12
ГЛАВА 1. ПОНЯТИЕ, СОДЕРЖАНИЕ И СРЕДСТВА ОБЕСПЕЧЕНИЯ
ПРАВ И СВОБОД ПОТЕРПЕВШИХ И СВИДЕТЕЛЕЙ В СФЕРЕ
УГОЛОВНОГО СУДОПРОИЗВОДСТВА
1.1 Понятие потерпевшего и свидетеля в уголовном процессе
Если рассматривать данную проблему в историческом аспекте, то следует
вспомнить, что в российском законодательстве термин «потерпевший»
появился после того, как стали отменяться сословные привилегии в
судопроизводстве, а уголовный процесс стал выделяться в качестве
самостоятельной отрасли права. В частности, в ст. 17 Устава уголовного
судопроизводства от 20 ноября 1864 г. прямо говорилось о том, что «различие
подсудности по сословиям отменяется»
1
.
В феодальный период развития нашего государства использовали
термины «людин», «челядин» - в Русской правде, «истец» - в Псковской судной
грамоте, «жалобник» - в Судебнике 1497 г., «истец», «челобитьчик» - в
Соборном уложении 1649 г. Но только в период формирования российского
уголовного процесса в самостоятельную отрасль права в 19 в. потерпевший
стал представлять сторону в процессе.
В советский период указание на наличие сторон в процессе - обвинителя
и обвиняемого - содержалось уже в Декрете о суде № 1 от 22 ноября 1917 г.
Указание на участие сторон в уголовном процессе содержалось и в первом
Положении о народном суде РСФСР от 30 ноября 1918 г. В Уголовно-
процессуальном кодексе РСФСР от 25 мая 1922 г. потерпевший признавался
участником уголовного судопроизводства по делам частного обвинения.
Аналогичное положение содержалось и в дальнейшем уголовно-
процессуальном законодательстве (ст. 4 Уголовно-процессуального кодекса
РСФСР от 15 февраля 1923 г.). Однако в производстве по делам публичного
1
История государства и права России. Источники права. Юридические памятники 11 - 20
веков. М.: Манускрипт, 1995. С. 170.
13
обвинения потерпевший занимал положение свидетеля, хотя, по сравнению с
последним, имел более широкие права. Он мог возбуждать перед следователем
ходатайства об истребовании доказательств и заявлять следователю отвод (ст.
ст. 112, 122 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР). Потерпевший,
которому причинялся материальный ущерб, мог признаваться гражданским
истцом. В ст. ст. 24 и 38 Основ уголовного судопроизводства Союза ССР и
союзных республик от 25 декабря 1958 г. термин «сторон в процессе» хотя не
употреблялся, но впервые законом предоставлялось право стороны
потерпевшему по всем делам, а не только по делам частного обвинения
1
.
Российская Федерация, став членом Совета Европы 25 января 1996 г., на
основании заключения Парламентской Ассамблеи Совета Европы (ПАСЕ) №
193 (1996) взяла на себя обязательства принять новый Уголовно-
процессуальный кодекс, отвечающий европейским стандартам, подписать и
ратифицировать конвенции Совета Европы в сфере уголовной юстиции. Кроме
того, Россия обязалась привести все национальное законодательство в
соответствие с принципами и стандартами Совета Европы. В частности, наша
страна должна была подписать и ратифицировать Европейскую конвенцию по
возмещению ущерба жертвам насильственных преступлений.
Вместе с тем, как отмечают отечественные процессуалисты, наше
государство не взяло на себя, в соответствии со ст. 2 этой Конвенции,
«обязательств по возмещению ущерба: 1) потерпевшим, которым в результате
умышленных насильственных преступлений был нанесен серьезный урон
физическому состоянию или здоровью; 2) лицам, которые находились на
иждивении жертв, погибших в результате умышленных насильственных
преступлений; 3) потерпевшим, которые стали жертвами общественно опасных
деяний лиц с психическими расстройствами». До сих пор не создано
федерального фонда компенсации ущерба жертвам преступления, в
государственном бюджете не предусмотрено финансирование этих
1
Полянский Н.Н., Строгович М.С., Савицкий В.М., Мельников А.А. Проблемы судебного
права / Под редакцией В.М. Савицкого. М.: Наука, 1983. С. 56 - 59.
