32
1) позитивная, гражданская, политическая ответственность, которая
выражается в правомерном поведении субъектов как их обязанности
следовать предписаниям закона
33
;
2) негативная ответственность, состоящая в "обязанности субъекта
претерпевать лишения за нарушение предписаний социальных норм"
34
.
Указанные лишения могут носить как личностный, так и имущественный
характер, однако они непосредственно не направлены на восстановление
прав потерпевшего. Другими словами, публично-правовые меры
ответственности не наделены компенсационной функцией в той мере, в
какой ею наделены меры ответственности гражданско-правового характера.
Несомненно, при привлечении к гражданско-правовой ответственности
общественные интересы и публичный правопорядок также имеют значение,
но в отличие от сферы публичного права, нормы которого направлены
преимущественно на их поддержание, здесь правопорядок восстанавливается
косвенно, через факт возмещения вреда конкретному лицу. Удовлетворяя
прежде всего частный интерес субъекта права (физического или
юридического лица), норма об ответственности устраняет возникшую
социальную несправедливость и гарантирует возможность возмещения вреда
при возникновении подобного случая в будущем.
Кроме того, гражданское право регулирует чаще всего отношения,
являющиеся по природе имущественными. Обязательственное право как
подотрасль гражданского права отражает динамику имущественных
отношений, передачу материальных благ от одного лица другому. Поэтому
правила о собственности служат предпосылкой для существования
обязательственных правоотношений, возникающих, в частности, вследствие
причинения вреда и признающихся в свою очередь основой для
имущественной ответственности субъектов гражданского права
35
. Данное
33
Токарева М.В. Взаимная ответственность государства и личности как объект
гражданско-правового регулирования // Рос. судья. 2010. N 12. С. 20
34
Хачатуров Р.Л., Ягутян З.Г. Юридическая ответственность. Тольятти, 2009. С. 14.
35
Грибанов В.П. Осуществление и защита гражданских прав. М., 2009. С. 310 - 312.
33
утверждение доказывает необходимость отнесения правоотношения по
возмещению вреда, причиненного актом судебной власти, к гражданско-
правовой сфере регулирования.
4. Метод правового регулирования. Как известно, публичное право
строится на основе централизации, а частное - децентрализации
соответствующих правоотношений
36
. Другими словами, гражданские права
возникают у лица в результате совершения им волевых действий,
направленных на удовлетворение частных интересов. Логичен вывод о том,
что реализация права на получение от государства возмещения вреда,
причиненного актом судебной власти, зависит от волеизъявления лица,
которому вред был причинен. Осуществляется такое право посредством
предъявления иска и только по инициативе лица, которому причинен вред
37
.
Следовательно, здесь индивид сам устанавливает свое правовое
положение, в то время как в сфере публично-правового регулирования
положение каждого человека определяется по воле, инициативе государства.
Однако следует отметить, что в публичной сфере также имеются
субъективные права, которые гражданин вправе не осуществлять (например,
избирательное право). Но при закреплении этих прав речь идет о благе
социальной группы или общества в целом, а не об интересе отдельного
индивида, что и отличает государственно-властное веление от частной
инициативы.
Кроме того, содержание и объем права, предоставление которого
гарантировано публично-правовой нормой, все-таки зависит не от воли и
желания конкретного лица, а от установки государства. В то же время
отличительной чертой субъективного права, опосредуемого гражданско-
правовой нормой, является гарантия частного интереса конкретного лица.
36
Покровский И.А. Понятие гражданского права и вопрос его социальной ценности
// Основные проблемы гражданского права. М., 2009.
37
Это частный случай проявления диспозитивного метода, выступающего основой
для регулирования гражданско-правовых отношений.
34
В итоге, как видим, природа правоотношения по возмещению вреда,
причиненного актом судебной власти, выражается не в его субъективном
составе, а в цели реализации правоотношения, его содержании
(удовлетворение интереса индивида, заключающегося в восстановлении
нарушенного права, а также в возмещении понесенных в имущественной
сфере убытков) и методе его регулирования (лицу предоставляется
возможность реализовать свое право на возмещение или отказаться от
такового). Перечисленные критерии указывают на гражданско-правовой
характер норм, регулирующих ответственность за вред, причиненный актами
судебной власти, вынесенными при осуществлении правосудия.
Применение ответственности за вред, причиненный актами судебной
власти, вынесенными при осуществлении правосудия, регулируется
нормативными актами различной отраслевой принадлежности, поэтому
неизбежно возникает вопрос о возможности отнесения норм, регулирующих
данный вид ответственности, к комплексным образованиям (отраслям) в
системе российского права.
