62
деяние, а устанавливаются основания для назначения принудительного
лечения
1
. В связи с этим, бесспорным нам видится утверждение
А.Д.Аветисяна о том, что субъективная сторона – ее наличие или
отсутствие – подлежит тщательному изучению, исследование данного
элемента невозможно без проведения соответствующего вида экспертизы
2
.
Итак, при производстве предварительного следствия в отношении
лиц, совершивших общественно опасное деяние в состоянии
невменяемости и лиц, у которых после совершения преступления
наступило психическое расстройство, делающее невозможным назначение
наказания или его исполнение подлежит доказыванию следующее:1)
время, место, способ и другие обстоятельства совершенного деяния;2)
совершено ли деяние, запрещенное уголовным законом, данным лицом;3)
характер и размер вреда, причиненного деянием;4) наличие у данного лица
психических расстройств в прошлом, степень и характер психического
заболевания в момент совершения деяния, запрещенного уголовным
законом, или во время производства по уголовному делу;5) связано ли
психическое расстройство лица с опасностью для него или других лиц
либо возможностью причинения им иного существенного вреда.
В науке уголовно-процессуального права существуют мнения о
дополнении перечня предмета доказывания данными о личности лица,
совершившего общественно опасное деяние
3
. Считаем нецелесообразным
подобное предложение, т.к. обстоятельств, перечисленных в ч. 2 ст. 434
УПК РФ достаточно для принятия решения о назначении принудительного
лечения. Иные (в том числе и психические) особенности личности
обвиняемого, не имеют значения для суда в связи с тем, что не повлияют
1
Чуниха А.А. Проблемы производства о применении принудительных мер
медицинского характера // Приволжский научный вестник. 2013. №9 (25) С.72.
2
Аветисян А. Д. Отдельные аспекты совершенствования уголовно-процессуального
законодательства, регламентирующего производство о применении принудительных
мер медицинского характера // Юридическая наука и практика: Вестник
Нижегородской академии МВД России. 2014. № 1 (25). С.74-77.
3
Буфетова М.Ш. Производство о применении принудительных мер медицинского
характера: автореферат дис. … канд. юрид. наук. Иркутск. 2004. С. 8.
63
на решение вопроса о назначении ПММХ и выборе конкретной меры.
Данные обстоятельства будут учитываться в процессе самого лечения, суть
которого находится уже за рамками уголовного судопроизводства.
Прежде чем приступить к исследованию отдельных элементов
предмета доказывания, необходимо отметить, что законодатель в главе 51
УПК РФ не употребляет понятие «преступление» по отношению к
совершенному деянию, заменяя его словами «деяние, запрещенное
уголовным законом». Связано это, на наш взгляд, с тем, что в деянии
отсутствует такой обязательный признак как виновность и соответственно
субъективная сторона состава преступления.
Кроме того, в рамках доказывания по уголовным делам такой
категории существует проблема доказательственной силы показаний лица,
совершившего деяние, запрещенного уголовным законом. Для
установления обстоятельств, подлежащих доказыванию, проведение
допроса лица, совершившего деяние, является необходимым следственным
действием. Но в то же время, эти показания не указаны в УПК в качестве
доказательств по делу. Судебная практика по-разному подходит к
решению этого вопроса. Судья Верховного Суда РФ А.С. Червоткин по
данному вопросу высказал мнение: «показания лиц, в отношении которых
ведется производство о применении ПММХ, могут иметь
доказательственное значение по делу только в случае признания их
таковыми судом с учетом заключения экспертов о способности этого лица
осознавать характер своих действия в момент дачи показаний»
1
.
Обстоятельства характеризующие объективную сторону деяния, а
именно время, место, способ и другие обстоятельства, а также характер и
размер вреда, причиненного деянием, были уже рассмотрены при изучении
общего предмета доказывания, но при доказывании в производстве о
1
Червоткин А.С. Производство о применении принудительных мер медицинского
характера. Практика применения Уголовно-процессуального кодекса Российской
Федерации / Под ред. В.М. Лебедева. М.: «Юрайт», 2013. С. 802.
