64
общества, не подлежит раскрытию и является конфиденциальной (п. 4 ст.
67.2 ГК РФ).
Публичное акционерное общество не вправе размещать
привилегированные акции, номинальная стоимость которых ниже
номинальной стоимости обыкновенных акций (п. 1 ст. 102 ГК РФ, п. 2 ст. 25
Закона об АО). Эта норма направлена на защиту прав акционеров -
владельцев обыкновенных акций в публичных обществах, поскольку даже
при наличии законодательного положения, согласно которому номинальная
стоимость размещенных привилегированных акций общества не должна
превышать 25% от уставного капитала общества, принцип голосования "одна
голосующая акция - один голос" может нарушить права владельцев
обыкновенных акций при голосовании привилегированными акциями,
номинальная стоимость которых меньше, чем стоимость обыкновенных
акций.
2.4 Новеллы законодательства об осуществлении контроля за
финансово-хозяйственной деятельностью акционерного общества
Федеральным законом от 19 июля 2018 г. N 209-ФЗ были внесены
существенные изменения в законодательство об акционерных обществах,
регламентирующее структуру деятельности акционерных обществ,
затронувшие порядок создания и функционирования ревизионных комиссий,
общего собрания акционеров, правила осуществления определенных видов
сделок, деятельность привилегированных акционеров, советов директоров.
Подобные изменения во многом были обусловлены сложившейся
правоприменительной практикой в рассматриваемой сфере, проблемы
которой неоднократно поднимались на страницах юридической печати
1
.
1
Клемешева О.Г. Право акционера на оспаривание сделки, совершенной акционерным
обществом: вопросы добросовестности исковой давности // Юрист. 2013. N 15. С. 15 - 23;
Ганеев Р.Р. Актуальные проблемы современных способов раскрытия информации
акционерными обществами // Гражданское право. 2014. N 4. С. 30 - 31; Вагайцева Т.В.
65
С 1 сентября 2018 г. вступает в силу норма об обязательности
проведения советом директоров в публичном акционерном обществе
политики по управлению рисками, внутреннему контролю, которая позволит
повысить безопасность бизнеса, минимизировав необоснованные риски в
осуществлении тех или иных сделок, что, в свою очередь, будет
способствовать укреплению стабильности в деятельности организации и ее
авторитета как надежного контрагента, участника гражданско-правовых
отношений и стороны государственно-частного партнерства.
Новая редакция законодательства об акционерных обществах содержит
указание о передаче всех контрольных функций относительно деятельности
общества ревизионной комиссии, исключив возможность осуществления
последних отдельным ревизором. Подобная мера также призвана
оптимизировать деятельность по осуществлению контроля за
эффективностью функционирования акционерного общества, более
детальное рассмотрение и проверку результатов его финансово-
хозяйственной деятельности, обеспечить успешное выполнение
поставленных в уставе целей и задач. Внесение данных изменений нашло
отражение в ряде конкретных норм законодательства, устанавливающих
структуру и обязательные элементы принимаемого решения о создании
акционерного общества, включающего среди прочего условие о возможности
определения статуса ревизионной комиссии; в нормах, регламентирующих
порядок формирования устава общества; нормах о реорганизации; нормах о
полномочиях общего собрания акционеров.
Установлены также правила определения сумм дивидендов,
Защита прав акционеров при проведении реорганизации акционерных обществ //
Безопасность бизнеса. 2009. N 2. С. 16 - 19; Метелева Ю.А. Право акционера на
информацию об акционерном обществе // Юридический мир. 1998. N 4. С. 29 - 33;
Ламсков Д.С. Защита прав кредитора при реорганизации акционерного общества //
Юрист. 2008. N 6. С. 41 - 44; Филиппова С.Ю. Обжалование решений общего собрания
акционерного общества: проблемы и перспективы правового регулирования // Российский
судья. 2006. N 5. С. 35 - 39; Карапетян Г.Г. К вопросу о субъектах, правомочных
утверждать внутренние документы акционерного общества // Юрист. 2016. N 11. С. 13 -
17; и др.
