44
Введение самостоятельной нормы об ответственности за
посредничество во взяточничестве разрешило большинство ранее
существовавших проблем в правоприменении, однако с ее появлением
возникли иные сложные вопросы в квалификации соответствующих деяний.
Так, у правоприменительных органов трудности вызывает уголовно-
правовая оценка посредничества во взяточничестве при незначительном
размере взятки и применение положений о действии уголовного закона во
времени.
Разрешение первого вопроса сводится к необходимости установления
значительного размера взятки, который согласно примечанию 1 к ст. 290 УК
РФ должен составлять не менее двадцати пяти тысяч рублей, а также к
возможности привлечения посредника к ответственности по иным уголовно-
правовым нормам в случае, если размер взятки не достигает значительного.
С принятием федерального закона, выделившего посредничество во
взяточничестве в самостоятельную статью Особенной части УК, широкое
распространение получило мнение, согласно которому посредничество во
взяточничестве, если размер взятки не достигает двадцати пяти тысяч
рублей, может и должно квалифицироваться по ст. ст. 290 или 291 УК со
ссылкой на соответствующую часть ст. 33 УК. Обосновывается такая
позиция тем, что посредничество во взяточничестве в целом продолжает
оставаться одним из видов соучастия в даче и получении взятки
56
.
Аналогичной позиции предлагается придерживаться и в тех случаях,
когда посредник передает взятку, не превышающую десяти тысяч рублей,
квалифицируя действия посредника как пособничество в мелком
взяточничестве (по ст. 291.2 УК со ссылкой на соответствующую часть ст. 33
УК). Так, М. Лепихин указывает: «Посредник во взяточничестве, пусть даже
в мелкой его форме, обязательно должен нести уголовную ответственность за
свои деяния, но указание на значительный размер предмета взятки связывает
56
Соколов М.А., Мелешко Д.А. Вопросы квалификации посредничества во
взяточничестве // Законность. 2019. № 8. С. 54-58.
45
руки правоприменителю при квалификации таких действий. В данном случае
действия посредника также необходимо квалифицировать как пособничество
в мелком взяточничестве со ссылкой на часть 5 статьи 33 УК РФ»
57
.
Однако больший интерес представляет обратная точка зрения, согласно
которой привлечение к уголовной ответственности посредника при
незначительном размере предмета взятки невозможно
58
. Действительно,
отнесение законодателем признака значительного размера взятки к
основному составу посредничества, закрепленному в самостоятельной статье
Особенной части УК, может означать лишь декриминализацию
посредничества во взяточничестве при меньшем размере взятки.
Квалификация действий посредника во взяточничестве при сумме предмета
взятки менее двадцати пяти тысяч рублей как соучастника дачи или
получения взятки означает расширение оснований уголовной
ответственности и применения уголовного закона по аналогии, что
противоречит принципам уголовного права
59
.
Важно, что на сегодняшний день и высшая судебная инстанция не
поддержала практику привлечения к ответственности посредников в даче
или получении взятки в незначительном размере (до двадцати пяти тысяч
рублей) в качестве пособников взяткодателей или взяткополучателей (со
ссылкой на ч. 5 ст. 33, ст. ст. 290, 291 или ст. 291.2 УК).
Изложенное приводит к выводу, что посредничество во взяточничестве
может быть признано преступлением лишь в тех случаях, когда размер
предмета взятки является значительным, т.е. превышает двадцать пять тысяч
рублей. Посредничество в даче или получении взятки в «мелком размере» (до
57
Лепихин М.О. Посредничество во взяточничестве в свете дополнений, внесенных в
Уголовный кодекс РФ // Актуальные проблемы российского права. 2017. № 4.
58
Никонов П.В. К вопросу о некоторых проблемах уголовной ответственности за
посредничество во взяточничестве (ст. 291.1 УК РФ) // Сибирский юридический вестник.
2012. № 2. С. 113; Рарог А.И. Актуальные проблемы уголовного права //
Криминологический журнал Байкальского государственного университета экономики и
права. 2014. № 2. С. 94.
59
Талан М., Тарханов И. Посредничество во взяточничестве в уголовном праве России //
Уголовное право. 2013. № 5. С. 105-107.
46
десяти тысяч рублей) и в «незначительном размере» (от десяти до двадцати
пяти тысяч рублей) уголовно ненаказуемо.
В равной мере это правило применимо для целей уголовно-правовой
оценки посредничества во взяточничестве при наличии квалифицирующих
обстоятельств, предусмотренных ч. ч. 2 и 3 ст. 291.1 УК. Иными словами,
наличие таких обстоятельств (например, совершения преступления лицом с
использованием своего служебного положения или организованной группой)
не отменяет обязательность констатации криминообразующего признака
состава преступления - значительности размера предмета взятки, что можно
наблюдать на примере конкретных судебных решений
60
.