Общественные отношения, возникающие в связи с осуществлением
судом процессуальной деятельности, неоднородны. Они носят гражданско-
правовой, трудовой, процессуальный, финансовый характер. В то же время
эти общественные отношения взаимосвязаны, что проявляется во
взаимодействии норм различных нормативных правовых актов, в том числе
при регулировании вопроса о возмещении вреда, причиненного актом
судебной власти. Поэтому при сохранении нормами права отраслевой
принадлежности они образуют комплексный нормативный массив.
Регулирование определенной группы общественных отношений как
имеющей самостоятельную отраслевую принадлежность предполагает
наличие обособленного предмета и метода регулирования.
В этом плане ответственность за вред, причиненный актами судебной
власти, вынесенными при осуществлении правосудия, нельзя считать
комплексным правовым образованием, поскольку, как говорилось выше, по
35
предмету и методу правового регулирования рассматриваемый вид
ответственности содержит черты, свойственные отрасли гражданского права:
имеет имущественный характер и реализуется по инициативе конкретного
лица (потерпевшего).
Что касается применения к данному виду отношений положений
нормативных актов иной отраслевой направленности, то здесь мы можем
говорить о комплексном характере законодательства в рассматриваемой
сфере. Комплексность его обусловлена различной отраслевой
принадлежностью норм
38
, регулирующих применение ответственности за
вред, причиненный актами судебной власти, вынесенными при
осуществлении правосудия. Сама ответственность носит выраженный
гражданско-правовой характер, однако такие вопросы, как установление
вины судьи в вынесении акта, не соответствующего закону, определение
оснований привлечения к ответственности и объема подлежащего
возмещению вреда, а также органа, выступающего от имени государства при
предъявлении соответствующего искового требования, порядка выплаты
компенсации и порядка предъявления иска о возмещении вреда, могут быть
урегулированы законодательными актами, имеющими иную отраслевую
принадлежность, в том числе гражданско-процессуальную, уголовную или
уголовно-процессуальную.
Вывод: таким образом, поскольку правовая природа нормы,
регулирующей то или иное общественное отношение, не зависит от того, в
каком нормативном акте она находится, то данный факт не влияет и на
природу нормы. Можно сделать вывод о гражданско-правовой природе норм,
регулирующих ответственность за вред, причиненный судебным актом,
вынесенным при осуществлении правосудия, что обусловлено прежде всего
содержанием возникающего деликтного обязательства: речь идет о
38
Лафитский В.И. О статусе Российской академии наук, Банка России и других
юридических лиц в связи с проектом новой редакции Гражданского кодекса РФ //
Законодательство и экономика. 2011. N 1. С. 9 - 10.
36
приоритетном удовлетворении частного интереса конкретного лица,
выражающегося в восстановлении его имущественных прав, которые были
нарушены в связи с вынесением судебного акта, не соответствующего
закону, а также личных неимущественных прав (компенсация морального
вреда).
Кроме того, гражданско-правовой характер указанной ответственности
отражается в принципах правового регулирования, в частности в равенстве
субъектов правоотношения, когда государство выступает как участник
гражданского оборота, который не вправе реализовать в отношении
индивида какие-либо властные полномочия; в свою очередь, гражданин или
юридическое лицо, которым был причинен вред вследствие вынесения
судебного акта, не соответствующего закону, имеют возможность
самостоятельно распорядиться своим правом на возмещение (решить вопрос,
будут они его реализовывать или нет).
2.3. Уголовно – правовая ответственность
В теории уголовного права для квалификации любого преступления
необходимо выделять объект, объективную сторону, субъект, субъективную
сторону и некоторые факультативные признаки, характерные для
конкретного состава преступления.
Объектом преступления, предусмотренного ст. 305 УК РФ, выделяют
интересы правосудия, авторитет и нормальное функционирование судебной
власти. Состав данного преступления не только подрывает устои судебной
власти, но и наносит ущерб авторитету государственной власти в целом.
Особенно это ощущается, если решение или приговор вынесены от имени
Российской Федерации. В то же время для квалификации данного деяния не
имеет значения, какой судебный акт выносится лицом, осуществляющим
правосудие: приговор, решение суда, вердикт, постановление, определение и
т.д. Объективную сторону преступления образует вынесение неправосудного
37
судебного акта, который не вступил в законную силу. Данное обстоятельство
является существенным основанием для привлечения указанных лиц к
уголовной ответственности в связи с вынесением заведомо неправосудных
судебных актов.
