65
созданию видимости борьбы с преступностью и защите граждан, общества и
государства от противоправных посягательств. Следует отметить уголовные
дела, в которых имелись случаи осуждения по ст. 285 УК РФ за бездействие
должностного лица.
Так, по делу 1-336/15 Рассыпнов И.В. обвинялся в совершении
преступления, предусмотренного ч.1 ст. 285 УК РФ. Рассыпнов И.В.,
используя свои служебные полномочия начальника отдела таможенного
оформления и таможенного контроля № 1 Казанского таможенного поста
Татарстанской таможни, умышленно и вопреки интересам службы из
корыстной и иной личной заинтересованности, выразившейся в желании
продолжать дружеские и приятельские отношения с начальником отдела
декларирования Казанского филиала ЗАО «СТС Логистикс» Заляловой
(Блиновой) Р.А., действовавшей в интересах ЗАО «Энергомост Инт Груп», а
также в получении от нее в дальнейшем выгоды имущественного характера,
не предпринял никаких мер в переделах своей компетенции по пресечению
административного правонарушения, предусмотренного статьей 16.22 КоАП
РФ (Нарушение сроков уплаты таможенных платежей) в действиях ЗАО
«Энергомост Инт Груп».
Правоприменители также сталкиваются с целым рядом трудностей при
квалификации данного преступления в связи с тем, что в ст. 285 УК РФ
имеется ряд оценочных признаков, содержание которых затрудняет
квалификацию преступления именно как злоупотребление должностными
полномочиями, в связи, с чем возникает проблема разграничения со
смежными составами, в частности серьёзной проблемой, для органов
предварительного следствия, является разграничение составов при
квалификации преступлений, предусмотренных ст. 285 и 286 УК РФ.
Например, выдача должностным лицом гражданину необоснованного
разрешения на заготовку леса, разрешения на охоту, или рыбную ловлю и т.
д., может быть квалифицирована как по ст. 285, так и по ст. 286 УК РФ. Как
показывает практика, при квалификации в подобных ситуациях,
66
правоприменитель ориентируется на наличие такого факультативного
признака субъективной стороны преступления, как мотив в виде корыстной
или иной личной заинтересованности, при наличии которого преступление
квалифицируется по ст. 285 УК РФ. Понятие корыстной и или иной личной
заинтересованности как мотив данного преступления разъяснены в
постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 16.10.2009 г. № 19, согласно
которому корыстная заинтересованность – это стремление должностного
лица путём совершения неправомерных действий получить для себя или
других лиц выгоду имущественного характера, не связанную с незаконным
безвозмездным обращением имущества в свою пользу или пользу других лиц
(например, незаконное получение льгот, кредита, освобождение от каких-
либо имущественных затрат, возврата имущества, погашения долга, оплаты
услуг, уплаты налогов и т. п.). Согласно указанному постановлению иная
личная заинтересованность это стремление должностного лица извлечь
выгоду неимущественного характера, обусловленное такими побуждениями,
как карьеризм, семейственность, желание приукрасить действительное
положение, получить взаимную услугу, заручиться поддержкой в решении
какого-либо вопроса, скрыть свою некомпетентность и т. п.
Отсутствие же корыстной или иной личной заинтересованности, даже в
случае причинения существенного вреда, исключает возможность
квалификации данного противоправного деяния как преступления,
предусмотренного ст. 285 УК РФ
45
.