Рассмотрим и такое коррупционное преступление, как злоупотребление
должностными полномочиями, под которым понимается использование
должностным лицом своих официальных полномочий, противоречащих
интересам службы, если это деяние было совершено из корыстных или иных
личных интересов и повлекло за собой существенное нарушение прав и
законных интересов граждан или организаций, интересов общества или
общества. (ч. 1 ст. 285 УК РФ).
Злоупотребление должностными лицами их служебного положения
или совершение действий, выходящих за рамки их полномочий, нарушает
установленный порядок функционирования этих должностных лиц, а также
нормальное функционирование юридических лиц, представителями которых
они являются, их авторитет. Они могут причинять не только материальный,
но и нематериальный ущерб не только юридическим лицам, но и ущемлять
права и законные интересы других лиц. Общественная опасность
злоупотребления властью должностными лицами и их превышения может
быть чрезвычайно высокой, и поэтому установление различных видов
60
Постановление Президиума Тульского областного суда от 24.11.2015 № 44у-132/2015 //
Документ опубликован не был. СПС Гарант.; Постановление Президиума Верховного
суда Республики Башкортостан от 22.04.2015 № 44у-113/2015 // Документ опубликован не
был. СПС Гарант.
47
юридической ответственности за такие действия является необходимым
условием существования правового общества
61
.
Целью установления юридической ответственности должностных лиц
является поощрение должностных лиц к поддержанию официальной
дисциплины, недопущению небрежного отношения к выполнению
служебных обязанностей, а также злоупотребления служебными
полномочиями и их превышения. Юридическая ответственность за них
является одним из наиболее эффективных инструментов государственного
управления, а также обеспечивает реализацию функций общественного
контроля за выполнением должностными лицами своих обязанностей,
противодействие фактам их ненадлежащего исполнения и использования в
ущерб обществу.
Суть преступлений в сфере официальной деятельности заключается в
совершении должностными лицами своих служебных обязанностей или
возможностей, которые выходят за рамки их официальных полномочий, но в
силу их положения, противоправных действий (действий или бездействия),
предусмотренных соответствующими нормами Специального Часть УК РФ.
Незаконные действия, совершенные должностными лицами без
использования их служебного положения или предоставленных им
возможностей, если имеются соответствующие основания, должны быть
квалифицированы как иные, чем те, которые предусмотрены в ст.ст. 285 и
286 УК РФ. Например, подделка следователем протокола допроса и подделка
справки о его доходах с целью представления его в банковское учреждение
могут иметь различную квалификацию. Если чиновник злоупотребляет
своим служебным положением, он действует в пределах своих служебных
полномочий, но противоречит интересам службы
62
.
61
Гриднева О.Ю., Худяков С.С. Общественная опасность должностных преступлений:
вопросы квалификации // XVIII Державинские чтения. Институт права. – Тамбов: Издат.
дом ТГУ им. Г.Р. Державина, 2013. С. 324-327.
62
Борков В.Н. Должностные преступления и административные правонарушения: два
уровня охраны // Библиотека криминалиста. Научный журнал. 2013. № 2 (7). С. 62-67.
48
Для того чтобы квалифицировать деяние как злоупотребление властью
или служебным положением, необходимо установить наличие в нем
официального или корыстного мотива или иной личной заинтересованности.
То есть деяния, состоящие в злоупотреблении властью или служебным
положением, могут совершаться только с прямым умыслом Отношение к
наступлению социально опасных последствий, предусмотренных в
расположении нормы (одного или нескольких), может характеризоваться как
прямым, так и косвенным намерением, а также безрассудством. В случае,
если поступок должностного лица не устанавливает корыстный мотив, или
другие личные интересы, или намерение действовать в интересах третьих
лиц, он не может квалифицироваться как злоупотребление властью или
служебным положением и при наличии соответствующих социально опасных
последствий Он может квалифицироваться по другим статьям УК РФ,
например, как служебная халатность. В тех случаях, когда должностные лица
использовали свое официальное положение для совершения преступлений,
предусмотренных в статьях других разделов, состав которых
предусматривает такое злоупотребление как способ совершения
преступления, квалификация преступлений осуществляется в соответствии с
вышеуказанными стандартами и не требует дополнительной квалификации
по статьям 285-286 УК РФ. Например, воспрепятствование осуществлению
права голоса или права участвовать в референдуме, работе избирательной
комиссии или комиссии референдума или деятельности официального
наблюдателя, совершенной должностным лицом с использованием его
служебного положения, растраты, растраты или захват чужого имущества
путем злоупотребления служебным положением должностным лицом и
другими лицами
63
.
Общественная опасность злоупотребления должностными лицами
своим служебным положением обусловлена прежде всего высокой
63
Уколова Ю. Злоупотребление полномочиями в теории и жизни // ЭЖ-Юрист. 2013. №
42. С. 15.
