13
стику. Понятие добросовестности широко используется гражданским зако-
нодательством. Оно встречается в институтах виндикации, приобретательной
давности, переработки и др.
В период Советского союза укрепились положения об осуществлении
прав в соответствии с их социально-хозяйственным назначением (ГК РСФСР
1922
1
), осуществление прав и исполнение обязанностей с одновременным
соблюдением законов, уважением правил общежития и моральных принци-
пов общества (ГК РСФСР 1964
2
), обязанность при осуществлении прав ува-
жать моральные принципы и правила деловой этики (Основы гражданского
законодательства СССР и союзных республик 1991
3
). С.Н. Братусь
4
, О.А.
Красавчиков
5
, Н.А. Амирова
6
, М.М. Колесникова
7
исследуя эти положения,
сделали вывод о существовании принципа добросовестности в советский пе-
риод. В.И. Емельянов
8
отметил, декларативность этих положений, так как
применение норм, на практике в которых указано, что любое аморальное по-
ведение считается противоправным, невозможно.
Нет никаких оснований говорить о реальном существовании принципа
добросовестности в советский период. Так как ни в одной статье ГК РСФСР
1922г., ГК РСФСР 1964г., Основ ГЗ СССР и республик союза 1991г. ,не ска-
зано об этом принципе. Описанные положения не сводятся к добросовестно-
1
Гражданский кодекс РСФСР от 31.11.1922г. СУ РСФСР. 1922г. №71. ст. 1.
2
Гражданский кодекс РСФСР: Закон РСФСР от 11.06.1964г. (ред. 24.12.1994) .Ведомости ВС РСФСР. 1964г.
№24. Ст. 5.
3
Основы гражданского законодательства СССР и союзных республик от 31.05.1991г №2211-1 (с изм.
03.03.1993г). Ведомости СНД и ВС РСФСР от 26.06.1991г. №26. ст. 5.
4
Братусь С.Н. Предмет и система советского гражданского права. М., 1963г. ст. 71.
5
Советское гражданское право Т. 1 / Под ред. О. А. Красавчикова. М., 1985г. ст. 28-29.
6
Амирова Н.А. Категория «добросовестность» в российском, немецком праве и новом lex mercatoria. Вест-
ник московского университета. Серия 11. Право. 2009г. №3.ст. 73.
7
Колесникова М.М. Правовая категория добросовестности в гражданском праве. Современные проблемы
юридической науки и правового образования: материалы международной научно-практической конферен-
ции. Иркутск: Изд-во БГУЭП, 2010г. ст. 121.
8
Емельянов В.И. Разумность, добросовестность, незлоупотребление гражданскими правами. М.: «Лекс –
Книга», 2002г. ст. 161.
14
сти и не исчерпываются ею.
В советском праве обозначена категория «добросовестность» при
виндицировании, в частности, в ст. 98 ГК РСФСР, ст.ст. 152, 155 ГК РСФСР
1964г. Стоит заметить, что виндикация не была в полной мере урегулирова-
на, были пробелы в праве, к примеру, в вопросе отношений, произведенных
незаконным владельцем.
Многие авторы писали о презумпции добросовестности в советском
праве. Например, Б.Б. Черепахин
1
отметил примечание к ст. 98 ГК РСФСР
1922г. «приобретатель имущества, снабженного знаком залога, предполага-
ется недобросовестным» , сделав вывод о закрепленности презумпции доб-
росовестности.
В.А. Ойгензихт
2
, исследуя ст. 152 Гражданского кодекса РСФСР 1964г.
, так же сделал вывод о закрепленности презумпции не опровержения добро-
совестности приобретателя как предположение того, что условие, данное в
гипотезе нормы (если приобретатель не знал и не должен был знать) не будет
опровергнуто. В случае не опровержения добросовестности собственник бу-
дет лишен права на затребование имущества.
