63
По версии следствия, Д. и Ф. - главный бухгалтер этого ОАО, в
нарушение Положения по бухгалтерскому учету, утвержденного приказом
Минфина РФ от 10 декабря 2002 года № 26н (далее - ПБУ 19/02), неверно
произвели расчет чистой прибыли за 2013 год, в результате чего увеличили ее
на 10 млрд. рублей. Указанные лица включили в бухгалтерскую отчетность
Общества стоимость акций его дочерних компаний, установленную
государством на момент их внесения в уставный капитал Общества (2004 г.).
Между тем, по мнению органов следствия, на конец отчетного периода акции
этих компаний следовало учитывать по их рыночной стоимости,
сформировавшейся на бирже, которая на дату составления отчетности (2013 г.)
обесценилась. Позднее, на основании неверно рассчитанной прибыли, Д. и
другие члены Правления получили завышенные премии за 2013 год на 202 944
000 рублей. Из названной суммы 88 280 638 рублей Д. присвоил себе, а
оставшиеся деньги совместно с Ф. растратил в пользу других лиц (членов
правления Общества).
Оставляя без подробного анализа другие признаки хищения
(примечание 1 к ст. 158 УК РФ), остановимся лишь на одном из них -
противоправности. Присвоение (как и растрата) имеет место лишь при условии,
что у виновного лица отсутствует право на имущество, обращенное в его
пользу (или пользу иных лиц).
1
Д. на протяжении всего процесса расследования
в отношении его уголовного дела утверждал, что он и Ф. руководствовались
действовавшим на момент составления отчетности Положением по
бухгалтерскому учету «Бухгалтерская отчетность организации», утвержденного
приказом Минфина РФ от 6 июля 1999 года № 43н (далее - ПБУ 4/99). Данное
Положение разрешало на основании части 1 статьи 30 Федерального закона «О
бухгалтерском учете», в отступление от пункта 20 ПБУ 19/02, указывать в
учете ту стоимость акций дочерних компаний, по которым они были внесены
государством в уставный капитал Общества (в 2004 г.). При этом к
1
Хилюта В.В. Хищение: понятие, признаки, проблемы квалификации: монография. –
Гродно: ГрГУ, 2011. С. 260.
64
бухгалтерскому балансу и отчету о финансовых результатах за 2013 год
обязательно должно было быть приложено пояснение, оговаривающее данное
обстоятельство.
Следует отметить, что указанные нормы при составлении и утверждении
отчетностей, а также начисления премий председателю и членам правления
Общества были соблюдены в полной мере, о чем свидетельствуют имеющиеся
в материалах дела заключения ревизионной комиссии, аудиторов и
специалистов.
Примечательно, что подход о правомерности отступлений от ПБУ 19/02
при отражении в бухгалтерской отчетности финансовых вложений получил
применение в практике деятельности ряда публичных компаний («Аэрофлот -
Российские авиалинии», «Роснефтегаз» и др.). Более того, этот же подход
продолжал применяться в деятельности Общества и после привлечения к
уголовной ответственности его бывших руководителей - Д. и Ф.
1
Таким образом, действия Д. нельзя квалифицировать как
противоправное обращение чужого имущества в свою пользу, поскольку они не
противоречат действующему законодательству. В свою очередь, отсутствие
противоправности в действиях Д., а стало быть, и осознания им
противоправности (как обязательного интеллектуального элемента умысла
виновного лица при совершении хищения [2, с. 385-386]) своих действий,
делают невозможным обвинение его в присвоении чужого имущества.
2. Г. было предъявлено обвинение в совершении мошенничества,
предусмотренного частью 4 статьи 159 УК РФ, то есть хищения чужого
имущества путем обмана, совершенного в особо крупном размере. По версии
следствия, Г. представил по месту своей работы в ООО <.> (далее - Общество)
ложные сведения, на основании которых ему, в связи с досрочным
расторжением трудового договора, произведена незаконная выплата денежной
компенсации в размере четырех миллионов рублей.
1
Кочои С.М. Указ. соч. С. 182.
65
Согласно трудовому договору (далее - договор), которым Г. принят на
работу, он «может быть прекращен досрочно» при определенных
перечисленных в нем случаях. Согласно пункту 6.4. договора в случае
«досрочного расторжения настоящего Договора по решению уполномоченного
органа Общества, при отсутствии виновных действий (бездействия) со стороны
Работника, а также в связи со сменой собственника Общества Работнику
выплачивается компенсация в размере трехкратного среднемесячного
заработка».