49
ценностью объектов правовой защиты, на которые они посягают (первичная
и вторичная), а также серьезностью негативных последствий, вызванных ими
или угрожающих этим. объекты. Таким образом, злоупотребление властью
или служебным положением одновременно нарушает порядок
функционирования государственного органа или местного самоуправления,
государственного или коммунального предприятия, учреждения или
организации, установленный законами и нормативными актами, а также
интересы службы лица который действует незаконно (основной объект), а
также защищен законом о правах, свободах и интересах отдельных граждан
или государственных или общественных интересов, или об интересах
юридических лиц (дополнительные n объектов, наличие хотя бы одного из
которых является обязательным). Само собой разумеется, что установленный
порядок функционирования органов государственной власти или местного
самоуправления, государственных или коммунальных предприятий,
учреждений или организаций обеспечивает выполнение задач, поставленных
перед ними в экономической, социальной, политической и других важных
сферах жизни общества. и, следовательно, его нарушение может
препятствовать не только осуществлению этих функций, но также правам и
законным интересам значительного, иногда неопределенного круга лиц как
физических, так и юридических лиц, а также авторитету и деловой репутации
этих органов власти и бизнеса. юридические лица. Начало негативных
последствий последнего типа в большей или меньшей степени является
обязательным.
Состав преступления является материальным и предполагает
возникновение, по крайней мере, одного из общественно опасных
последствий, предусмотренных нормой: ущемление прав, защищаемых
законом, свобод и интересов отдельных граждан или государственных или
общественных интересов, или интересов юридических лиц. При наличии
состава преступления причиненный ущерб должен быть существенным или
иметь серьезные последствия.
50
2.2. Субъективные признаки преступлений коррупционной
направленности
В связи с тем, что уголовная ответственность применяется
исключительно к физическому лицу (ст. 19 УК РФ), следует определить
первую категорию субъектов, подлежащих ответственности за совершение
коррупционных правонарушений.
К этой категории относятся граждане в случаях замещения ими
должностей государственной гражданской (ч. 1 ст. 3 Федерального закона «О
государственной гражданской службе Российской Федерации»
64
) и
муниципальной (ч. 1 ст. 6 Федерального закона «О муниципальной службе в
Российской Федерации»
65
) службы, лица, замещающие государственные
должности Российской Федерации, субъектов Российской Федерации и
муниципальные должности (депутат, член выборного органа местного
самоуправления, выборное должностное лицо местного самоуправления,
член избирательной комиссии муниципального образования, действующей
на постоянной основе и являющейся юридическим лицом, с правом
решающего голоса, а также должности председателя контрольно-счетного
органа муниципального образования, заместителя председателя контрольно-
счетного органа муниципального образования, аудитора контрольно-
счетного органа муниципального образования), а также военнослужащие (ч.
3 ст. 2 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе»
66
).
Эту подкатегорию можно определить как лиц, обеспечивающих
исполнение государственных или муниципальных функций. При этом, как
64
Федеральный закон от 27.07.2004 № 79-ФЗ «О государственной гражданской службе
Российской Федерации» (ред. от 16.12.2019) // СЗ РФ. 2004. № 31. Ст. 3215.
65
Федеральный закон от 02.03.2007 № 25-ФЗ «О муниципальной службе в Российской
Федерации» (ред. от 16.12.2019) // СЗ РФ. 2007. № 10. Ст. 1152.
66
Федеральный закон от 28.03.1998 № 53-ФЗ «О воинской обязанности и военной
службе» (ред. от 18.03.2020) // СЗ РФ. 1998. № 13. Ст. 1475.
51
отмечает О.В. Покровский, от решения проблемы коррупции в системе
государственной службы зависит эффективность и последовательность
социально-экономических преобразований, защита прав граждан и
хозяйствующих субъектов, формирование политического авторитета нашей
страны на международной арене
67
. Хотя правильнее сказать, что эти аспекты
не менее зависимы от решения проблемы коррупции во всех ветвях власти
снизу доверху.
Другой разновидностью физических лиц, в отношении которых могут
применяться меры юридической ответственности, являются представители,
замещающие должности в юридических лицах, но не осуществляющие
властные полномочия в государственных и муниципальных органах
(подкатегория «Б»). Одним из обязательных условий привлечения данной
категории граждан к юридической ответственности за нарушение
антикоррупционного законодательства, является их должностное положение.
В сфере уголовного преследования реализация негативных
последствий может иметь место в случае злоупотребления полномочиями в
коммерческой организации. В частности, как указывает А. Чирков, в
настоящее время судей третейского суда за злоупотребления ими при
осуществлении своей деятельности можно привлечь к уголовной
ответственности по ст. 201 УК РФ как лиц, выполняющих управленческие
функции в коммерческой или иной организации
68
.