В любом случае при установлении составов преступлений, которые
предусмотрены ст. 285, 286 УК РФ, требуется точное выяснение пределов
полномочий должностного лица, и определение конкретных нарушений
таких полномочий. Преступные действия виновного должностного лица
должны быть связаны непосредственно с его должностным положением,
должны вытекать из него, и совершены должны быть в процессе служебной
45
Вавилова Л.В. Уголовная ответственность за злоупотребление должностными полномочиями // Современные тенденции развития
науки и технологий. - 2016. - № 12-7. С. 34
67
деятельности или в связи со служебной деятельностью. К примеру, нельзя
квалифицировать как должностное преступление преступные действия
субъекта, которым был использован только лишь авторитет занимаемой
должности, но это не было связано непосредственно с его служебной
деятельностью. Когда сотрудник правоохранительных органов, не находясь
на службе, останавливает автомобиль и требует от водителя предоставить
ему транспортное средство в связи со служебной необходимостью, а после
отказа применяет к водителю насилие. Такие действия следует
квалифицировать как совершенные вне связи со служебной деятельностью.
Также необходимо отметить, что на практике неоднозначно
квалифицируются действия должностных лиц, которые совершили так
называемые «общеуголовные преступления», к примеру, похищение чужого
имущества или предметов, изъятых из гражданского оборота.
Другая проблема правильной квалификации рассматриваемого
преступления заключается в отличии наименования ст. 285 УК РФ,
указывающее на «должностные полномочия» и формулировки в диспозиции
статьи уже определяющей указанные полномочия как «служебные». Одни
авторы данные понятия рассматривают как тождественные, другие эти
понятия разделяют, однако, как показывает практика, указанное различие в
формулировках приводит к расширительному толкованию понятия
должностных полномочий, которые отождествляются со служебными,
вследствие чего использование должностным лицом своего служебного
положения для совершения преступления необоснованно квалифицируется
по ст. 285 УК РФ, в связи, с чем необходимо унифицировать формулировки в
наименовании и в диспозиции ст. 285 УК РФ с целью недопущения
двойственности толкования
46
.
Обращаясь к понятию должностного лица, данного в приложении к ст.
285 УК РФ, мы видим, что должностными лицами, в числе прочего,
46
Аксюк В.А. Проблемные вопросы квалификации преступлений, направленных на превышение и злоупотребление военнослужащими
должностных полномочий // Право и образование. - 2015. - №3. С.91
68
признаются лица, в том числе по специальному полномочию
осуществляющие функции представителя власти, в п. 6 Постановления
Пленума Верховного Суда от 16.10.2009 г. № 19 дано следующее толкование
признака выполнения функций должностного лица по специальному
полномочию: «Исполнение функций должностного лица по специальному
полномочию означает, что лицо осуществляет функции представителя
власти, исполняет организационно-распорядительные или административно-
хозяйственные функции, возложенные на него законом, иным нормативным
правовым актом, приказом или распоряжением вышестоящего должностного
лица либо правомочным на то органом или должностным лицом (например,
функции присяжного заседателя). Функции должностного лица по
специальному полномочию могут осуществляться в течение определённого
времени или однократно, а также могут совмещаться с основной работой».
Данное разъяснение, по существу, мало чем отличается от содержащегося в
п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда от 10.02.2000 г. № 6, повторяя
его главный недостаток, – оно по-прежнему не даёт чёткого представления о
том, чем же выполнение должностных функций по специальному
полномочию отличается от выполнения таких же функций по иным
юридическим основаниям. В теории же уголовного права признано, что
выполнение известных функций должностного лица по специальному
полномочию означает их выполнение без замещения должности (называют и
другие признаки – например, разовый или краткосрочный характер
специальных полномочий). Именно этот признак, а не наличие закона, иного
нормативного правового акта, приказа или распоряжения вышестоящего
должностного лица либо решения правомочного на то органа или
должностного лица, выступающих правовыми основаниями осуществления
управленческих функций, является главным для признания субъекта
должностным лицом, выполняющим свои функции по специальному
полномочию.
Возвращаясь к проблеме квалификации преступления,
69
предусмотренного ст. 285 УК РФ, в связи с наличием в указанной статье ряда
оценочных признаков, затрудняющих квалификацию, хочется обратить
внимание на следующий момент: неотъемлемым элементом объективной
стороны данного состава преступления является причинение вреда, а именно
существенное нарушение прав и законных интересов граждан или
организаций, либо охраняемых законом интересов общества и государства.
