34
предметом залога могут быть имущественные права, вытекающие из
обязательства залогодателя.
Традиционно, в форму такого обязательства возводится гражданско–
правовые отношения, связанные с производством и реализацией товаров,
выполнением работ, оказанием услуг и состоящие в получении права на чужие
действия
1
.
В соответствии со ст. 358.3 ГК в залоговом договоре должно быть
указано обязательство, из которого вытекает закладываемое право. А
залогодателем права может быть лицо, являющееся кредитором в
обязательстве, из которого вытекает закладываемое право.
Отсюда следует, что в законе относительно рассматриваемого вопроса
говорится о залоге обязательственного права, имущественных прав, прав
требования, прав кредитора в обязательстве. Из сказанного, становится весьма
актуальным вопрос об объекте залога обязательственных прав и, как следствие,
о необходимости формулирования предмета договора с учетом содержания
закладываемых прав.
В связи с этим, дает повод для обсуждения и размышления наличие
разных подходов к определению обязательственных прав как объекта
залоговых правоотношений
2
.
Первоначальным и необходимым этапом заключения договора залога
является фиксация принадлежности объекта. Этот этап обеспечивается
документами, устанавливающими абсолютное право.
Последующий этап передачи объекта в залог приводит к возникновения
обязательственного права. Различают объекты, в отношении которых возможно
установление только абсолютных прав или только обязательственных.
В юридической литературе зачастую вообще не выделяют права как
объекты правоотношений.
Например, Е. В. Федоров указывает «что» почти все может быть благом:
1
Иоффе О. С. Обязательственное право. – М. : Юрид. лит., 2015. – С. 5.
2
Алексеев С. С., Алексеева О. Г., Беляев К. П. и др. Гражданское право: учебник. В 2 т. Т. 1 /
под ред. Б. М. Гонгало. – М.: Статут, 2016. – С. 210.
35
вещь, вещество, энергия, информация, художественный образ, оценка людьми
друг друга», но не упоминает ни о праве требования, ни об обязательственном
праве в любом формате.
Справедливости ради следует отметить, что в нижеследующем учебнике
право, как объект гражданских прав, до сих пор рассматривается автором.
Значит ли это, что право требования не является благом с точки зрения
названного автора? Кажется. что это не так.
Другой автор, В. С. Ем, приводит, что « субъективное гражданское
право является мерой допустимого поведения субъекта гражданско–правовых
отношений. Субъективное гражданское право представляет собой комплексное
правовое образование со своим содержанием, которое состоит из юридических
возможностей, предоставленных субъекту. Юридические возможности как
составные части содержания субъективного гражданского права называются
компетенциями.
Когда имущественные права упоминаются в Гражданском кодексе, они
означают прежде всего обязательственные права. Это право не имеет значения,
оно абсолютно не может находиться в физическом владении человека. Однако
не каждое право может быть предметом правоотношения. Для этого право
должно быть имущественным.
Хвостов В. М. отмечает, что закон конкретно ограничивает возможность
передачи прав, неразрывно связанных с идентичностью кредитора. Из этого
следует, что имущественные обязательственные права могут выступать
самостоятельным объектом гражданских прав как объекты залога наряду с
корпоративными, исключительными, но не как имущество в целом.
Таким образом, требования кредитора, указанные в ГК РФ права
кредитора по обязательству. Хотя справедливости ради следует отметить, что в
Гражданском кодексе нет четкой взаимосвязи между понятиями
«обязательство» и право требовать кредитора».
Обязательственное право является субъективным гражданским правом,
который оформляет переход вещей и иных объектов гражданских
36
правоотношений от одних участников к другим, то есть является собственно
гражданским оборотом.
Согласно ст. 358.1 ГК если законом или договором залога права не
установлено иное, предметом залога являются все принадлежащие
залогодателю права, которые вытекают из соответствующего обязательства и
могут быть предметом залога.
В данном случае следует учитывать, что обязательство представляет
собой относительное правоотношение, понимаемое как связь принадлежащего
кредитору права требования и обязанности должника (п. 1 ст. 307 ГК).
В силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу
другого лица (кредитора) определенное действие, как то: передать имущество,
вы полнить работу, оказать услугу, внести вклад в совместную деятельность,
уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а
кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности.
М. М. Агарков полагал, что определение обязательства так же, как и
определения других понятий, которыми пользуются в обязательственном праве,
совершенно необходимо и для практики, и для теории, но оно представляет
собой лишь первый шаг на пути установления содержания понятия
обязательства
1
. Тогда встает вопрос – о каком же обязательстве идет речь в ст.
