74
административный штраф, то причиненные компании в связи с этим убытки
могут быть взысканы в пользу общества по иску акционера с члена органа
управления, осуществлявшего руководство компанией, недобросовестные и
неразумные действия которого (например, уклонение от исполнения требований
акционера) повлекли наложение на общество штрафа.
С внесением в Закон N 208-ФЗ изменений в июле 2017 г. законодатель
существенно ограничил возможность акционеров оказывать давление на
акционерные общества.
Еще одним правом, имеющим безусловное практическое значение,
является право обжаловать решения органов управления общества в судебном
порядке (п. 7 ст. 49, п. 6 ст. 68, п. 3 ст. 70 Закона N 208-ФЗ).
Суть этого права составляет возможность оспорить в судебном порядке
решения общего собрания акционеров, совета директоров, коллегиального и
единоличного исполнительных органов. Несмотря на то что порядок
обжалования решений этих органов предусмотрен различными статьями ГК РФ
и Закона N 208-ФЗ, в основе этого права лежит одна идея - акционеры должны
иметь возможность оспорить решения органов управления, принятые с
нарушением требований законодательства, устава общества, в случае, если
указанным решением нарушены права и (или) законные интересы общества или
акционера.
Основанием для признания решения недействительным могут служить
различные нарушения законодательства и внутренних документов
юридического лица. Это означает, что у акционера есть достаточно эффективный
инструмент, позволяющий оказывать давление на органы управления компании,
которые в большинстве случаев осуществляют руководство компанией в
интересах мажоритарных акционеров. Понимание членами таких органов того
факта, что оформленные и принятые ими с нарушением решения могут быть
признаны недействительными, повышает качество корпоративного управления.
Чаще всего акционеры обращаются в суд с требованиями о признании
недействительными решений общих собраний акционерных обществ.
75
По аналогии с оспариванием решений общего собрания акционер может
обращаться в суд с требованиями о признании недействительными решений
совета директоров, правления и единоличного исполнительного органа.
Отдельно нужно сказать о том, что признание решения органа
хозяйственного общества недействительным само по себе не влечет
недействительности сделок данного общества с третьими лицами, совершенных
на основании такого решения. Такие сделки можно оспаривать после признания
недействительным решения органа управления или одновременно.
Следующий инструмент в руках акционера, о котором нужно сказать, - это
право требовать, действуя от имени корпорации, возмещения причиненных
корпорации убытков (ст. 53.1 ГК РФ).
Данное право акционера объединяет в себе несколько возможностей,
которые дает акционеру действующее законодательство. Акционер может:
а) взыскивать, действуя от имени общества, убытки, причиненные
обществу (п. 5 ст. 71 Закона N 208-ФЗ);
б) призывать основное общество возместить убытки, причиненные по его
вине дочернему обществу (абз. 4 п. 3 ст. 6 Закона N 208-ФЗ);
в) подавать в суд иск о признании недействительной крупной сделки (п. 6
ст. 79 Закона N 208-ФЗ);
г) подавать исковое заявление в суд о признании недействительной сделки,
в совершении которой имеется заинтересованность и которая совершена с
нарушением требований закона (п. 1 ст. 84 Закона N 208-ФЗ).
Заимствованный у развитых правовых систем, данный институт так
называемых косвенных исков активно развивается законодателем и применяется
на практике. Его можно использовать для эффективной борьбы с членами совета
директоров, членами коллегиального и единоличного органов общества. Для
осуществления "атаки" в этом направлении акционеру нужно подготовить
достаточную доказательную базу, подтверждающую причинение обществу
убытков, и причинно-следственную связь между этими убытками и действиями
(бездействием) виновного лица. Потенциально любая сделка общества,
76
подписанная единоличным исполнительным органом и совершенная на не
выгодных для общества условиях или повлекшая неблагоприятные для общества
последствия, может быть использована в этих целях.
Говоря об этом праве акционера, нельзя не упомянуть о возможности
привлечения к уголовной ответственности менеджеров компании. Уголовные
дела могут инициироваться в случае причинения вреда как самому
юридическому лицу (например, злоупотребление полномочиями -
"использование лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой
или иной организации, своих полномочий вопреки законным интересам этой
организации или в целях извлечения выгод и преимуществ для себя или других
лиц либо нанесения вреда другим лицам, если это деяние повлекло причинение
существенного вреда правам и законным интересам граждан или организаций
либо охраняемым законом интересам государства" (ст. 201 УК РФ), ст. 159
(мошенничество или незаконное приобретение имущества)), так и государству.
Сравнительно недавно в российское законодательство были включены
нормы, распространившие существовавший ранее порядок исключения
участников обществ с ограниченной ответственностью на акционеров
непубличных акционерных обществ.