Вполне справедливо замечание Л. В. Щенниковой: «в советский пе-
риод гражданское законодательство хотя и развивалось, но не было доста-
точно объективным. Развитию важнейших гражданско-правовых институтов
мешала политическая установка, а именно господство государственной соб-
ственности, государственного планирования, многочисленные ограничения
права собственности, отсутствие свободы договора»
3
. Исходя из этого, по
выводу Л.В. Щеннниковой, отсутствие требования добросовестности в регу-
лировании гражданско-правовых отношений.
В юридической науке того периода, такая позиция, избранная законо-
1
Черепахин Б.Б. Труды по гражданскому праву. М.: Статут, 200г1. ст. 125.
2
Ойгензихт В.А. Презумпции в советском гражданском праве. Душанбе, 1976г. ст. 91.
3
Щенникова Л.В. Справедливость и добросовестность в гражданском праве России. Государство и право.
1997г. №6. ст. 119.
15
дателем, нашла свою поддержку. Например, В. П. Грибанов считает, что та-
кие понятия как «добрая совесть» и «добрые нравы» есть «каучуковые» пра-
вила, которые дают возможность основательно расширить границы свобод-
ного судейского усмотрения и таким образом выйти за рамки законности
1
.
Тем не менее в Основах ГЗ СССР и республик союза 1991г. впервые
укреплена презумпция добросовестности: «участники гражданских правоот-
ношений предполагаются добросовестными, поскольку не доказано обрат-
ное» (п. 3 ст. 6). Презумпция работала в отношениях осуществления и защи-
ты прав, и исполнения обязанностей. Укрепление этой презумпции вызвано
постепенным развитием рыночных отношений в экономике, что лишь под-
тверждает урегулирование индивидуальной трудовой деятельности.
Принятие 1 части ГК РФ 1994г. расширило сферу применения катего-
рии «добросовестность». Например, в п. 2 ст. 6 ГК РФ указано, что «при не-
возможности использования аналогии закона права и обязанности сторон
определяются исходя из общих начал и смысла гражданского законодатель-
ства (аналогия права) и требований добросовестности, разумности и справед-
ливости»
2
. По мнению С.С. Алексеева, данные требования справедливости,
добросовестности, разумности есть «принципы духовно-этического характе-
ра»
3
.
Так же, в п. 3 ст. 10 ГК РФ закреплена презумпция добросовестности, в
соответствии с которой: «в случае, когда закон ставит защиту гражданских
прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросо-
вестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских
правоотношений предполагается». Данная формулировка дала реакцию на
массу критических замечаний и дискуссий в юридической науке ГП.
Здесь же, во многих статьях ГК РФ наступление благоприятных или
1
Грибанов В.П. Пределы осуществления и защиты гражданских прав. М.: Юридическая литература, 1992г.
ст. 21.
2
Гражданский кодекс РФ. Часть первая: ФЗ от 30.11.1994г. №51-ФЗ (ред. 04.03.2012) .СЗ РФ. 1994г. №32.
ст. 3301.
3
Гражданское право: под общ. ред. С.С. Алексеева. М.: Проспект, 2011г. ст. 9.
16
неблагоприятных последствий для субъектов гражданского права тесно свя-
зано с добросовестностью или недобросовестностью поведения. Например,
добросовестность отмечается в ст. 220 ГК РФ при возникновении права соб-
ственности на вещь, появившуюся в результате переработки чужих материа-
лов; в ст. 234 ГК РФ - при приобретении права на вещь по приобретательной
давности; в ст. ст. 302 - 303 ГК РФ - при разрешении виндикационного иска и
при распределении доходов и расходов при виндицировании вещи.
Кроме ГК РФ, категория «добросовестность» установлена во многих
законах, имеющих отношение к вопросам гражданского права. Например, ст.
71 ФЗ «Об акционерных обществах»
1
установила обязанность органов акци-
онерного общества осуществлять свои права и исполнять обязанности в от-
ношении общества добросовестно и разумно. В ФЗ «О несостоятельности
(банкротстве)»
2
установлено, что арбитражный управляющий проведя про-
цедуры банкротства должен действовать добросовестно и разумно (п. 6 ст.
