12
можно назвать: 1) теории равноценных условий (Т. Гоббс, Н. Бури); 2) теорию
необходимого условия (Ортман, Биркмейстер); 3) теорию адекватного
причинения (И.Криз, М.Рюмелин); 4) теорию необходимой и случайной
причинной связи (А.А. Пионтковский, Н.Д. Шаргородский и др.); 5) теорию
необходимой причинности (В.П. Грибанов, И. Кофман); 6) теория прямой и
косвенной причинной связи (Н.Д. Егоров), 7) теория возможности и
действительности (А.С. Иоффе). Именно указанные теории нашли широкое
освещение в юридической литературе. К сожалению, они не дают ответа на
вопрос как определить причинную связь, а лишь содержат ответы на
философские вопросы.
Кроме того, при решении вопроса о вине как условии гражданско-правовой
ответственности ученые не могут прийти к единству по одному аспекту: 1)
дискутируется проблема вины как необходимого условия гражданско-
правовой ответственности; 2) существует проблема определения понятия
вины в гражданском праве (как определять: на основании поведенческой или
психологической концепции?); 3) не решена проблема природы вины
юридического лица и тому подобное.
Указанный перечень можно продолжить, поскольку подавляющее
большинство вопросов теории гражданско-правовой ответственности, как уже
отмечалось, носят именно дискуссионный характер. Современные же
общественные отношения в сфере действия гражданского права существенно
отличаются от общественных отношений прошлых исторических периодов.
Соответственно отличается и правосознание ученых-юристов, которые
исследовали проблемы гражданско-правовой ответственности.
Правосознание – это совокупность представлений, взглядов, убеждений,
оценок, настроений и чувств людей к праву и государственно-правовых
явлений. В теории права выделяют гносеологический и социологический
аспекты правосознания. Гносеологический аспект показывает движение от
действительности к сознанию, когда идеи и взгляды выступают как результат
отражения действительности. Социологический аспект определяет переход от
сознания к действительности, в результате которого формируются
определенные модели поведения. Происходит осмысление и подтверждение
13
роли права, дается его оценка с точки зрения моральных критериев, осознание
необходимости действующей системы законодательства, а также осмысление
потребности в изменении и дополнении действующих нормативно-правовых
актов, восприятие процессов и результатов правоприменительной практики
1
.
Правосознание является сложным комплексом психологических и
идеологических компонентов (элементов), поэтому в современной теории
права оно, как уже отмечалось, разделяется на правовую психологию и
правовую идеологию. Правовая психология охватывает совокупность
правовых чувств, ценностных отношений, настроений, желаний и
переживаний, характерных для личности (конкретного человека), всего
общества в целом или конкретной социальной группы”. Под правовой
идеологией, как правило, понимается систематизированное научное
выражение правовых взглядов, принципов, требований общества, различных
групп и слоев населения”
2
.
Ярким примером правовой идеологии является марксистско-ленинская
концепция права и государства, господствовавшая в советские времена. В
Советском Союзе, “процесс накопления знаний о государстве и праве,
исследование государственно-правовых явлений происходили лишь на основе
научной базы, заложенной теоретиками марксизма-ленинизма и их
последователями, отступление которой не допускалось. Все знания, теории,
исследования, которые противоречили или не совпадали с марксистско-
ленинским учением, клеймились как буржуазные, считались антинаучными,
вредными, подрывающими основы построения советского государства”
3
.
Кроме того, научные правовые исследования советских ученых строились
на разграничении правовых систем социалистических и капиталистических
государств, а, следовательно, как правило, содержали обоснование
преимущества советского права над капиталистическим. Но именно научные
1
Проблемы общей теории права и государства. Учебник для вузов. / В.С. Нерсесянца. – М.:
НОРМА-ИНФРА· М, 2012. – 832 с.
2
Общая теория государства и права., в 3-х томах. Изд. 2-е, перераб. и доп./ М.Н. Марченко.
Том 3. – М.: ИКД «Зерцало-М», 2012. – 518 с.
3
Иванов В.В. Деидеологизация научного знания – основная задача теории права и
государства на современном этапе // Теория права и государства: Учебник. – Х.: ООО
“Одиссей”, 2016. – С. 20-25.
