35
Once it’s solved, it’s not a
mystery anymore, is it.
Как только ее разгадали — это уже не тайна, не
так ли?
Isn’t that great?
Великолепно, не правда ли?!
Особого внимания заслуживают авторские неологизмы, они рождаются у
него при описании «главных героев» книги ⎯ языковых конструкций:
“trimmables”, “snippable” (переданы в переводе описательно).
Стоит также отметить смену стилевых регистров, как особый прием в
книге. Говоря о стилистической характеристике слова, можно выделить
следующие ее виды: нейтральная, разговорная книжная, поэтическая,
терминологическая [3, c. 109]:
Now, as a show of good faith, and to
demonstrate that even the most self-
indulgent of us can and should every
now and then summon up a little
fortitude, I hereby pledge that this is
the last time you’ll see the word
“actually” in this book.
Ну а теперь, в качестве жеста доброй
воли и с тем, чтобы показать, что даже
самые привилегированные из нас могут и
должны время от время проявлять малую
толику самодисциплины, настоящим
обещаю, что в этой книге вы больше не
встретите ни единого «вообще(-то)».
Horrid
Кошмарно
Dreadful
Ужасно
В ходе работы над данной главой мы отметили возросший интерес к
лингвистической тематике в российском обществе и за рубежом, во многом
обусловленный влиянием информационно-коммуникационных технологий и,
как следствие, общим снижением грамотности и пренебрежением
существовавшими ранее языковыми нормами, а также глобализацией и
влиянием ставшего общемировым английского языка на европейские языки.
Исследуемый текст был определен как относящийся к научно-
популярному стилю, который является крайне востребованным на фоне
стремительного проникновения технологий во все сферы человеческой
деятельности и актуальности популяризации знаний; его специфика состоит в
том, что данный стиль находится на стыке научного и художественного стилей
36
и сочетает в себе противоположные характеристики, которые служат большей
убедительности позиции автора.
Мы рассмотрели различия в использовании стилистических регистров и
контрастности нейтральной лексики с экспрессивно-эмоциональной лексикой
в текстах научно-популярного стиля в русском и английском языках и пришли
к выводу, что английским научным текстам характерна большая свобода в
использовании разговорной, сниженной и экспрессивной лексики, русский же
текст при переводе нередко требует стилистической правки.
Уделив внимание авторскому стилю и творческому поиску Дрейером
собственного «голоса», мы сочли необходимым сформировать некий портрет
автора, от лица которого идет повествование, и ориентироваться на него для
передачи идиостиля автора. Дрейеровский идиостиль отвечает
коммуникативным задачам книги: поделиться знаниями и опытом, обратить
внимание на языковое богатство и потенциал английского языка,
заинтересовать читателей, выступая скорее в роли собеседника, знакомого,
нежели в роли назидательного блюстителя правил.
Нами были отмечены характерные для текста диалогичность и
интертекстуальность и стилистическая наполненность текста.
Интертекстуальность требует от переводчика эрудиции, способности
распознать скрытые смыслы, а также дополнительного поиска, выверки
источников, цитат, имен и названий, адаптации найденного материала либо
поиска собственного варианта передачи идеи автора.
Проанализировав используемые стилистические фигуры, встречающиеся
в тексте, можем заключить, что речь автора насыщена стилистически,
лексически богата и образна, в русском переводе эти особенности должны быть
максимально сохранены и адекватно переданы.
Завершая аналитическую часть работы, посвященную рассмотрению
экстралингвистических факторов, влияющих на перевод, сделаем вывод о том,
что для соблюдения баланса в использовании стилистических средств с целью
максимально передать авторский стиль следует опираться на коммуникативные
37
задачи произведения и при этом учитывать языковые нормы переводящего
языка, стремиться к достижению при переводе адекватного впечатления об
авторе и его книге на читателей и стараться максимально отразить
стилистические особенности произведения и авторский «голос».
