54
определяющих характеристик (свойств) права ^, чего законодателем сделано не
было.
Вместе с тем появление цифровых прав в перечне объектов прав
свидетельствует о новой тенденции в развитии гражданского оборота - его
цифровизации. Проявление этой тенденции стало возможным благодаря новому
подходу (к конструированию объектов прав), реализованному в применении
информационных технологий при моделировании цифровых инструментов
(токены, майнинг, криптовалюта и др.), обеспечивающих оборотоспособность
цифровых прав.
3. Возникает вопрос: почему законодатель для цифровизации избрал
только имущественные права, а не вещи? Безусловно, как считают ІТ-
специалисты, оцифровать можно любой объект. Цифровой мир, в отличие от
многообразия реального, физического мира, «беден», формализован и
существует только в «цифре». Очевидно, для цифровизации законодатель избрал
такие объекты гражданских прав, которые обладают не индивидуально -
определенной характеристикой, а той, которую в виде цифрового кода может
понять каждый участник бизнес-сети, функционирующей на блокчейн-
платформе. Любую индивидуально-определенную вещь можно «перевести в
цифру», но цифровой код вещи не сможет передать ее уникальные
характеристики, особенности, которые определяют ее ценность и,
соответственно, стоимость. Таким образом, трудно посредством цифрового
обозначения передать свойства вещи, предлагаемой для продажи другим
участникам системы, не контактирующим физически между собой. Поэтому для
цифровизации как нельзя лучше подходят права, по цифровому коду которых
несложно выяснить, о каких конкретно правах идет речь - об обязательственных
или, к примеру, корпоративных. Кроме того, каждое субъективное гражданское
право представлено определенным набором родовых и видовых признаков,
проявляемых в совокупности правомочий,
1
1
Синицын А.С. Общее учение об абсолютных и относительных субъективных гражданских
правах: Автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. - М., 2017. - С. 52.
выделение которых происходит безотносительно к характеристике вещей.
Понятно, почему объектом цифровизации становятся прежде всего активы и
пассивы имущества юридических лиц, доли участников в уставном капитале
ООО, бездокументарные акции и пр. Коммерческий интерес имеют объекты с их
количественными характеристиками. Речь идет прежде всего о показателях
финансового состояния юридического лица, реальной стоимости его имущества,
об особом способе фиксации прав требования уплаты определенной денежной
суммы (бездокументарные ценные бумаги) и др. Цифровизация этих объектов в
случае их отчуждения означает учет их цены как количественного показателя
(измерения) денежной суммы, уплачиваемой участником информационной
системы в виде совершаемого действия - транзакции по переводу криптовалюты
первоначальному правообладателю соответствующего приобретаемого объекта
Объект в «цифре» существует в виде токена (Токеп), который
рассматривается, с одной стороны, как цифровой код объекта, а с другой - как
цифровой ключ, по которому системе удается определить «владельца» токена.
Цифровой ключ позволяет идентифицировать «своего» пользователя системы с
целью допуска к токену для совершения с ним транзакций, а также дает команду
системе для блокировки действий «чужого» лица с токеном. Таким образом, он
выполняет в информационной системе функцию распознавания
управомоченного лица.
Таким образом, существуя в виде цифровой записи в регистре на
блокчейн-платформе и выполняя разнообразные функции, токен как достаточно
гибкий цифровой (прежде всего финансовый) инструмент дает возможность
участникам цифрового гражданского оборота совершать в киберпространстве
определенные (цифровые) действия (транзакции), прежде всего цифровые
«сделки». В экономической литературе, как правило, речь идет
0
так называемых сделках купли-продажи токена, совершаемых в
1
Василевская Л.Ю. Токен как новый объект гражданских прав: проблемы юридической
квалификации цифрового права // Актуальные проблемы российского права. - 2019. - №5. - С.
115.
56
информационной системе посредством транзакций. Очевидно, объектом
«купли-продажи» в этом случае может выступать любое имущественное право,
в том числе и вещное, поскольку «цифровка» права - чисто техническая
проблема. Например, если «токенизировать» вещное право, то «цифровая»
сделка будет наглядным актом признания отрицаемой нашим гражданским
законодательством (но не доктриной!) конструкции «право на право». Но в
любом случае, пока законодатель не оценил значение «удостоверенного»
блокчейн-системой «квазисделочного» акта, не придав ему силу
правообразующего, правоизменяющего или правопрекращающего
юридического факта, мы не можем говорить о новых видах гражданско-
правовых сделок в киберпространстве. Это во-первых. Во-вторых, что касается
конструкции «право на право», то, на наш взгляд, этот вопрос требует более
пристального внимания со стороны законодателя
1
.