14
знания, полученные в результате осуществления фундаментальных
исследований советскими учеными, составляют основную часть теории
гражданско-правовой ответственности. И мы не можем не признать, что
научные разработки многих советских правоведов в большинстве своем,
несмотря на определенные идеологические деформации, являются огромным
интеллектуальным наследием.
Среди научных трудов того времени, в которых освещались вопросы
гражданско-правовой ответственности, можно назвать труды Н.М. Агаркова,
Д.В. Бобровой, К.М. Варшавского, А.С. Иоффе, В.И. Кофмана, А.А.
Красавчикова, В.В. Луця, Г.К. Матвеева, В.А. Тархова, В.А. Туманова, К.А.
Флейшиць, Я.М. Шевченко и др.
Вместе с тем, необходимо учитывать, что не все научные результаты
советской эпохи сегодня представляют одинаковую ценность. Так, труды, в
которых содержится лишь анализ действующего в то время гражданского
законодательства (прежде всего ГК РСФСР 1922 г.) и практики его
применения, в которых отсутствуют определенные теоретические обобщения,
представляют интерес лишь с историографической точки зрения.
Фундаментальные же исследования в области гражданского права, такие,
например, как труд Г.К. Матвеева “Вина в советском гражданском праве”
(1955 г.) не теряют своей значимости и сегодня. Но в отношении научных
разработок, осуществленных правоведами в условиях советского общества,
как верно замечает С.С. Алексеев, нужно постоянно иметь в виду, что они –
даже в положительных своих гранях – сориентированы все же на публично-
правовую культуру
1
.
Публично-правовая ориентированность научных работ советских
правоведов в значительной степени была обусловлена смыслу советского
гражданского законодательства. Научная теория гражданско-правовой
ответственности, как в России, так и в других странах, которые образовались
после распада бывшего СССР, в последнее время развивается главным
образом за счет уточнений, конкретизации, определенного развития
1
Алексеев С.С. Восхождение к праву. Поиски и решения. – М.: Издательство НОРМА,
2012. – С. 550. – 752 с.
15
первобытного знания, вследствие чего основное движение происходит
преимущественно внутри уже сформированных понятий и представлений.
Нередко полученные результаты оказываются повторением уже известного,
хотя научная мысль должна время от времени приходить к новому понятию,
которым наука ранее не оперировала
1
.
Кроме того, не всегда учитываются те изменения, которые претерпел
классический институт гражданско-правовой ответственности во многих
странах мира во второй половине ХХ - начале ХХІ в. а именно: расширение
сферы применения гражданско-правовой ответственности, развитие института
безвинной ответственности; распространение добровольного и обязательного
страхования гражданской ответственности, установление предельных
размеров возмещения; дифференциация правового режима имущественной
ответственности в зависимости от характера нарушенного интереса и тому
подобное.
Еще одним негативным признаком современных исследований проблем
гражданско-правовой ответственности является то, что очень часто на
страницах юридической периодики специалисты высказывают свои точки
зрения без достаточно четкой, развернутой аргументации, что не позволяет
проследить логический ряд исследования, а отдельные специалисты заменяют
изучение права как социальной реальности изучением терминологии закона, в
результате чего исследуются не правовые явления, а различные значения слов,
которые содержатся в нормативных актах. Так, например, при исследовании
понятий “санкция” и “ответственность” аргументация иногда строится не на
доводах, которые опираются на право, практику его применения и тенденции
развития, а на толковые словари
2
.
Кроме того, на основании анализа содержания теории гражданско-правовой
ответственности можно прийти к выводу, что ученые во многих случаях
изучают не те реальные общественные отношения, которые возникают и
существуют между субъектами гражданского права, а лишь моделируют
1
Канзафарова И.С. Теория гражданско-правовой ответственности: Монография. – Одесса:
Астропринт, 2016. – 264 с.
2
Лейст О.Э. Сущность права. Проблемы теории и философии права. – М.: ИКД «Зерцало-
М», 2012. – 288 с.