38
ГЛАВА 2. ПОИСК ЛЕКСИЧЕСКИХ И ГРАММАТИЧЕСКИХ
СООТВЕТСТВИЙ, ПЕРЕВОДЧЕСКИЕ ТРАНСФОРМАЦИИ
2.1 Поиск лексических соответствий
Поиск лексических соответствий при переводе следует начать с
рассмотрения смысловых соотношений между единицами английского языка и
русского: русское слово, близкое по значению английскому, ⎯ его лексическое
или словарное соответствие [26, с. 11]. Эти соответствия подразделяются на
эквиваленты ⎯ незыблемые равнозначные соответствия, практически не
зависящие от контекста, вариантные и контекстуальные соответствия [3, с. 12].
Не подпадающие под эти категории единицы текста передаются посредством
переводческих трансформаций.
С эквивалентом мы имеем дело, когда значению английского слова
соответствует значение одного русского слова, при этом встречаются
эквиваленты нечасто [26, c. 12]. Они являются опорными точками перевода,
поскольку их почти всегда можно использовать готовыми [25, c. 15]. В
исследуемом нами тексте нам встретились следующие эквиваленты: week ⎯
неделя, период протяженностью в 7 дней, asthma ⎯ астма, affidavit ⎯
аффидевит, retronym ⎯ ретроним.
С вариантным соответствием мы сталкиваемся, когда одно слово
английского языка имеет несколько словарных соответствий в русском внутри
одного значения, что дает нам возможность выбирать наиболее отвечающее
контексту соответствие [26, c. 12], например: sense ⎯ значение или смысл,
just ⎯ едва или только, pretty ⎯ достаточно или вполне.
Контекст разрешает вопросы многозначности, снимает полисемию,
оставляя нам единственно верный для перевода вариант. Понимать контекст
следует как лексическое окружение языковой единицы, он может быть
узким ⎯ словосочетание или предложение, широким ⎯ выходящим за рамки
предложения и экстралингвистическим ⎯ учитывающим факторы эпохи,
39
обстановки, обстоятельств, времени и места, к которым относится
высказывание [26, c. 18].
Рассматривая языковые соответствия в тексте оригинала, можно заметить,
как контекст «гипнотизирует» читателя, мы забываем о многозначности слов,
поскольку в рамках данного контекста допускается лишь одно из значений.
«Магию» контекста можно проследить на следующих примерах из
«Английского Дрейера»: “Two sentences in a single paragraph”, ⎯ здесь
очевидно, что мы имеем дело с «предложениями» и «единым», однако “sentence”
еще и «приговор, постановление, суждение»[42], а “single” ⎯ «одинокий
человек, без пары», «билет в один конец» и, обращаясь к американским реалиям,
«однодолларовая купюра» [43], соответственно, следующие предложения из
текста в отрыве от широкого контекста можно толковать двояко: “Every single
one”, “well-constructed sentence”.
В некоторые случаях контекст может заставить переводчика отойти от
вариантных соответствий и искать иной способ передачи языковой единицы,
создавая окказиональное контекстуальное соответствие. Например, автор
иронично называет слово-паразит “that particular darling”, предлагая избавиться
от него ⎯ “kill”, в русском могло бы быть: «можете прикончить этого
любимчика», однако подобный вариант представляется неуместным
стилистически и логически, для решения этой задачи мы использовали
окказиональное контекстуальное соответствие (значение слова “darling” ⎯
«дружок, душенька, сокровище, лапочка» не содержит значение слова
«помощник»):
kill that particular darling
избавляйтесь от этого «незаменимого»
помощника
С предельной осторожностью при переводе следует обращаться с
интернациональной лексикой. Она представляет собой заимствования из
других языков, что часто влечет за собой приобретение словом новых значений.
Слова, изменившие свою семантическую структуру, принято называть
псевдоинтернациональными или «ложными друзьями переводчика» [26, c. 26].