Если решение проблемы (легализация на законодательном уровне
конструкции «вещное право на право» или ее отрицание) видится с учетом
богатейшего цивилистического наследия России и европейских стран с
правопорядком германского типа, то для цифровых прав следует предусмотреть
особый гражданско-правовой режим, несовместимый с вещно-правовым
режимом. Это означает, что цифровизация не должна распространяться на
вещные права, поскольку они, как и любые другие имущественные права, не
могут быть объектом вещного права, кроме индивидуально-определенных
вещей и вещей, определенных родовыми признаками, после их
индивидуализации. Поэтому суждениям авторов, оправдывающих
распространение режима вещей на нематериальные блага (права требования,
бездокументарные ценные бумаги, безналичные денежные средства), следует
давать критическую оценку, хотя, как отмечалось, в киберпространствеотход от
1
Василевская Л.Ю. Токен как новый объект гражданских прав: проблемы юридической
квалификации цифрового права // Актуальные проблемы российского права. - 2019. - №5. - С.
116.
классических канонов вещного права и признание конструкции «право на право»
1
.
4. Возникает вопрос: объектом каких гражданских прав могут выступать
цифровые права? «Перевод» обязательственных и иных прав в цифровые права
означает, с одной стороны, не что иное, как отрыв дигитальных прав от своего
носителя - конкретного объекта гражданских прав. С другой стороны,
понимание цифровых прав как прав обязательственных и иных прав, названных
в таком качестве в законе, определяемых в соответствии с правилами
информационной системы (ст. 141.1 ГК РФ) и выделяемых как самостоятельные
права наряду с обязательственными и иными правами (ст. 128 ГК РФ), дает
возможность толкования этих прав как цифровых прав на обязательственные и
иные имущественные права, т.е. трактовки их как «прав на право». На наш
взгляд, такого истолкования можно было бы избежать в случае понимания этих
прав как цифрового способа фиксации имущественных прав и распространения
на них механизма цессии, отчуждения указанных прав.
Безусловно, цифровой способ фиксации ставит новые проблемы,
связанные с охраной интересов пользователей системы (управомоченных лиц),
в том числе и с их изменением при цессии цифровых прав, оформляемых в виде
особого «трансферта» - фиксации цифровых прав в реестре блокчейн-системы
за ее новым пользователем. В этой связи законодателю предстоит продумать
систему мер по доказыванию закрепления или передачи цифровых прав,
особенно для третьих лиц, например для должников (при цессии), не
являющихся участниками информационной системы
2
.
Анонимность участников цифровой «сделки», «удаленность» цифрового
права от своего носителя - материального (нематериального) блага, отсутствие
юридически значимых (физических) действий, совершаемых участниками
1
Василевская Л.Ю. Токен как новый объект гражданских прав: проблемы юридической
квалификации цифрового права // Актуальные проблемы российского права. - 2019. - №5. - С.
116
2
Василевская Л.Ю. Токен как новый объект гражданских прав: проблемы юридической
квалификации цифрового права // Актуальные проблемы российского права. - 2019. - № 5. - С.
118.
58
оборота - все это свидетельствует о том, что цифровое право как объект
цифрового оборота с позиций классического гражданского права не может
рассматриваться как субъективное гражданское право, а именно как мера
юридически возможного поведения, призванная удовлетворять собственные
интересы управомоченного лица. Любое субъективное право - это те конкретные
юридические возможности, которые возникают на основе и в пределах права
объективного. В информационной системе все «действия» участника сведены к
транзакции - цифровому запрограммированному алгоритму, выражающему
согласие пользователя системы на совершение цифровой «сделки». Видимо, в
этом случае с определенной долей условности допустимо говорить о
«цифровом» волеизъявлении в форме «блокчейн»- действия участника
информационной системы. Очевидно, в цифровой среде сложно заявлять о мере
юридически возможного поведения (как субъективного гражданского права),
поскольку в информационной системе все алгоритмизировано.
Таким образом, российская цивилистика, используя разнообразный
арсенал существующих приемов юридической техники, зарубежный опыт
регулирования схожих отношений, способна дать ответ на вызовы
цифровизации современной экономической жизни. Подводя итог, следует
отметить, что действующее в настоящее время в России гражданское
законодательство еще не способно предусмотреть все возможные варианты
защиты нарушенных имущественных прав. Поэтому, согласно действующим
правовым нормам, гражданские права подлежат судебной защите независимо от
закрепления их в ГК РФ. Отсюда вытекает неизбежность существенной
трансформации гражданского законодательства.
2.3. Особенности правовой реализации и правоприменения
конструкции «право на право» в современном гражданском праве
На современном этапе залогу посвящены нормы § 3 главы 23 ГК РФ. В
этом параграфе говорится как об общих положениях залога, так и об отдельных
видах залога.