Согласно п. 1 ст. 67 ГК РФ участник хозяйственного товарищества или
общества вправе требовать исключения другого участника из товарищества или
общества (кроме публичных акционерных обществ) в судебном порядке с
выплатой ему действительной стоимости его доли участия, если такой участник
своими действиями (бездействием) причинил существенный вред товариществу
или обществу либо иным образом существенно затрудняет его деятельность и
достижение целей, ради которых оно создавалось, в том числе грубо нарушая
свои обязанности, предусмотренные законом или учредительными документами
товарищества или общества.
При рассмотрении дел об исключении акционера из общества суд дает
оценку степени нарушения акционером своих обязанностей, а также
устанавливает факт совершения акционером конкретных действий или
77
уклонения от их совершения и наступления (возможности наступления)
негативных для общества последствий
1
.
На сегодняшний день право требовать исключения акционеров существует
в большей степени на бумаге. Судебная практика по этому вопросу крайне
скудна, и не принято ни одного решения об исключении акционера, владеющего
пакетом акции более 50%. Представляется, что стоит ожидать в ближайшее
время появления таких прецедентов, поскольку на практике злоупотребления со
стороны мажоритарных акционеров часто носят вопиющий характер. В любом
случае данное право миноритарному акционеру можно использовать как
инструмент давления на других акционеров, собирая компрометирующие
сведения о них и угрожая самой возможностью обращения в суд с таким иском.
В заключение необходимо отметить, что проблема баланса интересов
мажоритарных и миноритарных участников хозяйственных обществ не может
быть решена исключительно в интересах одной из противоборствующих групп.
Важно, чтобы действующее законодательство предусматривало возможности
для защиты интересов и миноритарных, и мажоритарных акционеров, а у судов
была бы возможность в рамках рассмотрения конкретного спора принимать
взвешенное и справедливое решение, основанное на норме права.
2.4 Современный аспект правоприменительной практики в процессе
рассмотрения гражданских дел в области организации и деятельности
акционерных обществ
Одной из приоритетных целей реформы гражданского законодательства, в
том числе о юридических лицах, является обеспечение стабильности
1
Риски финансовой безопасности: правовой формат: монография / О.А. Акопян, С.Я. Боженок,
О.В. Веремеева и др.; отв. ред. И.И. Кучеров, Н.А. Поветкина. М.: ИЗиСП, НОРМА, ИНФРА-
М, 2018- С.- 234.
78
гражданского оборота
1
. Этому должны были способствовать новые меры защиты
корпоративных прав и повышение уровня ответственности участников
хозяйственных обществ перед другими субъектами гражданского оборота.
Однако анализ результатов правоприменительной деятельности зачастую
выявляет прямо противоположный желаемому результат. Сложные
законодательные конструкции нивелируются не только их массовым
неисполнением со стороны самих хозяйственных обществ, но и невниманием к
соблюдению новых правил со стороны третьих лиц. Такая практика, безусловно,
влечет негативные последствия для гражданского оборота, поскольку рано или
поздно пострадавшая сторона обращается в суд за защитой своих прав и
законных интересов. В сложившейся ситуации судам приходится выбирать
между неуклонным соблюдением закона и применением правовых последствий
нарушения корпоративных правил с одной стороны и стабильностью
гражданского оборота - с другой. Нередко выбор делается в пользу последней,
поскольку она относится к числу стратегических задач, стоящих как перед
законодателем и правоприменителем, так и перед научным сообществом
2
.
Полагаем, что когда Федеральным законом от 5 мая 2014 г. N 99-ФЗ "О
внесении изменений в главу 4 части первой Гражданского кодекса Российской
Федерации и о признании утратившими силу отдельных положений
законодательных актов Российской Федерации" вводились правила пп. 3 п. 3 ст.
67.1 Гражданского кодекса РФ (далее - ГК РФ) об удостоверении принятого
общим собранием участников хозяйственного общества решения и состава
участников общества, присутствующих при его принятии, то законодатель
стремился обеспечить стабильность гражданского оборота за счет превентивных
1
Концепция развития гражданского законодательства Российской Федерации (одобрена
решением Совета при Президенте РФ по кодификации и совершенствованию гражданского
законодательства от 7 октября 2009 г.) // Вестник ВАС РФ. 2009. N 11.
2
Долинская В.В. Общее собрание акционеров: Монография. М.: Норма; Инфра-М, 2016;
Реформирование гражданского законодательства: общие положения о сделках, обязательствах
и договорах: Монография / И.З. Аюшеева, И.С. Богданова, Е.С. Болтанова и др.; отв. ред. В.В.
Долинская. М.: Проспект, 2018.С.45.
79
мер, исключив возможность фальсификации результатов общего собрания, а не
за счет ограничения прав участников на их оспаривание
1
.