Из цитируемого текста следует, что в нем речь идет о любом,
предусмотренном договором, досрочном его расторжении, независимо от того,
по чьей инициативе оно происходит. Также из приведенного текста следует,
что досрочное расторжение договора с работником влечет принятие
уполномоченным органом Общества решения о выплате компенсации. При
этом вынесение подобного решения является не правом, а обязанностью
уполномоченного органа Общества. Условием невыполнения данной
обязанности является только виновное, предшествовавшее досрочному
расторжению договора, поведение работника.
Из материалов дела следует, что Г., составив протокол заседания Совета
директоров Общества, указал то, что не противоречит положениям трудового
договора, то есть, что трудовой договор расторгается по инициативе
председателя Совета директоров Общества. Он таким образом не сообщал
заведомо ложных, не соответствующих действительности сведений и не
совершал действий, направленных на введение собственников Общества в
заблуждение. Никакого «информационного воздействия»
1
с целью заставить
потерпевшего передать не принадлежащее ему имущество Г. не совершал. В
этой связи указанное им в протоколе обстоятельство никакого уголовно-
правового значения не имеет, поскольку, как уже было сказано, при любом
досрочном расторжении договора (п. 6.4. ), независимо от того, по чьей
1
Лопашенко Н.А. Посягательства на собственность – М.: Норма: ИНФРА-М, 2012. С. 112.
66
инициативе такое расторжение происходит, ему полагается денежная
компенсация.
Из изученных материалов уголовного дела также не усматривается, что
Г. имел прямой умысел на совершение мошенничества. Указав в проекте
протокола инициатора расторжения трудового договора с ним, он был уверен в
отсутствии противозаконности своих действий, поскольку данный договор не
ставил получение им компенсации в зависимость от того, кто инициировал его
расторжение.
По версии следствия, Г., внеся изменения в протокол собрания Совета
директоров Общества, преследовал цель «незаконного личного обогащения»,
однако стремление получить предусмотренную трудовым договором
компенсацию в связи с предстоящим увольнением цели «незаконного личного
обогащения» не может образовать, то есть изложенные в материалах дела
обстоятельства не могут свидетельствовать об умысле на обман, являющийся
необходимым признаком состава преступления, предусмотренного статьей 159
УК РФ.
Таким образом, действия обвиняемого не содержат ни обмана, ни
умысла на его использование для хищения чужого имущества. Имеющиеся в
материалах дела обстоятельства в совокупности ставят под сомнение вывод
органов следствия о совершении Г. мошенничества.
3. Приговором районного суда В. осужден по части 4 статьи 160 и части
4 статьи 159 УК РФ. Он признан виновным в совершении двух преступлений:
присвоения, совершенного с использованием своего служебного положения, в
особо крупном размере, и мошенничества, то есть приобретения права на чужое
имущество путем злоупотребления доверием, совершенного с использованием
своего служебного положения, в особо крупном размере.
Апелляционным определением Судебной коллегии по уголовным делам
суда области приговор районного суда оставлен без изменения, а
апелляционные жалобы адвокатов - без удовлетворения. На состоявшиеся
судебные решения подана кассационная жалоба, содержащая просьбы о
67
передаче уголовного дела по обвинению В. для рассмотрения в судебном
заседании суда кассационной инстанции, об отмене состоявшихся судебных
решений и передаче уголовного дела в суд первой инстанции на новое судебное
рассмотрение. По итогам рассмотрения кассационной жалобы вынесено
постановление судьи областного суда «о передаче кассационного
представления» для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной
инстанции.
1
В теории уголовного права принято считать, что при присвоении не
происходит изъятия чужого имущества, поскольку оно вверено виновному,
находится в его ведении.
2
То есть изъятие имущества при присвоении
исключается. Несмотря на эту, казалось бы, простую истину, в постановлении
судьи областного суда было выражено несогласие с тем, что районный суд в
приговоре не указал «каким образом происходило изъятие и присвоение»
виновным векселей. И это при том, что из приговора районного суда следовало,
что в случае с хищением векселей В. их незаконно не изымал из собственности
Общества, поскольку они находились в его правомерном владении. Он обратил
их в свою пользу. Такая же схема имела место в случае совершения хищения
наличных денежных средств. Ему не было необходимости их изымать из
собственности Общества. Владея ими правомерно, в последующем В. обратил
их в свою пользу.
Далеко не бесспорными были суждения судьи областного суда также об
осуждении нижестоящим судом В. за мошенничество. По его мнению, В.
приобрел право на чужое помещение путем договора купли-продажи, и
районным судом «не учтено, что данные сделки могут быть оспорены в
гражданско-правовом порядке», при этом сделки по данному имуществу с
участием В. Арбитражным судом области ранее уже были признаны
недействительными.
1
Обзор надзорной практики судебной коллегии по уголовным делам, утв. Президиумом
Верховного Суда РФ 7 апреля 2017 г. // Бюллетень Верховного Суда РФ. - 2017. - № 8.
