64
В целом по России пресечено 1,2 тыс. (-24,3%) преступлений в сфере
организации незаконной миграции (ст. 322.1 УК РФ), установлено 965 лиц (-
12,2%), их совершивших.
Выявлено 31,9 тыс. уголовно наказуемых фактов (+ 55,5%) фиктивной
постановки на учет иностранного гражданина или лица без гражданства по
месту пребывания в жилом помещении в Российской Федерации87 и почти
20 тыс. виновных в них лиц (+ 63,8%).
Продолжена реализация Государственной программы по оказанию
содействия добровольному переселению в Российскую Федерацию
соотечественников, проживающих за рубежом. Принято 84,5 тыс. заявлений
(-9,4%) об участии в Государственной программе, в том числе более 44,2 тыс.
заявлений – в уполномоченных органах за рубежом (52,3% от всех
заявлений).
Подразделениями по вопросам миграции первично оформлено 34,3
тыс. (-31,1%) свидетельств участника Государственной программы. На учет
поставлено 118,6 тыс. участников с членами семей.
В числе переселившихся граждане Армении (10,7%), Казахстана (27%),
Украины (26,7%) и Таджикистана (11,0%). Из них лица трудоспособного
возраста составляют 73,8%, дети – 21,8%. Следует отметить, что в регионы,
являющиеся территориями приоритетного заселения, переселяется
незначительное количество соотечественников, их доля постоянно снижается
(2014 г.: 9,7%; 2015 г.: 7,6%; 2016 г.: 5,7%; 2017 г.: 4,6%).
Необходимо помнить, что проблема нелегальной миграции сказывается
на многих сферах жизни. В частности, незаконно находящиеся на территории
России граждане не платят налоги со своих доходов, повышают уровень
безработицы среди коренного населения
1
. Чтобы не усугублять ситуацию,
российским работодателям необходимо нанимать иностранцев с
соблюдением действующего законодательства. В частности, оформлять для
1
Журавлев М.П. Преступления против порядка управления // Уголовное право России.
Части Общая и Особенная: Учебное пособие / Под ред. А.И. Рарога. 5-е изд., перераб. и
доп. М., 2017. С. 650.
65
граждан других стран рабочие визы, патенты и разрешения, заключать
трудовые договоры и так далее.
Пробелы в знании масштабов и характера миграционной преступности
следует устранять
1
.
Во-первых, необходимо совершенствовать методику расчета общего
количества преступников-иностранцев. Практически преступность
иностранцев у нас в стране представлена преступностью незаконных
мигрантов. Количество незаконных мигрантов в разы превосходит
численность законных, и их криминальная активность выше преступной
активности легальных мигрантов из-за рубежа.
Преступность мигрантов-иностранцев обычно характеризуют по
данным о раскрытых преступлениях. В принципе это верно. Но эти данные
не позволяют получить полное представление о масштабах преступности
иностранцев и такой важной ее составляющей, как преступность незаконных
мигрантов - граждан зарубежных стран.
Даже простая экстраполяция структуры раскрытых преступлений по
признаку гражданской принадлежности выявленных лиц на нераскрытую
часть зарегистрированных преступлений показывает, что общее количество
преступников-мигрантов и совершенных ими преступлений в два раза
превосходит цифру, получаемую при анализе сведений о раскрытых
преступлениях и выявленных лицах.
Во-вторых, важным шагом в выявлении реальных параметров
преступности иностранцев и ее общественной опасности являются расчеты
ее коэффициентов. Решение этой проблемы упирается в отсутствие
надежных данных о количестве пребывающих в стране иностранцев.
Количество иностранцев, находящихся на территории России на законных
основаниях, по крайней мере на порядок ниже их реального количества.
Имеющиеся оценки истинных размеров их численности, оглашаемые
1
Стромов В.Ю. Эффективность наказания за преступления против Государственной
границы России // Преступность в изменяющемся мире и проблемы оптимизации борьбы
с ней / Под ред. проф. А.И. Долговой. М., 2016. С. 296.
66
миграционной службой, можно использовать для выведения указанных
коэффициентов.
В-третьих, необходимо уточнять степень общественной опасности
преступности иностранцев. Это позволяет получить более ясное
представление о создаваемой ею угрозе миграционной безопасности России.
В этих целях следует использовать расчеты уровня и динамики
индикативной группы преступлений и ее доли в индикативной группе всех
совершаемых в стране преступлений, их соотношения с аналогичной группой
преступлений, совершаемых мигрантами-россиянами и местными жителями.
