79
ученых, ограничения права собственности заключаются в изъятии некоторых
полномочий из его содержания.
Некоторые указывают, что ограничения являются неотъемлемым
элементом содержания права собственности. В.П. Камышанский считает, что
"ограничения не исключают отдельные правомочия из содержания права
собственности, а стесняют, сдерживают собственника в осуществлении
субъективного права". Иначе говоря, сущностью пределов (границ) права
собственности является определение круга правомочий, не входящих в
содержание права собственности, в то время как содержанием ограничений
права собственности является определение правомочий, входящих в
содержание права собственности, но осуществление которых в полной мере
невозможно.
На первый взгляд позиция В.П. Камышанского представляется верной,
так как имеет бесспорное логическое обоснование - ограничить можно то,
что находится в границах права собственности, нельзя ограничить то, что
изъято, исключено из содержания права. Однако с приведенной позицией
трудно согласиться.
Во-первых, если речь идет о праве собственности в целом, то изъятие
из него определенного правомочия, например владения, безусловно означает,
что ограничить владение более невозможно, однако право собственности
будет ограничено.
Во-вторых, исходя из того, что право собственности определяется в
соответствии со ст. 209 ГК РФ как возможность собственника по своему
усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые
действия, правило о том, что такие действия не должны противоречить
закону и иным правовым актам и не должны нарушать права и охраняемые
законом интересы других лиц, устанавливает одновременно и границу права
собственности, так как указывает на те правомочия, которые у собственника
отсутствуют, и ограничение права собственности, поскольку означает
80
сужение, умаление возможностей собственника, которые изначально
являются безграничными.
В-третьих, В.П. Камышанский в подтверждение того, что
ограниченное правомочие собственника не исключается из содержания права
собственности, приводит, как видится, неудачный пример: "Существование
сервитута как препятствия извне затрудняет собственнику осуществлять в
полном объеме принадлежащее ему право на соответствующий земельный
участок.
С прекращением сервитута собственник освобождается от обязанности
терпеть стеснения, вызванные необходимостью соблюдения прав владельца
сервитута в отношении его имущества. В соответствии со ст. 274 ГК РФ
сервитут является не ограничением, а обременением права собственности, и
указанный пример подтверждает лишь то, что временное предоставление
третьим лицам отдельных ограниченных полномочий в отношении
имущества собственника не лишает самого собственника этих полномочий.
Ярким контрпримером, подтверждающим возможность ограничения права
собственности путем изъятия отдельного правомочия, может послужить
арест, вследствие которого собственник лишается правомочия распоряжения
имуществом. Нельзя согласиться также с позицией, согласно которой
ограничение, полностью исключающее любое из правомочий, составляющих
право собственности, ставит под сомнение существование права
собственности. Противоположный вывод очевиден исходя из различения
юридического правомочия и возможности его фактического осуществления.
Собственник, оставаясь титульным владельцем вещи, может быть лишен
фактического владения ею, например, в результате ареста вещи с передачей
ее в секвестр
1
.
Разумеется, есть определенная логика в различении границ (пределов)
и ограничений права собственности. В.П. Грибанов полагал, что "границы -
1
Бумажникова О. В. Актуальность обременения в частном праве Российской
Федерации.//Российский научный журнал. - 2013. - № 6 (31). –С.25
81
есть неотъемлемое свойство всякого субъективного права, ибо при
отсутствии таких границ право превращается в свою противоположность - в
произвол и тем самым вообще перестает быть правом". При этом он
придерживался позиции, в соответствии с которой определение пределов
осуществления гражданских прав не есть ограничение этих прав, а является
юридическим выражением уже существующего экономически равного
положения людей в системе общественных отношений, есть правовое
обеспечение, юридическая гарантия этого действительного равенства, и
фактически сводил проблему пределов осуществления гражданских прав к
борьбе со злоупотреблением ими. Однако сам по себе факт того, что
сообщение законодателя о стеснении свободы в осуществлении права носит
всеобщий характер, думается, не означает, что такое сообщение не есть
ограничение.