В пункте 1 статьи 334 ГК РФ приводится следующее понятие залога: в
силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству
(залогодержатель) наделяется правом в случае неисполнения или
ненадлежащего исполнения должником этого обязательства получить
удовлетворение из стоимости заложенного имущества (которое выступает в
качестве предмета залога) преимущественно перед другими кредиторами лица,
которому принадлежит заложенное имущество (залогодателя).
Согласно общим положениям статьи 314 ГК РФ отметим, что важную роль
в залоговых отношениях приобретает срок. Если в договоре залога отсутствует
указание на его срок, то залогодержатель обязуется в семидневный срок с
момента предъявления залогодателем требования об исполнении обеспеченного
залогом обязательства исполнить по нему
1
.
Возникновение залога как вещного права связано с волеизъявлением
собственника обременяемой вещи (об этом указывается в норме пункта 1 статьи
335 ГК РФ). Чаще всего волеизъявление реализуется при помощи заключения
договора залога. Залог возникает обычно после заключения соответствующего
договора. Возникновение залога также может быть связано с наличием
специальных регистрационных действий в отношении предмета залога.
Другим основанием возникновения залога выступает наличие факта
волеизъявления собственника. Благодаря таким действиям происходит
обременение вещи. Такие случаи законодатель именует в качестве залога в силу
закона.
Залог в силу закона установлен законодателем для:
^Лгешкина Н.А., Баринов Н.А., Бевзюк Е.А. и др. Комментарий к Гражданскому кодексу
Российской Федерации. Часть первая от 30 ноября 1994 года №51-ФЗ (постатейный) // СПС
«КонсультантПлюс», 2016.
60
Во-первых, защиты кредитора, который априори является слабой
стороной.
Во-вторых, залог в силу закона чаще всего направлен на защиту
недобровольных кредиторов (к примеру, деликтных кредиторов).
В-третьих, законный залог введен законодателем в качестве меры,
который способствует не только развитию кредита, но и упрощению его
предоставления (пункт 5 статьи 488 ГК РФ). Законный залог введен для того,
чтобы упростить оформление правоотношений между кредиторами и
должниками. Они не обязаны совершать действия, направленные на
установление залога в пользу кредитора. К примеру, поставщик и покупатель
могут прописать в договоре условие о том, что проданный товар будет оплачен
по прошествии определенного времени. Это же условие применимо и в
отношении договора ипотеки, который автоматически ведет к обременению
В цивилистической теории выделяют две разновидности законного залога:
императивный и диспозитивный. При диспозитивном залоге стороны имеют
право выделить в качестве существенных абсолютно любые условия.
Отметим, что диспозитивным выступает только законный залог, который
установлен законодателем для стимулирования предоставления кредита (к
примеру, пункт 5 статьи 488 ГК РФ).
Законодатель устанавливает следующие существенные условия договора
залога: в договоре должен быть указан предмет залога и описан обеспеченный
долг. Другие два условия, которые в свое время были квалифицированы как
существенные (оценка предмета залога и указание, у кого находится предмет
залога), в настоящее время таковыми более не являются.
В то же время следует иметь в виду, что указание стоимости предмета
залога (или порядка ее определения) является необходимым условием для
признания юридической силы условия договора залога о внесудебном
обращении взыскания на предмет залога (п. 7 ст. 349 ГК РФ). Предметом залога
^Дерхо Д.С. Залог в силу закона // СПС «КонсультантПлюс», 2018.
60
можно признать также и имущество, которое залогодатель приобретет в
будущем
Описание предмета залога для того, чтобы договор залога считался
заключенным, является принципиальным. Залог - вещное право, и сложно себе
представить вещное право без спецификации (определения) его предмета.
Условие договора залога о предмете залога должно быть достаточно конкретно,
с тем чтобы позволять достоверно и без сомнений установить конкретное
имущество, обременяемое залогом. Такая идентификация предмета залога
возможна либо через подробное описание самой закладываемой вещи (иного
имущества), либо через указание индивидуальных номеров имущества, либо
через обозначение места нахождения имущества и т.п. В случае с
недвижимостью индивидуализация имущества достаточно легко
осуществляется через указание уникального кадастрового номера объекта.
Таким образом, предметом залога не могут быть «лошади», это должны быть
лошади, чьи клички, местонахождение, иные данные (ветеринарные и др.)
подробно указаны в договоре залога.
Последствием отсутствия такой индивидуализации предмета залога будет
являться возможный вывод суда, рассматривающего спор между
залогодержателем и залогодателем, о незаключенности договора залога.
Исключением из этого правила, по всей видимости, будут ситуации, когда речь
идет о залоге будущего имущества (п. 2 ст. 336 ГК РФ): в данном случае предмет
залога может быть не определенным, а определяемым, но само вещное право
залога возникнет только в момент возникновения у залогодателя
соответствующего права на имущество
1 2
.