Проблема же заключается в том, что понятие «существенности» является
оценочным, не имея официально установленных количественных критериев
для его исчисления, что затрудняет правильное применение ст. 285 УК РФ,
порой, не позволяя отграничить состав преступления рассматриваемой
статьи УК РФ от дисциплинарного проступка.
Анализ рассмотренных проблем квалификации злоупотребления
должностными полномочиями показал, что на сегодняшний день не удаётся
достигнуть единообразия в применении данной нормы. Целесообразно
дополнить Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 16.10.2009 г. №
19 «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными
полномочиями и о превышении должностных полномочий» пунктами,
разъясняющими вопросы: квалификации действий должностных лиц,
совершивших «общеуголовные» преступления, отграничения
злоупотребления должностными полномочиями от смежных составов, в
частности от превышения должностных полномочий, а также пунктами,
определяющими понятие «существенности» причинённого вреда и
устанавливающими количественные критерии для его исчисления.
Рассмотрим наиболее трудные вопросы применения п. «в» ч. 3 ст. 286
Уголовного кодекса РФ, встречающиеся на практике
47
.
Квалификация деяния, предусмотренного п. «в» ч. 3 ст. 286 УК РФ,
вызывает значительные трудности на практике. Норма предусматривает
ответственность за превышение должностных полномочий с причинением
47
Кособоков А. А., Суслина Е. В. Современный анализ особенностей разграничения составов злоупотребления должностными
полномочиями и превышения должностных полномочий // Развитие: сб. мат. I Междунар. научн.-практ. студ. конф. в формате конкурса
№ 1 / отв. ред. Е. М. Масолова. — Липецк.: РаДуши, - 2017. С. 48
70
тяжких последствий. Состав является материальным, и юридическая оценка
осуществляется по факту их наступления. При этом критерии определения
тяжких последствий размыты, что подтверждается примерами судебной
практики. Не меньшие сложности вызывают вопросы, связанные с наличием
или отсутствием совокупности преступлений, при оценке содеянного.
Первая проблема квалификации заключается в том, что понятие
«тяжкие последствия» является оценочным, то есть не раскрывается
законодателем, а остается на усмотрение суда. Разъяснения Пленума
Верховного Суда Российской Федерации по этому вопросу, думается,
недостаточны. В п. 21 постановления от 16 октября 2009 года № 19 «О
судебной практике по делам о злоупотреблении должностными
полномочиями и о превышении должностных полномочий» приводятся лишь
отдельные примеры таких последствий (крупная авария, а также длительная
остановка транспорта или производственного процесса, иное нарушение
деятельности организации, причинение значительного материального
ущерба, причинение смерти по неосторожности, самоубийство или
покушение на самоубийство потерпевшего и т.п.)
48
.
Отсутствие четких критериев определения тяжких последствий
обсуждается в литературе, подчеркивается наличие в судебной практике
случаев, противоречащих друг другу. Действительно, опубликованная
судебная практика предоставляет такие примеры. Так, в постановлении
Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 29 марта 2017 года
по приговору в отношении гражданина Г. к тяжким последствиям отнесено
то, что в отношении потерпевших, незаконно привлеченных к
ответственности (в результате превышения виновным своих полномочий),
была избрана мера пресечения в виде домашнего ареста сроком на 8 месяцев,
а потерпевший Л. в течение 15 месяцев содержался под стражей в
следственном изоляторе.
48
Кособоков А. А., Суслина Е. В. Современный анализ особенностей разграничения составов злоупотребления должностными
полномочиями и превышения должностных полномочий // Развитие: сб. мат. I Междунар. научн.-практ. студ. конф. в формате конкурса
№ 1 / отв. ред. Е. М. Масолова. — Липецк.: РаДуши, - 2017. С. 49
71
В другом случае наступление в результате превышения должностных
полномочий тяжкого вреда здоровью человека признано недостаточным для
вменения п. «в» ч. 3 ст. 286 УК РФ, и осуждение виновного Х. в этой части
было исключено из приговора в Кассационном определении ВС РФ от
21.01.2015 . Между тем очевидно, что последствия в первом примере носят
обратимый характер в отличие от причиненного тяжкого вреда здоровью
потерпевшего – во втором.