66
выплачиваемых при ликвидации общества по привилегированным акциям.
Такая стоимость может быть определена в уставе посредством фиксации
твердой денежной суммы либо ее минимального размера, в виде процента от
чистой прибыли либо процента к номинальной стоимости
привилегированных акций. Отсутствие в уставе соответствующего условия о
стоимости дивиденда подтверждает равные права владельцев
привилегированных акций и владельцев обыкновенных акций на получение
дивидендов в равном размере.
Право требования выкупа акций акционеров исключается в случае
делегирования общим собранием акционеров полномочий совету
директоров.
Ограничения установлены применительно к заочному голосованию:
избрание органов управления общества, утверждение аудитора, утверждение
годовых финансовых документов осуществляются акционерами только при
непосредственном присутствии и участии в рассмотрении соответствующих
вопросов.
Перечень акционеров, правомочных принять участие в общем
собрании, определяется по истечении 10 дней с момента принятия
соответствующего решения. При этом дата, время, повестка дня
предстоящего собрания доводятся до сведения участников не позднее 21 дня
до даты его проведения (30 дней - при рассмотрении вопроса о
реорганизации общества).
Подготовка к проведению общего собрания осуществляется его
участниками в форме обязательного предварительного ознакомления с
содержанием материалов, предполагающихся к рассмотрению в процессе
деятельности данного собрания: годового финансового документа,
заключения аудита, проектов документации, заключения о крупной сделке,
отчета о сделках с заинтересованностью, иной информации.
Действующее законодательство предусматривает утверждение в
обществе политики внутреннего контроля и комитета по аудиту, призванного
67
воплотить в жизнь основные направления данной политики. По результатам
осуществляемого в обществе аудита утверждается заключение о
соответствии либо несоответствии деятельности общества действующему
законодательству. Всем акционерам общества должна быть обеспечена
возможность ознакомиться с данным заключением.
Как показывает анализ практики, к числу нарушений в сфере
деятельности акционерных обществ зачастую относятся нарушения правил
совершения крупных сделок, что способно привести к преднамеренному
банкротству организации, повлечь иные противоправные последствия.
Согласно закону, преднамеренным признается банкротство в форме
совершения действий (бездействия), в результате которых полностью
блокируется возможность общества удовлетворить требования кредиторов. В
зависимости от размера причиненного таким противоправным поведением
ущерба действие (бездействие) виновного может быть квалифицировано как
административное правонарушение (ст. 14.12 КоАП РФ) или как
преступление (если ущерб причинен на сумму, превышающую 2 250 000
руб.) (ст. 196 УК РФ).
В случае совершения лицом под видом крупной сделки уголовно
наказуемого деяния данное лицо будет подлежать уголовной
ответственности. Как свидетельствует практика выявления подобных
преступлений экономической направленности (см.: Методические
рекомендации, утвержденные ФССП России от 15 апреля 2013 г. N 04-4),
зачастую виновные совершают их посредством заключения сделок на
заведомо невыгодных условиях, влекущих замещение имущества
организации менее ликвидным либо отчуждение основного имущества,
наличие которого делает возможным осуществление основной
производственной деятельности организации.
При обобщении правоприменительной практики по делам об
оспаривании крупных сделок Верховный Суд России в Постановлении от 26
июня 2018 г. N 27 отмечал, что в каждом случае рассмотрения данной
68
категории дел судам необходимо установить наличие в документе об
одобрении организацией такой сделки указания на конкретных лиц (сторон
сделки, выгодоприобретателей), сроки, предмет, сумму сделки, другие
условия ее осуществления.
Как представляется, введение в законодательство об акционерных
обществах института внутреннего аудита, политики управления рисками,
регламентация деятельности ревизионной комиссии являются важнейшими
условиями своевременного выявления допущенных в деятельности
организации нарушений, предотвращения наступления ущерба, обеспечения
транспарентности финансово-хозяйственной деятельности хозяйствующего
субъекта, его экономической стабильности и надежности как субъекта
гражданско-правовых отношений и участника государственно-частного
партнерства.