Кроме того, другим исключением, допускаемым только для случая, когда
залогодателем является предприниматель, является ситуация, когда договор
1
Гражданский кодекс Российской Федерации: Залог. Перемена лиц в обязательстве.
Постатейный комментарий к § 3 главы 23 и главе 24 / Е.В. Вершинина, А.А. Вишневский, Б.М.
Гонгало и др.; под ред. П.В. Крашенинникова. - М.: Статут, 2014. - С. 19.
2
Договорное и обязательственное право (общая часть) постатейный комментарий к статьям
307-453 Гражданского кодекса Российской Федерации / В.В. Байбак, Р.С. Бевзенко, О.А.
Беляева и др.; отв. ред. А.Г. Карапетов. - М.: М-Логос, 2017. - С. 255.
62
залога может быть квалифицирован как залог товаров в обороте или договор
залога части или всего имущества залогодателя (п. 2 ст. 339 ГК РФ). В случае
залога части имущества залогодателя соответствующая заложенная часть
имущества может быть определена как «все лошади, принадлежащие
залогодателю».
В последнем абзаце п. 1 ст. 339 ГК РФ законодатель устанавливает право
сторон договора залога установить в договоре как порядок реализации предмета
залога при судебном обращении на него взыскания, так и условие о внесудебном
обращении взыскания на предмет залога. Первая из указанных опций
представляет собой довольно любопытную смешанную модель обращения
взыскания и реализации предмета залога: взыскание обращает суд согласно
соответствующим нормам ГК РФ, а способы реализации предмета залога
используются из числа тех, о которых стороны договорились
В случае если предметом залога будет будущая вещь, то
индивидуализация предмета залога может осуществляться путем, например,
указания на договор, в результате исполнения которого залогодатель приобретет
право собственности на будущий предмет залога (например, договор купли-
продажи, подряда и проч.). Но возможны и иные способы индивидуализации,
например все оборудование, которое залогодатель будет приобретать от
поставщиков в будущем . С учетом возможности тотального залога нет
препятствий к таким менее строгим описаниям будущего имущества, на которое
распространяется залог, как минимум, для залогодателей- коммерсантов.
Главное, чтобы третьи лица, ознакомившиеся с реестром уведомлений о залоге,
могли достаточно ясно представлять себе, какие виды имущества залогодателя
подпадают под залоговое обременение.
Договор залога заключается в простой письменной форме; последствием
нарушения этого требования закона является ничтожность залога.
1
Договорное и обязательственное право (общая часть) постатейный комментарий к статьям
307-453 Гражданского кодекса Российской Федерации / В.В. Байбак, Р.С. Бевзенко, О.А.
Беляева и др.; отв. ред. А.Г. Карапетов. - М.: М-Логос, 2017. - С. 256.
2
Василевская Л.Ю. Особенности правовой конструкции залога обязательственных прав //
Актуальные проблемы российского права. - 2017. - №6. - С. 93.
Нотариальная форма залога требуется в случае, если стороны договора
залога намереваются использовать нотариальную процедуру обращения
взыскания на предмет залога. При отсутствии нотариального удостоверения в
этом случае договор будет действительным в целом, но возможность
использования нотариуса для целей внесудебного обращения взыскания будет
заблокирована. Кроме того, закон в ряде случаев устанавливает нотариальную
форму для сделок по распоряжению соответствующим имуществом или прямо
говорит о необходимости нотариального удостоверения залога того или иного
имущества.
Нотариальная форма залога в силу п. 3 ст. 339 ГК РФ также может быть
обусловлена тем, что обязательства, обеспеченные залогом, в свою очередь,
возникают из нотариально удостоверенной сделки.
Залог является вещным правом и подлежит прекращению согласно воле
сторон в случаях, которые прямо предусмотрены в договоре залога.
Залогодержатель имеет право отказа от рассматриваемого вещного права в
одностороннем порядке.
В гражданском законодательстве установлены случаи прекращения залога
в связи с наступлением определенного юридического факта.
Так, залог подлежит прекращению в случае, если прекращается
обеспеченное залогом обязательство. Данное основание является наиболее
распространенным и эффективным способом прекращения залога. Залог, как
известно, имеет обеспечительную природу. В случае отсутствия обеспеченного
обязательства залог также прекращает свое действие.
Отметим, что у данного положения имеются и исключения.
Первый случай - залог был предоставлен со стороны третьего лица, а
обязательство у должника прекратилось вследствие его (т.е. должника)
ликвидации. Если такое произошло, то в силу вступают положения статьи 335
ГК РФ, который имеют отсылочный характер к норме пункта 1 статьи 367 ГК
РФ, в которой говорится о том, что поручительство сохраняет свое действие