15
увеличилась и доля на рынке крупнейших ВИНК: на долю 5 крупнейших
компаний («Роснефть», «ЛУКОЙЛ», «Сургутнефтегаз», «Газпром» и
«Татнефть») в 2018 г. пришлось 80,4% добычи нефти. Сектор малых и средних
нефтедобывающих компаний остается развитым относительно слабо. На
компании с объемом добычи нефти до 2,5 млн. т. в год (до 50 тыс. барр. в сутки)
в России приходится лишь 3% добычи (для сравнения: в США, где сектор малых
и средних нефтедобывающих компаний продемонстрировал свою
эффективность, доля компаний с объемом добычи до 50 тыс. барр. в сутки в
общей добыче нефти составляет 46%). [27, с. 30]
При этом по состоянию на 01.01.2019 г., количество организаций,
осуществляющих добычу природного и попутного нефтяного газа на территории
страны увеличилось на 11 до 268 организаций. Из них
16 предприятий - структуры группы Газпром, 85(+4) - входит в структуру
нефтяных ВИНК, 5(+1) - принадлежат ПАО «НОВАТЭК», 159(+6) - являются
независимыми производителями и 3 - работают на условиях соглашения о
разделе продукции (СРП).
Важной тенденцией развития отечественного НГК продолжает оставаться
рост доли государства. [26, с. 19]
Помимо изложенного, в числе существенных проблем нефтегазовой
отрасли России, как отмечают В.В. Калинов и Е.В. Бодрова, необходимо также
отметить:
рост себестоимости добычи нефти на новых месторождениях;
ухудшение качества запасов нефти, снижение объемов разведочного
и эксплуатационного бурения;
низкий коэффициент извлечения нефти;
высокую капиталоемкость поддержания и наращивания добычи, при
изымании значительной части прибыли от повышения цен на нефть;
высокую степень износа трубопроводных мощностей. [16, с. 135]
В ряду негативных факторов значительная часть авторов указывает и на
недостаточную проработанность государственной политики
16
в нефтегазовой сфере.
Текущее состояние, проблемы и тенденции отечественного НГК
обуславливают и дальнейшие прогнозы, и перспективы его развития.
Во-первых, ряд авторов отмечает, что в условиях избыточного
предложения нефти в 2016-2017 гг., обусловленного в т.ч. ростом добычи
нетрадиционных запасов, падение цен на нефть ухудшило прибыльность отрасли
и привело к резкому сокращению новых инвестиций в производство. [21, с. 119]
Это усилит вероятность глобального кризиса предложения нефти с 2018 года и
далее. Более половины мировых запасов нефти достигли своего пика добычи и в
настоящее время являются послепиковыми. Открытие нефтяных месторождений
упало до рекордно низкого уровня, поскольку компании продолжали сокращать
расходы, а прирост добычи за счет новых нефтяных проектов был самым низким
за последние 70 лет.
Во-вторых, в конце 2018 г. на СПбМТСБ состоялся запуск торгов
поставочными фьючерсными контрактами на российскую экспортную нефть
«Юралс». В 2017 г. торговля фьючерсами набирала дальнейшие обороты. В
перспективе, по мере признания контракта и на основе привлеченной
ликвидности, возможен запуск фьючерсов с альтернативными валютами
котировок: российский рубль, евро, юань. [26, с. 29]
В-третьих, в перспективе мировой спрос на нефть будет расти, что
позволяет России сохранить и даже увеличить текущие объемы нефтяного
экспорта. При этом изменение географической структуры мирового спроса на
нефть делает необходимыми диверсификацию направлений экспорта нефти,
расширение инфраструктурных возможностей увеличения ее поставок в
восточном направлении.
В-четвертых, в 2017 г. в сценарии «Соглашение 12 месяцев» ожидается
рост цены на нефть Brent до 55 долл./барр. (Urals до
53 долл./барр.), этот фактор определит рост доходов бюджета
на 1,9 трлн. руб., а укрепление рубля уменьшит этот эффект на 0,9 трлн. руб.
17
Таким образом, основным фактором увеличения нефтяных доходов бюджета в
2018 г. является рост цены на нефть, который в значительной степени обеспечен
заключением соглашения с ОПЕК о сокращении объемов производства.
