83
постоянного членства в группе и невозможности выхода ее участников из
состава преступной группы под угрозой неблагоприятных последствий.
Вместе с тем нашло свое полное подтверждение совершение подсудимым
преступления по предварительному сговору группой лиц с распределением
ролей между её участниками
1
.
В другом деле говорится, что признавая подсудимых Пищулев М.А. и
Солодовников В. виновными в совершении угона, суд исходит из того
обстоятельства, что под неправомерным завладением транспортным средством
без цели хищения понимается завладение чужим автомобилем или другим
транспортным средством (угон) и поездку на нем без намерения присвоить его
целиком или по частям. Неправомерное завладение транспортным средством
без цели хищения является оконченным преступлением с момента отъезда либо
перемещения транспортного средства с места, на котором оно находилось.
Поскольку в судебном заседании установлено, что перемещая транспортное
средство потерпевшего, подсудимые Солодовников В. и Пищулев М.А. не
намеревались его похитить, а имело место сокрытие следов разбойного
нападения, в связи с чем, потерпевший был лишен возможности некоторое
время пользоваться транспортным средством по своему усмотрению,
перемещение данного транспортного средства следует квалифицировать как
неправомерное завладение автомобилем без цели хищения (угон).
Угон совершен Пищулев М.А. и Солодовников В. группой лиц по
предварительному сговору, что подтверждается показаниями подсудимого А.
С.З. в ходе предварительного следствия (т.6 л.д. 100-104), свидетеля
Щербанюку в ходе предварительного следствия (т.4 л.д. 39-64), которые
непосредственно слышали как Пищулев сказал Солодовникову, что автомобиль
потерпевшего необходимо перегнать в другое место. Подсудимый
Солодовникову также подтвердил в судебном заседании, что перед нападением
1
Приговор Сосновского районного суда Челябинской области от 25 февраля 2016 года по
делу №1-10/2016. [Электронный ресурс]. Режим доступа:
http://sudact.ru/regular/doc/KHyVO9Svc9UQ/ (Дата обращения 18.08.2019).
84
на потерпевшего Пищулев сказал отогнать машину потерпевшего (приговор
Ленинского районного суда г. Перми от 8 апреля 2016 года по делу №1-
10/2016)
1
.
Нередкими в судебной практики выступают дела по ч. 3 ст. 166 УК РФ.
Так, в приговоре Ялтинского городского суда Республики Крым от 27 сентября
2016 года по делу №1-522/2016 говорится, что 20 июля 2016 года, примерно в
05 часов 20 минут, Абдыбеков Д.Е., находясь на территории домовладения
<адрес>, реализуя внезапно возникший умысел на угон транспортного средства
– автомобиля «Toyota Land Cruiser 200» г/н №, принадлежащего ФИО 1,
припаркованного на территории домовладения, проник через незапертую дверь
в салон указанного автомобиля, запустил нажатием кнопки «пуск» двигатель
автомобиля и начал движение. Проехав 40 метров от места парковки,
Абдыбеков Д.Е. допустил столкновение автомобиля с препятствием, после чего
был задержан ФИО 2.
В результате дорожно-транспортного происшествия автомобиль получил
механические повреждения, восстановительная стоимость ремонта которых
составляет 1 133 924,70 руб., чем причинен ФИО 1 особо крупный ущерб
2
.
Таким образом, основной проблемой в правоприменительной практике
при квалификации по ст. 166 УК РФ выступает разграничение этого состава от
состава кражи (ст. 158 УК РФ). Для решения этой проблемы судебным органам
надлежит устанавливать субъективную сторону преступления.
3.3. Совершенствование законодательства в области привлечения лиц к
уголовной ответственности за нарушение правил дорожного движения и
эксплуатации транспортных средств
1
Приговор Ленинского районного суда г. Перми от 8 апреля 2016 года по делу №1-10/2016.
[Электронный ресурс]. Режим доступа: http://sudact.ru/regular/doc/PVlyHgTXKEN4/ (Дата
обращения 18.08.2019).
2
Приговор Ялтинского городского суда Республики Крым от 27 сентября 2016 года по делу
№1-522/2016. [Электронный ресурс]. Режим доступа:
http://sudact.ru/regular/doc/gJPF05xE1i1K/ (Дата обращения 18.08.2019).
85
Прежде чем, чем раскрыть основные тенденции совершенствования
законодательства в области привлечения лиц к уголовной ответственности за
нарушение правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств,
хотелось бы указать, что в июне 2019 года был принят ФЗ, вступивший в силу
с 28 июня 2019 года, который внес изменения в Уголовный кодекс РФ
1
.
