34
вызывающих сомнение вопросов и приспособление к конкретным
обстоятельствам. В свою очередь, при отсутствии должного судебного
контроля судейское усмотрение иногда может перерастать в субъективизм
судьи и судебный произвол, ведь даже внутреннее убеждение судьи тесно
связано с его усмотрением, поскольку в любом случае судья выносит
решение на основе своего внутреннего убеждения, которое
, в свою очередь,
формируется на основе правосознания судьи и его совести.
35
2. ПРАКТИКА ПРАВОПРИМЕНЕНИЯ СТ. 264.1 УК РФ
2.1 Проблемы правоприменения ст. 264.1 УК РФ
Последнее столетие отмечено технологическим
прорывом - механическое транспортное средство стало
обыденным явлением, неотъемлемой составляющей собственности
практически каждой семьи. Законодатель относит автомобили к категории
источников повышенной опасности, что не всегда в полной мере осознается
лицами, управляющими транспортными средствами. И без того
сложную
ситуацию усугубляет правовой нигилизм водителей в области соблюдения
правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств
1
.
В Российской Федерации в 2018 году (по сравнению с 2017 годом)
на 3% увеличилось количество ДТП, совершенных водителями
транспортных средств, повлекших наступление смерти. А за 09 месяцев
2018 года– 133 203, из них 16 638 со смертельным исходом. Таким
образом, существующие виды ответственности за нарушение правил
дорожного движения не обеспечивают реализацию целей предупреждения
совершения новых правонарушений
2
.
Федеральный закон от 31 декабря 2014 года № 528-ФЗ, вступивший
в силу с 01 июля 2015 года, внес изменения в Уголовный кодекс
Российской Федерации, ввел новую статью УК РФ – ст. 264.1. Данная
норма устанавливает уголовную ответственность за управление
автомобилем, трамваем либо другим механическим транспортным средством
лицом, находящимся в состоянии опьянения или отказавшимся
1
Тяжкова И.М. Неосторожные преступления с использованием источников
повышенной опасности. СПб.: Юридический центр «Пресс», 2012. С. 77.
2
Шумов Р.Н. К вопросу совершенствования уголовно-правовых норм,
стимулирующих добровольное возмещение имущественного ущерба и морального
вреда, причиненных в результате преступления // Проблемы правоохранительной
деятельности. 2017. № 1. С. 64 - 68; Арестова Е.Н., Борбат А.В. Дознаватель
и орган дознания как участники уголовного судопроизводства // Российский следователь.
2015. № 24. С. 16 - 19.
36
от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения
либо имеющим судимость за совершение преступления, предусмотренного
данной статьей либо ч. ч. 2, 4 или 6 ст. 264 УК РФ. Премьер-министр России
Д.А. Медведев поддержал введение уголовной ответственности за повторное
вождение автомобиля в нетрезвом состоянии. «Введение уголовной
ответственности за повторное управление при наличии административной
преюдиции
абсолютно справедливо, я поддерживаю эту меру, потому
что если человек одинраз попался, а потом снова «треснул» и снова
за руль, нужно вводить уголовную ответственность», – сказал онна
совещании по безопасности дорожного движения
1
.
Принятие новой ст. 264.1 УК РФ вызвало множество споров
среди юристов и ученых страны. Мнения разделились на два
противоположных: одни считают новеллу справедливой и необходимой
мерой для предотвращения новых дорожно-транспортных происшествий,
другие утверждают, что использование административной преюдиции
противоречит принципу законности
2
, так как уголовная ответственность
устанавливается за совершение двух административных правонарушений.
Рассмотрим последнюю точку зрения. Юрист, доцент гражданского права
С. Проценко
3
данное мнение подкрепляет положениями ст. 3 УК РФ.
Он утверждает, что только Уголовный кодекс определяет, какие деяния
являются преступными (а не количество административных
правонарушений) и что к уголовной ответственности может быть
привлечено лицо, совершившее преступление, а не два однотипных
административных правонарушения. И если деяния одинаковые по характеру
и степени общественной опасности,
почему в первом случае предусмотрена
1
Д.А. Медведев поддержал уголовную ответственность за повторную пьяную езду
[Электронный ресурс] // URL: http://ria.ru/.(04.06.2019)
2
Арестова Е.Н., Борбат А.В., Зульфугарзаде Т.Э., Алиева Г.А. Актуальные
проблемы досудебного производства по уголовным делам: Учебно-методическое пособие.