Сразу следует предупредить, что эти расчеты дают неоднозначные
результаты. Но делать их необходимо ради объективности в оценке
миграционной преступности.
В индикативную группу преступления в настоящее время мы включаем
следующие наиболее опасные и распространенные из них: убийство,
умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, изнасилование, кража,
грабеж и разбой
1
.
Новая уголовная политика и разработанный на ее основе УК
Российской Федерации 1996 г. и новая следственно-судебная практика
«развели» большую часть деяний, ранее квалифицировавшихся по ст. 206 УК
РСФСР 1960 г., по другим составам преступлений, или они были вовсе
декриминализированы.
При сравнении современных данных с данными до 2001 г. из
индикативной группы следует исключить кражу, так как в 2002 - 2003 гг.
резко изменилась криминализация деяний, представляющих собою тайное
хищение чужого имущества. Это привело к резкому снижению количества
учитываемых краж.
Как уже говорилось, иностранцами в 2019 г. совершено 3,2% всех
зарегистрированных преступлений. Если брать данные о количестве
1
Щербаков А.В. Уголовно-правовые проблемы противодействия преступности на
Государственной границе Российской Федерации // Преступность в изменяющемся мире и
проблемы оптимизации борьбы с ней / Под ред. проф. А.И. Долговой. М., 2016. С. 287.
67
преступлений индикативной группы, то на долю иностранцев в том же году
приходилось 2,1% от них.
В структуре всех совершенных иностранцами преступлений доля
индикативной их группы составила в 2019 г. 26,6%, тогда как в
преступлениях, совершенных местными жителями, - 39,1%, а мигрантами-
россиянами - 39,4%. Не будем на этом основании спешить с выводом о том,
что преступность иностранцев содержит в себе значительно меньшую
общественную опасность, в сравнении с преступностью россиян.
Следует учитывать два обстоятельства. Одно из них состоит в том, что
темпы прироста индикативной группы преступлений (без краж),
совершенных иностранцами в России с 1997 по 2017 г. были почти в два раза
выше, чем совершенных местными жителями. Прирост преступлений
индикативной группы, совершенных иностранцами, составил 51,1%, а
местными жителями - 27,1%.
Другое обстоятельство связано с коррективами, которые следует
внести в оценку преступности мигрантов, обусловленными наличием группы
преступлений, совершение которых иностранцами связано с их социально-
правовым статусом пребывания в России. Это четвертая особенность
методики анализа преступности иностранцев
1
.
В преступности иностранцев следует выделять блок формально- и
фактически-статусных видов преступлений.
Под формально-статусными преступлениями следует понимать
уголовно наказуемые деяния, связанные с особым правовым статусом
мигрантов-иностранцев в сравнении с местными жителями. В настоящее
время таким преступлением является незаконное пересечение
Государственной границы Российской Федерации (ст. 322 УК РФ
2
).
1
Прудников А.С., Акимова С.А. Нелегальная миграция и административно-правовая
ответственность за отдельные правонарушения в сфере миграции // Lexrussica. 2013. N 9.
С. 953 - 960.
2
Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 N 63-ФЗ (ред. от 07.04.2020).
68
Фактически-статусным преступлением является уголовно наказуемое
деяние, которое реально, на практике в массовом порядке совершается
иностранцами в силу их правового статуса. Он как бы вынуждает их
совершать такие деяния.
В российских условиях таким характерным для иностранцев
преступлением является предусмотренное ч. 3 ст. 327 УК РФ использование
заведомо подложного документа. Поскольку статотчетность не выделяет в
качестве самостоятельного показателя совершение иностранцами
преступлений, предусмотренных ст. 322 и ч. 3 ст. 327 УК РФ, постольку при
оценке общественной опасности преступности иностранцев в сравнении с
преступностью мигрантов-россиян и местных жителей целесообразно из
всего массива зарегистрированных преступлений исключать преступления,
входящие в главу 32 УК РФ
1
.
Ошибка будет незначительной, так как основную массу преступлений,
относящихся к главе 32 УК РФ, совершенных иностранцами, составляют
случаи использования ими поддельных документов (ч. 3 ст. 327 УК РФ).
Аргументом в пользу использования этого методического приема при
сравнении преступности иностранцев с преступностью мигрантов-россиян и
местных жителей служит факт крутых перемен в уголовной политике в
области выявления и привлечения иностранцев к уголовной ответственности
за использование поддельных документов для легализации своего
пребывания в России и получения работы. Об этом свидетельствуют, в
частности, следующие данные. В целом с 1997 по 2019 г. количество
зарегистрированных преступлений, входящих в главу 32 УК РФ,
совершенных иностранцами, возросло в 6 раз (+482,5%), а местными
жителями - только на четверть (+26,9%).