64
ПММХ они приобретают иное значение. В.М.Лебедев, комментируя ст.
434 УПК РФ, утверждает, что предмет доказывания по данной категории
дел в целом совпадает с предметом доказывания по делам в отношении
вменяемых лиц, за исключением необходимости установления
виновности,особенностью таких дел является исследование психического
состояния лиц
1
. На наш взгляд, не стоит отождествлять значение данных
обстоятельств по делам в отношении вменяемых лиц и лиц с психическим
заболеванием.
Объективные признаки деяния, касающиеся времени, места и
способа совершения, и иные обстоятельства, безусловно, должны быть
исследованы и должны найти отражение в постановлении о назначении
ПММХ, но они не выступают в качестве квалифицирующих признаков, а
только лишь подтверждают факт произошедшего. Так, например, судом
установлено, что 3 июня 2011г. около 3 часов, К., находясь в состоянии
алкогольного опьянения, страдая хроническим психическим
расстройством, лишавшим его способности осознавать фактический
характер своих действий либо руководить ими, под предлогом
заимствования спичек, не получив согласия на посещение жилища от
проживающих в нём лиц, выбив ногой входную дверь дома,
принадлежащего М., незаконно проник в её жилище
2
.
Характер и размер вреда, причиненного деянием также подлежит
установлению в целях его возмещения и защиты прав потерпевшего.
Несмотря на это, в производстве о применении ПММХ невозможно
заявить гражданский иск, т.к. вред причинен не преступлением, а деянием,
запрещенным УК РФ, что противоречит ст. 44 УПК РФ и самому
институту гражданского иска.Данное положение закреплено в п. 22
Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 07.04.2011 № 6 «О
1
Лебедев В.М. Указ. раб.
2
Архив Тамбовского областного суда. Постановление Президиума тамбовского
областного суда от 26.12.2012 № 44-у-1951 о рассмотрении надзорной жалобы по
применению принудительных мер медицинского характера в отношении К.
65
практике применения судами принудительных мер медицинского
характера»
1
и приобрело характер бесспорного правила. С одной
стороны, лишение потерпевшего права на возмещение вреда является
прямым нарушением ст. 42 УПК РФ, закрепляющей статус потерпевшего.
С другой стороны, отказ в рассмотрении гражданского иска не
препятствует заявлению иска в гражданском судопроизводстве. Исхода из
сказанного, рассматриваемая категория дел предполагает обязательное
установление характера и размера причиненного вреда, но не наделяет
данное обстоятельство процессуальным значением.
Сложившаяся проблема является дискуссионной на сегодняшний
день. Например, Ж.А. Бажукова и Т.В. Тетерина не разделяют мнения
высших судебных органов, аргументируя свою точку зрения тем, что
положения главы 51 действуют наряду с общими положениями УПК РФ,
закрепляющими права и гарантии участников судопроизводства.
Соответственно постановка потерпевшего в заведомо неравное положение
с лицами, которым вред причинен преступным деянием психически
здоровых лиц влечет нарушение прав потерпевшего. Также автор
отмечает, что требование законодателя об установлении характера и
размера вреда, причиненного деянием выступает необходимым условием
для обоснованного и быстрого разрешения по существу гражданского
иска
2
.
Анализ судебной практики показывает, что невменяемые лица и
лица, страдающие психическими расстройствами, в большинстве случаев
посягают на жизнь и здоровье других людей. Если обратиться к
гражданскому законодательству, то согласно ст. 1078 Гражданского
1
О практике применения судами принудительных мер медицинского характера.
Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 7 апреля 2011 г. № 6 // Российская
газета. 20 апреля 2011 г. № 5460 (80). В редакции Постановления от 3 марта 2015 г. №9
// Российская газета. 6 марта 2015 г. № 6618 (47). (Далее - Постановление от 7 апреля
2011 г. № 6).
