41
года был для мировой экономики худшим за многие годы. Сразу ряд событий,
которые потрясли международные финансовые и товарные площадки в 2015
году, давали о себе знать. Закончился промышленный сверхрост Китая, были
обрушены цены на сырье, произошел обвал фондовых рынков, сократила
обороты трансграничная торговля.
Именно соотношение различных факторов приводило к увеличению
турбулентности и указывало на то, что масштабные экономические структуры
вступали в период глубокой и в том числе болезненной трансформации.
Обязательным итогом данных изменений стало не только обширно
обсуждаемое учеными создание модели роста в логике «новой нормы», но и
появление целого ряда различных явлений и вызовов. На сегодня уже
образуется новая макроэкономическая парадигма, которая предполагает
некоторые качественные трансформации в глобальном хозяйстве. В частности:
- довольно невысокие темпы экономического роста большинства стран и
определенных регионов;
- переход экономик развитых государств на наиболее высокий
технологический уклад и связанное с этим изменение значения определенных
отраслей, в том числе науки, техники и образования;
- создание интеграционных мегаблоков, которые изменяют условия и
правила международной торговли;
- угроза появления «валютной войны»;
- рост общественного внимания к проблеме социального неравенства и
его воздействие на динамику, и сущность экономического развития.
Динамика мирового ВВП за 2013 - 2018 гг. представлена в приложении
А. Поражая на протяжении нескольких десятилетий весь мир,
преобразовавшись во «всемирную фабрику», крупного импортера сырьевых и
продовольственных ресурсов и важнейший источник инвестиций и кредитов
для десятков государств, ‒ Китай в 2013‒2015 гг. был одной из причин
неустойчивости на масштабных товарных и финансовых рынках. В 2015 году
китайский ВВП впервые за тридцать пять лет возрос менее чем на 7%.
Учитывая ослабление юаня и колебания на местном фондовом рынке (на