Сочетание методических приемов расчета изменений индикативной
группы преступлений и исключения из всей массы совершенных
преступлений тех из них, которые относятся к главе 32 УК РФ, позволяет
1
Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 N 63-ФЗ (ред. от 07.04.2020).
69
показать, что общественная опасность преступности иностранцев в
сравнении с преступностью местных жителей возрастает главным образом за
счет увеличения в ней количества совершаемых ими наиболее опасных и
распространенных преступлений.
Количество совершенных иностранцами и местными жителями в целом
менее опасных преступлений, при исключении из общей массы
преступлений, относящихся к индикативной группе, а также к главе 32 УК
РФ, с 1997 по 2019 г. увеличилось незначительно и сходными темпами:
совершенных иностранцами - на 10,8%, а местными жителями - на 8,3%, в то
время как совершенных иностранцами преступлений индикативной группы,
как было уже показано, возросло в полтора раза, а местными жителями - на
четверть.
В-пятых, необходимо учитывать, что масса пребывающих в России
мигрантов отличается от местного населения по многим социально-
демографическим показателям, прежде всего по своей половозрастной
структуре. В основном прибывают к нам мужчины активного, зрелого
возраста. Среди мигрантов-иностранцев очень низок процент
несовершеннолетних, лиц предпенсионного и пенсионного возраста,
женщин. Поэтому в принципе следует сравнивать преступность мигрантов-
иностранцев с преступностью местных жителей тех же половозрастных
групп, которые доминируют в половозрастной структуре находящихся в
России иностранцев
1
.
Методика таких расчетов пока что не отработана. Но в
иллюстративных целях можно сравнить коэффициент преступной активности
иностранцев, например, с аналогичным коэффициентом местного населения.
Видно, что различия в коэффициентах преступной активности между
иностранцами и местными жителями нивелируются. Расчетный коэффициент
преступной активности иностранцев в 2019 г. находился на уровне 1100 на
1
Андриченко Л.В. Миграционное законодательство Российской Федерации: тенденции
развития и практика применения / Л.В. Андриченко, И.В. Плюгина. Москва: Норма;
ИНФРА-М, 2019. 391 с.
70
100 тыс. человек. Коэффициент преступной активности в целом на все
население РФ равнялся в том же году 1071, а в возрастной группе 18 лет и
старше - 1214, т.е. был выше, чем по группе иностранцев.
Результаты этого сопоставления иллюстрируют обоснованность
гипотезы наличия менее существенных различий между преступностью
иностранцев и местных жителей, если сравнивать их по преступной
активности конкретных половозрастных групп, при этом преступность
мигрантов, очевидно, будет выглядеть не столь «устрашающе», но зато мы
получим возможность более объективно ее оценивать как угрозу
миграционной безопасности.
Совершенствование методики изучения преступности иностранцев
обеспечивает более взвешенный подход к оценке создаваемых ей угроз,
помогает выявлять в ней реально наиболее общественно опасные
компоненты
1
.
Использование упрощенных методик анализа миграционной
преступности, основывающихся на одном-двух методических приемах,
может приводить к ошибочным выводам о состоянии преступности приезжих
и, соответственно, неверным шагам в противодействии ей.
Развитие методики позволяет объективизировать информационно-
аналитическую базу миграционной политики, определения направлений и
разработки средств противодействия преступности иностранцев, в том числе
незаконных мигрантов.
Незаконная миграция - явление комплексное, которое сопровождает
многие социально-экономические процессы, оказывает на них определенное
влияние, в том числе порождая и продуцируя правонарушения.
Уполномоченные органы в пределах своей компетенции активно участвуют в
противодействии незаконной миграции, стараясь оперативно реагировать на
каждый соответствующий факт, но по известным причинам сталкиваясь
1
Андриченко Л.В. Миграционное законодательство Российской Федерации: тенденции
развития и практика применения / Л.В. Андриченко, И.В. Плюгина. Москва: Норма;
ИНФРА-М, 2019. 391 с.
71
только со своей частью "пазла". Между тем только панорамный подход
позволяет увидеть реальные масштабы проблемы, понять основные точки ее
роста и после чего на основании результатов предметного научного анализа
дать оценку современному законодательству в разрезе реальных
потребностей правоприменительной практики.