Вступление судебных актов в законную силу является препятствием для
возбуждения уголовного дела (ст. 305 УК РФ). На данное обстоятельство
обратил внимание КС РФ в Постановлении от 18.10.2011, указав:
"Вступивший в законную силу, неотмененный и неизмененный судебный акт
не может рассматриваться как неправосудный, поскольку отсутствие
подтверждения в установленном порядке незаконности и необоснованности
этого судебного акта вышестоящей судебной инстанцией презюмирует его
правосудность. При осуществлении уголовного преследования в отношении
судьи за деяние, совершенное им в процессе осуществления правосудия,
должен, безусловно, учитываться принцип обязательности судебных актов,
их неукоснительное соблюдение на всей территории Российской Федерации
и опровержимости только в судебном порядке, который вытекает из
положений ст. 10, ч. 1 ст. 11, ст. 18, ч. 1 ст. 118, ч. 1 ст. 120 Конституции РФ
и закрепленный в Федеральных конституционных законах "О судебной
системе Российской Федерации", "О судах общей юрисдикции в Российской
Федерации", а также в соответствующих нормах процессуального
законодательства принцип обязательности судебных актов, их
неукоснительном исполнении на всей территории Российской Федерации и
опровержимости только в судебном порядке в специальных,
предусмотренных законом процедурах"
39
.
39
Постановление Конституционного Суда РФ от 18.10.2011 N 23-П "По делу о
проверке конституционности положений статей 144, 145 и 448 Уголовно-процессуального
кодекса Российской Федерации и пункта 8 статьи 16 Закона Российской Федерации "О
статусе судей в Российской Федерации" в связи с жалобой гражданина С.Л. Панченко" //
Собрание законодательства РФ. 2011. N 44. Ст. 6319.
38
Под вынесением судебного акта, то есть совершением определенных
действий, можно понимать его оглашение перед участниками судебного
разбирательства или иными лицами, присутствующими во время данного
разбирательства. Также действиями, направленными на вынесение судебного
акта, может считаться подпись судьи или состава суда (если дело
рассматривалось с участием коллегии из трех профессиональных судей или
присяжных (арбитражных) заседателей), поставленная в судебном акте и в
протоколе судебного заседания. Последний случай применяется к ситуациям,
когда неправосудный судебный акт выносится в кабинете судьи без
проведения судебного заседания и его оглашения участникам процесса и
иным присутствующим лицам, а порой без извещения участников судебного
разбирательства.
Указанное выше дает основание считать состав преступления
формальным, поскольку для квалификации данного преступления
достаточно вынесения судебного акта. При этом не требуется наступления
последствий в виде причинения вреда для граждан, организации или
государства. Данные моменты характерны для квалификации по ч. 1 ст. 305
УК РФ, поскольку в ч. 2 ст. 305 УК РФ предусмотрено наступление иных
тяжких последствий. Для квалификации преступления по ст. 305 УК РФ не
имеет правового значения, какими мотивами руководствовалось лицо,
осуществляющее правосудие.
Субъектом преступления является не только судья, наделенный
судейскими полномочиями в соответствии с Законом РФ от 26.06.1992 N
3132-1 "О статусе судей в Российской Федерации", но и иные лица,
обладающие правом осуществлять правосудие, к которым могут быть
отнесены присяжные и арбитражные заседатели, наделенные полномочиями
в установленном законом порядке. В правоприменительной практике
необходимо установить субъективную сторону, являющуюся существенной,
которая будет свидетельствовать о прямом умысле, направленном на
вынесение заведомо неправосудного судебного акта.
39
О совершении определенных действий по вынесению такого акта могут
свидетельствовать некоторые факты, к которым можно отнести нарушение
правил подведомственности и подсудности, неправильное определение
обстоятельств, назначение меньшего либо большего наказания при
разрешении уголовного дела или дела об административном
правонарушении и др. Однако и эти факты не могут служить основанием для
квалификации преступления, предусмотренного ст. 305 УК РФ. В данной
ситуации необходимо отграничивать уголовно наказуемое деяние от других
явлений.
Обоснованно указывает Л. Иногамова-Хегай об отсутствии состава
преступления в действиях судьи, если вынесение судебного акта вызвано его
профессиональной ошибкой в результате недостаточной компетентности,
небрежности или недобросовестности
40
. А. Чучаев отмечает необходимость
разграничения дисциплинарного проступка, совершенного судьей при
вынесении судебного акта и его заведомо неправосудном характере
41
. Тем
более отмена судебного акта не может свидетельствовать о вынесении
лицом, осуществляющим правосудие, заведомо неправосудного акта,
поскольку не исключается судебная ошибка второй судебной инстанции. Для
квалификации преступления по ст. 305 УК РФ необходимо установить, что
судебный акт является именно заведомо неправосудным. В Толковом
словаре русского языка слово "заведомо" раскрывается как "хорошо
известный, несомненный"
42
. Исходя из филологических аспектов слова
"заведомо" применительно к квалификации данного преступления
необходимо установить прямой умысел лица, осуществляющего правосудие,
который будет направлен на вынесение подобного судебного акта.