Вторая проблема правоприменения вытекает из первой.
Рассматриваемое понятие используется законодателем в целом ряде
уголовно-правовых норм: п. «а» ч. 3 ст. 127.1, ч. 3 ст. 127.2, ч. 3 ст. 145.1, ч. 2
ст. 167, ч.1 ст. 215.1, ч.1 ст. 349, ч. 2 ст. 228.2, ч. 2 ст. 237, ч. 1 ст. 248, ч. 3 ст.
285 УК РФ и т.д. При этом критерии определения тяжких последствий
весьма разные. Так, для целей применения ч. 3 ст. 145.1 УК РФ тяжкими
последствиями признаются частичная невыплата свыше трех месяцев
заработной платы, пенсий, стипендий, пособий и иных установленных
законом выплат; для применения ч. 1 ст. 248 УК РФ любой вред здоровью
может быть отнесен к тяжким последствиям. Может быть, следовало бы
выработать единые критерии определения тяжких последствий в нормах УК
РФ, как было сделано в отношении других оценочных понятий, например,
особой жестокости?
Однако наибольшие трудности уголовно-правовой оценки вызывает
третья проблема, возникающая при решении вопросов о наличии или
отсутствии совокупности преступлений при совершении рассматриваемого
деяния
49
.
При совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 3 ст.286 УК
РФ, могут наступить смерть человека, вред здоровью, уничтожение или
повреждение чужого имущества и т.п. Понятно, что такие последствия
охватываются и другими нормами УК РФ. В ч. 1 ст. 17 УК РФ
49
Кособоков А. А., Суслина Е. В. Современный анализ особенностей разграничения составов злоупотребления должностными
полномочиями и превышения должностных полномочий // Развитие: сб. мат. I Междунар. научн.-практ. студ. конф. в формате конкурса
№ 1 / отв. ред. Е. М. Масолова. — Липецк.: РаДуши, - 2017. С. 50
72
регламентируется лишь общее правило определения совокупности
преступлений, которое не дает ответа о наличии или отсутствии
совокупности в данном конкретном случае. Нет разъяснений по этому
вопросу и в рассматриваемом выше постановлении Пленума Верховного
Суда РФ . В то же время в п. 18 постановления Пленума Верховного Суда РФ
от 27 января 1999 года № 1 «О судебной практике по делам об убийстве (ст.
105 УК РФ)» действия должностного лица, совершившего убийство при
превышении должностных полномочий, рекомендуется квалифицировать по
совокупности преступлений, предусмотренных соответствующей частью ст.
105 и соответствующими пунктами ч. 3 ст. 286 УК РФ. Однако это частный
случай. Не по всем категориям дел есть рекомендации Пленума Верховного
Суда РФ, и не во всех постановлениях рассматриваются вопросы оценки
деяний по совокупности преступлений.
В доктрине уголовного права выработаны следующие подходы к
решению этих вопросов. Превышение должностных полномочий
оценивается по совокупности с другим преступлением в случае, когда
общественная опасность последнего, судя по санкции, превосходит
карательный ресурс наказания, предусмотренного ч. 3 ст. 286 УК РФ. При
этом сравниваются верхние пределы санкций, то есть максимальные сроки
или размеры наиболее строгих основных видов наказаний.
Исключением из этого правила являются случаи конкуренции общей и
специальной норм. Как закреплено в ч. 3 ст. 17 УК РФ, совокупности
преступлений нет и в соответствии с принципом справедливости деяние
оценивается по норме, максимально точно описывающей признаки
фактически совершенного деяния. Так, например, невозможна идеальная
совокупность преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 286 и ч. 2 ст. 302 УК
РФ. Применению подлежит только ч. 2 ст. 302 УК РФ.