Наша точка зрения находит свое подтверждение в последующих
разъяснениях Верховного Суда РФ (далее - ВС РФ). В п. 107 Постановления
Пленума ВС РФ от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых
положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской
Федерации"
2
прямо указано, что решения очных собраний участников
хозяйственных обществ, не удостоверенные нотариусом или лицом,
осуществляющим ведение реестра акционеров и выполняющим функции
счетной комиссии, в порядке, установленном пп. 1 - 3 п. 3 ст. 67.1 ГК РФ, если
иной способ удостоверения не предусмотрен уставом хозяйственного общества
либо решением общего собрания участников такого общества, принятым
единогласно, являются ничтожными применительно к п. 3 ст. 163 ГК РФ.
Таким образом, при отсутствии в уставе хозяйственного общества
положений о способе подтверждения принятия общим собранием участников
решения, а также если участниками не принято устанавливающее такой способ
единогласное решение, с 1 сентября 2014 г. действует общее правило о
подтверждении названного факта в нотариальном порядке
3
.
С учетом изложенного следует полагать, что участники гражданского
оборота, заключая экстраординарные сделки при отсутствии надлежащим
образом оформленного протокола общего собрания, безусловно, не могут не
осознавать существующих рисков наступления неблагоприятных правовых
последствий. Поэтому при возникновении корпоративного спора такое
поведение третьих лиц следует оценивать как недобросовестное, искажающее
социальную предназначенность юридических явлений в гражданском обороте.
1
Габов А.В. Порядок признания недействительным решения о реорганизации юридического
лица // Юрист. 2016. N 18. С. 9 - 21; Нуждин Т.А. Комбинированная реорганизация
коммерческих организаций: Монография. М.: Юстицинформ, 2018
2
Бюллетень Верховного Суда РФ. 2015. N 8.
3
Постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 1 августа 2016 г. по делу
N А53-31189/2015, Постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 1 июня
2016 г. по делу N А32-28605/2015 и др. // http://fassko.arbitr.ru/
80
Как справедливо отмечено В.В. Груздевым, в этом случае формально
дозволенные (или даже предписанные) действия совершаются с осознанием
того, что этими действиями с неизбежностью или вероятностью будут нарушены
чужие интересы, которые и страдают в реальности
1
. С другой стороны,
неукоснительное соблюдение требований закона к форме удостоверения
решений общего собрания хозяйственного общества исключает возможность
нарушения корпоративных прав и способствует достижению стабильности
гражданского оборота.
В то же время нельзя превращать данное правило в абсолют. Формальное
нарушение п. 3 ст. 67.1 ГК РФ не должно превращаться в злоупотребление
правом со стороны участников хозяйственных обществ. В случае если
хозяйственное общество или его участники оспаривают сделку лишь на том
основании, что не была соблюдена установленная законом форма принятия
решения, но не спорят с его содержанием (состав участников, рассматриваемые
на общем собрании вопросы, принятые на общем собрании решения, подписи
участников), то в защите им следует отказать. Также при принятии решения об
удовлетворении исковых требований, например, о признании сделки
недействительной в связи с отсутствием одобрения общего собрания участников
следует учитывать наличие убытков, которые повлекла за собой такая сделка. С
учетом изложенного формальные нарушения закона не могут и не должны влечь
за собой неблагоприятные последствия для третьих лиц, несмотря на то, что они
допустили со своей стороны неосмотрительность при заключении такой сделки.
Не представляется возможным допустить ситуацию, при которой
злоупотребление правом может превратиться в реальную угрозу стабильности
гражданского оборота.
Следует заметить, что изменения законодательства о юридических лицах
потребовали как переосмысления теории вопроса о крупных сделках и сделках с
заинтересованностью, так и изменения подхода по основным практическим
1
Груздев В.В. Гражданско-правовое значение добросовестности // Право и экономика. 2016.
N 12. С. 17
81
аспектам, связанным с их оспариванием
1
. Экстраординарные сделки имеют
ключевое значение для обеспечения стабильности гражданского оборота, в том
числе из-за значительной стоимости передаваемых по ним материальных благ, а
также широкого круга лиц, чьи права и законные интересы могут быть
нарушены. С учетом того что данная категория споров является наиболее
распространенной и достаточно сложной, Пленум ВС РФ дал соответствующие
разъяснения в Постановлении от 26 июня 2018 г. N 27 "Об оспаривании крупных
сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность"
2
.
В п. 17 указанного Постановления затронут достаточно интересный вопрос
об одобрении сделок, которые одновременно отвечают признакам крупной
сделки и сделки, в совершении которой имеется заинтересованность:
допускается возможность рассмотрения как одним вопросом повестки дня, так и
двумя отдельными вопросами (одобрение сделки как крупной и одобрение
сделки как сделки с заинтересованностью), но в любом случае вопрос должен
быть рассмотрен компетентным органом.