Е.А. Суханов считает, что ограничениями права собственности не
являются не только сами границы (пределы) права, но и случаи изменения,
сужения этих границ. С одной стороны, по высказыванию ученого, свобода
усмотрения собственника "подвергается неизбежным ограничениям в
публичных интересах", "собственник должен учитывать природоохранные
(экологические) требования и запреты, целевое назначение данных объектов,
требования закона по их рациональному использованию, права и интересы
соседствующих пользователей и т.д." С другой стороны, Е.А. Суханов
утверждает, что ущемление свободы усмотрения собственника "является не
ограничением его права собственности, а установлением более точных
границ его содержания, которое в любом случае не может быть
беспредельным".
По мысли В.П. Камышанского, требование закона к собственнику
учитывать права третьих лиц есть граница (предел), если не предполагает
возможности несобственника вторгаться в сферу юридического господства
собственника. И оно есть ограничение, если сужение возможностей
собственника осуществлять правомочия обусловлено внешним воздействием,
82
вторжением третьих лиц в сферу юридического господства собственника
посредством предоставления им возможности осуществления отдельных
правомочий собственника. Однако едва ли можно согласиться с такой
логикой.
Как верно отмечает В.П. Мозолин
1
, позитивное определение права
собственности не сводится к зафиксированным в законе правомочиям
владения, пользования и распоряжения, "исчерпывающий перечень
правомочий собственника в принципе недостижим". Поэтому, исходя из
того, что право собственности предполагает максимально свободное
усмотрение собственника при выборе способов распорядиться (в широком
смысле) вещью, фиксацию границ можно считать общими, установленными
в законе едиными для всех ограничениями в осуществлении права
собственности, наряду с которыми существуют ограничения адресного
характера, которые предусматривают сужение общих границ и являются
подлинно ограничениями права собственности. При таком понимании
ограничений права собственности общие ограничения есть не что иное, как
правовые ограничения, границы или пределы права собственности, а частные
- ограничения права собственности в узком смысле, или, иначе, сужение
пределов (границ) прав собственника. В противном случае пришлось бы
признать, что наложение ареста на имущество собственника является не
ограничением, а лишь более точным определением содержания его права,
ибо наложение ареста не вызывает гражданских правомочий третьих лиц в
отношении имущества собственника. Думается, данный подход, состоящий в
отождествлении границ, пределов и ограничений права собственности,
соответствует целям разграничения понятий "ограничения" и "обременения",
не противоречит суждениям законодателя. ГК РФ определяет пределы
осуществления гражданских прав, как запрет некоторых форм их
использования. Кроме того, рациональные моменты позиции ученых о
1
Мозолин В. П.. О гражданско-процессуальном правоотношении. //Советское государство
и право № 6. - 1955. - С.46
83
несовпадении по существу пределов и ограничений, основанной главным
образом на выводах В.П. Грибанова
1
, могут быть учтены четким
разграничением общих и специальных ограничений.
Действительно, с пределами подлежат отождествлению лишь общие
ограничения, которые, по сути, задают рамки праву, определяют его
содержание. Так, если субъект приобрел земельный участок, то его право
собственности изначально в общем порядке ограничено: собственник не
вправе загрязнять земельный участок либо изменять установленное
нормативными требованиями его целевое назначение. Это общее
ограничение. Собственник не может вырубить лес на приобретенном участке
исключительно для того, чтобы испортить соседу вид из окна. Это предел
осуществления права. И то и другое заложено в субъективном праве, поэтому
и признается общими ограничениями, в отличие от адресных, как если бы,
например, участок был подвергнут аресту.
Наконец, причисление пределов осуществления права собственности к
ограничениям данного права позволяет минимизировать риск возможного
судейского произвола и негативного собственного усмотрения
представителей государственных органов при определении наличия или
отсутствия злоупотребления правом. Поскольку в соответствии со ст. 1 ГК
РФ ограничения гражданских прав устанавливаются только в той мере, в
какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя,
нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц,
обеспечения обороны страны и безопасности государства, установление
факта злоупотребления правом, нарушения пределов его осуществления
должно основываться на установлении нарушения управомоченным лицом
данных защищаемых законом ценностей.
1
Грибанов В.П. Пределы осуществления и защиты гражданских прав // Грибанов В.П.