40
В главе, посвященной ЛДП, о многозначности слова “fan” пишет
А. Л. Бурак: “‘A fan,’ in the sense of “a machine or a thing that you wave with your
hand, which makes the air cooler: a ceiling fan” (LDCE), is not “фен” in Russian. It
is either “вентилятор” or “веер”. And “фен” in Russian is not “a fan” in English. It
is a “hair-dryer”. It should be noted that many of the “translator’s false friends” are
not as obvious … they operate under deep cover, so to speak” [6, c. 101]. Говоря о
своем отношении к существующим правилам Дрейер пишет:
The rule of law? Big fan.
Я большой поклонник правил, установленных
законом.
В данном примере контекст безошибочно подсказывает, что имеет в виду
автор.
Среди встретившихся нам в тексте интернационализмов приведем
следующие: effective, information, moments, collection, crisis, situation,
confrontation, result, oxymoron, graphic, illustration, plan, lesbian, impulse, surprise,
guitar, journalist, consensus, text, illusion, clown, problem, dynasty, zombies, moral,
rhythm, dinosaur, monotonous, spontaneous, nationalists.
Особой осторожности требуют следующие встретившиеся нам слова этой
категории:
record
это не только «рекорд» ⎯ значение, использованное нами в
тексте, но чаще «запись, свидетельство» или же «пластинка»
[44]
product
может быть как «товар, изделие», так и «результат, выход»
lyrics
«лирика», а также «текст песни, либретто» [45] ⎯ именно в
этом значении в нашем в тексте
construction
«конструкция», но также «строительный объект, капитальное
строительство»
agency
может быть «агентство», а также «действие, деятельность,
посредство, воздействие, структура»
actor
«артист, актер», но также «заинтересованное лицо, участник»
41
element
«элемент, компонент», но также «стихия»
period
полисемично: часто используется в следующих значениях:
промежуток времени; точка (знак пунктуации, а также в
значении «Сказал и точка!»); месячный цикл у женщин
paragraph
Подразделение текста внутри главы, раздела, обозначаемое
знаком §, а также сам этот знак [33]. В тексте переведено как
«абзац»
Встретившиеся в тексте ЛДП, переводить которые буквально было бы
ошибкой:
elementary
основной, базовый, первичный, начальный
absolute
совершенный, очевидный, категорический
cooperation
взаимодействие, сотрудничество
personal
личный, собственный
convention
обычай, согласие, традиция
fundament
ягодицы, зад
adept
эксперт, специалист
argument
спор, свара
novel
роман
Безэквивалентная лексика и способы ее передачи
Лексические единицы, не имеющие полных или частичных эквивалентов
в переводящем языке, называются безэквивалентной лексикой. К ним относятся
имена собственные, географические названия, названия учреждений,
организаций, газет; реалии; «случайные лакуны». Реалии, относящиеся к классу
безэквивалентной лексики, описывают предметы и явления жизни и быта
определенной культуры [10, с. 52], и передача их в иноязычной форме может
вызывать серьезные трудности.
Перевод безэквивалентной лексики осуществляется с помощью
следующих способов: транскрипция/транслитерация, калькирование, аналог
или описание.
42
Транскрипция и транслитерация при переводе позволяют передать
звуковой или графический облик слова, при этом не увеличивая объем текста,
однако не поясняют его значения [26, с. 33]. Транслитерация, использовавшаяся
при переводе на русский язык БЭЛ ранее, утратила свою актуальность, и в
последние десятилетия лексику, не имеющую эквивалентов в русском языке,
принято транскрибировать.
При переводе имен собственных Д. И. Ермолович рекомендует
использовать устоявшиеся соответствия и следовать традиции их написания:
«некоторые из традиционных соответствий могут даже быть ошибочными с
точки зрения современной лингвистики, но их всё равно используют, чтобы не
вступать в противоречие с существующими источниками» [14, с. 33].