В результате, по оценке ряда отечественных специалистов, как видно на рис. 2, в
2018 г. доходы бюджета от соглашения с ОПЕК значительно превысят потери от
сокращения добычи. Однако, поскольку сокращение будет больше, то и
дополнительные доходы бюджета снизятся по сравнению с 2017 г. [27, с. 52]
Рис. 2. Изменение доходов консолидированного бюджета в
различных сценариях соглашения с ОПЕК в 2017-2018 гг., трлн руб.
В-пятых, на взгляд целого ряда отечественных авторов, дальнейшее
развитие нефтяного сектора требует дальнейшего совершенствования
необходимых налоговых условий. [30, с. 229] Прежде всего, следует завершить
структурную реформу системы налогообложения этого сектора, включающей
поэтапное снижение экспортных пошлин на нефть
и нефтепродукты (вплоть до их полной отмены) и повышение НДПИ. Такая
реформа сократит субсидирование нефтеперерабатывающего сектора
и создаст реальные стимулы к его модернизации и повышению глубины
переработки нефти. Одновременно это сократит субсидирование Россией других
стран ЕАЭС и усилит стимулы к повышению эффективности использования
нефти внутри страны.
18
Для новых месторождений представляется целесообразным введение
специального налога на дополнительный доход (НДД), который обеспечит как
изъятие генерируемой природной ренты, так и необходимые условия для
инвестиций. В отличие от НДПИ и экспортной пошлины, основанных на
показателях валового дохода, НДД основывается на чистом доходе
и является существенно более гибким инструментом налогообложения.
НДД автоматически приводит налоговую нагрузку в соответствие
с условиями добычи нефти на каждом конкретном месторождении.
Тем самым создаются необходимые условия для инвестиций, в том числе
в разработку месторождений с повышенными производственными затратами.
В-шестых, целесообразно также развитие сектора малых и средних
нефтедобывающих компаний, которые могут быть эффективны при разработке
относительно небольших низкодоходных месторождений и трудноизвлекаемых
запасов. Это требует формирования соответствующего организационно-
правового режима, включая существенное снижение административных
барьеров. [31, с. 205]
В-седьмых, в России в условиях низких цен на нефть возможности
вовлечения в разработку новых месторождений и нетрадиционных запасов будут
существенно ограничены, так как инвестиции в наиболее высокозатратные
проекты будут экономически неэффективны (в первую очередь это относится к
проектам освоения месторождений на арктическом шельфе). В этих условиях
основой дальнейшего развития российского нефтяного сектора должны стать
традиционные запасы нефти на суше. Особое значение при этом приобретают
углубленная разработка действующих месторождений, повышение
коэффициента извлечения нефти (КИН). Возможности дополнительной добычи
нефти на таких месторождениях будут в значительной степени зависеть от
технологического прогресса в отрасли, развития импортозамещающих
технологий, повышения уровня нефтеизвлечения. [16, с. 137]
Таким образом, изучение современного состояния и перспектив
развития НГК позволило рассмотреть понятие нефтегазового комплекса, его
19
роль в мировой и отечественной экономике. Также выявлено, что на
российский рынок НГК влияют, как внешние, так и внутренние факторы. Они
формируют ту среду в которой развивается отечественный НГК. Динамика
развития рынка нефти и газа, а также санкции, введенные рядом западных стран
в отношении отечественного НГК оказывают значительное влияние на его
развитие. В 2018-2019 гг. низкие мировые цены на нефть и газ привели к
сворачиванию добычи нефти на высокозатратных месторождениях и снижению
инвестиций в разработку нетрадиционных запасов. Падение цен на нефть
побудило нефтедобывающие страны к действиям по ограничению объемов
добычи в конце 2018 г. Вторым важным фактором выступают показатели
добычи и переработки нефти и газа в РФ. В 2018 г. добыча нефти в России
достигла наивысшего уровня за период с 1990 г., а экспорт нефти был близок к
историческому максимуму. Однако, несмотря на падение цен на нефть и
введенные финансовые и технологические санкции, в России сохранялась
положительная динамика в добыче нефти. Положительное влияние на добычу
оказали осуществленные в последние годы инвестиции и девальвация рубля,
ввод в эксплуатацию нескольких крупных новых месторождений и
произведенные изменения в налоговой системе, стимулировавшие освоение
новых регионов добычи и углубленную разработку месторождений. Результаты
развития НГК свидетельствуют о положительных эффектах проводимого в
нефтяном секторе «налогового маневра» - структурной реформы системы
налогообложения нефтяного сектора. Среди новых тенденций следует выделить
увеличение глубины переработки нефти и снижение производства и экспорта
мазута, рост экспорта сырой нефти и сокращение объема переработки нефти. В
то же время условия добычи и переработки объективно ухудшаются,
рентабельность отрасли снизилась, инвестиции в новые проекты падают. Среди
важных внутренних факторов, оказавших значительное влияние на развитие
отечественного НГК следует отметить тот факт, что в 2018 г.