Осуществление и защита гражданских прав. М., 2014.-с.267
84
Уточняя выдвинутое выше положение о причислении пределов
осуществления права собственности к его ограничениям, следует отметить,
что само существование ст. 10 ГК РФ о пределах осуществления
гражданских прав не противоречит этому положению, и сделанный вывод не
следует рассматривать как отрицание необходимости ее существования в
тексте ГК РФ. В содержании этой статьи действительно напрямую не
усматривается усечение триады правомочий собственника. Однако
совершение собственником действий, не поощряемых законом
(направленных на ограничение конкуренции, на причинение вреда третьим
лицам, неразумных, недобросовестных), влечет согласно правилам данной
статьи отказ в защите права. То есть происходит ограничение права
собственности посредством ограничения возможности его принудительной
защиты. Правила, которые содержатся в ст. 10 ГК РФ, необходимы, они
являются продолжением общей нормы о возможности ограничения
гражданских прав законом. Более того, представляется целесообразным
объединить положения п. 2 ст. 1 и ст. 10 ГК РФ в одну статью и назвать эту
статью "Ограничения гражданских прав"
1
.
Иного взгляда на проблему соотношения пределов и ограничений
права собственности придерживается П.В. Крашенинников, который
усматривает различия этих двух категорий в том, что пределы объективны и
не зависят от воли собственника, поскольку предопределены законом. В
противоположность пределам ограничения субъективны, потому что зависят
от основанной на законе воли субъектов или судебных органов. С такой
позицией трудно согласиться хотя бы потому, что различия в правовых
явлениях, обозначаемых указанными терминами, автор видит в разных
основаниях установления, но не в разных свойствах их правовой природы.
В любом случае, независимо от выбора конкретного варианта
определения соотношения понятий границ, пределов и ограничений права
1
Слепенок Ю.Н. Ограничения (обременения) прав на земельный участок как объект
гражданских прав // Вестник КРУ МВД России. - 2013. - № 1. - С. 73
85
собственности, думается, нельзя не признать, что согласно формулировкам
современного ГК РФ право собственности как субъективное гражданское
право (вид и мера возможного поведения собственника) фиксируется, как
возможность осуществлять любые действия по своему усмотрению.
Мера поведения собственника (границы его поведения) определяется
общими ущемлениями свободы усмотрения собственника, т.е. пределами,
которые заключаются в том, что собственнику запрещается осуществлять
право с намерением причинить вред другому лицу, закрепляется
недопустимость злоупотреблять правом в других формах, не дозволяется
нарушать закон при осуществлении права. Думается, в этой связи следует
согласиться с выводом ученых о том, что категории "разумность" и
"добросовестность" можно считать ограничениями права собственности, так
как они являются своеобразными пределами усмотрения собственника, и
отметить, что закрепление в законе обязанности собственников действовать
разумно и добросовестно (а не иначе) является границей, или - что
равнозначно - пределом права собственности. Действительно, "собственник
всегда ограничен в осуществлении своих прав требованием разумного
использования принадлежащего ему имущества". По словам В.П.
Камышанского, разумность и добросовестность в действиях собственника
играют ограничительную функцию по отношению к праву собственности.
Усмотрение в действиях собственника предполагает разумность и
добросовестность при осуществлении права собственности. Они позволяют
расширить гражданско-правовую доктрину злоупотребления правом в виде
шиканы введением запретов на злоупотребление правом в иных формах.
Принцип разумности и добросовестности ограничивает право собственности
при осуществлении того, что дозволено собственнику.
Аспект третий. Необходимо ответить на вопрос: ограничивают ли
право собственности, наложенные на собственника обязательства или
существующие права третьих лиц в отношении имущества собственника?
Большинство ученых едины во мнении, что если на собственника и
87
способами (с помощью запретов, наказаний), в том числе в результате
наложения обязанностей.
По словам С.В. Боботова
1
, "современное общество становится все
более сложным. Оно опутывает граждан сетью запретов и обязанностей, так
или иначе ограничивающих реализацию гражданских прав в полном объеме".
С одной стороны, обязанности позволяют собственнику действовать только
строго указанным в законе способом и в определенной законом мере и тем
самым ограничивают его действия, сдерживают от иного поведения. С
другой стороны, если по содержанию права собственности собственник
может не осуществлять вообще никаких действий по отношению к его
имуществу, то наложение законом обязанности по совершению таких
действий необходимо рассматривать именно как ограничение права
собственности. "Обязанность, - пишет А.В. Малько, - это необходимость, за
которой (в случае ее нарушения) стоят меры наказания". Вообще "всякая
правовая норма указывает выбор из ряда вариантов поведения,
следовательно, ограничивает поведение общественно полезными формами,
определяя различные его разновидности", требования закона "направлены на
ограничение свободы без берегов". Например, Правилами пожарной
безопасности в лесах РФ установлена обязанность граждан, юридических
лиц при проведении работ в лесу хранить горюче-смазочные материалы в
закрытой таре, очищать места их хранения и т.д.
