24
регламентируют действие его правовых норм в пространстве и во времени, не
уделялось.
Согласно с Указом государя Николая I от 15 августа 1845 года, было принято
Уложение о наказаниях исправительных и уголовных
23
, вступившее в силу 1 мая
1846 года. Данное Уложение по своему содержанию и форме представляло собой
первый российский уголовный кодекс, поскольку прежние законодательные
источники объединяли в себе преимущественно нормы разных отраслей права,
тогда как Артикул Петра I выступал кодексом, который содержал нормы уголовного
права. Ввиду этого Уложение о наказаниях 1845 года может быть рассмотрено в
качестве первого кодифицированного источника уголовного права России.
Потребность в кодификации уголовной законодательной базы возникла еще при
составлении российского Свода законов, выпущенного в 1832 году. Тогда же
многократно ставился вопрос о формировании нового уголовного уложения.
Император Александр I (работа над Сводом была начата при нем) организовал
особую комиссию с целью создания нового уложения, главой которой был М.М.
Сперанский. Наивысшей формой кодификации, по мнению Сперанского, являлось
составление уложений, базой для которых должен выступать Свод законов.
Уложение о наказаниях исправительных и уголовных 1845 года, которое
состоит из двенадцати разделов, делится на особенную и общую части, общие
понятия и термины уголовного законодательства при этом были выделены впервые.
В первый раздел документа «О проступках, преступлениях и наказаниях»,
составляющий Общую часть Уложения, включалось пять глав, в последнюю из
которых входили нормы о границах действия уголовных норм.
В первой части пятой главы рассматриваемого Уложения содержались
положения, касающиеся действия постановлений уголовного законодательства на
подданных России в пределах страны. В ст. 173 устанавливалось, что
постановления, которые содержатся в Уложении, распространяются в равной
степени на всех подданных Российской империи, находящихся на территории
23
Белявский Л.А., Рубиновский А.Л. Уложение о наказаниях уголовных и исправительных в
толковании юристов. //URL: http://base.garant.ru/6185783/ (дата обращения 26.04.2018).
25
государства, кроме определенных изъятий в отношении инородцев, живущих в
Сибири, в Астраханской, Оренбургской и Архангельской губерниях, в районе
Кавказа и за кавказскими землями, в силу их образа жизни и состояния их нравов.
Подобные изъятия были включены в IV приложении данного Уложения. Ст. 174
регулировалось, что постановления рассмотренного Уложения не касаются тех дел,
которые относятся к специальным военным постановлениям и суду по законам
церкви.
Второе отделение пятой главы Уложения 1845 года регламентировало
действие постановлений, касающихся иностранцев, которые находятся на
территории Российской империи. В ст. 175 указывалось, что на подданных других
стран, временно пребывающих либо проживающих в России, действие Уложения
распространяется в такой же мере, как и на подданных Российского государства,
если какие- либо исключения не содержит договор со страной, к чьему подданству
относится соответствующий иностранец. В ст. 176 были предусмотрены положения
относительно дипломатического иммунитета, в частности в ней указывалось, что в
тех случаях, когда преступления совершают лица, принадлежащие «обыкновенным
либо чрезвычайным Миссиям и Посольствам держав иностранных», осуществляется
дипломатическое сношение с руководством соответствующей страны.
Применительно к иностранным подданным и тем людям, которые находятся на
службе у послов, министров, посланников и других «дипломатических агентов»,
«подозреваемым либо изобличенным» в преступлении, указано, что «они подлежат
суду и следствию» при участии Министерство иностранных дел (статья 177
Уложения).
Реальный принцип действия Уложения описывается в ст. 178, закрепляющей
такое предписание: при изобличении или подозрении иностранного подданного в
совершении преступного деяния за пределами своей страны против прав российской
державной власти или прав одного либо нескольких российских подданных, он
будет «открыт и задержан» в пределах российской территории или выдан России
той страной, в которой им было совершено уголовно наказуемое деяние, или
подданством которой он наделен. Как можно заметить, в описанной статье
26
Уложения затрагиваются одновременно и отношения, касающиеся выдачи лиц,
совершивших преступление.