Данным Федеральным законом законодатель ужесточил уголовную
ответственность по статья 264 УК РФ. Изменения коснулись, прежде всего,
сроков уголовных наказаний за нарушение лицом, управляющим ТС, правил
дорожного движения или эксплуатации транспортных средств в состоянии
опьянения либо связано с оставлением места ДТП. Вот некоторые из них
(связанные с лишением свободы).
В частности, часть 2 статьи 264 УК РФ предусматривает за нарушения,
повлекшие по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью
потерпевшему, наказание в виде лишения свободы от 3 до 7 лет (ранее было до
4 лет.). В случае, если указанные действия повлекли по неосторожности смерть
то - от 5 до 12 лет (ранее было от 2 до 7) (часть 4 статьи 264 УК РФ). В случае
смерти двух и более лиц - наказываться лишением свободы от 8 до 15 лет (а не
от 4 до 9) (часть 6 статьи 264 УК РФ).
Является очевидным, что закон меняется с учетом запросов времени,
анализа правоприменительной практики, видов ДТП и противоправных
действий водителей. Однако, не все еще вопросы урегулированы.
Так, проблемы уголовной ответственности беспилотных автомобилей
очень актуальны в наше время. В транспортную инфраструктуру все больше
внедряются искусственные интеллектуальные системы, автономные системы
управления и даже автономные транспортные средства. Например, уже сейчас
широко известны и применяются Lexus RX 450h корпорации Google,
беспилотники Яндекс.такси в Москве, Volvo XC90 с системой автономного
вождения, электромобили Tesla Model S, Ford Fusion, беспилотники Highway
1
Федеральный закон от 17.06.2019 № 146-ФЗ «О внесении изменений в Уголовный кодекс
Российской Федерации» // "Собрание законодательства РФ", 24.06.2019, N 25, ст. 3166
86
Teammate в Токио, беспилотные автомобили КамАЗ уже проходят испытания
на полигонах
1
. В Казани в Иннополисе в качестве пилотного проекта
используется беспилотное такси
2
.
Беспилотные транспортные средства функционируют не абсолютно
самостоятельно, они входят в соответствующий комплекс, имеющий в своем
составе другие беспилотные транспортные средства, центр управления,
диспетчерские пункты, ретрансляционные узлы, станции подзарядки и т.д.
Беспилотники могут быть дистанционно управляемыми (появились раньше) и
автономными (встречаются пока реже). Как правило, автономность не является
абсолютной. В необходимых случаях диспетчер имеет возможность
корректировать функционирование транспортного средства или вообще
перевести его на ручное дистанционное управление. В связи с этим в теории
выделяются степени автономности автомобилей
3
.
Законодательство также не должно стоять на месте, ему положено
меняться в ногу с потребностями общества. Стратегия безопасности дорожного
движения в Российской Федерации на 2018-2024 гг., утвержденная
Распоряжением Правительства Российской Федерации от 8 января 2018 года
№1-р
4
, основными задачами по реализации направления, связанного с
совершенствованием улично-дорожной сети по условиям безопасности
дорожного движения, включая работы по организации дорожного движения,
определяют развитие принципов автоматизации управления дорожным
движением на основе высокотехнологичной электронной и мобильной техники,
интеграцию систем управления дорожным движением в интеллектуальные
транспортные системы.
1
Попова Н.Ю. Особенности ответственности по статье 264 УК РФ при использовании
автономных транспортных средств // Юридическая наука и практика. - 2018. - №4. – С. 72.
2
«Яндекс» запустил беспилотное такси в казанском Иннополисе [Электронный ресурс].
Режим доступа: https://www.bfm.ru/news/393315/ (дата обращения 18.08.2019).
3
Коробеев А.И., Чучаев А.И. Беспилотные транспортные средства: новые вызовы
общественной безопасности // Lex Russica. - 2019. - №2. – С. 12.
4
Собрание законодательства Российской Федерации. - 2018. - №5. - Ст. 774.
87
Компания «Cognitive Technologies», главный партнер КамАЗа по
разработке систем машинного зрения и искусственного интеллекта, еще в 2016
года представила три дорожных знака, обозначающих робомобили: «Внимание,
на участке беспилотные транспортные средства», «Начало дорожного участка с
участием беспилотного транспорта», «Конец дорожного участка с участием
беспилотного транспорта»
1
.
Для целей уголовной ответственности по ст. 264 УК РФ логично
разграничивать два вида транспортных средств с интеллектуальными
системами: транспортные средства с элементами автономности и полностью
автономные транспортные средства (беспилотники). Первые – это такие
транспортные средства, которые все основное время управляются водителем, а
при включении некоторых функций могут работать автономно. Например,
автомобили, оборудованные системами автономной парковки, круиз-контроля.