2
Карпова Н.А. Хищение чужого имущества: вопросы квалификации и проблемы
дифференциации уголовной ответственности / под ред. Н.Г. Кадникова. - М.: ИД
«Юриспруденция», 2011. С. 49.
68
Однако следует отметить, что факт заключения, при осуществлении
предпринимательской деятельности, гражданско-правовой сделки не означает,
что споры, возникающие при этом, лишены уголовно-правового характера.
Если такая сделка является лишь прикрытием для хищения чужого имущества,
то должно последовать уголовно-правовое разбирательство случившегося. В
рассматриваемом же случае ссылка судьи областного суда на решения
Арбитражного суда только укрепляют сомнения в законности ранее
совершенных В. сделок.
Изложенное позволяет утверждать, что выводы судьи областного суда о
квалификации присвоения и мошенничества противоречат не только тексту
уголовного закона, но также игнорируют соответствующие разъяснения
Пленума Верховного Суда РФ и не учитывают доктринальные разработки в
этой сфере.
4. Как уже было сказано, органы следствия не только привлекают к
ответственности за хищения при отсутствии достаточных к тому оснований. В
отдельных случаях они не вменяют в вину квалифицирующие признаки,
фактически установленные в материалах дела.
Так, постановлением следователя П. привлечен в качестве обвиняемого
в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 УК РФ.
Следственным органом он обвиняется в мошенничестве, «то есть хищении
чужого имущества путем обмана, совершенного организованной группой, в
особо крупном размере».
Согласно постановлению о привлечении в качестве обвиняемого П.
разработал «преступный план», в соответствии с которым намеревался
«систематически похищать денежные средства», принадлежащие гражданам -
участникам долевого строительства (всего 22 чел.).
Согласно постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря
2007 года № 51 (действовавшему в период совершения преступления), как
хищение в крупном или особо крупном размере должно квалифицироваться
совершение нескольких хищений чужого имущества, «если эти хищения
69
совершены одним способом и при обстоятельствах, свидетельствующих об
умысле совершить хищение в крупном или особо крупном размере».
Аналогичное разъяснение содержит и новое постановление от 30 ноября 2017 г.
№ 48.
1
В постановлении о привлечении в качестве обвиняемого
обстоятельством, свидетельствующим о том, что в действиях П. имеет место
одно единое преступление, назван «общий преступный умысел», однако такого
понятия цитируемое постановление Пленума Верховного Суда РФ не содержит.
Не известно оно и уголовно-правовой доктрине.
Возможно, что под «общим преступным умыслом» следственные
органы понимают «умысел совершить хищение в особо крупном размере». В
таком случае в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого должны
быть названы обстоятельства, которые свидетельствуют о наличии такого
умысла. Однако вместо этого, в тексте постановления о привлечении в качестве
обвиняемого указаны обстоятельства, свидетельствующие о совершении не
единого («систематического»), а нескольких самостоятельных хищений.
Так, одним из обязательных признаков единого («систематического»)
хищения теория и практика считают один и тот же источник, из которого
совершается хищение чужого имущества (то есть принадлежность
похищаемого имущества одному потерпевшему).
2
Между тем, в каждом из
описанных в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого случаев
совершения хищения речь идет о разных собственниках, которым причинен
ущерб. Причем в отношении каждого из них действовали «неустановленные
лица», которые «в точно неустановленное следствием время, при
неустановленных обстоятельствах», с помощью рекламы, размещенной в
средствах массовой информации, «подыскивали» кого-то, кто «в точно
неустановленное следствием время» прибывал в офис ООО, «где введенный в
1
Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 30.11.2017 г. № 48 «О судебной практике
по делам о мошенничестве, присвоении и растрате» // Бюллетень Верховного Суда РФ. –
2018. - № 2.
2
Кочои С.М. Ответственность за корыстные преступления против собственности: Учеб.-
практ. пособие / С.М. Кочои. - 2. изд., доп. и перераб. - М.: АНТЭЙ, 2000. С. 148.
70
заблуждение» заключал с застройщиком (руководителем которого был П.)
договор долевого участия.
Еще одним признаком единого продолжаемого («систематического»)
хищения теория и практика считают тождественный характер совершаемых
действий.
1
Однако то обстоятельство, что в деле не установлена целая группа
лиц, фактически организовавших заключение договора, по которому
потерпевшие перечисляли свои денежные средства застройщику,
представляется, практически исключает возможность определения их действий
как тождественных.
Таким образом, в данном деле правильнее говорить о том, что у группы
неустановленных лиц в каждом из описанных в постановлении о привлечении в
качестве обвиняемого случае возникал новый умысел на совершение нового
преступления в отношении нового потерпевшего, то есть речь идет не об
одном, едином хищении, а о повторных, нескольких преступлениях против
собственности.