Проанализировав дореволюционную научную и учебную литературу в
области уголовного права, А.И. Ильина подчеркивает, что в тот период
существовало четыре ключевых принципа пределов распространения уголовного
законодательства: 1) принцип территориальности, предусматривающий, что
карательная деятельность страны не должна покидать границы ее границ; 2)
принцип личного подчинения, согласно с которым государством применяются
нормы уголовного закона по отношению к своим подданным, вне зависимости от
того, в каком государстве они совершили преступное деяние; 3) принцип реального
подчинения, совпадающий в целом с его современным значением; 4)
космополитический принцип, действие которого основано на заключенных
международных договорах
24
.
Среди основных характеристик Советского периода (1917-1991) можно
выделить постепенное расширение, а также усложнение правовой регламентации
границ действия уголовных норм, в особенности его территориальных границ. Эта
характерная черта была обусловлена преимущественно особенностями форм
государственного устройства и правления, включая деление СССР на автономные
республики, обладающие собственным законодательством, интегрированным в
общесоюзную правовую систему.
Ключевые положения последующего развития уголовного законодательства
Советского Союза были установлены в Руководящих началах РСФСР по
уголовному праву 1919 года.
25
Так, введение Руководящих начал содержало тезис,
что «пролетариат, который завоевал власть в Октябрьскую революцию, уничтожил
государственный буржуазный аппарат, угнетавший рабочие массы, со всей его
полицией, армией, церковью и судом. Безусловно, та же участь настигла и
буржуазное право, организованной силой поддерживавшее равновесие социальных
24
Ильина А.И. Правила действия уголовного закона в пространстве (сравнительно-право- вое
исследование): монография. – М.: Юрлитинформ, 2012.
25
Руководящие начала по уголовному праву РСФСР (утв. постановлением НКЮ РСФСР от 12
декабря 1919 г.). Документ утратил силу // СУ РСФСР. 1919. № 66, ст. 590.
27
классов в угоду привилегированным классам. Подобно тому, как пролетариат не
смог приспособить существующий государственный буржуазный аппарат для новых
целей, а вынужден был, сломав его, сформировать собственную государственную
машину, так не смог он приспособить к своим целям и буржуазные кодексы
пережитого времени и обязан был отправить их в архивы истории». Из данного
фрагмента усматривается, что правотворческие органы начального периода
существования новой власти стремились аргументировать нецелесообразность
заимствования уголовно-правовых норм, действующих до 1917 года. Подобная
позиция характеризовалась одним существенным обстоятельством – полным
отсутствием регламентации ретроактивного и ультраактивного принципов действия
закона во времени. Помимо этого, Руководящие начала содержали информацию не
про уголовный закон, а про уголовное право, содержащее «…правовые нормы и
иные правовые меры, с помощью которых система общественных отношений
соответствующего классового общества защищается от нарушений путем
репрессий».
В части пределов действия советского уголовного права в пространстве,
Руководящие начала закрепляли, что оно действует по всей территории государства,
как по отношению к его гражданам, так и по отношению к иностранцам,
совершившим преступление в пределах СССР, а также по отношению к гражданам и
иностранцам, совершившим преступление в пределах другой страны, однако
уклонившимся от наказания и суда в месте совершения преступного деяния и
находящимся в РСФСР. Анализируя данную формулировку, можно ее
дифференцировать на две части, которые касаются экстерриториального и
территориального действия уголовно-правовых норм СССР. Можно заметить, что
территориальное действие было регламентировано преимущественно традиционным
образом, тогда как экстерриториальное действие урегулировалось отчасти
своеобразно, так как равным образом касалось как граждан СССР, так и
иностранцев, при условии, что последние уклонились от ответственности за
преступное деяние, совершенное в другом государстве, и находятся в пределах
территории СССР. Предположим, что в рассмотренном случае имелись ввиду лица,
28
как осужденные, так и не осужденные в другой стране, причем никаким образом не
обговаривались вопросы, касающиеся потребности в учете уголовного
законодательства страны, в которой было совершено преступление.