В соответствии с положениями ФЗ от 21 декабря 1994 г. N 69-ФЗ "О
пожарной безопасности" граждане обязаны иметь в помещениях и строениях,
находящихся в их собственности, первичные средства тушения пожаров и
противопожарный инвентарь. Множество подобных ограничений вытекает
из санитарных, эпидемиологических и других правил. Обязанности,
ограничивающие право собственности, предусмотрены земельным
законодательством.
1
Боботов СВ. Буржуазная юстиция. Состояние и перспективы развития. М., 2014.- с.117
88
На первый взгляд приведенное выше определение ограничения права
как сдерживающего фактора, предложенное А.В. Малько
1
, также не
охватывает такой элемент содержания ограничений, как обязанности.
Возникает мысль о том, что из определения "выпадают" ограничения прав
лиц, не осуществляющих и не намеревающихся осуществлять
противоправные деяния. Однако это не так. Механизм действия ограничения
как сдерживающего фактора включает и возможность наложения
обязанностей на субъекты права. Обязанности затрудняют возможность
осуществить правомочия собственника в полном объеме, они "сдерживают
обязанное лицо от удовлетворения собственных интересов и заставляют его
действовать в интересах управомоченного". Подчеркнем, что А.В. Малько
закончил данную фразу словами "в интересах управомоченного". Однако
такое понимание обязанностей как ограничений представляется не вполне
корректным, так как ограничения прав не подразумевают возникновения
правомочий третьих лиц в отношении ограничиваемого субъекта. Следовало
бы указать, что обязанности вызывают необходимость обязанного субъекта
действовать в интересах защиты основ конституционного строя,
нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц,
обеспечения обороны страны и безопасности государства. Действительно,
как верно отмечает И.М. Приходько, ограничения призваны удерживать
субъектов права от противозаконного удовлетворения собственных
интересов, от поведения, вредного для других граждан и общества в целом.
Это зафиксировано и в основных международных актах; например, ст. 29
Всеобщей декларации прав человека гласит, что права человека могут быть
ограничены с целью обеспечения должного признания и уважения прав и
свобод других и удовлетворения справедливых требований морали,
общественного порядка и общего благосостояния в демократическом
обществе.
1
Малько А. В. Теория государства и права: учебник. — М., 2013. – с.78
89
Следовательно, необходимо включать в содержание ограничений права
собственности, установленные законом или актом уполномоченного законом
органа, обязанности собственника по совершению определенных действий,
направленных на обслуживание его имущества, недопущение нарушений
прав других лиц. Данный вывод подтверждается законодательным опытом
зарубежных стран с близкими российской правовыми системами. Так, в
соответствии со ст. 50 Закона о собственности Болгарии Совету Министров
этой страны предоставлено право возлагать на собственников недвижимости
обязанности, связанные с использованием этого имущества. Разумеется,
чтобы предложенная трактовка ограничений являлась верной, такие
обязанности не должны корреспондировать с гражданскими правами третьих
лиц на имущество собственника, поскольку их возникновение проявляет
осуществление права собственности, а не его ограничение.
Очевидно, с рассмотренным вопросом тесно связан другой:
действительно ли ограничения права собственности не предоставляют
третьим лицам какие-либо права на имущество или активные действия
собственника? В соответствии с приведенным выше определением
ограничений, предложенным А.В. Малько, ограничения права собственности
могут состоять в наложении на собственника обязанности терпеть что-либо
со стороны других, т.е. допустить определенные действия других лиц
относительно вещи, хотя по содержанию права собственности он мог бы их и
не допускать. Некоторые авторы полагают, что проявлением ограничения
права собственности действительно может быть наложение на собственника
обязанности допускать определенные действия сторонних лиц в отношении
его имущества, даже более, что предоставление прав на имущество
собственника третьим лицам ограничивает право собственности.
В юридической литературе существует также точка зрения, в
соответствии с которой следует отличать ограничения права собственности