25
Логичность, тесно связанная с последовательностью изложения, его
доказательностью и аргументированностью, выражается, в основном, на
синтаксическом и текстовом уровнях. Её реализации способствуют
полнооформленность высказываний, использование вводных слов и
словосочетаний и конструкций и оборотов связи, нейтральный порядок слов, в
котором тема предшествует реме.
Последовательность и связность изложения достигается за счёт строго
оформленной композиции (деление на главы, параграфы и т.п.) и широким
использованием средств проспекции и ретроспекции, создающих
стереотипность текста, проявляющуюся в наличии многих готовых формул.
Точность и ясность научной речи достигается за счёт употребления
большого числа терминов (синонимическая замена нежелательна и даже
недопустима), редкого употребления слов в переносных и контекстуальных
значениях, использования вводных и вставных конструкций в функции
уточнения (лексический уровень).
Также точности и ясности восприятия текста способствует чёткость
оформления синтаксических связей (синтаксический уровень), а также (если
повезёт) точные библиографические ссылки и сноски (уровень текста)
Также, как отмечает Чаковская М. С. в своей работе «Текст как
сообщение», текст научный (основная функция которого — сообщения каких-
либо научных сведений), даже если он насыщен элементами эмоционально-
экспрессивно-оценочного характера, легко поддаётся реферированию,
сокращению, выделению в нём основных моментов. Произведение же
словесно-художественного творчества, не допускает подобного с собой
обращения. Попытки подвергнуть художественные тексты сокращению без
учёта их литературно-художественной специфики приводят к так называемым
«дигестам», лишённым какой-либо эстетической значимости [38, с.13].
Это особенно заметно при сравнении художественных текстов,
адаптированных для изучения иностранного языка, с оригинальными, не
подвергшимися подобной обработке.
26
Например, текст романа Дж. Остин “Prade and Prejudice”,
адаптированный по методу Ратке В., составляет 141 страницу, оригинальный
же текст — 454 страницы. Разница колоссальная! Помимо того, что текст был
сокращён почти втрое и упрощён, из него пропала часть смыслообразующих
реплик персонажей, что привело к тому, что поведение персонажей понять
после подобной обработки стало сложнее [29, 30].
Подобное не происходит с текстами научной тематики — их можно
сократить без ущерба для смысловой составляющей. Нередко сами авторы
пишут краткое содержание своих работ, чтобы читателям, заинтересованным в
изучении того или иного вопроса, было удобнее ориентироваться в них.
Итак, подведём итоги по научному стилю.
По мнению большинства исследователей, наиболее существенными
чертами данного стиля являются чёткая синтаксическая организация
предложений, тщательный отбор лексики (склонность к использованию
книжной и нейтральной лексики и образованию неологизмов) и
терминологичность.
Также научный слог отличает редкое употребление слов в переносных и
контекстуальных значениях, стереотипность синтаксических конструкций,
наличие элементов строгой письменной традиции, отсутствие краткости в
изложении (характерной для официально-делового стиля) и соблюдение
строгой логической последовательности изложения и построения материала на
всех уровнях (для чего употребляются вводные конструкции и связочные
средства).
Как уже было сказано, речевые стили редко встречаются в чистом виде.
Так, в научном стиле выделяют несколько подстилей (иногда подстили
называют регистрами) — собственно научный, научно-учебный, научно-
технический и научно-популярный [20, с. 310].
Некоторые исследователи, впрочем, выделяют научно-популярный
стиль как отдельный функциональный стиль речи. Главным аргументом для
подобного утверждения Н. Н. Маевский называет то, что научно-популярный
27
стиль реализует две функции — сообщения и воздействия. В данной работе мы
всё же будем рассматривать этот стиль как подстиль интеллектуального стиля.
Обычно упоминается, что научно-популярный стиль рассчитан на
неспециалистов, а произведения данного стиля призваны распространять
научные знания среди широких слоёв населения, но есть тенденция к
расширению адресации. В связи с этим выделяются три формы популяризации:
- общеобразовательная;
- интранаучная (удовлетворяет профессиональные запросы
специалистов, стремящихся выйти за пределы узкой специализации в пределах
своей науки);
- интернаучная (восполняет междисциплинарные интересы учёных) [35].
Основной принцип подстиля — доступность и наглядность. Многие
черты научной речи в подстиле сохраняются, хотя, естественно, эти тексты
немного проще (или значительно проще, если говорить о детской аудитории)
для восприятия, поскольку обычно насыщены конкретными примерами, в них
меньше терминов и они обычно расшифровываются, они более экспрессивны и
образны.
