Верховного Суда РФ №11 от 29.03.2016 "О некоторых вопросах,
возникающих при рассмотрении дел о присуждении компенсации за нарушение права на
судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный
срок". //Бюллетень Верховного Суда РФ. № 5. 2016.
3
Юдин А.В. Процессуальные нормы переходного периода. На примере постановлений
Пленума и Президиума ВАС как оснований для пересмотра дела по новым обстоятельствам
// Вестник экономического правосудия РФ. 2016. №1. С. 66.
4
Сахнова Т.В. Пересмотр по вновь открывшимся или новым обстоятельствам судебных
постановлений, вступивших в законную силу: о сущности и законодательных противоречиях
// Вестник гражданского процесса. 2014. №1. С. 26.
5
Тимофеев Ю.А. Правовые позиции как основание для пересмотра судебного акта //
Арбитражный и гражданский процесс. 2011. №6. С. 34.
80
предусматривает ограничений в отношении их обратной силы. В данном
случае, по мнению автора, с очевидностью происходит подмена надзорного
производства производством по пересмотру постановлений по новым
обстоятельствам. Предлагает здесь правило об отмене использовать лишь в
исключительных случаях
1
.
Для смягчения указанных проблем высшими судебными органами
проделана определенная работа. Это относится прежде всего к
Конституционному Суду и Высшему Арбитражному Суду, которые в своих
разъяснениях опирались на практику Европейского суда по правам человека.
Указанные органы пытались определить те исключительные случаи, когда
допускается ретроспективное толкование правовой нормы, а также границы
подобного действия.
Прежде всего Европейский суд выработал достаточно четкую позицию в
отношении дел по спорам гражданина (слабой стороны) с государством,
особенно в той части, когда государство может задействовать свой ресурс
законотворчества (к которому гражданин прибегнуть не может).
Европейский суд полагает несовместимым с Конвенцией такое
толкование, которое ухудшает правовое положение гражданина по сравнению с
тем, как это установлено в судебном решении.
Конституционный Суд РФ в своем Постановлении от 21 января 2010 г.
№1-П отметил, что на применение правовой позиции, сформулированной при
толковании норм права в постановлении Пленума ВАС или в постановлении
Президиума ВАС по конкретному делу и определяющей смысл нормативного
регулирования, не могут не распространяться общие принципы действия норм
права во времени, в пространстве и по кругу лиц, в частности вытекающая из
ст. 54 (ч. 1) Конституции РФ недопустимость придания обратной силы нормам,
ухудшающим положение лиц, на которых распространяется их действие, в том
числе при рассмотрении дел по вновь открывшимся обстоятельствам.
1
Жилин Г.А. К вопросу о правовой природе пересмотра судебных постановлений по вновь
открывшимся или новым обстоятельствам // Закон. 2014. N 7. С. 104.
81
Недопустимость придания обратной силы нормативному регулированию
посредством толкования, ухудшающего положение лица в его отношениях с
государством, обусловлена также требованием формальной определенности
правовой нормы, которое предполагает, что участники соответствующих
правоотношений должны иметь возможность в разумных пределах предвидеть
последствия своего поведения и быть уверенными в неизменности своего
официально признанного статуса, а также приобретенных прав и обязанностей
(п. 5 Постановления от 21 января 2010 г. № 1-П)
1
.
Позиция ВАС в этом вопросе претерпевает изменения по сравнению с
мнением и КС, и ЕСПЧ. Так, в п. 17 Постановления Пленума ВАС от 30 июня
2011 г. отмечено, что судебный акт, принятый в результате повторного
рассмотрения дела после отмены ранее принятого судебного акта на основании
п. 5 ч. 3 ст. 311 АПК РФ, не может быть изменен в сторону ухудшения
положения лица, привлекаемого или привлеченного к ответственности за
административные или налоговые правонарушения либо к иной публично-
правовой ответственности. Суд при вынесении решения после повторного
рассмотрения дела должен воспроизвести в этой части резолютивную часть
судебного акта, отмененного им в связи с удовлетворением заявления о
пересмотре судебного акта по новым обстоятельствам, а в мотивировочной
части привести обоснование соответствующего вывода.
В.В. Терехов отмечает тенденцию по снижению уровня гарантий от
ретроспективного действия нового (измененного) толкования: в то время как
Европейский суд говорит о недопустимости в принципе ухудшения правового
положения субъекта как "заведомо более слабой стороны в отношениях с
государством", Конституционный Суд РФ (абз. 4 - 5 п. 5 Постановления от 21
января 2010 г.) и Верховный Суд РФ (п. 11-д Постановления Пленума от 11
декабря 2012 г. N 31) говорят уже только о делах публично-правового
1
Постановление КС РФ от 21 янв. 2010 г. N 1-П по делу о проверке конституционности
положений ч. 4 ст. 170, п. 1 ст. 311 и ч. 1 ст. 312 АПК РФ в связи с жалобами ЗАО
"Производственное объединение "Берег", ОАО "Карболит", Завод "Микропровод" и
"Научно-производственное предприятие "Респиратор". // СПС КонсультантПлюс (дата
обращения 25.02.2020).
82
характера, как о делах, где более слабая сторона вступает в спор с
государством, т.е. сужает сферу действия запретов; а Высший Арбитражный
Суд РФ сводит сферу запретов ретроспективного толкования исключительно к
делам об административных правонарушениях, предусмотренных гл. 25 АПК
(п. 17 Постановления Пленума ВАС от 30 июня 2011 г.)