Причинение тяжких последствий при превышении должностных
полномочий путем применения насилия (то есть совершения только
умышленных действий) влечет дополнительную оценку по п. «а» ч. 3 ст. 286
73
УК РФ, а также по статье, предусматривающей ответственность за само
насильственное деяние в случае, если его общественная опасность выше, чем
п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ. Метод определения тот же – сравнительный анализ
санкций норм, подлежащих применению.
3.2 Совершенствование уголовного законодательства об ответственности за
злоупотребление и превышение должностными полномочиями
Сегодня назрела необходимость пересмотреть законодательные модели
составов коррупционных преступлений с позиций современных
криминологических реалий, поскольку механизм их реализации, как
показывает практика, не совершенен.
В диспозиции ст. 285 УК РФ указано использование должностным
лицом своих служебных полномочий. В силу того, что термин
«использовать» означает активные действия, а не пассивные, в ч. 1 ст. 285
УК РФ, на наш взгляд, следует воспользоваться словосочетанием
«использование и (или) неиспользование...». Это позволит охватить
разнообразные формы злоупотреблений должностными полномочиями.
Другой проблемой в квалификации злоупотребления должностными
полномочиями является определение круга субъектов данного преступления.
Согласно уголовному законодательству его субъектом является должностное
лицо, понятие которого раскрывается в примечании к ст. 285 УК РФ
50
.
Однако в правоприменительной практике имеют место случаи
злоупотребления полномочиями государственными служащими, которые к
должностным лицам не относятся. В связи с этим представляется
необходимым расширить перечень субъектов злоупотребления
должностными полномочиями за счет дополнения ч. 1 ст. 285 УК РФ
«использование должностным лицом» словами «а также государственным
50
Мусаелян М.Ф. Совершенствование уголовной политики в сфере противодействия коррупции в Российской Федерации // Журнал
российского права. - 2014. - № 5. С. 56
74
служащим или муниципальным служащим, не являющимся должностным
лицом». Такое дополнение позволит эффективнее противодействовать
должностным злоупотреблениям на различных должностях государственной
службы
51
.
Следующее предложение по совершенствованию уголовного закона
связано с изменением диспозиции ст. 285 УК РФ. Так, по мнению В. Н.
Боркова, современная законодательная конструкция состава преступления,
предусмотренного ст. 285 УК РФ, неточно отражает механизм причинения
вреда при должностном злоупотреблении. Судебной практике неизвестны
случаи покушения на совершение данного преступления.
Существенное нарушение законных интересов личности, общества и
государства – это не следствие, а сущность злоупотребления властными,
организационно-распорядительными или административно-хозяйственными
полномочиями при осуществлении функций государства. Поэтому основной
состав злоупотребления должностными полномочиями нужно изложить
следующим образом: «Использование должностным лицом своих
полномочий существенно нарушающее права и законные интересы граждан
или организаций либо охраняемые законом интересы общества или
государства…». Кроме этого, злоупотребление должностными
полномочиями по определению совершается злонамеренно и мотивы здесь
всегда негативные личные. Иных мотивов грубое нарушение служебного
долга иметь не может. Следует исключить из описания преступления
указание на корыстную или иную личную заинтересованность.
Отдельно отметим, что такой квалифицирующий признак, как "тяжкие
последствия", для ч. 3 ст. 285 УК России законом не определен. В
рассмотренном Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 16.10.2009
N 19 тяжкие последствия определены по отношению к ч. 3 ст. 286 УК
России. В качестве таковых называются крупные аварии, длительные
51
Мусаелян М.Ф. Совершенствование уголовной политики в сфере противодействия коррупции в Российской Федерации // Журнал
российского права. - 2014. - № 5. С.57