М., 2016. - С. 15 - 16.
3
URL: https://zakon.rU/discussion/2015/7/13/statya_2641_uk_rf_novaya_raznovidnost_
pravovoj_ diskriminacii. (04.06.2019).
37
административная ответственность, а во втором - уголовная? Чем второе
деяние опаснее первого? Ничем, они одинаковы.
На первый взгляд достаточно интересное мнение, однако совершенно
неграмотное с точки зрения уголовного законодательства. И вот почему:
приведенный в аргументацию принцип законности в уголовном праве
совершенно не нарушается принятой нормой. Ведь по характеру деяния,
возможно,
правонарушения являются одинаковыми, однако они абсолютно
разнятся по общественной опасности. А именно ст. 264.1 УК РФ закрепляет
повторность управления транспортным средством в состоянии опьянения
лицом, которое уже подвергнуто административному наказанию за ранее
совершенное такое же правонарушение или за отказ от законного требования
о прохождении медицинского освидетельствования. Второе, немаловажное
условие для привлечения водителя
именно к уголовной
ответственности –наличие доказательства, что нарушитель при совершении
повторного правонарушения находится в состоянии опьянения
или отказывается от законного требования о прохождении медицинского
освидетельствования, что возможно только при желании скрыть состояние
опьянения. Таким образом, ввиду того, что водитель совершает
правонарушение умышленно, повторно, и в течение срока, когда лицо
еще
считается подвергнутым административному наказанию (или в течение
срока действия судимости), данное правонарушение представляет собой
деяние с повышенной общественной опасностью. Повторное деяние
становится преступлением.
На примере рассматриваемой нами новеллы можно увидеть,
что ст. 264.1 УК РФ напрямую отражает проблему столкновения
норм уголовного и административного права. Существующая
административная ответственность является недостаточной мерой наказания,
так как не предусматривает достаточных мер административной репрессии.
А применение уголовной ответственности в рамках существующей
ст. 264 УК РФ, наоборот, противоречит принципу экономии мер
38
уголовной репрессии, так как предполагает причинение тяжкого вреда
или даже гибели потерпевшего. В поисках золотой середины
законодатель обратился к административной преюдиции и закрепил
в уголовном законодательстве новую, рассматриваемую нами ст. 264.1
УК РФ.
Однако, существует иной путь разрешения конкуренции уголовных
и административных норм, а именно институт двухзвенной системы
уголовно наказуемых
деяний, состоящей из преступлений и уголовных
проступков. Мы считаем, что существование уголовного
проступка – непреступного правонарушения позволит усилить защиту
лиц, привлекаемых к уголовной ответственности от применения чрезмерно
жестокого наказания, исключит дублирование большинства
институтов Общей части уголовного права, освободит существенное
количество граждан
от угрозы оказаться осужденными и иметь судимость.
Это позволит объединить ряд преступлений в отдельную категорию
проступков, что решит множество проблем законодательства.
Эффективность института уголовных проступков подтверждается
общемировой практикой – двухзвенная система уголовных правонарушений
практикуется в Германии, Испании, Австрии, Голландии, Норвегии, Чехии,
Албании, Литве, Латвии, Турции, Казахстане. Глава Министерства
внутренних дел Российской Федерации
Колокольцев В.А. выразил свое
мнение в интервью газете «Московский комсомолец»
1
: «Надо менять закон.
Возможно, задуматься над введением понятия уголовного проступка.
Если гражданин украл в магазине кусок колбасы, его нужно наказывать
в административном, а не уголовном порядке (я не веду здесь речь
о карманниках, с ними совершенно иная ситуация). Нельзя в таком
количестве плодить «преступников» и отвлекать силы и средства
от
реальных задач».
1
URL: http://www.mk.ru/ (04.06.2019)
39
Учитывая вышесказанное, можно сделать вывод, что ст. 264.1 УК РФ
отвечает задачам обеспечения общественного порядка и общественной
безопасности. Способна ли она оказать профилактическое воздействие на
снижение показателей дорожно-транспортной аварийности на дорогах,
может показать только практика применения данной нормы судами России
по прошествии времени. Положительный результат, однако, зависит
не только от правильного
составления новой уголовно-правовой нормы,
но и от четкого и неукоснительного соблюдения норм закона
правоприменительными органами.