в нефтяном секторе произошла консолидация государственных активов и то, что
количество организаций, осуществляющих добычу природного и попутного
20
нефтяного газа на территории страны увеличилось. Важной тенденцией развития
отечественного НГК продолжает оставаться рост доли государства.
Для НГК характерен и ряд других существенных проблем. Текущее
состояние, проблемы и тенденции отечественного НГК обуславливают и
дальнейшие прогнозы, и перспективы его развития. Ожидается сокращение
новых инвестиций в производство, но увеличение нефтяных доходов бюджета в
2018 г. На взгляд целого ряда отечественных авторов, дальнейшее развитие
нефтяного сектора требует дальнейшего совершенствования необходимых
налоговых условий, целесообразно также развитие сектора малых и средних
нефтедобывающих компаний, основой дальнейшего развития российского
нефтяного сектора должны стать традиционные запасы нефти на суше. Это в
значительной степени зависит от технологического прогресса в отрасли,
развития импортозамещающих технологий, повышения уровня
нефтеизвлечения.
В связи с этим проведем более углубленное изучение содержания и
особенностей внедрения современных технологий в НГК.
1.2. Содержание и особенности внедрения современных технологий
в НГК
На современном этапе развития и внедрения в производственный процесс
различного рода нововведений, можно выделить по крайней мере два основных
направления внедрения инноваций в НГК: организационное и технологическое.
Современные технологии в НГК ориентированы, прежде всего,
на решение следующих проблем: [9, с. 159]
наращивание темпов добычи и повышение качества состояния
сырьевой базы;
расширение применения конкретных действующих инновационных
технологий;
снижение затрат на всем комплексе этапов производственного
21
процесса в НГК;
формирование современного производства, отвечающего широкому
комплексу требований современного международного и отечественного
природоохранного законодательства.
Основными направлениями внедрения технологических
и организационных инноваций в отечественный НГК выступают:
формирование в рамках производственного процесса практики
постоянного обновления процессов, характерных для добычи и переработки
нефти и газа, качественный рост результатов производственного процесса,
повышение ресурсоемкости использования нефти и газа, расширения сырьевой
базы;
повышение эффективности производственных процессов посредством
роста производственных мощностей, технических и экономических
характеристик продуктов переработки нефти и газа;
рост автоматизации и механизации производственных процессов, в том
числе за счет внедрения и развития АСУ (автоматизированных систем
управления) технологическими процессами в нефтепереработке;
внедрение организационных инноваций для роста эффективности
стратегического и оперативного управления производственными процессами в
НГК.
На текущем этапе развития НГК, по мнению большинства отечественных
авторов, наиболее негативное влияние на внедрение технологий в НГК
оказывают санкции.
Как пишут Д.С. Лунина и Р.Ю. Покровская, санкции, ограничивающие
доступ к кредитным ресурсам, инвестициям и технологиям, наносят серьезный
урон устойчивому развитию и глобальной конкурентоспособности ТЭК.
[21, с. 119]
Рядом развитых стран установлен запрет на поставку в Россию
оборудования и технологий для разработки трех категорий месторождений: для
месторождений на арктическом шельфе, глубоководных месторождений и
22
месторождений сланцевой нефти. Все три категории проектов критически
зависят от зарубежных технологий. В то же время для проектов освоения
месторождений на арктическом шельфе и глубоководных месторождений, в
которых инвестиционный цикл достаточно длительный, негативный эффект от
их блокировки может проявиться лишь в долгосрочной перспективе.
В условиях же низких цен на нефть реализация большинства проектов этой
категории откладывается из-за их экономической неэффективности.
Также следует отметить, что технологии, используемые для разработки
сланцевых месторождений (горизонтальное бурение, гидроразрыв пласта),
применяются при разработке месторождений традиционной нефти, прежде
всего, на месторождениях с высокой степенью выработанности запасов для
более полного извлечения нефти. Поэтому запрет на поставку оборудования для
горизонтального бурения и гидроразрыва является реальным ограничением с
точки зрения возможностей углубленной разработки действующих
месторождений.