16
определенные идеальные юридические конструкции. По нашему мнению, в
данном случае необходимо учитывать то обстоятельство, что гражданско-
правовую ответственность, как явление объективной действительности,
“можно представить двумя способами: сначала как абстрактный объект, то
есть как возможную форму поведения, которая выражается системой правил,
и далее, как реализацию мысли и поведения определенных личностей в
определенное время и в определенном месте действия, специфицированных
этими правилами...”
1
.И только после этого строить модель юридической
конструкции. Но сама юридическая конструкция, как верно отмечает Н.М.
Коркунов, “не должна отвечать во всех своих нюансах действительности.
Оценка ее должна обусловливаться исключительно тем, является ли она
подходящей формой для наглядного воспроизведения всех качеств правовых
явлений и их взаимного соотношения”
2
. Вместе с тем, для того, чтобы
конструкция соответствовала своему назначению, она должна удовлетворять
некоторым общим условиям: 1)условию полноты (конструкция должна
покрывать собой различные отдельные случаи, все они, в свою очередь,
должны входить в ее рамки); 2) условию последовательности (конструкция
должна быть последовательной и притом в двояком отношении: а) она сама не
должна быть исключением из общих юридических положений; б) она должна
быть такой, чтобы решение всех частных вопросов, касающихся данных
отношений, следовало как необходимый логический вывод); 3) условию
простоты (конструкция должна быть простой, естественной, поскольку очень
сложная или искусственная конструкция может не облегчить, а лишь
усложнить понимание).
Следующим недостатком современных исследований проблем гражданско-
правовой ответственности является неспособность многих ученых постичь
весь феномен права, вследствие чего они изучают отдельный фрагмент
правовой действительности вне его связи с другими правовыми явлениями, то
есть вместо системного осмысления правовых явлений, нам предлагается
1
Ролз Джон. Теория справедливости. / Пер. с англ. Целищева В.В. при участии Карповича
В.Н. и Шевченко А.А. – Новосибирск: Изд-во Новосиб. ун-та, 2015. – 536 с.
2
Коркунов Н.М. Лекции по общей теории права /И.Ю. Козлихина. – СПб: Изд-во
“Юридический центр Пресс”, 2013. – 430 с.
17
фрагментарный подход, который в лучшем случае лишь искажает
действительное положение вещей.
К сожалению, указанные негативные явления имеют место не только в
гражданском праве, но и в других отраслевых юридических науках, и в самой
теории права и государства. Как верно отмечает А.М. Величко, если в
прошлые века происходила борьба целых научных школ и направлений, их
противостояние, то современная юридическая наука во многих случаях
предоставляет нам или справочную литературу, которая содержит набор
материала, или схоластическую, где спор идет о частностях, которые не
имеют, по сути, ни научного, ни практического значения
1
.
В определенной мере снижение качества научных исследований можно
отнести на счет современной проблемы ориентации в огромном объеме
информации. Количество научных публикаций увеличивается огромными
темпами. В таких условиях обмен научными идеями становится все более
затруднительным. Решение этой проблемы необходимо искать, прежде всего,
в организации хранения и автоматизации поиска информации на основе
использования компьютерных технологий
2
.
2. Понятие гражданско-правовой ответственности в Российской
Федерации
Как уже отмечалось, ученые применяют два подхода к определению
понятия гражданско-правовой ответственности: при первом гражданско-
правовая ответственность рассматривается как единое целое и соответственно
определяется ее единственное понятие, при втором договорная и
недоговорная ответственность рассматриваются отдельно и соответственно
определяются их понятия. Первый подход традиционно применяется учеными
стран романо-германской правовой семьи (за отдельными исключениями),
второй – учеными стран англосаксонского права. Последнее обстоятельство
обусловлено в первую очередь структурными особенностями системы права
1
Величко А.М. Послесловие // Тарановский Ф.В. Энциклопедия права. 3-е изд. – СПб: Изд-
во «Лань», 2012. – С. 537-547.
2
Голубинцев В.О., Данцев А.А., Любченко В.С. Философия для технических вузов. Серия
«Высшее образование». – Ростов-на-Дону: Изд-во «Феникс», 2013. – 640 с.
18
указанных стран.
Традиционно наиболее последовательно первый подход к определению
понятия гражданско-правовой ответственности прослеживается во
французской литературе и в юридической литературе стран, которые до
распада бывшего СССР входили в его состав в качестве союзных республик.