40
Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный) / Отв.
ред. А.И. Рарог. 7-е изд., перераб. и доп. М.: Проспект, 2011.
41
Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный) / Под
ред. д-ра юрид. наук, проф. А.И. Чучаева. М: КОНТАКТ-ИНФРА-М, 2009.
42
Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка. М.: ООО "ИТИ
Технология", 2006.
40
О заведомо неправосудном судебном акте может свидетельствовать
нарушение норм материального или процессуального закона, которые носят
неоспоримый характер и толкуются законодателем однозначно.
Основаниями для квалификации данного преступления в совокупности с
вышеуказанными условиями могут являться нарушение правил
подведомственности, подсудности, рассмотрение гражданского дела без
участия сторон или стороны, их ненадлежащее извещение о времени и месте
рассмотрения дела, назначение наказания по уголовному делу, выходящего
за пределы санкции, и пр. Также о возникновении прямого умысла может
свидетельствовать рассмотрение судьей аналогичных дел, при разрешении
которых он выносил диаметрально противоположные решения.
Таким образом, для надлежащей квалификации преступления,
предусмотренного ст. 305 УК РФ, необходимо нарушение норм
действующего законодательства, как уже было отмечено, которые носили бы
явный и неоспоримый характер.
Отметим вынесенные мировыми судьями судебные приказы,
являющиеся, по нашему мнению, заведомо неправосудными. Так, мировыми
судьями судебного участка N 102 района Замоскворечье г. Москвы,
судебного участка N 9 Ново-Савинского района г. Казани и судебного
участка N 5 Альметьевского района и г. Альметьевска Республики Татарстан
были вынесены судебные приказы о списании с ЗАО "Акционерный
коммерческий банк "Ф-Т" в безакцептном порядке денежных средств в
сумме 300 миллионов рублей по одним и тем же векселям с
корреспондентского счета данного банка в пользу трех коммерческих
организаций, одной из которых являлся коммерческий банк. Подчеркнем, что
мы руководствуемся конституционным положением в уголовном процессе,
предусматривающим презумпцию невиновности, и не ставим вопрос о
доказанности их вины, а только ведем речь о наличии достаточных
признаков преступления (ст. 140 УПК РФ), дающих основание для
41
возбуждения уголовного дела. Тем более что по данным фактам
следственными органами было возбуждено уголовное дело
43
.
В данных случаях существенным основанием для возбуждения
уголовного дела по ст. 305 УК РФ являлся тот факт, что все они не вступили
в законную силу. Апелляционным определением от 06.07.2006
Замосквореченского районного суда г. Москвы отменен судебный приказ от
10.04.2006 мирового судьи судебного участка N 102 района Замоскворечье г.
Москвы
44
. Остальные судебные приказы отменены мировыми судьями
Республики Татарстан в связи с поступившими возражениями от должника
45
.
Вышеуказанные нормы материального и процессуального
законодательства являются императивными, трактуются точно и лаконично,
не содержат двусмысленного толкования.
В частности, из материалов гражданского дела мирового судьи
судебного участка N 5 Альметьевского района и г. Альметьевска следовало,
что нотариусом не совершены действия, основанные на протесте векселей в
неплатеже или неакцепте (совершение действий свидетельствовало бы об
отсутствии спора о праве и явилось основанием для вынесения мировым
судьей судебного приказа)
46
, что привело к возникновению спора о праве,
носящего экономический характер. Поэтому мировые судьи должны были
отказать в принятии заявления о выдаче судебного приказа (ст. ст. 124 и 134
ГПК РФ
47
), поскольку поданные заявления не подлежали рассмотрению и
разрешению в порядке гражданского судопроизводства. Данные заявления
рассматриваются и разрешаются в ином судебном порядке. Под иным
43
Письмо ЗАО АКБ "ФОРПРОСТ" от 09.11.2006 N 14/2466 // Архив Верховного суда
Республики Татарстан за 2006 г.
44
Архив Замосквореченского районного суда г. Москвы.
45
Определение об отмене судебного приказа от 02.11.2006 // Архив мирового судьи
судебного участка N 5 Альметьевского района и г. Альметьевска РТ.
46
Судебный приказ от 20.10.2006 // Архив мирового судьи судебного участка N 5
Альметьевского района и г. Альметьевска.
47
Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации от 14.11.2002 N 138-
ФЗ (ред. от 30.12.2015) (с изм. и доп., вступ. в силу с 01.01.2016) // Собрание
законодательства РФ. 2002. N 46. Ст. 4532.