14
мероприятий
1
. Лишь небольшая часть пострадавших находит реальную защиту
своих прав и законных интересов в порядке уголовного судопроизводства.
Поэтому учеными делается обоснованный вывод - «потерпевший от
преступления как был униженным и оскорбленным, так им и остался»
2
.
Несмотря на постоянные изменения в действующем уголовно-
процессуальном и административном законодательстве, в том числе в нормах,
регламентирующих правовой статус потерпевших, УПК РФ по-прежнему
содержит не только концептуальные, но и нормативные, институциональные и
функциональные изъяны, не учитывает конкретной социальной среды, в
которой находится наше современное общество. Подобная ситуация
обусловлена многими факторами, в том числе слепым копированием
зарубежного законодательства в период реформирования отечественного
судопроизводства. Как вспоминал один из активных разработчиков проекта
УПК РФ С.Б. Ромазин: «К сожалению, в ныне действующем процессуальном
законодательстве потерпевший не в полной мере обладает всеми правами как
сторона в процессе. Видимо, после передачи проекта в Государственную Думу
при доработке на завершающем этапе в какой-то мере повлиял анализ
американского процессуального законодательства. В нем нет понятия
«потерпевший» (в нашем понимании)»
3
.
В науке уголовного процесса отсутствует четкая позиция по поводу
типологии современного уголовного судопроизводства. Именно поэтому в ходе
применения уголовно-процессуального закона суды сталкиваются с
различными не разрешенными законодателем проблемами. Особенно много
вопросов до сих пор возникает в ходе предварительного расследования и
1
Щерба С.П. Механизмы обеспечения права потерпевшего знать о предъявленном
обвиняемому обвинении как гарантия доступа к правосудию // Материалы Международной
научно-практической конференции «Охрана прав и свобод человека и гражданина в сфере
уголовного судопроизводства». М.: Московская академия экономики и права; Союз
криминалистов и криминологов, 2016. С. 192.
2
Комиссаров В.И. Потерпевший - центральная фигура уголовного судопроизводства //
Российская юстиция. 2010. № 9. С. 32 - 33.
3
Ромазин С.Б. Воспоминания судьи / С.Б. Ромазин. М.: Триумф, 2015. С. 172.
15
судебного разбирательства дел, по которым пострадавшими становилось
большое количество физических лиц, особенно вследствие совершения
мошеннических действий (так называемых финансовых пирамид).
Недостаточно полно урегулирован законодателем вопрос о возможности
признания потерпевшими, наряду с физическим и юридическим лицом, еще и
всего общества, общественной организации, а также самого государства, чьим
интересам также причиняется различный вред. Особенно часто возникают
подобного рода ситуации при совершении преступлений против
государственной власти, общественной безопасности, общественного порядка,
общественной нравственности (главы 24 - 34 УК РФ).
В юридической литературе уже отмечалось, что «в состоянии жертвы
пребывают два субъекта, это 1 - частное лицо, непосредственно пострадавшее в
результате преступного деяния, и 2 - государство, опосредованно претерпевшее
вред. Механизм удостоверения пострадавшего состояния этих участников
имеет свои особенности. Так, если признание лица потерпевшим предполагает
необходимость конкретизации данной личности, установления факта
причинения ему вреда и вынесения соответствующего постановления о
признании его потерпевшим, то производство указанных действий не требуется
в отношении второго субъекта - государства. Констатация пострадавшего
состояния государства происходит уже в момент возбуждения уголовного дела
публичного обвинения и не требует специального удостоверения»
1
. Но
аналогичные рассуждения применимы лишь относительно преступлений, не
затрагивающих исключительно интересы государства.