Автономные транспортные средства (беспилотники) – это вид
транспорта, управление которым полностью автоматизировано и
осуществляется без водителя при помощи оптических датчиков, радиолокации
и компьютерных алгоритмов. К этой же категории будем относить автомобили,
оборудованные системой «трезвый водитель», поскольку такая система
исключает вмешательство водителя в управление транспортным средством.
Исходя из предложенной классификации будет разграничиваться
ответственность водителя при причинении тяжкого вреда здоровью человека
или смерти. Основную роль при определении границ уголовной
ответственности в случае с управлением автономным транспортным средством
играет, безусловно, характеристика деяния как элемента объективной стороны
преступления, а также вина субъекта в наступлении последствий.
Профессор А.И. Коробеев указывает, что объективная сторона
преступления, предусмотренного ст. 264 УК РФ, включает в себя помимо
1
Фокин М.С., Рязанов Н.С. Актуальные проблемы уголовно-правовой регламентации
противоправного использования беспилотных мобильных средств // Актуальные проблемы
российского права. - 2018. - №1. – С. 104.
88
прочего нарушение правил безопасности движения или эксплуатации
механических транспортных средств. Субъективная сторона преступления
имеет сложную конструкцию, но в целом характеризуется как неосторожность
1
.
При управлении транспортным средством с элементами автономности
объективная сторона состава преступления, предусмотренного ст. 264 УК РФ,
будет проявляться в бездействии водителя. Иначе говоря, водитель при
возникновении угрозы причинения вреда, столкновения не предпринял мер для
предотвращения аварии, не взял управление транспортным средством на себя.
Соответственно, такой водитель будет нести ответственность наравне с
обычным водителем, который самостоятельно управляет своей машиной.
Если же рассматривать ситуацию, что столкновение произошло с
участием полностью автономного транспортного средства, то роль лица,
находящегося в момент аварии в автомобиле, вообще не имеет значения,
поскольку автономный транспорт не предполагает вмешательств со стороны
человека в процесс управления. В таком автомобиле все решения на дороге
принимает искусственный интеллект. Действия или бездействие оператора
автономного транспортного средства не будут иметь правовой квалификации,
т.е. не будут являться составной частью объективной стороны преступления,
предусмотренного ст. 264 УК РФ. В данной ситуации возможно взыскание
материального ущерба, компенсации морального вреда, но привлечение к
уголовной ответственности лица за нахождение в автомобиле в момент аварии
исключено
2
.
Квалификация вины субъекта в наступлении последствий также будет
различаться в зависимости от типа автомобиля. Если человек принимает
решение включить автономный режим в обычном автомобиле (круиз-контроль,
автопаркинг), он осознает или должен осознавать, что при возникновении
опасной ситуации он обязан вмешаться в управление и совершить действия по
1
Коробеев А.И. Транспортные преступления и транспортная преступность. – М.:
Юрлитинформ, 2015. – С. 156.
2
Попова Н.Ю. Указ. соч. – С. 73.
89
предотвращению последствий. Следовательно, в такой ситуации неосторожная
форма вины, предусмотренная ст. 264 УК РФ, полностью применима к
водителю. Если же в ДТП участвует автономное транспортное средство, тем
более без органов управления, то вины оператора в наступлении общественно
опасных последствий не будет. Он чисто физически не может вмешаться в
деятельность искусственного интеллекта. От его психического отношения к
ситуации не зависит ровным счетом ничего.
По сути, если предположить вынесение приговора по ст. 264 УК РФ лицу,
управлявшему автономным транспортным средством, правоприменитель
придет к объективному вменению, т.е. к ответственности без вины.
Единственное, в чем может быть виноват оператор беспилотника в такой
ситуации, это в покупке и решении использовать искусственный интеллект.
Но привлекать за это к уголовной ответственности неправомерно.
Отличие между дорожно-транспортным происшествием с участием
беспилотника или обычного автомобиля видно также и по субъекту
преступления (общие признаки субъекта преступления присущи и оператору
беспилотника)
1
, поскольку для использования автономного транспортного
средства нет необходимости изучать правила дорожного движения,
практиковаться в вождении, получать водительское удостоверение, т. е.
водитель в значении, предусмотренном Правилами дорожного движения, не
нужен. Достаточно лишь прочитать инструкцию: какую кнопку нажать и как
задать маршрут. Поскольку использование автономного транспортного
средства исключает вмешательство водителя в управление автомобилем,
человек выполняет лишь функцию оператора, задающего основные параметры
движения, всю остальную работу выполняет искусственный интеллект. К
примеру, Гугл-мобиль не имеет рулевой колонки, а также педали акселератора
и тормоза, это своеобразная автономная капсула, в которой человеку отводится
роль указателя цели и наблюдателя.
1
Шеслер А.В. Состав преступления. – Новокузнецк: КИ ФСИН России, 2016. – С. 41.