358.1 ГК?
Есть несколько подходов к пониманию обязательств. Например,
существует позиция, согласно которой из договора может возникать несколько
разнообразных обязательств (денежное в том числе для возмездных договоров).
Но положения законодательства позволяют также выделить в этих
обязательствах из договора отдельные правомочия кредитора по требованию
вы платить сумму долга, процента и неустойки в случае неисполнения или
ненадлежащего исполнения денежного обязательства и т.д.
Представляется важным определить какие права требования,
1
Агарков М. М. Общее учение об обязательстве. – М. : Юрид. изд–во НКЮ СССР, 2015. – С.
14.
37
подлежащие залогу, могут возникать у кредиторов по договору. Одна из
основных проблем в трактовке обязательства как простейшего относительного
правоотношения состоит в очерчивании его границ.
В литературе можно выделить два подхода: допускающий
существование сложных обязательственных правоотношений, объединяющих в
себе набор прав и обязанностей между двумя сторонами, а также подход,
согласно которому обязательство представляет собой одну обязанность с
корреспондирующим ей субъективным правом.
Во втором случае совершаемые участниками обязательства действия
представляют собой объект правоотношения с точки зрения монистической
теории, т.е. поведение обязанного лица, на которое вправе притязать
управомоченный
1
.
Понимание обязательства как совокупности складывающихся между
определенными лицами правовых отношений так же распространено в
литературе.
Как замечает К. А. Блинковский, разница подходов ярче всего
проявляется в «последствиях заключения синаллагматических договоров: с
одной стороны, отношения между участниками таких сделок можно
рассматривать как более или менее цельную совокупность, с другой – их можно
деконструировать до отдель ных составляющих, которыми, в частности,
являются обязателства»
2
.
По смыслу ст. 307 ГК обязательство – это правоотношение, в котором
одно лицо (кредитор) имеет право требовать от другого лица (должника)
выполнения каких–либо действий или воздержания от каких–либо действий.
В. А. Беловым была высказана мысль о том, что так называемое
двойственное определение обязательства, закрепленное в законодательстве и
1
Свининых Е. А. Контрактная система в сфере закупок товаров, работ, услуг для
обеспечения государственных и муниципальных нужд как юридическая категория //
Современное право. 2016. – № 7. – С. 85–89.
2
Блинковский К. Понятие обязательства в законе и в теории гражданского права //
Хозяйство и право. – 2017. – № 2. – С. 113.
38
воспроизводимое в научной и учебной литературе, на самом деле страдает
тавтологией
1
. Представляется излишним двукратное указание и на права
кредитора и обязанности должника.
Нельзя разрывать друг от друга субъективное право кредитора и
юридическую обязанность должника, представляющие собой две стороны
одной медали. Естественно, что, говоря о праве, мы предполагаем обязанность,
и напротив, указывая на обязанность мы оговариваем и право.
Таким образом, представляется, что дискуссии на тему «что важнее в
определении обязательства – активная или пассивная составляющая» носят
схоластический характер и нового для науки не дают. Такого мнения
придерживаются В. А. Белова и В. В. Кулаков.
Однако на наш взгляд, высказанная позиция является достаточно
спорной. В случае залога права как раз и появляется необходимость отделения
права от обязанности в обязательстве.
В комментарии к ст. 307 ГК С. Ю. Филиппова также дает повод
разделить понятие обязательственного отношения на отдельные элементы
2
. Она
указывает, что содержание обязательства составляют субъективное право и
юридическая обязанность его сторон.
Содержание обязательства всегда конкретно. Речь идет об определенном
действии или бездействии должника. Это значит. что основание обязательства
устанавливает, какое именно действие должник обязан совершить и от какого
должен воз держаться. В ст. 307 ГК, по мнению автора, слова «действие» и
«бездействие» использованы в единственном числе.
Буквальное толкование позволяет сделать вывод, что в одном
обязательстве содержится только одно определенное действие или одно
определенное бездействие, таким образом, один договор может порождать
1
Гражданское право: актуальные проблемы теории и практики / под общ. ред. В. А. Белова.
– М.: Юрайт–Издат, 2017. – С. 660.
2
Барков А. В., Габов А. В., Илюшина М. Н. и др. Гражданский кодекс Российской
Федерации. Постатейный комментарий к разделу III «Общая часть обязательного права» /
под ред. Л. В. Санниковой. – М.: Статут, 2016. – С. 211.