1
.
Как уже было отмечено выше, дискуссии об указанном основании для
пересмотра продолжаются по настоящее время, в них включены и научные, и
практические работники. Это не случайно, поскольку позиция законодателя,
вводившего такое правило, с очевидностью спорная.
Имеется заслуживающее внимания предложение о совершенствовании
механизмов кассационного и надзорного пересмотра взамен правила о
распространении нового или измененного толкования нормы на уже
рассмотренные дела. Предлагается наделить Президиум Верховного Суда
полномочием направлять дела на новое рассмотрение в нижестоящие суды, по
аналогии с ранее существовавшим правилом ч. 6 ст. 299 АПК
2
.
Н.А. Громошина полагает, что законодатель "росчерком пера" установил
новое основание для пересмотра и не учел, что суд, рассматривающий дело,
уже избрал надлежащую норму права и установил круг фактов, подлежащих
доказыванию. Избирая норму права или ее толкование в качестве основания к
пересмотру, законодатель не видит различия между нормой права и предметом
доказывания
3
.
Поэтому вероятным развитием законодательства и судебной практики
применения указанного основания для пересмотра судебных актов будет
уточнение самих возможностей "обратного толкования" нормы. Не исключен и
отказ от такого основания для пересмотра судебного акта.
Таким образом, пересмотр судебных актов (постановлений) должен быть
1
Терехов В.В. Законная сила судебного решения: пространственные и временные пределы. –
М.: Юрлитинформ, 2015. С. 156.
2
Подвальный И.О. Указ. соч. С.48.
3
Громошина Н.А. О независимости судей и новых основаниях пересмотра судебных актов
по вновь открывшимся обстоятельствам // Законы России: опыт, анализ, практика. 2011.
№10.
83
исключительным способом устранения ошибок. Тем более если речь идет о
якобы обнаружившихся новых обстоятельствах. Правосудие не может
продолжаться до бесконечности.
3.3.Самоконтроль как основание для пересмотра судебных актов
(постановлений) в гражданском и арбитражном процессе
Нормы АПК РФ ГПК РФ содержат разнообразные возможности по
контролю суда за собственными постановлениями как промежуточного, так и
итогового характера. Этими возможностями располагают суды всех инстанций:
от первой до надзорной.
Важность контроля в суде отмечает Е.Г. Тришина, поскольку суд
осуществляет сложную интеллектуальную деятельность, используя при этом
властные полномочия. Она выделяет следующие виды действий для выявления,
устранения и предупреждения судом собственных ошибок: а) оперативные,
совершаемые по ходу судебной деятельности; б) допускаемые после вынесения
судебного акта. Также признает, что не все ошибки можно устранить
оперативными мерами, и основная сущность самоконтроля суда проявляется
после вынесения решения по делу
1
.
Институт самоконтроля - действенный инструмент для устранения
различного рода упущений в судебной деятельности, а потому объективно
необходим как в гражданском, так и в арбитражном процессе. Однако
последовательного и продуманного нормативного закрепления этот институт
не получил, законодатель ограничивается набором отдельных норм,
позволяющих устранять отдельные недостатки судебной деятельности, но не
определяет назначение и сущность такой деятельности в целом.
Всю деятельность по контролю суда за собственными действиями и
судебными актами И.М. Зайцев назвал самоконтролем суда, совокупностью
1
Тришина Е.Г. Самоконтроль как одна из функций суда первой инстанции // Заметки о
современном гражданском и арбитражном процессуальном праве. – М., 2004. С. 178.
84
процессуальных действий, объединяемых единой целью - устранить в первой
инстанции, допущенные ею же ошибки и недочеты. Самоконтроль он видел,
как деятельность суда именно первой инстанции и как стадию
судопроизводства. И.М. Зайцев полагал, что самоконтроль суда первой
инстанции образует самостоятельную, четвертую стадию по контролю за
деятельностью суда первой инстанции, для которой отводится период после
судебного разбирательства до возбуждения производства во второй инстанции
1
.
К самоконтролю И.М. Зайцев относил следующие действия:
1) восполнение недочетов судебного разбирательства: дополнение и
исправление протоколов, повтор действий по представлению и исследованию
доказательств, устранение внешних недостатков решения, прекращение
производства по делу и оставление заявления без рассмотрения;
2) отмена судебных приказов;
3) пересмотр ряда определений, таких как, например, о наложении
штрафа, об оставлении заявления без рассмотрения;
4) пересмотр решений: заочного, о признании гражданина безвестно
отсутствующим, объявлении умершим, по вновь открывшимся
обстоятельствам
2
.
Е.Г. Тришина также видит самоконтроль только контролем суда первой
инстанции и в качестве самостоятельной стадии, которая охватывает все
процессуальные действия суда с момента вынесения решения и до возбуждения
апелляционного (кассационного) производства. В то же время самоконтроль -
это самостоятельный вид контроля над осуществлением правосудия наряду с
апелляционным, кассационным и надзорным контролем, обеспечивающим
своевременное и эффективное устранение судебных ошибок
3
.
Из приведенных выше позиций следует, во-первых, что самоконтроль
может пониматься в узком (только деятельность суда первой инстанции) и в
1
Зайцев И.М. Самоконтроль суда первой инстанции в гражданском процессе // Российская
юстиция. 1998. №12. С. 18.
2
Там же. С.19.
3
Тришина Е.Г. Указ. соч. С. 182.