Не менее спорными являются выводы органов следствия по
рассматриваемому делу о форме соучастия в совершении хищения. Согласно
постановлению о привлечении в качестве обвиняемого для совершения
«систематических» хищений П. создал организованную группу. По
утверждению следственных органов, данная группа имела «устойчивую,
иерархическую структуру», для которой были характерны «наличие
внутренних структурных подразделений» и цель совершения тяжких
преступлений.
Между тем согласно части 3 статьи 35 УК РФ ни один из
вышеуказанных признаков не является обязательным для преступления,
совершенного организованной группой лиц. Не выделяют этих признаков
также постановления Пленума Верховного Суда РФ о судебной практике по
уголовным делам о хищении чужого имущества. Например, действовавшее до
30 ноября 2017 года постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27
1
Кочои С.М. Указ. соч. С. 149.
71
декабря 2007 г. № 51 содержало положение лишь о том, что организованная
группа «отличается наличием в ее составе организатора (руководителя),
стабильностью состава участников группы, распределением ролей между ними
при подготовке к преступлению и непосредственном его совершении». По сути,
следователь в анализируемом деле описал признаки преступного сообщества
(преступной организации), поскольку наличие структурных подразделений
характерно именно для этого вида криминальных объединений. Таким образом,
вменение в вину П. совершение мошенничества организованной группой лиц и
квалификация его действий по части 4 статьи 159 УК РФ представляется
ошибочным.
Завершая обзор ряда уголовных дел о совершении хищений чужого
имущества, нужно подчеркнуть, что одним из ключевых направлений
совершенствования существующей правоприменительной практики должно
быть постоянное повышение квалификации следователей и дознавателей, а
также прокуроров и судей. При этом речь идет не только о подготовке кадров,
но и поддержания квалификации уже подготовленных кадров на высоком
профессиональном уровне. Также представляется верным, что не только
статистика расследования или рассмотрения дел, но также обобщение и анализ
ошибок применения норм УК РФ, разработка и дача разъяснений по их
устранению и недопущению в будущем должны быть в центре внимания
руководителей, в первую очередь, органов предварительного расследования, а
также органов прокуратуры и судов.
3.2. Оптимизация норм уголовного законодательства, предусматривающих
ответственность за хищения
Складывающаяся в настоящее время экономическая ситуация в России
требует усиления защиты экономической безопасности страны. Реализация
крупных общенациональных проектов, таких как Зимняя Олимпиада 2014 г. в
Сочи, Чемпионат мира по футболу в 2018 г., строительство моста через
72
Керченский пролив, строительство космодрома Восточный и многих других,
обострили проблему защиты выделяемых средств.
Когда речь идет о хищениях государственных средств либо средств
субъектов Федерации и муниципальных образований, то их суммы составляют
десятки сотни миллионов рублей. Например, по официальному заявлению
Счетной палаты РФ, при подготовке к саммиту АТЭС объем финансовых
нарушений составил порядка 30 млрд. руб.
1
Поэтому отсутствие достаточных
средств борьбы с указанными преступлениями оказывает существенное
влияние на интересы не только частных лиц, но и всего общества в целом.
В такой ситуации является необходимой дополнительная защита
государственного и муниципального имущества от хищений путем введения
особо квалифицирующего признака – «причинившее особо крупный ущерб
государству».
Подтверждением необходимости такого изменения УК РФ служит и тот
факт, что на рассмотрении в Государственной Думе РФ ранее уже находился
законопроект, авторы которого предлагали введение самостоятельного
состава.
2
В этой связи следует поддержать введение ст. 164.1 следующего
содержания:
«Статья 164.1. Хищение бюджетных средств, средств государственных
внебюджетных фондов и финансовых средств государственной компании,
государственных корпораций
1. Хищение бюджетных средств, средств государственных
внебюджетных фондов и финансовых средств государственной компании,
государственных корпораций, независимо от способа хищения, -
1
Размер хищений при подготовке к АТЭС уменьшился втрое [Электронный ресурс] //
Информационное агентство REGNUM. - Режим доступа: http://regnum.ru/news/polit/
1749545.html (дата обращения: 27.02.2019)
2
Законопроект № 292869-6 «О внесении изменений в отдельные законодательные акты
Российской Федерации в части усиления борьбы с коррупционными преступлениями»
[Электронный ресурс] // Официальный сайт Государственной Думы РФ. - Режим доступа:
http://asozd2.duma.gov.ru/main.nsf/%28SpravkaNew%29?OpenAgent&RN=292869-6&02. (дата
обращения: 27.02.2019)