39
одновременно множество обязательств – по числу отдельных установленных в
нем обязанностей должника. Именно в таком смысле понимает обязательство
В. С. Толстой, отмечая, что «обязательство это обязанность, а исполнение
обязательства есть исполнение обязанности»
1
.
Обязательство выплачивать денежные средства включено в
подавляющее большинство гражданско–правовых договоров, для которых
установлена презумпция возмездности. Уплата средств, как правило, является
встречным предоставлением в договорах, направленных на передачу
имущества, выполнение работ или оказание услуг.
В соответствии со ст. 358.4 ГК РФ, обязательство, из которого вытекает
закладываемое право, сведения о должнике залогодателя и сторона договора
залога, который имеет оригиналов документов, удостоверяет залоговое право.
При этом для таких договоров предусмотрены и исключения из общих правил
по договору залога.
Например, Гражданский кодекс устанавливает дополнительное указание
на случай, когда предметом залога является право залогодателя требовать
уплаты денежной суммы. По смыслу ч. 2 ч. 1 ст. 358.3 ГК РФ в этом случае в
договоре залога права денежного требования можно опустить сумму исковой
суммы или порядок ее определения. Необходимым для признания прав
заключенных по договору залога является информация о стороне договора
залога, которая имеет оригиналы документов, удостоверяющих залоговое
право.
2
Ю. С. Поваров соглашается с этим, отмечая, что, согласно тексту
Гражданского кодекса, фиксация суммы денежного требования, как следует из
действующего законодательства, не является обязательным
3
.
Таким образом, залог обязательственного права подразумевает
1
Толстой В. С. Исполнение обязательства. – М.: Юрид. лит., 2015. – С. 76.
2
Харитонова Ю. С. Предмет и условия договора залога в российском законодательстве //
Право и экономика. – 2016. – № 2. – С. 28–32.
3
Поваров Ю. С. Существенные условия договора залога // Законы России: опыт, анализ,
практика. – 2014. – № 11. – С. 9–15.
40
возможность заложить все права, вытекающие из обязательства, основанного,
например, на договоре, или передать в залог часть прав кредитора. разделив
единое обязательство на отдельные полномочия кредитора.
В то же время требуется соответствующая корректировка
законодательства в этом вопросе, поскольку на практике суды не всегда могут в
полной мере расследовать вопросы, связанные с отделением прав кредитора от
единого обязательства, и признавать их в качестве обеспечения, как это
допускается законом.
41
ГЛАВА 3. ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ ОТНОШЕНИЙ ПО
ЗАЛОГУ ПРАВ (ТРЕБОВАНИЙ)
3.1. Общие положения об объекте залоговых правоотношений
Развитие рыночной экономики влечет за собой изменения правовой
науки и практики, а в частности изменения в российском залоговом
законодательстве. В настоящее время необходимо законодательство,
соответствующее реалиями современного коммерческого оборота.
Ранее было отмечено, что исполнение обязательств производится
несколькими способами: залогом, неустойкой, обеспечительным платежом,
удержанием вещи должника, независимой гарантией, поручительством,
задатком и другими предусматриваемыми контрактом или законодательством
путями. Так, основой обязательства является вера кредитора в то, что в
дальнейшем должник исполнит свои обязательства.
Ввиду этого, как считает В.С. Ем, законодательством предусмотрены
специальные правовые меры, созданные для того, чтобы обеспечить
исполнения принятых обязательств. Они нацелены на предварительное
обеспечение имущественных интересов кредитора посредством определенных
гарантий надлежащего исполнения должником обязательств.
Как отмечал В. В. Витрянский, одним из видом распоряжения
имуществом приходится передача имущества в залог
1
.
С 1992 года в течение 20 лет действовал Закон РФ «О залоге»
2
,
регулировавший залоговые отношения в России. Кроме того, с 1998 года
регулирование дополнилось положениями ГК РФ и ФЗ «Об ипотеке (залоге
недвижимости)»
3
. Постепенно российское законодательство о залоге
изменялось, дополнялось и реформировалось.
1
Гладнева Е. П., Згонников П. П. Отдельные аспекты залога как способа, обеспечивающего
надлежащее исполнение обязательств // Вестник института: преступление, наказание,
исправление. – 2018. – № 2 (42). – С. 46-54.