Несмотря на различия и особенности договорной
1
и недоговорной
ответственности, которые предопределяют субъекта ответственности, объем
ответственности, основания освобождения от ответственности и тому
подобное, указанные виды ответственности имеют и общие черты. Прежде
всего, недоговорная ответственность, как и договорная, всегда предполагает
возложение юридической обязанности принудительного характера,
реализация которого вызывает у правонарушителя отрицательные
имущественные последствия. Возложение на правонарушителя какого-либо из
указанных видов гражданско-правовой ответственности означает
возникновение у него обязанности имущественного характера, которого не
было до совершения правонарушения
2
.
На основании анализа теоретических исследований понятия гражданско-
правовой ответственности можно утверждать, что ученые в основном
определяют это понятие через категории ”санкция”, “обязанность”,
“правоотношение”. Соответствующие суждения ученых условно можно
назвать концепциями ответственности как санкции, как обязанности, как
правоотношения. Условность такого определения объясняется, во-первых,
спецификой построения научных теорий в юридической науке, во-вторых,
определенной лаконичностью представленных научных позиций, что
выражается в отсутствии развернутого описания полученных научных
результатов.
Так, например, по мнению А.С. Иоффе, “гражданско-правовая
ответственность есть санкция за правонарушение, влечет для нарушителя
негативные последствия в виде лишения субъективных гражданских прав
1
Боднар Т.В. Теоретические проблемы выполнения договорных обязательств. Дис. ... докт.
юрид. наук: 12.00.03. – К, 2015. – 442 с.
2
Баранова Л.М., Сиротенко С.Е. Гражданско-правовая ответственность – К.: Юринком,
2014. – Т. 1. – С. 268-290.
19
либо возложения новых или дополнительных гражданско-правовых
обязанностей”
1
.
В юридической литературе было высказано три точки зрения относительно
взаимосвязи ответственности и санкции. Согласно одной из них (ее называют
концепцией “приоритета ответственности”), гражданско-правовая санкция
является разновидностью гражданско-правовой ответственности, согласно
другой, которая является логическим антиподом первой (ее, называют
концепцией “приоритета санкции”), гражданско-правовая ответственность
является разновидностью санкции. Наконец, существует третья точка зрения,
которая ставит знак равенства между категориями, которые рассматриваются
(ее называют “концепцией тождества”)
2
.
Такое состояние не случайно в науке гражданского права, поскольку, как
уже отмечалось, понятие и санкции, и понятие ответственности многозначные.
Первое, очевидно, шире понятия мер ответственности, поскольку категория
санкций “обслуживает” как механизм действия ответственности, так и
механизм тех гражданско-правовых мер, которые не являются сами по себе
(по своей природе и сущности) мерами ответственности
3
. Более того,
этимологические значение термина “санкция” выходит не только на
негативные, но и позитивные последствия. Так одним из его значений
является “одобрение”, “санкционирование”, “разрешение”
4
.
По мнению О.М. Садыкова и Н.И. Краснова, которые исследовали
договорные санкции, санкциями признаются не все последствия нарушения
условий договора, а только те, которые имеют целью побудить или прямо
принудить должника к исполнению обязательства
5
.
В.К. Райхер считает, что нельзя называть санкцией по обязательству любое
1
Иоффе О.С. Обязательственное право. – М.: Юрид. лит., 2015. – 880 с.
2
Канзафарова И.С. Санкция и ответственность в гражданском праве (проблема
соотношения) Государство и право: Сб. науч. ст. Юридические и политические науки.
Вып. 22. – К. 2013. – С. 257-260.
3
Красавчиков О.А. Ответственность, меры защиты и санкции в советском гражданском
праве // Проблемы гражданско-правовой ответственности и защиты гражданских прав. –
Екатеринбург, 2013. – С. 5-16.
4
Малько А.В. Стимулы и ограничения в праве. – 2-е изд., перераб. и доп., науч. – М.:
Юристъ, 2015. – 250 с.
5
Садыков О.Н. Имущественные санкции в хозяйственных договорах // Государство и
право. – 2012. – № 4. – С. 50-53.