Итак, в данной работе мы будем рассматривать научно-популярный
стиль как подстиль научного функционального стиля языка, обладающий,
помимо черт научного языка, своими характерными особенностями –
наглядностью и доступностью, которая напрямую зависит от степени
популяризации знаний.
1.3. Особенности стиля книги Мерло А. М. “The Rape of the Mind”
Поскольку книга рассматривает проблему манипулирования сознанием
и писалась специалистом для широкой аудитории, то логично предположить,
что её можно отнести к научному функциональному типу текста и к научному
функциональному стилю языка (научно-популярный подстиль). Попробуем
рассмотреть, что именно позволило классифицировать данный текст именно
так.
28
Итак, как мы уже упоминали ранее, у научно-популярного подстиля (как
варианта научного стиля) есть свои определённые черты — строго
оформленная композиция текста, логичность изложения (за счёт широкого
использования связочных средств), тщательный отбор лексики с
преобладанием слов в прямом предметно-логическом значении, частое
использование терминов, чёткая синтаксическая конструкция предложений и
их полнота, а также преобладание безличных и пассивных конструкций на
грамматическом уровне. Кроме того, этот стиль отличается своеобразной
экспрессивностью, и тексты данного стиля легко поддаётся сжатию.
Попробуем рассмотреть эти стилевые черты на примере следующего
абзаца.
‘If the prisoner's mind proves too resistant, narcotics are given to confuse it:
mescaline, marijuana, morphine, barbiturates, alcohol. If his body collapses before
his mind capitulates, he receives stimulants: benzedrine, caffeine, coramine, all of
which help to preserve his consciousness until he confesses. Many of the narcotics
and stimuli which ultimately help to induce mental dependency and enforced
confusion can also create an amnesia, often a complete forgetting of the torture itself.
The torture techniques achieve the desired effect, but the victim forgets what has
actually happened during the interrogation. The clinicians who do therapeutic work
with amphetamine derivatives, which when injected into the blood stream help
patients to remember long forgotten experiences, are familiar with the drug's ability
to bring soothing forgetfulness of the period during which the patient was drugged
and questioned’ [43, с.16].
Что же мы здесь видим? В первую очередь, на лексическом уровне
можно заметить много медицинских терминов (narcotics, stimuli, amphetamine
derivatives, amnesia) и названий препаратов и их групп (mescaline, marijuana,
morphine, barbiturates). Местоимение he используется в обобщённом значении,
оно не указывает на половую принадлежность — это не важно в данном
отрывке текста, поскольку описывается типичная ситуация, то же самое можно
сказать об использовании слова clinicians. На синтаксическом уровне мы видим
29
достаточно длинные предложения с подчинительной связью. Преобладает
нейтральная лексика, но при этом этот абзац обладает экспрессивностью, что
напрямую связано с описываемой ситуацией (и словами prisoner, narcotics,
torture и victim в их прямом значении). Невозможно читать что-либо связанное
с использованием медицинских знаний не по прямому назначению спокойно.
Автор же в данном абзаце не высказывается своё мнение о ситуации напрямую
(в последующих, впрочем, тоже).
Следующий абзац начинается со слова next, что обеспечивает его
логическую связь с предыдущим на текстовом уровне. Эти вводные
конструкции, как мы помним, очень характерны для научных работ. Кроме того,
они помогают тому, кто пользуется текстом, быстрее выделять главное
(своеобразные «маячки»), что очень удобно для ориентации в книге.
Отдельно можно отметить, что Мерло А. М. в начале каждой части
рассматриваемой нами книги говорит о её содержании, что также облегчает
ориентацию в данной работе (этим также обеспечивается последовательность и
связность изложения и его логичность).
Например, начало первой части.
‘The first part of this book is devoted to various techniques used to make man
a meek conformist. In addition to actual political occurrences, attention is called to
some ideas born in the laboratory and to the drug techniques that facilitate
brainwashing. The last chapter deals with the subtle psychological mechanisms of
mental submission’ [43, с.6].
В этом отрывке также можно увидеть, как в тексте реализуется
функциональная семантико-стилистическая категория (ФССК) диалогичности,
акцентности (уточнения) и проспекции (автор заранее сообщает читателю, о
чём будет говориться в этой главе). Маркерами проспекции и акцентности
здесь выступают словосочетания the first part, the last chapter.
А вот так автор пишет о содержании второй части работы.