2.5 Проблемы и предложения по дальнейшему совершенствованию
законодательства об акционерных обществах
В данном параграфе рассмотрим основные этапы эволюции права
акционера на информацию, в процессе которой оно превратилось в средство
обеспечения интересов акционеров. Приведем критический анализ основных
новелл корпоративного законодательства, с принятием которых произошло
неоправданное ограничение данного права. Проведем исследование
негативных последствий проведенной реформы.
Становясь акционером, лицо приобретает комплекс имущественных и
неимущественных корпоративных прав, опосредующих его участие в
деятельности корпорации. Главенствующая роль традиционно отводится
именно имущественным правам, поскольку основная цель деятельности
коммерческой корпорации заключается в извлечении прибыли. Вместе с тем
было бы крайне неверно придавать неимущественным правам
второстепенное значение. В литературе высказана позиция, согласно которой
69
неимущественные права служат не только цели удовлетворения
неимущественного интереса участника корпорации, но и в ряде случаев
гарантией соблюдения его имущественных прав
1
.
Одним из основных неимущественных прав является право на
информацию. Его значение подчеркивалось еще в Принципах
корпоративного управления ОЭСР, в п. "А" раздела II которых право на
получение актуальной и существенной информации о корпорации на
своевременной и регулярной основе названо в числе основных прав
акционера
2
. Однако на практике осуществление акционером тех или иных
корпоративных прав зачастую связано с необходимостью соблюдения
баланса интересов между акционерами. В этой связи удовлетворение
интереса лица как участника корпорации не всегда может быть в полной
мере реализовано посредством осуществления того или иного
корпоративного права
3
. И право на информацию является здесь наглядным
примером. Если проследить своеобразную эволюцию этого права, то
нетрудно заметить, как за более чем двадцатилетнюю историю своего
существования оно превратилось из практически ничем не ограниченного
права в мощное средство обеспечения интересов как самого общества, так и
отдельных его участников.
Наиболее общим образом право на информацию было определено в ст.
67 первоначального текста Гражданского кодекса РФ
4
(далее - ГК РФ),
которая в числе прав участников хозяйственного товарищества или общества
указывала и право получать информацию о деятельности товарищества и
общества и знакомиться с его бухгалтерскими книгами и иной
1
Ломакин Д.В. Корпоративные правоотношения: общая теория и практика ее применения
в хозяйственных обществах. М.: Статут, 2008. 511 с.
2
URL: https://www.oecd.org/corporate/ca/corporategovernanceprinciples/32159669.pdf
3
Гентовт О.И. Ограничение корпоративных прав как средство обеспечения интересов
участников хозяйственных обществ // Социально-экономические и правовые проблемы
повышения эффективности Российской экономики: Межвуз. сб. науч. ст. / Под ред. А.П.
Сысоева, М.С. Халикова, А.И. Усова. Вып. 4; сост. Е.П. Вигушина. М.: Унив. кн., 2017. С.
466 и далее.
4
Гражданский кодекс РФ от 30 ноября 1994 г. N 51-ФЗ // СЗ РФ. 1994. N 32. Ст. 3301.
70
документацией в установленном учредительными документами порядке. В
таком виде эта норма просуществовала до 2014 г.