Исследование Руководящих начал РСФСР 1919 года выявило, что в первые
годы правления новых политических сил правотворческие органы уделяли
минимальное внимание границам действия уголовного законодательства, при этом
ссылаясь на тот факт, что уголовное и другие отрасли права выступают уделом
буржуазных стран и нужны лишь «в переходное время диктатуры пролетариата».
Введение Руководящих основ неслучайно содержит следующую формулировку:
«Лишь окончательно сломав сопротивление повергнутых промежуточных и
буржуазных классов, а также реализовав коммунистический строй, государство
будет уничтожено пролетариатом, как организация насилия, в свою очередь право
упразднится, как функция государства». Это и подобные высказывания, безусловно,
совсем не способствовали тщательной проработке законодательства. Помимо этого,
отсутствие интегрированности республики в тот период в международное правовое
пространство тоже не содействовало созданию и усовершенствованию норм,
регламентирующих экстерриториальное действие уголовного законодательства.
В двух первых уголовных кодексах РСФСР не содержались нормы,
характеризующие соответствующую законодательную базу в общем, как это
осуществлено в ст. 2 УК 1960 года РСФСР, а также в ст. 1 УК РФ 1996 года. Кроме
этого, не было регламентации действия уголовно-правовых норм во времени, не
устанавливалась их обратная сила. Тем не менее, отчасти указанные моменты были
затронуты в постановлениях ВЦИК про вступление в силу уголовных кодексов 1926
г. и 1922 г.
УК РСФСР 1922 г. содержал регламентацию действия уголовно-правовых
норм в пространстве в первом разделе, который назывался «Пределы действия УК».
В этот раздел входили такие положения: УК действует в отношении всех
преступлений, совершенных на территории РСФСР, и ее гражданами, и
иностранцами, к которым ввиду их дипломатического положения не применяется
право экстерриториальности; действие кодекса распространяется на граждан
29
республики и при том условии, если они совершили преступления за ее пределами;
действие кодекса распространяется и на пребывающих в республику иностранцев,
совершивших за пределами Республики преступные деяния против военной мощи и
основ государственного строя РСФСР.
Постановление ВЦИК о вступлении в силу УК РСФСР от 1922 года содержало
перечень положений, которые касаются обратной силы и формирования уголовной
законодательной базы. При этом отдельное внимание нужно уделить следующим
положениям.
В частности, предусматривалось, что с того момента, как УК вступил в силу
«...прекращается действие всех других норм, которые устанавливают до момента его
принятия размер и основания уголовных наказаний». Таким образом исключалась
возможность продолжить действие прежнего уголовного законодательства к
отношениям, имевшим место до потери им силы.
Помимо этого, в развитие первого тезиса было отдельно подчеркнуто, что
Уголовный Кодекс РСФСР от 1922 года «...применяется в отношении всех
преступных деяний, не рассмотренных судом до момента его введения в действие»,
то есть уголовный закон приравнивался по темпоральному действию к уголовно-
процессуальной законодательной базе.
Также указывалось, что «дополнения или изменения этого Кодекса,
вызываемые бытовыми местными условиями, внедряются в законодательство
только постановлениями соответствующих Центральных Исполнительных
Комитетов после утверждения Центральным Исполнительным Комитетом». Этим
положением обозначался способ учета региональных особенностей в уголовно-
правовом регулировании социальных отношений.