Представляется, что данный пробел следует восполнить в
законодательном порядке, чтобы не возникало дополнительных вопросов в
связи с отказом государственного обвинителя, действующего в уголовном
процессе от имени государства, от обвинения. Подобный отказ лишает
1
Зеленина О.А. Особенности процессуального положения пострадавшего и заявителя в
уголовном судопроизводстве // Перспективы развития уголовно-процессуального права и
криминалистики: Материалы 2-й международной научно-практической конференции
(Москва, 11 - 12.04.2012). М.: ИД Юриспруденция, 2012. С. 51.
16
потерпевшего права на доступ к правосудию. Аналогичным образом должны
решаться проблемы, возникающие в связи с прекращением производства по
делу за примирением сторон не только по делам публичного обвинения, но и по
делам частного и частно-публичного обвинения. Не может потерпевший
примириться с виновным за двухобъектные преступления, где в качестве
основного объекта выступает публичный интерес, например за хулиганство,
превышение должностных полномочий и т.п. Ведь публичный интерес
находится в компетенции государственного обвинителя. Так же как и не может
государственный обвинитель отказываться от обвинения без согласования
своей позиции с потерпевшим в случае, когда преступление затрагивает
частный интерес потерпевшего. При этом, вопреки мнению Н.В. Радутной,
А.Ф. Кони
1
, следует помнить простую истину - милосердным может быть лишь
потерпевший, который стал объектом преступного посягательства, а не
государственный чиновник, в том числе из судейского корпуса. Обязанность
последнего заключается в полнейшем учете личностного и общественного
характера наказания, о котором говорил еще философ Гегель. Иначе
милосердие при условии равноправия сторон в процессе нужно будет
проявлять не только к подсудимому, но и к потерпевшему.
По-прежнему в судебной практике остаются проблемы определения
перечня лиц, которые могут стать потерпевшими в случае гибели близких
родственников в результате совершения преступления. Согласно положениям
ч. 8 ст. 42 УПК РФ права потерпевшего переходят лишь к одному из его
близких родственников и (или) близких лиц. Кто же должен признаваться
потерпевшим в приоритетном порядке по такому делу - жена или дети
погибшего, его родители или сожители и т.п.? Особенно актуальна данная
проблема в случаях, когда возникают сомнения в степени причинения этим
лицам морального вреда либо когда близкий родственник или близкое лицо
сами причастны к совершенному преступлению.
1
Радутная Н.В. Этика судьи: Пособие для судей. М.: Российская академия правосудия, 2002.
С. 44 - 45.
17
Встречаются также на практике ситуации, когда лицо неправомерно
признано органами предварительного расследования потерпевшим. Их должен
прояснить законодатель либо Верховный Суд РФ. Необходимо также
разъяснить: на какой стадии уголовного судопроизводства по делу и в каком
порядке можно лишить лицо подобного статуса, какой процессуальный
документ при этом выносится, каково содержание его резолютивной части?
В ходе анализа действующих норм и практики их применения в сфере
защиты прав потерпевших ученые все чаще приходят к выводу о том, что
«многие конституционные положения о гарантиях прав потерпевшего не в
полной мере реализуются через призму уголовно-процессуальных и
административных положений. Они неэффективно защищают права и интересы
жертв правонарушений»
1
. Такой вывод обусловлен и тем обстоятельством, что
многими отечественными юристами понятие «защита прав потерпевшего»
толкуется весьма широко. В данное понятие ими включается не только
беспрепятственная реализация прав, т.е. охрана от нарушения со стороны
подозреваемых, обвиняемых или работников правоохранительных органов
государства. В качестве составной части защиты прав они справедливо
включают своевременное восстановление нарушенных прав посредством
предусмотренных законом мер, а также с помощью не запрещенных законом
процедур.
Существующие недостатки и пробелы в законе в последние годы активно
восполняют Конституционный Суд РФ и Верховный Суд РФ, формулируя свои
правовые позиции по различным вопросам судопроизводства, аргументируя их
не только буквой, но и духом закона. Особенно велика роль постановлений
Пленума Верховного Суда РФ, Президиума Верховного Суда РФ по данной
тематике, принимаемых в целях единообразного применения закона
российскими судами.
1
Винокуров С.В. Приоритетная роль потерпевшего в новой парадигме права // Российская
юстиция. 2013. № 12. С. 49 - 53; Синенко С.А. Обеспечение прав и законных интересов
потерпевшего в уголовном судопроизводстве: Автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. М., 2014. С.