1
. В Федеральном законе от
26 декабря 1995 г. N 208-ФЗ "Об акционерных обществах"
2
(далее - Закон N
208-ФЗ) вплоть до 2001 г. акционерам был полностью закрыт доступ к
документам бухгалтерского учета и протоколам заседаний коллегиального
исполнительного органа общества, в остальном же вся информация носила
общедоступный характер. Лишь с 2002 г. вступили в силу изменения в ст. 91
Закона N 208-ФЗ, в соответствии с которыми доступ к указанным
документам предоставлялся акционерам, владевшим не менее чем 25%
голосующих акций общества. Как до, так и после внесения изменений вопрос
правомерности полного запрета либо существенного ограничения доступа
акционеров к документам бухгалтерского учета и протоколам заседаний
коллегиальных исполнительных органов общества становился предметом
многочисленных судебных споров. В частности, обсуждался вопрос о
противоречии положений ст. 91 Закона N 208-ФЗ общей норме ст. 67 ГК РФ,
а также о создании препятствий для осуществления прав и законных
интересов участников акционерного общества. Наконец, в 2004 г. этот
вопрос стал предметом рассмотрения Конституционного Суда РФ
3
, который
не только отметил необходимость следовать принципу lex specialis derogat
generali, но и сделал ряд ключевых пояснений. В частности, Суд указал на
добровольность вступления лица в акционерное общество, что
предопределяет его осведомленность о различных установленных законом
ограничениях, связанных с данной формой ведения бизнеса. Кроме того, Суд
подчеркнул, что поскольку особенностью акционерной формы
1
Эти положения ст. 67 ГК РФ были упразднены Федеральным законом от 5 мая 2014 г. N
99-ФЗ "О внесении изменений в главу 4 части первой Гражданского кодекса Российской
Федерации и о признании утратившими силу отдельных положений законодательных
актов Российской Федерации" // СПС "КонсультантПлюс".
2
Федеральный закон от 26 декабря 1995 г. N 208-ФЗ "Об акционерных обществах" // СЗ
РФ. 1996. N 1. Ст. 1.
3
Определение Конституционного Суда РФ от 18 июня 2004 г. N 263-О "Об отказе в
принятии к рассмотрению жалобы гражданина Симакова СергеяИвановича на нарушение
его конституционных прав абзацем первым пункта 1 статьи 91 Федерального закона "Об
акционерных обществах" // СПС "КонсультантПлюс".
71
предпринимательства является неограниченное число лиц, в том числе
имеющих мелкие пакеты акций, то наличие специальных мер охраны и
правил доступа к информации, не являющейся общедоступной и имеющей
коммерческую ценность именно в силу ее неизвестности третьим лицам,
представляется разумным и обоснованным и не может нарушать права
третьих лиц.
Итак, посредством установления квалифицирующего признака в виде
владения 25% голосующих акций общества произошло определенное
ограничение субъективного права на информацию, а при осуществлении
данного права суды долгое время руководствовались разъяснениями,
сформулированными в информационном письме Президиума ВАС РФ от 18
января 2011 г. N 144 "О некоторых вопросах практики рассмотрения
арбитражными судами споров о предоставлении информации участникам
хозяйственных обществ"
1
(далее - информационное письмо N 144).
Создание двух видов доступа к информации, свободного и
ограниченного порогом владения акциями, должно было установить
справедливый баланс интересов сторон - акционерного общества и его
контролирующих участников, с одной стороны, и миноритариев - с другой.
Законодатель исходил из логичного посыла о том, что степень
имущественного участия в деятельности корпорации предопределяет и
степень заинтересованности такого акционера в успешном развитии
компании, его стремлении к стратегическому планированию и, конечно же,
отсутствию умысла в причинении обществу ущерба, в том числе и в
результате недобросовестного использования имеющейся у него
информации. Миноритарию, нацеленному, как правило, лишь на получение
определенного дохода от владения акциями, нет необходимости иметь
доступ к подобного рода информации.
Вместе с тем особенности корпоративного управления в российских
1
Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 18 января 2011 г. N 144 "О некоторых
вопросах практики рассмотрения арбитражными судами споров о предоставлении
информации участникам хозяйственных обществ" // Вестник ВАС РФ. 2011. N 3.