2
Бажукова Ж.А. Тетерина Т.В. Возмещение вреда от преступления, совершенного
невменяемым // Адвокатская практика. 2014. № 6. С. 15.
66
кодекса РФ
1
дееспособный гражданин или несовершеннолетний в возрасте
от 14 до 18 лет, причинивший вред в таком состоянии, когда он не мог
понимать значения своих действий или руководить ими, не отвечают за
причиненный вред. Если вред причинен жизни или здоровью
потерпевшего, суд может с учетом имущественного положения
потерпевшего и причинителя вреда, а также других обстоятельств
возложить обязанность по возмещению вреда полностью или частично на
причинителя вреда. Если вред причинен лицом, которое не могло
понимать значения своих действий или руководить ими вследствие
психического расстройства, обязанность возместить вред может быть
возложена судом на проживающих совместно с этим лицом его
трудоспособных супруга, родителей, совершеннолетних детей, которые
знали о психическом расстройстве причинителя вреда, но не ставили
вопрос о признании его недееспособным.Из смысла положений ст. 1078
ГК РФ, у суда есть все возможности для рассмотрения гражданского иска в
рамках уголовного дела о применении ПММХ.
Центральное место в системе предмета доказывания по делам о
применении ПММХ занимают обстоятельства о наличии у лица
психического расстройства в прошлом, степень и характера психического
заболевания в момент совершения деяния или во время производства по
уголовному делу.
Установление момента наступления психического расстройства или
заболевания имеет принципиально важное значение: итоговое
процессуальное решение суда будет различным: если лицо, совершившее
деяние, является невменяемым, то уголовное преследования в отношении
него подлежит прекращению по основанию п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ. Если
1
Гражданский кодекс Российской Федерации (часть вторая). Федеральный закон РФ от
26.01.1996 № 14-ФЗ. Принят Государственной Думой РФ 22.12.1995. Подписан
Президентом РФ 26.01.1996 // Собрание законодательства РФ.29.01.1996. № 5. Ст. 410.
В редакции Федерального закона РФ от 28.03.2017 № 39-ФЗ //Собрание
законодательства РФ. 03.04.2017.№ 14.Ст. 1998. (Далее ГК РФ).
67
лицо совершило деяние будучи вменяемым, но после его совершения
наступило психическое расстройство, делающее невозможным исполнение
наказания, такое лицо подлежит освобождению от наказания. При этом, ст.
446 УПК РФ устанавливает, что если лицо признано выздоровевшим, то
принудительная мера медицинского характера прекращается по
постановлению суда и решается вопрос о проведении предварительного
расследования в общем порядке.
Изучение соответствующих процессуальных норм показало: если есть
сомнение во вменяемости подозреваемого, обвиняемого, обязательно
должно быть установлено его психическое или физическое состояние
путем производства судебной экспертизы. А также при рассмотрении
уголовного дела о назначении ПММХ отсутствие в материалах дела
заключения эксперта о вменяемости или невменяемости лица повлечет
возвращение уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ. Так,
например, суд установил: Органом предварительного расследования в
отношении Ж. было направлено в суд уголовное дело с постановлением в
порядке ст. 439 УПК РФ о применении принудительных мер медицинского
характера за совершение общественно опасного деяния, а именно
покушения на грабеж, то есть открытое хищение чужого
имущества.Постановлением Таганского районного суда г. Москвы от 10
апреля 2015 года уголовное дело в отношении Ж. возвращено Таганскому
межрайонному прокурору для устранения препятствий его рассмотрения
судом на основании п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, по тем основаниям, что
предварительное расследование по данному уголовному делу фактически
не завершено, так как вопрос о вменяемости Ж. в отношении
инкриминируемого ему деяния не решен и в настоящее время решен быть
не может, поскольку согласно заключения стационарной судебно-
психиатрической экспертизы, с учетом имеющегося у него особенностей
психического состояния в настоящее время, связанных с опасностью для
себя и других лиц, либо возможностью причинения иного существенного
68
вреда, он нуждается в направлении на принудительное лечение в
медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в
стационарных условиях специализированного типа до выхода из
указанного болезненного состояния с последующим направлением в
соответствии с ч. 4 ст. 81 УК РФ в распоряжение судебно-следственных
органов. Суд апелляционной инстанции находит постановление суда
законным и обоснованным, подлежащим оставлению без изменения
1
.