2.2 Юридические последствия вынесения постановления
о прекращении уголовного дела (уголовного преследования)
применительно к ст. 264.1 УК РФ
Конструкция ст. 264.1 УК РФ предусматривает два вида преюдиции:
административную (предполагает, что лицо является подвергнутым
административному наказанию) и уголовную (
предполагает наличие у лица
судимости). Анализ уголовного и административного законодательства
позволяет сделать вывод, что при квалификации деяния по ст. 264.1 УК РФ
учету подлежат вступившие в законную силу постановление о назначении
административного наказания либо обвинительный приговор суда.
В научной литературе существует мнение о необходимости
расширения оснований уголовной преюдиции применительно к ст. 264.1
УК
РФ за счет криминализации управления транспортным средством
в состоянии опьянения лицом, ранее привлекавшимся к уголовной
ответственности либо освобожденным от уголовной ответственности.
При этом уточняется, что субъектом указанного деяния следует признать,
например, «лицо, которое в течение одного года после прекращения
в отношении его уголовного дела и (или) уголовного преследования
за совершение
деяния, предусмотренного ч. ч. 2, 4 или 6 ст. 264
40
либо ст. 264.1 УК РФ, управляло транспортным средством в состоянии
опьянения»
1
.
Очевидно, что среди лиц, в отношении которых было принято решение
о прекращении уголовного преследования по нереабилитирующим
основаниям, существует доля тех, кто допускает управление транспортным
средством в состоянии опьянения в течение обозначенного выше периода.
Фактически такое нарушение Правил дорожного движения становится
повторным, однако де-юре, ввиду отсутствия законодательного закрепления,
указанное деяние
не подпадает под признаки преступления,
предусмотренного ст. 264.1 УК РФ.
Вопросы о допустимости расширения оснований административной
и уголовной преюдиции применительно к ст. 264.1 УК РФ возникают в связи
с необходимостью минимизации пробельности права в целях реализации
принципа неотвратимости уголовного наказания. Однако принимаемые
законодателем меры не должны противоречить иным принципам уголовного
права, нарушать права
и свободы человека и гражданина, а также
идти вразрез с уголовной политикой государства, направленной
на гуманизацию права.
Законодательное закрепление оснований освобождения от уголовной
ответственности отвечает таким принципам уголовного права, как принципы
справедливости и гуманизма. Например, принятие решения о прекращении
уголовного дела в связи с примирением сторон является правом,
а не
обязанностью суда. При этом суд должен всесторонне исследовать
характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности
подсудимого, иные обстоятельства дела. Кроме того, принимая
рассматриваемое процессуальное решение, суд оценивает, соответствует
ли оно целям и задачам защиты прав и законных интересов личности,
общества и государства, из чего следует, что такое решение должно
1
Потетинов В.А. К вопросу о расширении оснований уголовной преюдиции в целях
применения ст. 264.1 УК РФ // Российский судья. 2016. № 3. С. 20.
41
быть обоснованным и мотивированным. Указанные положения также
применимы к иным основаниям освобождения от уголовной
ответственности.
В качестве примера следует привести постановление Алданского
районного суда Республики Саха (Якутия) от 19 октября 2017 года
о прекращении уголовного дела
1
, возбужденного в отношении гражданина Б.
по ч. 2 ст. 264 УК РФ, в связи с примирением сторон. Так, Б., управляя
транспортным средством в состоянии опьянения, двигался
по второстепенной дороге, где в зоне действия дорожного знака «Уступи
дорогу», обнаружив опасность для дальнейшего движения,
не снизил скорость и при прохождении поворота пересек встречную полосу
движения, допустив съезд автомобиля влево от дорожного полотна, в кювет.
В результате этого был причинен тяжкий вред здоровью пассажира
транспортного средства. Таким образом, Б. совершил преступление,
предусмотренное ч. 2 ст. 264 УК РФ. Суд, приняв ходатайство потерпевшего
о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон,
учел следующие обстоятельства. Во-первых, Б. ранее
не судим,
а преступление, предусмотренное ч. 2 ст. 264 УК РФ, является
преступлением средней тяжести. Во-вторых, Б. в полном объеме возместил
материальный ущерб в пользу потерпевшего.