Постановлением ВЦИК относительно введения в действие рассматриваемого
кодекса РСФСР от 1926 года вопросы процессуального замещения прежнего
уголовного законодательства раскрывались более детально. В частности,
отмечалось, что уголовные дела о тех действиях, которые более не признаются
преступлениями, должны быть прекращены вне зависимости от того, на каком этапе
уголовного процесса они ни находились. Самый большой научный интерес при этом
30
вызывает положение, которое касается снижения размера меры социальной защиты
ввиду смягчения таковой в новом уголовном законе: «…по тем делам, где
осужденному установлена мера социальной защиты, большая, чем установленный за
это преступление в новом Кодексе наивысший предел, либо более тяжкая мера
социальной защиты, чем та, которая должна применяться по новому Кодексу за
такое преступное деяние, соответственное снижение установленного приговором
срока меры наказания до высшего предела, установленного новым Кодексом за
подобное преступление, либо замена меры наказания менее тяжкой осуществляется
кассационной инстанцией, пока приговор не вступил в действие». Посредством
рассмотренного предписания законодатель устанавливал, по сути, хоть и менее
строгие, однако абсолютно определенные наказания, применяемые после принятия
нового уголовного закона.
Невзирая на тот факт, что второй раздел УК РСФСР от 1926 года назывался
«Пределы действия УК», временных пределов его содержание не касалось, а
затрагивало лишь действие уголовных норм в пространстве. Им предусматривались
такие положения: УК действует в отношении всех граждан республики,
совершивших в пределах РСФСР общественно опасные действия, а также за
пределами СССР в случае их задержания на территории республики; граждане
других союзных республик несут ответственность за совершенные преступления в
пределах РСФСР по законам РСФСР, а также за пределами СССР, если их
задержание и предание суду осуществлялось на территории республики; за
совершенные в пределах СССР преступные деяния граждане союзных республик
несут ответственность по законам территории совершения преступления;
иностранные граждане за преступные деяния, совершенные в пределах СССР, несут
ответственность по законам места совершения преступного деяния; вопрос об
ответственности иностранцев, которые пользуются правом экстерриториальности,
должен разрешаться дипломатическим путем.
Формирование Уголовного Кодекса РСФСР от 1926 года во многом было
обусловлено Основными началами уголовного законодательства СССР от 1924
31
года
26
, разработанными ввиду возникновения потребности создать общую правовую
базу с целью унификации общих норм уголовных кодексов союзных республик в
составе Советского Союза.
Разделом I Основных начал, названным «Пределы действия уголовного
законодательства» закреплялись такие тезисы: все лица, пребывающие на
территории СССР, помимо пользующихся экстерриториальностью иностранцев,
несут за совершенные в пределах СССР преступления наказание по
законодательству места совершения преступного деяния; граждане СССР подлежат,
помимо этого, ответственности за преступления, совершенные ими за рубежом, при
их задержании в пределах СССР, по законодательству места задержания либо
предания следствию или суду; вопросы относительно уголовной ответственности
иностранцев, пользующихся экстерриториальностью, должен разрешаться
дипломатическим путем.
Можно заметить, что Основные начала уголовного законодательства СССР и
Союзных Республик от 1924 года понимают под границами действия уголовного
законодательства лишь одни территориальные границы. По такому же пути идет и
уголовное законодательство Республик Советского Союза, включая УК РСФСР от
1926 года.
Основные начала уголовного законодательства СССР от 1958 года
27
в ст. 2
содержат тезисы, касающиеся установления уголовного законодательства:
законодательство СССР и республик включает настоящие Основы, определяющие
принципы и закрепляющие общие положения уголовной законодательной базы
СССР и республик, всесоюзные законы, устанавливающие ответственность за ряд
преступлений, а также уголовные кодексы союзных республик; общесоюзными
уголовными законами определяется ответственность за воинские и государственные
26
Основные начала уголовного законодательства Союза ССР и Союзных Республик (утв.
постановлением Президиума ЦИК СССР от 31 октября 1924 г.). Документ утратил силу // СЗ
СССР. 1924. № 24, ст. 204.
27
Основные начала уголовного законодательства Союза ССР и Союзных Республик (утв. Законом
СССР «Об утверждении Основных начал уголовного законодательства Союза ССР и Союзных
Республик» от 25 декабря 1958 г.). Документ утратил силу // URL:
http://www.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc&base=ESU&n=16671#021387476994026677
(дата обращения (26.04.2018).