24).
П. С. Федосеева, справедливо заметила: «переход к свободным рыночным
отношениям привел к необходимости пересмотра концептуальных основ
гражданского права»
3
. В итоге подготовили пакет изменений в ГК РФ, но
эти изменения затрагивают пока, только первую часть.
Исследование привнесенных изменений показало, что в гражданском
праве Российской Федерации, влияние роли категории «добросовестность» в
регулировании гражданско-правовых отношений, усилилось. Например , за-
крепился принцип добросовестности. Немаловажно, что в круг его действия
входит, как осуществление и защита прав, так и исполнение обязанностей.
Тут же, в п. 4 ст. 1 ГК РФ записано, что «никто не вправе извлекать преиму-
1
Федеральный закон «Об акционерных обществах» от 26.12.1995г. №208-ФЗ (ред. 29.12.2012). СЗ РФ 1996г.
№1. ст.1.
2
Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве) от 26.10.2002г. №127-ФЗ (ред. 29.12.2012г.). СЗ
РФ. 2002г. №43. ст. 4190.
3
Федосеев П.С. Принцип добросовестности в свете концепции развития гражданского законодательства.
Вестник Волгоградской академии МВД России. 2011г. №1. ст. 91.
17
щество из своего незаконного или недобросовестного поведения». Исходя из
точки зрения, М.М. Якубчик: «данная норма лишь подчеркивает запрет не-
добросовестного поведения, установленный п. 4 ст. 1 ГК РФ»
1
.
Так же, изменения затронули презумпцию добросовестности, и учи-
тывая критические замечания, выражается она таким образом: «добросовест-
ность участников гражданских правоотношений и разумность их действий
предполагаются». Помимо этого, ГК РФ установил знаки равенства между
злоупотреблением правом и заведомо недобросовестным поведением (п. 1 ст.
10 ГК РФ).
Отсюда следует, что укрепление категории «добросовестность», это
непредвзятая, естественная процедура, вызванная потребностью продуктив-
ной защиты участников гражданского оборота от недобросовестных участ-
ников. В Российской Федерации эту процедуру допустимо разбить на не-
сколько этапов. Охарактеризовать первый этап можно применением этой ка-
тегории лишь в границах института вещного права. Захватом советского пе-
риода считается укрепление презумпции добросовестности участников граж-
данских правоотношений. В нынешний период развития гражданского права
возможно установить усиленную роль категории «добросовестность» в ре-
гулировании гражданско-правовых отношений, взаимосвязанною с закреп-
лением принципа добросовестности. Процесс эволюции
2
категории «добро-
совестность» дает возможность отметить ее тесную взаимосвязь с торговым
оборотом. Так как, приобретательная давность, защита добросовестного
владельца, добросовестного приобретателя считаются продуктом формиро-
вания, развития и роста гражданского оборота.
1
Якубчик М.М. Комплексное понятие добросовестности: соотношение с доктриной злоупотребление пра-
вом. Журнал российского права. 2012г. №10. ст. 109.
2
Эволюция – развитие, процесс постепенного, непрерывного количественного изменения чего-либо, подго-
тавливающего к качественному изменению. Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Словарь русского языка. М.: Азъ,
1992г. ст. 888.