2
Закон РФ от 29 мая 1992 г. N 2872-I «О залоге» (с изменениями и дополнениями) (утратил
силу).
3
Федеральный закон «Об ипотеке (залоге недвижимости)» от 16.07.1998 N 102-ФЗ //
http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_19396/
42
В 2009 году в Концепции развития гражданского законодательства была
предложена стратегия развития залогового института, и ее положения в
большей части были реализованы. На текущий момент, Закон о залоге уже не
действует, а положения ГК РФ о залоге претерпели значительные изменения.
При рассмотрении в современном российском праве процесса
регулирования залогового института, выделяют систему нормативно–правовых
актов, которые определяют залоговые правоотношения. Так, различается
система норм для движимого и недвижимого имущества.
Залоговые правоотношения в части движимого имущества
определяются общими положениями ГК РФ и специальными нормами об
отдельных видах залога. По залогу недвижимого имущества применяются
общие положения ГК РФ о вещных правах, а также Закон об ипотеке.
Учитывая нормы ст. 334 ГК РФ, залог является правоотношением, то
есть особой правовой связьб между субъектами, в рамках которой
залогодержатель по основному обязательству, обеспеченному залогом,
правомерен в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником
этого обязательства получить удовлетворение из стоимости предмета залога
преимущественно перед другими залогодержателями залогодателя.
В.С. Ем описывает залог принципом «верю вещи, а не лицу». По этому
принципу, кредитор снимает с себя риски, которые связаны с невозможностью
должника выполнить свои обязательства. При этом в данных отношениях
имеется ввиду идея реального кредита, когда за счет стоимости вещи
удовлетворяется требование кредитора, при неисполнении должником
обязательств
1
.
Важно отметить, что «право залога связывает кредитора не с
должником, а с другими кредиторами». Обязательство залога считается
относительной правовой связью залогодержателя и залогодателя, тогда как
право залога залоговый кредитор противопоставляет другим кредиторам, а не
1
Багишева Н. А. Новеллы залогового законодательства: синдицированный кредит (займ) и
управление залогом // Правовая культура. – 2018. – № 2 (33). – С. 130-131.
43
должнику. В части должника права залога не появляется, так как должник
отвечает перед кредитором каждой принадлежащей ему вещью равным
образом
1
.
Как было отмечено ранее, залоговые правоотношения имеют
акцессорный характер, то есть они существуют лишь до тех пор, пока
существует обеспечиваемое обязательство. Согласно пп. 1 п. 1 ст. 352 ГК РФ,
прекращение основного обязательства влечет за собой и прекращение залога.
Но в данном контексте необходимо рассмотреть новеллу п. 4 ст. 341 ГК
РФ, в силу которой закон в отношении залога недвижимого имущества может
предусмотреть, что залог считается возникшим, существует и прекращается
независимо от возникновения, существования и прекращения обеспеченного
обязательства. Эта особенность являет интерес многих учёных.
Возникает проблема соотношения норм п. 4 ст. 341 ГК РФ и пп. 1 п.1 ст.
352, в частности наличия возможного противоречия. На наш взгляд, возможны
два варианта толкования (рисунок 3).
Рисунок 3. Толкования соотношения норм 341 и 352 статей ГК РФ
Как отмечают М. И. Брагинский и В. В. Витрянский, «несмотря на то,
что принцип Lex specialis derogat generali отсутствует в российском
законодательстве, он давно и безусловно признан. В случае отказа от
1
Зальцман Н. А. Правововое регулирование залога недвижимого имущества // Актуальные
проблемы современной юридической науки и практики. Сборник научных статей по
материалам международной студенческой научно-теоретической конференции. В 2-х частях.
– 2017. – С. 45-50.
п. 4 ст. 341 ГК РФ противоречит пп. 1
п.1 ст. 352 ГК РФ
• Если в законе появится
регламентация неакцессорности
залога недвижимости, то данные
нормы не будут подлежать
применению как противоречащие
императивным нормам пп. 1 п.1
ст. 352 ГК РФ, в силу ч.2 п. 2 ст. 3 ГК
РФ
п. 4 ст. 341 ГК РФ не противоречит
пп. 1 п.1 ст. 352 ГК РФ
• п. 4 ст. 341 ГК РФ является Lex
specialis по отношению к Lex
generali (пп. 1 п.1 ст. 352 ГК РФ), а
как известно, Lex specialis derogat
generali. Несмотря на то, что
данный принцип толкования не
закреплен в российском праве, его
применение никем не
оспаривается.