Как верно утверждает Е.В. Мищенко, психические расстройства на
столь очевидны, как физические, и их нельзя выявить без специальных
исследований. Суд, прокурор, следователь, дознаватель не обладая
специальными знаниями, все же смогут, исходя из общих знаний,
определить по внешним признакам поведения наличие у лица психических
отклонений
2
. В связи с этим, без производства судебно-психиатрической
экспертизы при установлении обстоятельств, подлежащих доказыванию,
производство по делу будет проведено в неполной форме.
Закон устанавливает требования объективности и максимальной
достоверности судебного исследования, но при производстве судебно-
психиатрической экспертизы возникают определенные проблемы,
касающиеся, прежде всего, оценки заключения эксперта. В.В. Сверчков
отмечает, что если в основу оценки полжены недостаточные медико-
документальные сведения, отсутствуют материалы, способные объективно
подтвердить данные анамнеза, то об освобождении лица от уголовной
ответственности и применении к нему ПММХ не может идти речи
3
. Автор
указывает на проблему неоднозначных выводов о вменяемости лица.
Например, эксперт вывялил у подэкспертного признаки малоумия в форме
1
Апелляционное постановление Московского городского суда от 24.04.2015 по делу №
10-5617/15. СПС «Консультант Плюс». Судебная практика.
2
Мищенко Е. В. Обязательное производство судебно-психиатрической экспертизы по
делам о применении принудительной меры медицинского характера // Вестник ОГУ.
2007. №3 С. 29.
3
Сверчков В. В. Факторы, влияющие на обоснованность применения принудительных
мер медицинского характера // Юридическая техника. 2013. №7-1 С. 307.
69
олигофрении в степени выраженной дибильности с психопатизацией
личности к неустойчивому типу, что в связи с этим, он не мог отдавать
отчет своим действиям и руководить ими в момент совершения деяния.
Одновременно эксперт указывает на отсутствие каких-либо психических
заболеваний и на отсутствие необходимости принудительного лечения
1
.
Как правило, судебная практика учитывает выводы эксперта. На
сегодняшний день дискуссионным остается вопрос об оценке
вероятностных выводов. Некоторые ученые считают ничтожной их
доказательственную силу, аргументируя свое мнение прямым запретом
УПК РФ о том, что обвинительный приговор не может быть основан на
предположениях. Но Конституционный Суд РФ неоднократно разъяснял,
что требование о недопустимости основывать обвинительный приговор на
предположениях не тождественно запрету на использование в процессе
доказывания отдельных доказательств, имеющих вероятностный
характер
2
.Таким образом, заключение эксперта, включающее
вероятностные выводы о психическом состоянии обвиняемого также
подлежит оценке судом наряду с другими доказательствами. Кроме того, в
целях вынесения законного и обоснованного решения, на наш взгляд,
необходимо назначать в таком случае повторную экспертизу.
В ходе производства по делу о применении ПММХ необходимо
установить связано ли психическое расстройство лица с опасностью для
него или других лиц либо возможностью причинения им иного
существенного вреда. Пленум Верховного Суда РФ в Постановлении от 7
апреля 2011 г. № 6 рекомендовал включать данный вопрос в перечень
вопросов эксперту. Суды не во всех случаях устанавливают данное
1
Сверчков В.В. Указ. раб. С. 308.
2
Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Дудченко Александра
Афанасьевича на нарушение его конституционных прав пунктами 1, 2 и 3 части первой
статьи 81 и статьей 204 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.