18
1.2. «Недобросовестность» и «Злоупотребление правом»: соотношение
категорий в Российском гражданском праве
Добросовестность (в объективном смысле), добросовестность (в субъ-
ективном смысле), добросовестность поведения участников гражданского
оборота, принцип добросовестности – это все отдельные категории граждан-
ского права, как и другие категории, обозначаемые терминами, которые
имеют в своей структуре слово «добросовестность» (добросовестный приоб-
ретатель, добросовестный владелец и т. п.). Указанные правовые категории
могут пересекаться, дополнять другу друга, одна правовая категория может
раскрывать суть другой, но это всегда разные правовые категории, отражаю-
щие основные, важнейшие признаки того или иного правового явления. Их
нельзя обобщить одним понятием «добросовестность», пусть даже в самом
широком смысловом значении. За ширмой «широкого смыслового значе-
ния» любое фундаментальное понятие не способно отразить специфические
общественные потребности в особых правовых формах поведения субъектов
гражданского права. Принцип добросовестности как основополагающее
начало гражданско-правового регулирования, пронизывая все гражданское
право, объективирует себя в тех нормах, которые: устанавливают необходи-
мость добросовестного поведения участников гражданского оборота или
предполагают необходимость такого поведения; ставят защиту прав субъек-
тов и возникновение тех или иных последствий в зависимость от наличия
или отсутствия добросовестности поведения лиц, участвующих в граждан-
ских отношениях; восполняют правовую регламентацию отношений сторон с
учетом требования добросовестности их поведения. Принцип добросовест-
ности не может выступать ограничителем или противовесом других принци-
пов гражданского права. Все основополагающие начала гражданского зако-
нодательства дополняют друг друга как при урегулировании конкретной си-
туации, так и в процессе совершенствования гражданско-правого регулиро-
вания, восполняя пробелы и определяя ориентиры дальнейшего развития
гражданского законодательства. Более того, каждый из принципов может ак-
19
туализировать различные оттенки реализации другого принципа. Так, напри-
мер, установке принципа равенства участников гражданских отношений о
том, что ни один из субъектов гражданского права не обладает какими-либо
преимуществами перед другими субъектами гражданского права, соответ-
ствует установка о недопустимости извлечения преимуществ из своего неза-
конного или недобросовестного поведения, которая, в свою очередь, отража-
ет одну из сторон проявления принципа добросовестности. С другой сторо-
ны, требование принципа добросовестности о том, что участники граждан-
ских отношений должны действовать добросовестно, предполагает, в том
числе, учет юридического равенства таких участников. Подобный механизм
взаимодействия принципа добросовестности и принципа юридического ра-
венства субъектов гражданского оборота в целом характеризует механизм
реализации принципов гражданского права. Очевидно, что принцип добро-
совестности всегда присутствовал в гражданском праве: если ранее он выво-
дился через содержание огромного числа норм гражданского права, то сего-
дня мы может его объективировать среди установленных законодателем ос-
новных начал гражданского законодательства. Теперь закон прямо гласит (п.
3 и 4 ст. 1 ГК РФ): «При установлении, осуществлении и защите гражданских
прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских
правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе из-
влекать преимущества из своего незаконного или недобросовестного поведе-
ния». Данная законодательная формулировка раскрывает основное содержа-
ние принципа добросовестности. А далее по содержанию норм гражданского
права мы видим проявление данного принципа, который раскрывает особен-
ности гражданского права как отрасли права, выступает в качестве системо-
образующего фактора, позволяет восполнить пробелы в действующем зако-
нодательстве. Раскрывая принцип добросовестности через требование добро-
совестного поведения участников гражданского оборота, мы неминуемо при-
ходим к необходимости оценки любого поведения таких участников с точки
зрения определенного масштаба этого поведения, выработки его стандартов,
20
которые устанавливает и использует закон, которыми может руководство-
ваться правоприменитель, которые должны осознавать участники граждан-
ского оборота в своих взаимоотношениях (т. е. с точки зрения добросовест-
ности в объективном смысле). Естественно, что действие любого принципа
можно обнаружить только в ситуации дефекта течения гражданского оборо-
та, в частности, при нарушении законных интересов участников гражданских
правоотношений, нарушении принадлежащих им субъективных прав, когда
участники ставят вопрос о восстановлении или защите своего нарушенного
субъективного права (интереса). Задачу установления определенных масшта-
