57
понуждения к заключению договора и применению мер ответственности
(взыскание убытков) сторонами заключается.
Далее, по иску одной из сторон предварительный договор признается
недействительным (с момента его заключения). Договор недействителен, а
между тем сторонами исполнен, следовательно, нарушен принцип свободы
договора и автономии воли участника гражданского правоотношения, т.к. в
данном случае «добровольно принятое на себя обязательство»,
предусматривающее обязанность заключить договор и возможность
понуждения к заключению договора, отпало. Таким образом, заключение
основного договора вступает в определенное противоречие с императивно
установленными в законе принципами гражданского права, а, следовательно,
можно сделать вывод о его ничтожности. Следует также отметить и то, что,
конечно, предварительный договор порождает не столько возможность
понуждения к заключению основного договора, сколько взаимные права и
обязанности сторон по его заключению.
Следовательно, до признания предварительного договора
недействительным у сторон по договору нет оснований его не исполнять
(законом не установлена возможность не исполнять оспоримую, по мнению
одной из сторон, сделку). Почему же сторона не должна исполнять сделку,
которая еще не признана действительной?
Однако подобные рассуждения вряд ли могут объяснить последствия
ничтожности предварительного договора. В этом случае стороны не могут
ссылаться на то, что считали обязательство действительным, поскольку
действует презумпция знания закона.
Но ведь недействительная сделка не должна исполняться сторонами,
поскольку не влечет юридических последствий, а значит, и обязанностей по
ее исполнению. Полагаем, что заключение основного договора во
исполнение предварительного договора является мнимой сделкой, как
сделка, совершенная без намерения создать соответствующие ей правовые
последствия.