20
мероприятие правового воздействия на должника, нарушившего
обязательство, а “только такие неблагоприятные последствия
правонарушения, которые являются формами ответственности за это
правонарушение”
1
.
В.П. Грибанов считает, что понятие “санкция” и “гражданско-правовая
ответственность” необходимо разграничивать, поскольку гражданско-
правовая ответственность является таким возложением невыгодных
имущественных последствий на нарушителя гражданских прав и
обязанностей, которое связано с применением санкций, а последняя является
тем конкретным мероприятием, которое применяется к нарушителю
2
.
Как видим, в приведенных выше высказываниях внимание акцентируется
на сопоставлении понятий “санкция” и “ответственность”. В других случаях
ученые или прямо определяют ответственность через категорию
“обязанность”, или сопоставляют понятия “обязанность” и “ответственность”.
Так, например, В.В. Баринова и Д. Примак определяют гражданско-
правовую ответственность непосредственно через категорию “обязанность”.
А.В. Баринова считает, что гражданско-правовая ответственность – это
предусмотренный законом или договором и обеспеченный силой
государственного принуждения обязанность сторон гражданско-правовых
отношений претерпеть имущественные лишения за допущенные им
правонарушения в целях восстановления или компенсации нарушенного права
потерпевшего и который выражается в возложении на правонарушителя
дополнительных обязанностей или лишении его субъективных прав”
3
.
М.М. Агарков сопоставляет категории обязанность и ответственность. По
его мнению, они являются не различными и не зависимыми друг от друга
элементами обязательства, а лишь двумя аспектами одного и того же
отношения. Ответственность заключается только в том, что при нарушении
обязанности кредитор имеет право принуждать должника выполнить его
1
Райхер В.К. Правовые вопросы договорной дисциплины в СССР. – СПб., 2012. – 267 с.
2
Грибанов В.П. Осуществление и защита гражданских прав. – М.: Статут, 2012. – 411 с.
3
Баринова Е.В. Понятие, виды и формы гражданско-правовой ответственности за
нарушение договорного обязательства // Актуальные проблемы гражданского права:
Сборник статей. Вып. 6 / О.Ю. Шилохвоста. – М.: Изд-во НОРМА, 2013. – С.274-310.
21
вопреки и против воли последнего или взыскивать убытки, приведя к
действию аппарат государственного принуждения
1
.
Анализируя позицию Н.М. Агаркова, отметим, что обязательства
исполнить договор и ответственность, которая возникает в случае
невыполнения этого договора, тесно связаны между собой. Так что без
существования договора невозможно говорить об ответственности за
нарушение договора, однако нельзя присоединиться к другому утверждению,
будто обязанность и ответственность – это тождество. Надлежащее
исполнение обязательства полностью исключает гражданскую
ответственность. Следовательно, возможно, что обязательство было в
наличии, а ответственность не наступает, причем – это нормальный случай,
потому что обязательство выполняется. При таких условиях нельзя говорить,
что ответственность является элементом обязательства.
Юридическая ответственность рассматривается как правоотношение,
возникающее между правонарушителем и государством, а, по мнению
отдельных авторов, - между нарушителем и компетентным органом. Такая
квалификация ответственности основывается на понимании ее как негативных
последствий, лишений, ограничений, дополнительных обязанностей, которые
возлагаются на правонарушителя. А такое обременение означает, что
правонарушитель должен выполнить возложенную на него обязанность или
претерпеть личные или имущественные потери штрафного, уголовного
характера, которые независимо от его воли будут в отношении него
применены
2
.
По мнению Б.Т. Базилева, отношения юридической ответственности, как
особый вид охранительных отношений, характеризуются следующими
признаками: 1) они возникают только из правонарушений; 2) эти отношения
являются конфликтными, нежелательными для общества; 3) общественные
отношения, которые регулируются нормами ответственности, носят властный
характер, поскольку возникают между государством и правонарушителем; 4)
1
Агарков М.М. Обязательство по советскому гражданскому праву. Ученые труды ВИЮН.
– М.: Юрист, 2012. – 192 c.
2
Братусь С.Н. Юридическая ответственность и законность. – М.: Юрист., 2012. – 216 с.