3.
18
Если обратиться к действующему законодательству, то в соответствии со
ст. 42 УПК РФ потерпевшим является физическое лицо, которому
преступлением причинен физический, имущественный, моральный вред, а
также юридическое лицо в случае причинения преступлением вреда его
имуществу и деловой репутации. Согласно ст. 25.2 Кодекса Российской
Федерации об административных правонарушениях
1
(далее - КоАП РФ)
потерпевшим является физическое или юридическое лицо, которым
административным правонарушением причинен физический, имущественный
или моральный вред.
Подобные редакции статей, определяющих, кто признается потерпевшим
при судопроизводстве в уголовном и административном порядке, вызывают
целый ряд вопросов. Во-первых, получается, что юридическому лицу при
совершении преступления может причиняться вред деловой репутации, а в
случае совершения административного правонарушения причиняется
моральный вред. А это далеко не одно и то же. Особенно обострилась данная
проблема после декриминализации такого преступления, как оскорбление,
посягающее на честь, достоинство, а также деловую репутацию, которое ныне
наказуемо только в административном порядке. Еще больше вопросов и
неразберихи возникнет в случае принятия Государственной Думой
Федерального Собрания Российской Федерации законопроекта, предложенного
Верховным Судом РФ, о введении в УК РФ уголовного проступка. В результате
подобного изменения преступление и административное правонарушение
(клевета и оскорбление) станут уголовным проступком.
Во-вторых, данные формулировки потерпевшего ставят под сомнение
признание таковыми физических и юридических лиц в случае приготовления
или покушения на совершение в отношении них преступления либо
административного правонарушения. Ведь в КоАП РФ, в отличие от УК РФ, не
1
Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях [Электронный
ресурс] : федер. закон от 30 декабря 2001 № 195-ФЗ // КонсультантПлюс : справочная
правовая система / разраб. НПО «Вычисл. математика и информатика». – Москва :
Консультант Плюс, 1997-2008. – Режим доступа : http://www.consultant.ru. - 10.12.2014.
19
предусмотрена административная ответственность за покушение на
административное правонарушение.
В-третьих, в уголовном судопроизводстве предусмотрено право
потерпевшего на примирение со своим обидчиком, а в административном
судопроизводстве такой возможности не предусмотрено. Тем самым
потерпевший, которому причинен моральный вред, в случае совершения в
отношении него административного правонарушения находится в худшем
положении, чем потерпевший, в отношении которого совершено преступление.
Когда оскорбление наказывалось в уголовном порядке, потерпевший мог
примириться с лицом, его оскорбившим, решив вопрос о заглаживании вреда.
После декриминализации данного преступления и отнесения состава
оскорбления к административному правонарушению потерпевший утратил
такое право на примирение. А ведь примирение сторон в случае совершения
правонарушения, затрагивающего исключительно частные интересы
потерпевшего, - лучший вариант прекращения конфликта в обществе.
В-четвертых, признание потерпевшим в уголовном процессе связывается
лишь с совершением в отношении него преступления. Между тем в случае
буквального толкования преступления остаются не охваченными законом
случаи причинения вреда потерпевшему не только преступлением, но и
запрещенным уголовным законом деянием, совершенным лицом в состоянии
невменяемости либо лицом, не достигшим возраста, с которого наступает
уголовная ответственность. Получается, что если женщина изнасилована
группой школьников, не достигших 14-летнего возраста, либо невменяемыми,
то она не может быть признана потерпевшей? А как же тогда ее
конституционное право на доступ к правосудию и компенсацию причиненного
ущерба? Чтобы не возникало различного рода вопросов, уголовно-
процессуальное законодательство должно содержать четкие ответы на
подобные вопросы без их двоякого понимания.