32
преступления, а в ряде случаев и за другие преступления, которые направлены
против интересов СССР.
Ст. 5 Основных начал от 1958 года регламентировалось действие уголовных
законов СССР и республик по отношению к деяниям, совершенным за территорией
СССР. При этом закреплялось, что граждане Советского Союза, которые совершили
преступления за рубежом, несут уголовное наказание по уголовным законам
союзной республики, в которой они привлекались к уголовной ответственности
либо предавались суду. На этих же основаниях уголовную ответственность должны
были нести лица без гражданства, находящиеся в СССР и совершившие
преступление за территорией СССР. Было отмечено, что в тех случаях, когда
указанные лица за совершенные ими преступления несли наказание за рубежом, суд
может смягчить их наказание либо полностью освободить виновное лицо от его
отбывания. Применительно к иностранцам указывалось, что за преступления,
совершенные за пределами СССР, несут ответственность по уголовным законам
Союза в случаях, оговоренных в международных соглашениях.
Проанализировав приведенные положения, можно выделить такие
особенности.
В первую очередь, здесь впервые для отечественного уголовного
законодательства содержалось упоминание лиц без гражданства. При этом они
приравнивались к советским гражданам в разрезе экстерриториального действия
уголовных норм, а именно в контексте принципа гражданства.
Помимо этого, игнорировался принцип запрета двойного наказания, так как
суд на территории Советского Союза был вправе назначить наказание, освободить
или смягчить его, невзирая на тот факт, что соответствующее лицо в другом
государстве уже несло наказание за это же деяние.
Также, применительно к иностранцам, совершившим преступление в ином
государстве, по сути, применялся лишь универсальный принцип действия
уголовных норм в пространстве, поскольку они подлежали «…наказанию по
уголовным законам СССР в случаях, оговоренных в международных соглашениях».
33
Основные начала уголовного законодательства СССР и Республик от 1958
года впервые в уголовном праве России относительно подробно регламентировали
распространение уголовных норм во времени. Ст. 6 Основных начал, называемая
«Действие уголовного закона во времени», включала такие положения:
наказуемость и преступность деяния устанавливается законом, который действовал
на момент совершения такого деяния; закон, исключающий наказуемость деяния
либо смягчающий ответственность, имеет обратную силу, то есть распространяется
и на деяния, произошедшие до его принятия; закон, усиливающий наказание или
устанавливающий наказуемость деяния, не имеет обратной силы.
Можно отметить, что содержание статьи 6 Основных начал от 1958 года стало
прообразом тех положений, которые закреплены в 9 и 10 статьях действующего
сегодня УК РФ от 1996 года. Вместе с этим, в отличие от статьи 9 УК РФ от 1996
года, конкретизации времени совершения преступлений и материальной
конструкции состава не было, хотя по содержанию ст. 6 Основных начал от 1958
года можно было понять, что под временем совершения преступления понимается
именно время совершения преступного деяния, понимаемого в узком смысле как
действие либо бездействие. Применительно к закреплению обратной силы отличия
ст. 6 Основных начал от 1958 года и ст. 10 УК от 1996 года заключаются в том, что в
6 ст. не было указания на ретроспективное действие уголовного закона,
улучшающего положение лица, совершившего преступное деяние, как и на запрет
подобного действия по отношению к уголовному закону, ухудшающему положение
такого лица. Также не было предусмотрено распространение обратной силы закона
на тех лиц, которые отбывают наказание либо уже отбывших его, однако имеющих
судимость.
Вопросы действия уголовного закона в пространстве и во времени в разные
исторические периоды решались неоднозначно. Однако, несмотря на
продолжающееся совершенствование, не только национального уголовного права,
но и международного, по-прежнему существуют проблемы, препятствующие
осуществлению максимально эффективной защиты государственных интересов, а
также интересов граждан того или иного государства от преступных посягательств.