90
К водителю, использующему в обычном автомобиле автономные системы
(автопаркинг, круиз-контроль), предъявляются стандартные требования о
наличии водительского удостоверения и обязанности знать и соблюдать
правила дорожного движения, поскольку такие системы предполагают переход
управления от искусственного интеллекта к человеку-водителю при
возникновении чрезвычайной (опасной) ситуации. Так, круиз-контроль
отключается, как только водитель нажимает на педаль тормоза, такое
приспособление призвано помочь водителю, но не заменить его на дороге
1
.
Таким образом, при использовании автономных транспортных средств
возникает необходимость в иной квалификации деяния, предусмотренного ст.
264 УК РФ. Хотя применительно к той редакции статьи, которая действует в
настоящее время, оператор беспилотника будет отвечать на общих основаниях
в зависимости от тяжести причиненного автомобилем вреда.
Так, в соответствии с Правилами дорожного движения транспортное
средство – это устройство, предназначенное для перевозки по дорогам людей,
грузов или оборудования, установленного на нем. Механическое транспортное
средство – это транспортное средство, приводимое в движение двигателем.
Термин распространяется также на любые тракторы и самоходные машины. Из
указанного определения можно сделать вывод, что беспилотник – это
механическое транспортное средство в общем виде. По ст. 264 УК РФ
объективную сторону составляет нарушение лицом, управляющим
автомобилем, трамваем либо другим механическим транспортным средством,
правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств. Другими
словами, все нарушения, допущенные автономным транспортным средством,
действующим независимо от воли и желания оператора, будут подпадать под
общие требования ст. 264 УК РФ в случае наступления необходимых
последствий. Как уже было указано, такая ситуация недопустима, поскольку
приводит к объективному вменению
2
.
1
Попова Н.Ю. Указ. соч. – С. 74.
2
Попова Н.Ю. Указ. соч. – С. 74.
91
Аналогичным образом в Мичигане закон гласит, что, «когда человек
приводит автотранспортное средство в движение, то есть находится в
положении, создающем значительный риск столкновения, такой человек
продолжает управлять транспортным средством до тех пор, пока транспортное
средство не вернется в положение, не представляющее такого риска»
1
.
Избежать необоснованного привлечения оператора беспилотника к
уголовной ответственности поможет только внесение изменений в
действующее законодательство.
Отметим, что процесс совершенствования законодательства о
беспилотниках запущен. Так, в январе 2017 года АНО «ПравоРоботов» начало
разработку нормативно-правового акта. И по ее результатам был подготовлен
проект постановления Правительства Российской Федерации «О внесении
изменений в Правила дорожного движения Российской Федерации». В целом
законопроект схож с аналогичными правилами в зарубежных странах.
Пункт 1.2 ПДД будет дополнен абзацем следующего содержания:
«Ответственное лицо беспилотного транспортного средства — лицо,
находящееся в кабине беспилотного транспортного средства, обладающее
достаточными навыками для экстренного отключения режима автоматического
управления беспилотным транспортным средством и несущее ответственность
за результаты движения беспилотного транспортного средства, в соответствии
с положениями п. 1.6 настоящих Правил»
2
.
Н.Ю. Попова предлагает внести изменения в ч. 1 ст. 264 УК РФ и
изложить ее в следующей редакции: «1. Нарушение лицом, управляющим
автомобилем, трамваем либо другим механическим транспортным средством,
за исключением автономных транспортных средств, правил дорожного
движения или эксплуатации транспортных средств, повлекшее по
неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, -». Также
1
Цит. по: Попова Н.Ю. Указ. соч. – С. 74-75.
2
Куликов Н. В России разработан первый закон о беспилотных автомобилях» [Электронный
ресурс]. Режим доступа: https://echo.msk.ru/blog/kulikovnikita/2078854-echo// (дата обращения
18.08.2019).
92
необходимо дополнить п. 1.2 Правил дорожного движения следующим
определением: «Автономное транспортное средство – транспортное средство,
управление которым полностью автоматизировано и осуществляется без
водителя, либо механическое транспортное средство, двигающееся в режиме,
исключающем какое-либо вмешательство со стороны водителя»
1
. Мы согласны
с данной точкой зрения.
Таким образом, удастся исключить уголовную ответственность
операторов автономных транспортных средств по ст. 264 УК РФ. Безусловно,
деяние не останется безнаказанным.
За причиненный вред будут наступать иные виды ответственности,
например, гражданско-правовая. К такому виду ответственности может быть
привлечен как владелец транспортного средства, так и завод-изготовитель,
программист и др. Однако уголовная ответственность не допускается в связи с
запретом объективного вменения.
1
Попова Н.Ю. Указ. соч. – С. 75.