В целях полноты и объективности анализа поставленного
вопроса следует обратиться к уголовно-процессуальному законодательству.
Так, в ст. ст. 24 и 27 УПК РФ предусмотрены реабилитирующие
и нереабилитирующие основания прекращения уголовного дела
(уголовного преследования). Учитывая сущность первой группы оснований,
следует сделать вывод, что принятие решения о прекращении уголовного
дела (уголовного преследования) по реабилитирующим
основаниям
свидетельствует о необоснованности и незаконности привлечения лица
к уголовной ответственности, о недоказанности причастности лица
1
URL: http://sudact.ru (04.06.2019).
42
к совершению преступления либо о недоказанности в целом факта
совершения преступления и т.п. Таким образом, лицо, в отношении которого
вынесено указанное процессуальное решение, принципиально
не может выступать в качестве субъекта преступления, предусмотренного
ст. 264.1 УК РФ.
Очевидно, что уголовно-правовой интерес применительно
к ст. 264.1 УК РФ представляет вторая группа оснований
.
Так, к ним относятся прекращение уголовного дела (уголовного
преследования) вследствие акта об амнистии, в связи с истечением
сроков давности уголовного преследования и т.п.
В свою очередь, согласно статье 49 Конституции РФ виновность лица
в совершении преступления может быть установлена только приговором
суда. Однако, во-первых, решение о прекращении уголовного
дела (
уголовного преследования) облекается в форму постановления,
а не приговора. Во-вторых, рассматриваемое процессуальное решение
может быть принято, как судом на стадии судебного разбирательства,
так и следователем (дознавателем) на стадии предварительного
расследования. Таким образом, в случаях вынесения постановления
о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) по ч. ч. 2, 4
или 6 ст. 264
либо ст. 264.1 УК РФ вопрос о виновности лица в управлении
транспортным средством в состоянии опьянения остается неснятым.
Среди ученых в области уголовно-процессуального права
единое мнение по данному вопросу отсутствует. Одни считают,
что решением как суда, так и следователя (дознавателя) о прекращении
уголовного дела (уголовного преследования) по нереабилитирующим
основаниям лицо правомерно
признается виновным
1
. Другие, не оспаривая
необходимость установления причастности такого лица к совершению
1
Панькина И.Ю. Презумпция невиновности: теория, практика реализации
в российском уголовном процессе. М.: Юрлитинформ, 2018. С. 55.
43
инкриминируемого деяния, стоят на позиции допустимости признания
лица виновным только приговором суда
1
.
Кроме того, следует обратить внимание на положение, закрепленное
в ч. 2 ст. 27 УПК РФ, согласно которому прекращение уголовного
преследования не допускается, если лицо, в отношении которого данное
решение принимается, против этого возражает. Это подтверждает тезис,
что прекращение уголовного дела (уголовного преследования)
по нереабилитирующим основаниям не снимает вопроса о виновности
либо невиновности
лица.
Для иллюстрации высказанной точки зрения уместно привести решение
Раменского городского суда от 05 ноября 2015 года, вынесенное
по результатам рассмотрения гражданского дела по иску Ш. к Щ.
о взыскании компенсации морального вреда вследствие причинения
вреда здоровью
2
. 21 декабря 2010 года гражданин Щ., управляя
транспортным средством, допустил нарушение Правил дорожного движения
и совершил наезд на Ш., в результате чего был причинен тяжкий
вред здоровью Ш. Таким образом, Щ. обвинялся в совершении преступления,
предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ. Постановлением следователя
СУ МУ МВД России «Люберецкое» от 21 декабря 2012 года указанное
уголовное
дело прекращено в связи с истечением сроков давности
уголовного преследования (п. 3 ч. 1 ст. 24, п. 2 ч. 1 ст. 27 УПК РФ).
Итак, постановлением было установлено только наличие препятствия
для дальнейшего расследования, то есть в рамках данного постановления
факт управления транспортным средством в состоянии опьянения
доказыванию не подлежал.
Бесспорно, по уголовным делам, в частности возбужденным
по ч. ч. 2, 4 или 6 ст. 264 либо ст. 264.1 УК РФ и прекращенным
по нереабилитирующим основаниям, суды должны устанавливать
1
Строгович М.С. Право обвиняемого на защиту и презумпция невиновности. М.,
2014. С. 115.
2
URL: http://sudact.ru (04.06.2019).