72
компаниях, в частности остаточный характер компетенции исполнительных
органов общества, предусмотренный п. 2 ст. 69 Закона N 208-ФЗ, привели к
тому, что на практике целый пласт конфиденциальной информации
содержался в открытых для доступа всем акционерам протоколах заседаний
совета директоров. Многочисленные споры, связанные с отказом в
предоставлении обществом указанных протоколов, привели к тому, что в
2011 г. вопрос о правомерности ограничения права на информацию вновь
стал предметом рассмотрения Конституционного Суда РФ. Речь идет об
известном деле А.А. Навального в отношении ОАО "Нефтяная компания
"Роснефть"
1
. Примечательно, что суд первой инстанции частично
удовлетворил требования А.А. Навального о предоставлении ему копий
протоколов заседаний совета директоров общества. И уже в апелляционной
инстанции производство по делу было приостановлено в связи с обращением
ОАО "Нефтяная компания "Роснефть" в Конституционный Суд РФ.
Высказываясь по данному вопросу, Конституционный Суд РФ отметил, что
по данной категории дел эффективный судебный контроль подразумевает не
только оценку правильности определения режима доступа к информации, но
и оценку обстоятельств конкретного дела, которые позволят суду выявить в
действиях как акционерного общества, так и акционера признаки
злоупотребления правом. В частности, речь идет о наличии необоснованного
интереса в получении запрашиваемой информации, попытках создать
намеренные трудности в деятельности общества и об иных обстоятельствах,
при наличии которых допустимо выдвижение со стороны общества
возражений против выполнения требования акционера. Схожие основания
ограничения права на информацию можно обнаружить и в корпоративном
законодательстве Германии. Так, в соответствии с § 131 Закона об
1
Определение Конституционного Суда РФ от 18 января 2011 г. N 8-О-П "По жалобе
открытого акционерного общества "Нефтяная компания "Роснефть" на нарушение
конституционных прав и свобод положением абзаца первого пункта 1 статьи 91
Федерального закона "Об акционерных обществах" // СПС "КонсультантПлюс".
73
акционерных обществах
1
по требованию акционера на общем собрании
правление обязано предоставить информацию о делах общества, если она
необходима для надлежащей оценки вопроса повестки дня. Эта обязанность
распространяется также на правовые и деловые отношения общества со
связанным предприятием. В литературе высказана позиция, согласно которой
данное ограничение установлено именно в целях недопущения
злоупотребления правом со стороны акционеров, а Федеральный
Конституционный Суд Германии определяет такие ограничения как
сочетание эффективной реализации права на участие в компании и
получения информации о ней
2
.
Приведенная выше позиция Конституционного Суда РФ получила свое
развитие в информационном письме N 144, в п. 1 которого достаточно
детально описаны случаи, при которых запрос акционера можно
рассматривать в качестве злоупотребления правом на информацию.
Дальнейшее развитие положений ст. 91 Закона N 208-ФЗ уже не отличается
логикой и стройностью подхода законодателя. И свидетельством тому
является принятие Федерального закона от 29 июля 2017 г. N 233-ФЗ "О
внесении изменений в Федеральный закон "Об акционерных обществах" и
статью 50 Федерального закона "Об обществах с ограниченной
ответственностью"
3
(далее - Закон N 233-ФЗ), который не только
существенно ограничил принадлежащее акционерам право на информацию,
но и, по сути, отменил целый ряд гарантий, предоставленных ранее
акционерам разъяснениями, содержащимися в информационном письме N
144. Вместе с тем в научной литературе высказывается позиция, согласно
1
Торговое уложение Германии. Закон об акционерных обществах. Закон об обществах с
ограниченной ответственностью. Закон о производственных и хозяйственных
кооперативах. М., 2005. С. 338.
2
Третьякова А.С. О некоторых особенностях правового регулирования права акционеров
на информацию в Российской Федерации и Германии // Право и современные государства.
2018. N 2. С. 72 - 73.
3
Федеральный закон от 29 июля 2017 г. N 233-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный
закон "Об акционерных обществах" и статью 50 Федерального закона "Об обществах с
ограниченной ответственностью" // СЗ РФ. 2017. N 31 (часть I). Ст. 4782.