Достаточно новым в российском праве стало отнесение к
коррупционным действий, направленных на подкуп иностранного
должностного лица в интересах юридического лица. Как указывают Л.В.
Донцова и И.О. Артеменко, это является особым видом мошенничества,
совершаемого должностными лицами экономического субъекта, и
представляет собой коррупционные сделки. При этом коррупцией
67
Покровский О.В. К вопросу о совершенствовании противодействия коррупции в
системе государственной гражданской службы // Российская юстиция. 2019. № 4. С. 64.
68
Чирков А. Проблемы определения субъекта преступлений коррупционной
направленности // Уголовное право. 2013. № 5. С. 112-113.
52
признаются незаконные действия и операции в корыстных интересах
конкретных физических лиц, участвующих в противоправной сделке, но там
же действия, совершаемые от имени или в интересах юридических лиц
69
.
Указанная выше классификация субъектов коррупционных
правонарушений - продукт анализа норм российского и международного
права, действующих в настоящее время, и, по нашему мнению, не должен
вызывать существенной критики.
Между тем, исходя из реалий политической системы России, данный
перечень нуждается в корректировке за счет включения в него лиц, которые в
настоящее время не могут быть привлечены к ответственности за
коррупционное поведение, но в силу имеющихся полномочий имеют
возможность совершать противоправные проступки в анализируемой сфере.
Так, ряд авторов на основе анализа норм международного права
пришли к выводу, что «международно-правовые конвенции относят к
субъектам коррупции... любое лицо, реализующее какую-либо публичную
функцию или публичную услугу»
70
.
Такой подход представляется вполне обоснованным, поскольку не
ограничивает возможность совершения коррупционных правонарушений
только лицами, наделенными властными полномочиями.
Обоснованием этой позиции является то, что согласно ч. 1 ст. 27
Федерального закона «Об общественных объединениях»
71
общественные
объединения вправе представлять и защищать свои права, законные
интересы своих членов и участников в органах государственной власти,
органах местного самоуправления; вносить предложения в органы
69
Донцова Л.В., Артеменко И.О. Выявление случаев подкупа иностранных должностных
лиц в ходе аудита и оказания сопутствующих аудиту услуг // Аудитор. 2015. № 12. С. 23.
70
Конфликт интересов на государственной и муниципальной службе, в деятельности
организаций: причины, предотвращение, урегулирование: Научно-практическое пособие /
Т.С. Глазырин, Т.Л. Козлов, Н.М. Колосова и др.; отв. ред. А.Ф. Ноздрачев. М.: Институт
законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве РФ, ИНФРА-М,
2016.
71
Федеральный закон от 19.05.1995 № 82-ФЗ «Об общественных объединениях» (ред. от
02.12.2019) // СЗ РФ. 1995. № 21. Ст. 1930.
53
государственной власти, а являющиеся юридическими лицами - также
участвовать в выработке решений органов государственной власти и органов
местного самоуправления.
Таким образом, представители политических и общественных
организаций могут, используя вполне легальные инструменты влияния на
принятие управленческих решений путем реализации демократических
принципов свободы слова, свободы собраний, митингов и шествий и т.д. При
этом отдельные представители этих объединений могут быть субъектами
коррупционных правонарушений, если лоббируют личные интересы или
интересы иных лиц. Наибольшее влияние имеют руководители и
представители органов управления институтов гражданского общества,
поскольку могут оказывать давление, в частности, на избранных от этих
объединений депутатов, являющихся лицами, замещающими
государственную или муниципальную должность.
Более того, ст. 11 Федерального закона «Об основах общественного
контроля в Российской Федерации»
72
предусматривает понятие конфликта
интересов - одного из направлений антикоррупционной деятельности, а
также пути его устранения. Это же понятие предусмотрено ст. 27
Федерального закона «О некоммерческих организациях»
73
.
Следует отметить, что нормы международного права достаточно давно
вышли за пределы круга субъектов коррупционной деятельности,
предусмотренных российским законодательством. В первую очередь, речь
идет о Конвенции Организации Объединенных Наций против коррупции,
которой в подп. ii пункта «a» ст. 2 указано, что «публичное должностное
лицо» означает любое лицо, выполняющее какую-либо публичную функцию,
в том числе для публичного ведомства или публичного предприятия, или
предоставляющее какую-либо публичную услугу, как это определяется во
72
Федеральный закон от 21.07.2014 № 212-ФЗ «Об основах общественного контроля в
Российской Федерации» (ред. от 27.12.2018) // СЗ РФ. 2014. № 30 (Часть I). Ст. 4213.
73
Федеральный закон от 12.01.1996 № 7-ФЗ «О некоммерческих организациях» (ред. от
02.12.2019) // СЗ РФ. 1996. № 3. Ст. 145.