Недопонимание сущности частного обвинения, материально-правовых и
процессуальных оснований выделения дел частного обвинения в особую
20
категорию дел и особенностей процессуального статуса частного обвинителя
влечет появление в юридической литературе предложений об исключении из
уголовного судопроизводства особенностей, свойственных делам частного
обвинения. Сторонники подобной позиции мотивируют необходимость
внесения соответствующих изменений в уголовно-процессуальный закон в
части подачи потерпевшим заявления, поддержания им обвинения в суде,
формирования доказательственной базы тем, что эти действия не облегчают
доступ потерпевшего к правосудию и не делают его реальным. Кроме того, они
указывают, что «процедура рассмотрения дел частного обвинения мировым
судьей достаточно сложна. Сначала нужно вызвать лицо, в отношении которого
подано заявление, для вручения последнему копии заявления, затем разъяснить
ему права подсудимого, провести примирительную процедуру, а затем
обеспечить его явку в судебное заседание»
1
.
Но едва ли указанные обязанности, возлагаемые на мирового судью,
мешают доступу потерпевшего к правосудию. Они лишь способствуют
скорейшему разрешению конфликтной ситуации с помощью суда. Зачастую
причины конфликтной ситуации коренятся в бытовых, семейных и иных
отношениях, которые длительное время не находят своего разрешения, в том
числе в судах. В качестве еще одного существенного недостатка
отечественного уголовного процесса следует отметить императивные
последствия в случае отказа государственного обвинителя от обвинения по
уголовным делам, где затрагиваются не только публичные, но и частные
интересы граждан, признанных потерпевшими. Так, согласно положениям ч. 7
ст. 246 УПК РФ полный или частичный отказ государственного обвинителя от
обвинения в ходе судебного разбирательства влечет за собой прекращение
уголовного дела или уголовного преследования полностью или в
соответствующей его части. Между тем безусловное прекращение уголовного
дела в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения должно
1
Смирнова И.Г., Шадрин М.Ю. Реформирование или упразднение частного обвинения:
постановка проблемы // Мировой судья. 2019. № 4. С. 14.
21
иметь место лишь в случае совершения преступления, которым не
затрагиваются интересы конкретных потерпевших, либо когда потерпевший
согласен с отказом государственного обвинителя от обвинения и поддерживает
его. В противном случае потерпевший лишается дальнейшего доступа к
правосудию в целях защиты своих прав и законных интересов. По данному
вопросу подлежит уточнению и правовая позиция Конституционного Суда РФ,
отраженная в Постановлении Конституционного Суда РФ от 8 декабря 2003 г.
№ 18-П
1
.
По общему правилу под свидетелем понимается не являющееся
обвиняемым (подозреваемым, потерпевшим, экспертом или специалистом)
физическое лицо, которому могут быть известны какие-либо обстоятельства,
имеющие отношение к возбужденному уголовному делу, вызванное
(допрашиваемое в соответствии с ч. 1 ст. 187 УПК РФ в месте его нахождения)
уполномоченным на то должностным лицом (органом или защитником) в целях
получения от него в процессе производства следственного (судебного)
действия показаний, вплоть до окончания производства по уголовному делу
2
.
Однако законодатель в ч. 1 ст. 56 УПК РФ, которая собственно и
посвящена понятию свидетеля, дает несколько более упрощенный вариант
определения понятия «свидетель». Он пишет, что свидетель - это лицо,
которому могут быть известны какие-либо обстоятельства, имеющие значение
для расследования и разрешения уголовного дела, и которое вызвано для дачи
показаний.
1
Постановление Конституционного Суда РФ от 8 декабря 2003 г. № 18-П «По делу о
проверке конституционности положений статей 125, 219, 227, 229, 236, 237, 239, 246, 254,
271, 378, 405 и 408, а также глав 35 и 39 Уголовно-процессуального кодекса Российской
Федерации в связи с запросами судов общей юрисдикции и жалобами граждан» //
КонсультантПлюс : справочная правовая система / разраб. НПО «Вычисл. математика и
информатика». – Москва : Консультант Плюс, 1997-2008. – Режим доступа :
http://www.consultant.ru. - 10.12.2014.СПС «КонсультантПлюс».
2
Рыжаков А.П. Первый комментарий к Правилам защиты сведений об осуществлении
государственной защиты потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного
судопроизводства. М., 2009. С. 45.