‘The purpose of the second part of this book is to show various aspects of
political and non-political strategy used to change the feelings and thoughts of the
30
masses, starting with simple advertising and propaganda, then surveying
psychological warfare and actual cold war, and going on to examine the means used
for internal streamlining of man's thoughts and behaviour. Part Two ends with an
intricate examination of how one of the tools of emotional fascination and attack —
the weapon of fear — is used and what reactions it arouses in men’[43, с. 65].
Здесь мы снова видим нейтральную лексику, сложные
полнооформленные предложения, а также практическую реализацию ФССК
акцентности (уточнения), проспекции и диалогичности. Маркерами
диалогичности и проспекции здесь являются вводные конструкции (starting
with, then).
Подобным приёмом пользуются многие авторы. Например, уже
упоминавшийся ранее Г. Гвюдьонссон в своей книге, рассматривающей
психологические аспекты сбора информации на допросах, также относительно
коротко описывает содержание каждой части своей работы, правда, делает он
это в самом начале, что ещё удобнее для читателя.
Например, вот что он пишет о целях книги и о содержании второй части.
‘The purpose of the book is to examine in detail the various aspects of
investigative interviewing and to highlight the factors that influence the accuracy and
completeness of the information collected. The emphasis is on the application of
psychological knowledge and principles to investigative interviewing and confessions.
The major issue addressed is to what extent psychological knowledge and principles
can assist the police, psychologists, social workers, probation officers and the legal
profession, in the gathering and evaluation of confession evidence’[41, с. 2]. (Курсив
авт.)
‘Part II, ‘Legal and Psychological Aspects’, consists of six chapters. It
commences with a detailed discussion of the English and American confession law.
Differences and similarities between the two legal systems and legal practice are
highlighted. The chapter on the American law is co-authored with a New York
attorney, Lorca Morello. After discussing the legal issues and practice there is a
chapter on psychological assessment. The concepts of interrogative suggestibility,
31
compliance and acquiescence, which have become increasingly important legally in
the context of disputed confessions, are discussed in detail within the context of the
relevant theoretical and empirical evidence. Part II concludes with a chapter on the
effects of drugs and alcohol on the reliability of testimony. In this chapter a double
murder case of the false confession of a heroin addict is presented’ [41, с. 3].
Можно сказать, что каждый из этих авторов уже представил краткое
содержание своих работ, и облегчил ориентацию в них. Без этих описаний
ориентироваться в текстах, которые зачастую достаточно объёмны (книга Г.
Гвюдьонссона — 705 страниц), было бы намного сложнее.
Как было сказано выше, ясность и точность научной речи на текстовом
уровне реализуется с помощью разнообразных ссылок и сносок с
комментариями (они же также являются ФССК диалогичности). Подавляющее
большинство текстов научного содержания сопровождаются ссылками и
сносками на работы других исследователей или же на свои собственные более
ранние публикации. В основном, это ссылки на печатные труды, но сейчас, в
связи с развитием технологий, можно встретить также ссылки на видео-ролики
на you-tube канале или на сайт автора.
В тексте ссылки и сноски помешаются либо внизу страницы, либо, если
объём значительный, выносятся в конец книги, иногда по главам.
Помимо ссылок и сносок точности и ясности служат библиографии
(элемент характерный только для научного стиля), которые традиционно
помещают в конец книги,
Помимо комментариев, оформленных в виде ссылок и сносок, есть
комментарии оформленные иначе. Эти тексты-сателлиты могут
сопровождаться заголовком «Комментарий» или указание на дополняющий
характер текста даётся в скобках. Также подобного рода тексты могут иметь
иной, отличающийся от основного текста, размер и шрифт, или помещаться на
полях книги.
В выбранной нами книге на дополнительных характер текста указывает
слово ‘Notes’, сам текст комментария заключён в скобки. Ссылки и сноски
32
отсутствуют, что не частотно для научных текстов. Библиография, как обычно,
помещена в конец книги.
1.4. Комментарий. Понятие, виды
В данном параграфе мы рассмотрим понятие «комментарий», виды
комментариев и их функции в тексте произведения. Особое внимание будет
уделено авторскому комментарию.
Существует достаточно работ по журналистике, стилистике и
литературоведению, посвящённых комментариям, но большая их часть
рассматривает подобные тексты или как часть художественного произведения
(например, статья Егоренковой Л. А. и Палий А. А. об авторских комментариях
в романе Джейн Остин «Гордость и предубеждение»). Также сейчас очень
актуально (в связи с тем, что мы живём в эпоху цифровых технологий)
рассматривать комментарий как компонент интернет-коммуникации. В нашей
работе мы попытаемся рассмотреть комментарии в научных (в частности, в
научно-популярных) текстах.