Benjamin Dreyer
Бенджамин Дрейер
Henry Higgins
Генри Хиггинс
Alan Jay Lerner
Алан Джей Лернер
Truman Capote
Трумен Капоте
Whitney Houston
Уитни Хьюстон
Ira Gershwin
Айра Гершвин
Cole Porter
Коул Портер
Frank Mankiewicz
Франк Манкевич
Lin-Manuel Miranda
с Лин-Мануэлем Мирандой (не Лином)
Keith Richards
Кейт Ричардз
Mick Jagger
Мик Джаггер
Gertrude Stein
Гертруда Стайн
Ezra Pound
Эзра Паунд
Betty Smith
Бетти Смит
E. M. Forster
Эдвард Морган Форстер
Frank Mankiewicz
Франк Манкевич
Francie
Фрэнси
Major Callendar
майор Каллендар
Charles Dickens
Чарльз Диккенс
43
Molière
Мольер
Shakespeare
Шекспир
CNN
«Си-Эн-Эн»
My Fair Lady
Моя прекрасная леди
My shot
«Мой выстрел»
Oliver Twist
«Оливер Твист»
Great expectations
«Большие надежды», не «Великие ожидания»
Bleak House
«Холодный дом»
При передаче иностранных имен и названий следует обращать внимание
на их признаки: является ли описываемый объект человеком, городом,
животным, рекой [26, с. 20]. Упоминаемый автором Бруклин, например,
является не городом, а т.н. «боро» (“borough”) ⎯ районом города Нью-Йорка;
не прояснивший это для себя переводчик будет писать о «городе Бруклине» или
его пригородах, дезинформируя читателя или вызывая у него резонное
недоумение.
Использование транскрипции при передаче реалии можно рассмотреть на
примере встретившегося нам понятия “paperback” (карманное издание в
бумажной обложке, выпущенное массовым тиражом)
[34], которое уже вошло
в состав русского языка посредством транскрипции — «пейпербек».
Следует также упомянуть о транспозиции ⎯ принципе этимологического
соответствия [14, c. 24], которая используется при переводе имен монархов,
исторических и библейских имен. Использование транспозиции помогает нам
при переводе “Matthew 18:20” ⎯ это, конечно, «Евангелие от Матфея, Глава 18,
Стих 20», а не от «Евангелие от Мэттью».
Калька, перевод сложного слова по частям, используется только в том
случае, если у переводимой единицы есть составляющие и мотивировано их
сочетание, этот способ передачи реалии позволяет передать ее смысл без
увеличения объема текста [26, c. 33].
showman
шоумэн
44
immunodeficiency virus
вирус иммунодефицита
mobile phones
мобильные телефоны
virtual friends
виртуальные друзья
parallel elements
параллельные элементы
white nationalists
белые националисты
FAQ
часто задаваемые вопросы/(ЧАВО)
Аналоговый перевод или приближенный перевод ⎯ обозначает схожее
понятие при переводе, лишь частично совпадающее с понятием языка
оригинала; подыскивается приблизительный эквивалент, при этом стирается
специфика реалии, не раскрывается полнота смысла, но читателю легко
воспринять аналог, поскольку он узнаваем [там же]. В качестве примера можем
привести встретившееся нам понятие “drugstore racks” — аптечные стенды, на
которых в США выставлена беллетристика, это может показаться странным
российскому читателю, поскольку ассортимент российских аптек
ограничивается медицинскими препаратами, косметикой, однако американская
аптека совмещает в себе супермаркет и аптечными товарами не ограничивается.
В данном примере аналоговый перевод экономит место в тексте, и, поскольку
понятие в предложении не является ключевым, разворачивать его, по нашему
мнению, не имеет смысла.
Описательный перевод (толкование) приводит к увеличению объема
текста, утяжеляет его, однако как ни один из вышеприведенных способов
полностью раскрывает смысл и специфику реалии, [26, с. 35]. Для примера
вернемся к понятию пейпербек; автор приводит две дополнительные категории
книжной продукции — реалии американской культуры, чуждые нашей,
которые, являясь ключевыми понятиями повествования, должны быть
переданы читателю (даны описательно):
Closer to home, one had no
cause to refer to a hardcover
book till paperbacks were
invented, nor to refer to a mass-
Далеко ходить не будем — не было
надобности говорить о книгах в твердом
переплете до появления книг в бумажной
обложке, либо о пейпербеках массового