В связи с этим полагаем необходимым обратить внимание на следующее.
Принятие решения об одобрении крупной сделки не может собой подменять
решение об одобрении сделки, в которой имеется заинтересованность.
Отсутствие такого решения является самостоятельным основанием для
оспаривания сделки с заинтересованностью, несмотря на то, что решение об
одобрении крупной сделки было принято в установленном законом порядке.
При этом следует учитывать ряд обстоятельств. В настоящий момент
сведения из Единого государственного реестра юридических лиц находятся в
открытом доступе, кроме того, существуют иные возможности получить
1
Габов А.В. Порядок признания недействительным решения о реорганизации юридического
лица // Юрист. 2016. N 18. С. 9 - 21; Долинская В.В. Специфика ответственности по
субъектному составу правоотношений // Lexrussica. 2017. N 5. С. 59 - 69; Нуждин Т.А.
Комбинированная реорганизация коммерческих организаций: Монография. М.:
Юстицинформ, 2018.
2
Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2018 N 27 "Об оспаривании крупных
сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность"//Бюллетень Верховного
Суда РФ. 2018. N 8.
82
информацию о заинтересованности того или иного лица в совершении
определенной сделки, даже в том случае, если общество не выполнило
требований, предусмотренных п. 3 ст. 45 Федерального закона от 8 февраля 1998
г. N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - ФЗ об
ООО). В связи с этим возникает вопрос о спорности сделки, в совершении
которой имеется заинтересованность, если она была одобрена общим собранием
участников как крупная сделка с теми же условиями.
Обсуждая этот вопрос, мы неизбежно столкнемся с пределами
осуществления прав участником хозяйственного общества. В частности,
возникает вопрос: должен ли участник при подготовке к общему собранию,
действуя добросовестно и разумно, самостоятельно устанавливать наличие
заинтересованности в совершении крупной сделки? Если на момент принятия
решения об одобрении крупной сделки участнику общего собрания известно о
наличии заинтересованности в совершении такой сделки, обязан ли участник
доводить это обстоятельство до сведения других участников общества и самого
общества? Возможно ли умалчивание факта о заинтересованности в совершении
сделки или игнорирование этого вопроса рассматривать как злоупотребление
правом (ст. 10 ГК РФ) и на этом основании отказать в защите нарушенного права
или привлечь к ответственности?
Полагаем, что ответы на все вопросы должны быть отрицательными, в
противном случае указанная возможность узнавания превратится в обязанность.
Следует учитывать, что не каждый участник хозяйственного общества обязан
иметь навыки собирания и пользования информацией, размещенной в сети
Интернет, или специально обращаться за помощью в ее отыскании. Отказ в
защите нарушенного права на том основании, что лицо могло узнать
необходимую информацию из открытых источников (ЕГРЮЛ, ЕГРН и прочих),
является проявлением дискриминации тех участников, которые в силу возраста
или образования, иных обстоятельств не могут воспользоваться указанными
источниками или вообще не знают об их существовании. Такой подход к
осуществлению прав участников неизбежно повлечет за собой сокращение
83
количества инвесторов, что также будет иметь неблагоприятные последствия для
гражданского оборота.
Таким образом, рассмотрение вопроса об одобрении крупной сделки не
является основанием для отказа в удовлетворении требований участника о
признании сделки недействительной по причине нарушения порядка
совершения сделок с заинтересованностью, даже в том случае, если этот
участник голосовал за одобрение этой сделки в качестве крупной.
Не менее важным для сохранения стабильности гражданского оборота
является вопрос об исчислении срока исковой давности по данной категории
споров.
Статьи 181, 200 ГК РФ регламентируют общие и специальные правила для
исчисления сроков исковой давности по требованиям о применении правовых
последствий ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной, в
том числе для лица, не являющегося стороной спорной сделки.
В Постановлении Пленума ВС РФ "Об оспаривании крупных сделок и
сделок, в которых имеется заинтересованность" указано, что участник должен
был узнать о совершении сделки с нарушением порядка одобрения крупной
сделки или сделки с заинтересованностью не позднее даты проведения годового
общего собрания участников по итогам года, в котором была совершена
оспариваемая сделка, если из представлявшихся участникам при проведении
этого собрания материалов можно было сделать вывод о совершении такой
сделки (например, если из бухгалтерского баланса следовало, что изменился
состав основных активов по сравнению с предыдущим годом). В любом случае
правоприменитель предлагает исходить из того, что участник должен был узнать
о совершении оспариваемой сделки более года назад (п. 2 ст. 181 ГК РФ), если
он длительное время (два или более года подряд) не участвовал в общих
собраниях участников и не запрашивал информацию о деятельности общества.
Изложенная позиция высшей судебной инстанции вызывает ряд вопросов,
на которые сложно дать однозначные ответы.