85
авторитет закона и правосудия.
Действительно, ошибки, допускаемые в правоприменительной практике,
свидетельствуют о том, что не последнее место в их числе занимают неясность
и недостаточная четкость правовых предписаний.
По нашему мнению, в отношении самого факта разрушения, повреждения
или приведения иным способом в негодное для эксплуатации состояние...
возможен только умысел, т.е. субъект осознает характер совершаемых действий
и желает поступить именно так. В ранее действовавшей редакции (ст. 86 УК
РСФСР) рассматриваемая норма содержала фразу «умышленное разрушение
или повреждение». Поэтому думается, что с изменением редакции нормы суть
уголовно-правового запрета осталась неизменной: разрушить, повредить...
блокировать можно только осознанно (умышленно).
Кроме того, наступление последствий приведения в негодность
транспортного средства и объектов транспортной инфраструктуры показывает,
что некоторые отягчающие последствия могут проявить себя лишь через
значительный промежуток времени. Мы полагаем, что виновному должны
вменяться те преступные действия (разрушение, повреждение, блокирование
транспортных коммуникаций), которые создают угрозу безопасности, если они
находятся в причинной связи с деянием виновного, который предвидел их
наступление или должен был и мог предвидеть. То есть при решении вопроса,
была ли создана «конкретная опасность», суд должен установить, что
совершение виновным лицом действий, описанных в диспозиции статьи
Особенной части, создавало реальную возможность причинения вреда
охраняемым законом отношениям.
Таким образом, с учетом вышеизложенного полагаем, что
правонарушитель должен нести уголовную ответственность по ч. 1 ст. 267 УК
РФ независимо от тяжести последствий, наступивших в результате
умышленного деяния, за совершение разрушения, повреждения, блокирования
транспортных коммуникаций либо иных действий, приводящих в негодное для
эксплуатации состояние транспортное средство, создающих опасность гибели