Определение Конституционного Суда РФ от 21 декабря 2011 г. № 1682-О-О //
Документ был опубликован на официальном сайте Конституционного суда РФ
http://www.ksrf.ru. Дата обращения 01.02.2020 г.
70
обстоятельство. Так, например, Ш.совершилобщественно опасное деяние в
состоянии невменяемости, запрещенное уголовным законом, подпадающие
под признаки незаконного проникновения в жилище, совершенное против
воли проживающего в нем лица. Согласно заключения комиссии
экспертов, у подэкспертного Ш. на период инкриминируемого ему
противоправного деяния обнаруживались, в настоящее время
обнаруживаются признаки хронической психического расстройства в
форме параноидной шизофрении, что на период инкриминируемого ему
деяния лишало, в настоящее время лишает его возможности осознавать
общественную опасность своих действий и руководить ими. Из
заключения стационарной комплексной судебной психолого-
психиатрической экспертизы следует, что с учетом клинико-
психопатологических и социально-психологических факторов риска,
комиссия экспертов, в соответствии со ст. 21, п. «а» ч.1 ст.97, ч.2 ст.97 (по
признаку возможности причинения иного существенного вреда, а главное -
опасности для других лиц), ст.98, п. «г» ч.1 ст.99, ч.4 ст. 100 УК
РФ, считает необходимым и достаточным применение к
Ш. принудительных мер медицинского характера в виде принудительного
наблюдения и лечения у врача-психиатра в амбулаторных условиях
1
. Из
приведенного примера видно, что суд положил в основу постановления о
ПММХ экспертное заключение, при этом не выяснил причину, по которой
Ш. представляет опасность для себя и окружающих лиц.
Другой пример, наоборот, демонстрирует, что у суда есть
возможность установить данное обстоятельство, надлежащим образом
поставив перед экспертами вопрос о степени опасности обвиняемого:
степень выраженности психических нарушений у И. столь значительны,
что лишала его способности осознавать фактический характер,
1
Архив Центрального районного суда г. Оренбурга. Уголовное дело № 1-31/2016 по
обвинению Ш. в совершении общественно опасного деяния, предусмотренного ч. 1 ст.
158 УК РФ.
71
общественную опасность своих действий и руководить ими как в период
криминала, так и в настоящее время. Имеющееся у подэкспертного
психическое заболевание связано с возможностью причинения им иного
существенного вреда либо с опасностью для себя и других лиц. Принимая
во внимание относительно не высокую социальную опасность содеянного,
в тоже время склонность испытуемого к злоупотреблению спиртным, его
слабую социальную адаптацию, он нуждается в применении
принудительных мер медицинского характера
1
.
Исследование судебной практики показало, что в производстве о
применении ПММХ основная роль принадлежит заключению эксперта, на
котором суд основывает принятое решение, учитывая все собранные по
делу доказательства. Несмотря на то, что по смыслу норм о доказывании
обстоятельства должны устанавливаться субъектами доказывания, к
которым эксперт не относится, ориентирующая роль принадлежит в
данной категории дел именно ему. Связано это с тем, что только лицо,
обладающее специальными знаниями, компетентно в решении вопроса о
характере психического заболевания и его последствиях, т.е. представляет
ли обвиняемый опасность для себя и окружающих лиц.
По итогам рассмотрения предмета доказывания по делам о
производстве ПММХ мы пришли к следующим выводам:
Применение ПММХ имеет свою специфику, которая связана в особом
психическом состоянии лица, совершившего общественно опасное деяние,
запрещенное уголовным законом в состоянии невменяемости, либо у
которого психическое заболевание наступило после совершения деяния
или в момент производства по делу. Кроме того, сама природа
принудительных мер предполагает наличие особенностей в доказывании:
целями применения ПММХ является защита общества от опасного
1
Архив мирового судьи судебного участка № 41Красноярского района Брянской
области. Уголовное дело № 1-44/2016 по обвинению И. в совершении общественно
опасного деяния, предусмотренного ч. 1 ст. 115 УК РФ.