Таким образом, результаты проведенного исследования показывают:
1. В настоящее время в Российской Федерации масштабы
правонарушений, связанных с незаконной миграцией, являются
значительными и, к сожалению, имеют потенциал роста.
Активизация деятельности уполномоченных органов власти влияет в
определенной степени на состояние законности в этой сфере, позволяя
купировать усугубление ситуации на фоне развития неблагоприятных
последствий, что, впрочем, не исключает необходимости в целом
совершенствования работы на данном направлении и в частности
совершенствования регламентации уголовной ответственности за нарушение
миграционного законодательства.
2. Поскольку данные статистической отчетности не фиксируют
позитивных изменений в состоянии законности, полагаем, назрела
необходимость перехода на качественно новый уровень противодействия
незаконной миграции, что невозможно без устранения имеющихся
недостатков и упущений в организации работы уполномоченных органов
власти при осуществлении контрольных мероприятий, реализации
полномочий по уголовному преследованию правонарушителей,
межведомственного взаимодействия, включая вопросы информационного
обмена и др.
Поиск эффективных мер противодействия соответствующим
негативным явлениям должен выстраиваться на основе объективной оценки
ситуации с учетом возможностей всех звеньев системы государственной
миграционной политики - законодательных органов власти, МВД,
72
уполномоченных органов юрисдикции, региональных и местных властей,
институтов гражданского общества и населения в целом.
Внедрение новых технологий учета мигрантов и совершаемых ими
правонарушений, оптимизация документооборота между различными
ведомствами при обеспечении авторизованного доступа компетентных
органов к имеющимся базам данных, координация усилий по
противодействию незаконной миграции, наряду с всесторонней научной
проработкой ключевых направлений работы, позволят перейти в этой связи к
более слаженным целенаправленным действиям.
3. Разумеется, современные реалии социально-экономической жизни и
государственной политики не позволяют определить с высокой точностью
основной вектор развития ситуации в сфере миграционных отношений на
среднесрочную и длительную перспективу.
Поэтому при совершенствовании уголовного законодательства
необходимо соблюдать разумный прогностический подход, что невозможно
без опоры на результаты систематического мониторинга и научного анализа
положительного опыта и возникающих проблем противодействия
незаконной миграции.
3.2 Перспективы развития уголовной ответственности за
нарушение миграционного законодательства в РФ
Ключевое влияние на формирование, изменение, преобразование
общественных отношений во все времена оказывало государство. Используя
различные правовые средства (методы и способы воздействия), государство
преобразует построение общественных отношений для удовлетворения
потребностей субъектов, в том числе субъектов миграционных
правоотношений. В свою очередь, право, как разностороннее явление,
73
обязано упорядочивать общественные отношения в сфере миграции, и, как
известно, право можно рассматривать с различных сторон
1
.
Право - это и особенное социальное явление общественного развития,
составляющий элемент культуры, критерий свободы и справедливости, право
квалифицируется как цель по отношению к обществу, обретая мощное
социальное значение.Следует отметить, что вопросы противодействия
незаконной миграции в Российской Федерации подвергаются постоянному
мониторингу и научному анализу. В целом факт прямого влияния незаконной
миграции на все сферы общественной жизни становится аксиоматичным.
Оценивая основные тенденции развития правового регулирования
российского законодательства, в том числе в сфере миграции, следует
отметить, что оно в настоящее время идет по пути нормативной
консолидации, актуализированной основными направлениями развития
общественной жизни, нуждающимися во всестороннем правовом
обеспечении.Выделяя виды правовых средств, регулирующих миграционные
правоотношения, их можно подразделить следующим образом:
1) по действию - регулятивные и защитные (Закон N 115-ФЗ
устанавливает порядок доступа иностранцев на территорию Российской
Федерации, порядок учета и контроля за их проживанием, вводит
ограничения, связанные с их трудовой деятельностью, предусматривает
институт высылки (депортации) иностранных граждан с территории России);
2) предмету регулирования - конституционные, гражданско-правовые,
административные, уголовные;
3) характеру - консультативные (рекомендации по предотвращению и
исправлению нарушений прав мигрантов, где бы они ни происходили) и
методические (выдворение, депортация);
4) значимости последствий - простые (административный штраф и т.д.)
и сложные (за совершение или организацию незаконного въезда в
1
Балашова Т.Н. Конституционно-правовое регулирование миграции в современной
России: проблемы теории и практики: Автореферат диссертации доктора юридических
наук / Т.Н. Балашова. Саратов, 2016. 42 с.