При этом, собственно потенциал дополнительной добычи на
действующих месторождениях за счет их более углубленной разработки весьма
значителен. КИН в России составляет лишь 28%, что значительно ниже среднего
мирового уровня (для сравнения: в США значение данного коэффициента
находится в диапазоне 35-43%, в Норвегии - 46%). [30, с. 223]
В качестве дополнительного негативного фактора следует отметить
и тот факт, что состояние ресурсной базы текущих активов российских
компаний характеризуется ухудшением структуры промышленных запасов
ввиду нахождения большинства месторождений в поздней стадии разработки.
Повышение эффективности разработки достигается увеличением
высокотехнологичного бурения и применением третичных методов повышения
нефтеотдачи.
Восточная Сибирь мало изучена, плохая транспортно-логистическая
инфраструктура ограничивает темпы роста ее освоения, текущие экономические
условия накладывают свой отпечаток на сдерживание экстенсивного развития
23
сырьевой базы. Одним из стратегических направлений развития российских
нефтяных компаний является разработка трудноизвлекаемых и нетрадиционных
запасов в регионах с развитой инфраструктурой.
Очевидно, что, в первую очередь, требуются отечественные технологии в
этой сфере, поскольку в условиях низких мировых цен на нефть и действия
технологических санкций углубленная разработка традиционных
месторождений приобретает особое значение для поддержания добычи и
экспорта нефти в РФ.
Помимо этого, в числе существенных проблем инновационного развития
нефтегазовой отрасли России, как отмечают В.В. Калинов и
Е.В. Бодрова, необходимо также отметить: [9, с. 163]
низкий технологический уровень предприятий нефтегазового
машиностроения;
отсутствие новейших технологий для освоения морских
месторождений и др.
В целях решения проблем, препятствующих развитию и внедрению
современных технологий в НГК, множество авторов предлагают определенные
комплексы мер по их решению.
Большинство отечественных авторов в своих современных исследованиях
данной проблемы отмечают, что на первом месте здесь стоит скорейшее
импортозамещение, которое должно пониматься шире, чем просто замена одних
технологий и оборудования другим. [25] Нужно создание отечественных и
адаптирование зарубежных технологий по всей «цепочке» - от добычи до
переработки нефти и газа, развитие отечественного нефтесервиса,
экономическое и научно-техническое сотрудничество с государствами, не
поддержавшими санкции, ускорение интеграционных процессов в рамках
Евразийского экономического союза.
Это обосновано, например, по мнению В. Хакова, тем фактом, что в
отдельных направлениях нефтегазовой отрасли технические санкции имеют
сильный негативный эффект, поскольку около 90% ключевых технологий
24
добычи углеводородов на шельфе - иностранные. Так что решение российских
нефтегазовых компаний приостановить ряд проектов в этом направлении
вызвано в первую очередь технологическими проблемами, а уже потом
экономическими причинами. [37]
На традиционную добычу технологические санкции практически не
повлияли, а в сланцевых проектах российские компании сумели частично
адаптироваться после выхода иностранных партнеров и подрядчиков
и продолжить их реализацию. Например, «Сургутнефтегаз» и «Газпром нефть»
продолжают разработку таких месторождений.
Текущим трендов в исследуемой сфере выступает тот факт, что
в настоящее время отечественные нефтяные компании, чтобы не вкладывать
огромные суммы в разработку своих технологий, согласны на полулегальное
использование западных.
В то же время на отечественные нефтесервисные предприятия санкции
повлияли даже положительно, потому что власти и нефтегазовые компании
начали более активно заниматься импортозамещением, обращать внимание на
российских игроков и разрабатывать меры поддержки их качественного
развития. Уже есть конкретные примеры импортозамещения - и по технологиям,
и по продукции, продолжает он. Например, по системам телеметрии для
наклонного и горизонтального бурения. Но даже при наличии определенных
успехов эффективность политики импортозамещения значительно снижается из-
за закрытости процесса и отсутствия информации по ее реализации и участию в
ней, а также непривлечения к ней многих передовых российских сервисных
и производственных компаний.
В России даже нет собственного программного обеспечения для
суперкомпьютерных вычислений, необходимых для обработки данных
геологоразведки, и эту проблему также нужно решать.
Ряд современных отечественных авторов отмечают, что немаловажным
трендом внедрения новых технологий в российский НГК выступает
необходимость обновления ОПФ по линии стимулирования экологических