Толковые словари дают следующие определения понятию
«комментарий».
Комментарий (от лат. commentaries — заметки, толкование) —
толкование смысла какого-либо слова, грамматического или стилистического
явления, связей между лексическими единицами, особенностей отражения
национальной культуры в слове и др. [25]
Комментарий — толкование, изъяснение какого-нибудь текста,
изложения. Во мн. числе это слово употребляется в значении «объяснительные
примечания к тексту сочинений какого-нибудь автора» или «рассуждения,
пояснительные замечания по поводу чего-нибудь» [32].
Комментарий (от лат. commentaries — заметки, толкование), 1) книжный
комментарий (примечания) — пояснения к тексту, часть научно-справочного
аппарата книги.
33
2) В системе средств массовой информации — разновидность
оперативного аналитического материала об общественно-политическом
событии, документе и т.п. [34]
Согласно ГОСТ 7.0.3 – 2006 комментарий — это «составная часть
аппарата издания, представляющая собой свод сведений, которые разъясняют и
толкуют факты, слова, фрагменты текста или всего произведения»[12].
Иногда понятие «комментарий» смешивают с примечанием
1
, поскольку
граница между ними весьма условна, но считается, что комментарий
обязательно должен добавлять к любой справке толкование сообщаемых
сведений под углом зрения раскрытия авторского замысла и авторской
концепции произведения [21, с. 170].
В данной работе мы также не будем разделять понятия «комментарий» и
«примечание», поскольку зачастую сложно отделить одно от другого в силу
схожести этих вторичных текстов по функциям и оформлению. Даже
определения этих понятий не помогают их различать. То, что в одном издании
текста названо «примечанием» вполне может оказаться «комментарием» в
другом.
Существует много классификаций комментариев.
Например, Арнольд И. В. в своих работах по стилистике декодирования
делит комментарии на письменные, устные, а также комментарии, выраженные
паралингвистическими средствами (жестами, улыбкой, аплодисментами и т.д.).
Кроме того, некоторые исследователи выделяют языковые и неязыковые
комментарии (к ним относят фотографии, таблицы, иллюстрации,
географические карты и т. д.)
Примером неязыкового комментария в художественном тексте может
послужить карта Торина Дубощита в «Хоббите» Толкина Дж. Р. Р. или карта
1
Примечание — элемент аппарата издания, содержащий дополнения к основному тексту: уточнения,
разъяснения, переводы иностранных текстов, ссылки, принадлежащие автору, редактору, переводчику и другим
лицам, принимавшим участие в подготовке издания. Примечание в отличие от комментария не содержит
толкований текста издания [12].
34
Хогвартса в серии книг о приключениях Гарри Поттера Дж. К. Роулинг,
выпущенных издательством Bloomsbury.
В ситуации интернет-коммуникации к неязыковым комментариям
можно отнести ссылки на видеозаписи. В основном, это касается публицистики
(ссылки на записи интервью, как правило), хотя подобные неязыковые
комментарии могут быть и в научной литературе.
Например, Ракицкий А. Е., врач-гипнотерапевт, в своей книге (которая
доступна как в печатном виде, так и в электронном) «Прощай, лишний вес»
даёт ссылки на различные видеозаписи, размещённые на его you-tube канале.
Нечто похожее можно найти и в книге Зимбардо Ф. «Эффект
Люцифера» — в авторских примечаниях, которые даются по главам, можно,
помимо отсылок к другим работам автора (и не только), найти ссылки на
видеозаписи.
Поскольку данная работа посвящена комментариям в книге, то в
дальнейшем мы будем говорить только о письменных языковых комментариях.
Комментарий как часть справочного аппарата издания может быть
издательским (редакторским, переводческим, если книга принадлежит перу
зарубежного автора) или авторским [21].
Согласно ГОСТ 7.0.3 – 2006 различают следующие виды комментариев:
— реальный — комментарий, объясняющий реалии (различные объекты
материальной и духовной жизни общества, которые встречаются в
произведении — факты, имена, события и пр.);
— историко-литературный — раскрывает смысл и художественные
особенности произведения, его значение и место в историко-литературном
процессе;
— словарный (построен в форме алфавитного словаря) — объясняет
слова обороты речи, непонятные читателям;
— текстологический — содержит сведения текстологического
характера;