бов поведения как добросовестного могут решить как сами участники спор-
ного правоотношения, так и суд. В последнем случае речь идет о судейском
усмотрении, в рамках которого судья дает оценку обстоятельствам с точки
зрения норм позитивного права и тех конкретных стандартов добросовестно-
го поведения, применение которых обусловлено конкретной жизненной си-
туацией. В этом смысле судья не стоит над законом, а в процессе своей ин-
теллектуальной деятельности выбирает из всего возможного инструментария
определения масштабов добросовестного поведения только тот, который
способен помочь вынести правосудное решение. В частности, это может
быть конструкция «не знал и не должен был знать», которая применима к
определению статуса добросовестного приобретателя как в вещно-правовых
отношениях (например, при установлении границ виндикации), так и в обя-
зательственных (например, при определении объема возмещения по кондик-
ционному обязательству). И именно через указанную конструкцию мы
наблюдаем установление масштабов поведения участников гражданского
оборота через восприятие добросовестности в субъективном смысле. Важно
понять, что этот масштаб поведения всегда имеет четкие границы. Так, при
уяснении надлежащего места исполнения обязательства в случае изменения
места нахождения кредитора поведение последнего будет добросовестным,
если он известил должника об этом факте, а значит, и масштаб добросовест-
ности поведения кредитора будет определяться через допустимые средства
21
уведомления должника об изменении места его нахождения. Если кредитор
принимает исполнение обязанности должника по гражданско-правовому обя-
зательству от третьего лица, то масштабом добросовестности поведения кре-
дитора будут выступать его действия, направленные на установление того
правового основания, по которому третье лицо исполняет чужую обязан-
ность. Примеров установления масштабов добросовестности поведения
участников гражданского оборота (стандартов их добросовестного поведе-
ния) можно приводить сколько угодно, ибо они пронизывают все институты
гражданского права без исключения. И в этом смысле можно вести речь о
формировании теории «конкретных жизненных обстоятельств». В настоящее
время в гражданском законодательстве уделяется большое внимание катего-
рии добросовестность участников имущественных правоотношения. Однако
уяснение ее сущности представляет определенную сложность. Все же, в пра-
ве существует иная категория находящаяся в неразрывной связи с добросо-
вестностью-речь идет о недобросовестности участников правоотношений.
Возможно, именно уяснение природы недобросовестности поможет в пони-
мании сущности и значения добросовестности в современном российском
гражданском праве.
Актуален принцип добросовестности, в решении вопросов наслед-
ственных правоотношений. Добросовестность в наследственных правоотно-
шениях приобретает особую значимость, ярко выраженную нравственную
окраску, учитывая, что в данную сферу могут быть вовлечены как близкие
родственники, так и совершенно посторонние лица, зачастую с несовмести-
мыми интересами. Наследники, принявшие наследство, становятся субъекта-
ми права общей долевой собственности на унаследованное имущество, не
участвуя при этом в выборе сособственников. Осуществление права общей
долевой собственности, отношения по разделу наследственного имущества,
солидарная ответственность по обязательствам наследодателя предполагают
совместные действия, где каждый из наследников, используя свои права и
исполняя обязанности, должен соотносить свои интересы с правами и инте-
22
ресами других наследников. Реализацию принципа добросовестности в дей-
ствиях наследников можно проследить на всем протяжении существования
наследственного правоотношения.
Первым этапом осуществления наследственных прав является приня-
тие наследства. Несмотря на то что принятие наследства - персонифициро-
ванная сделка (принятие наследства одним или несколькими наследниками
не означает принятие наследства остальными наследниками (п. 3 ст. 1152 ГК)
и, казалось бы, осуществление права на принятие наследства никак не может
отразиться на правах других наследников, тем не менее наследник уже в этот
момент должен проявить добрую совесть. В Методических рекомендациях
по оформлению наследственных прав, утвержденных Правлением ФНП 28
февраля 2006 г., указывается, что наследник в заявлении о принятии наслед-
ства должен сообщить известную ему информацию о других наследниках.
Осознанное умолчание о наличии наследников однопорядковой или предше-
ствующей очереди при призвании к наследованию по закону либо об обяза-
тельных наследниках при наследовании по завещанию не укладывается в по-
нятие добросовестности. В совокупности с иными действиями сокрытие от
других наследников (допустим, проживающих за границей) сведений о смер-
ти наследодателя или поддержание уверенности других наследников в том,
что умерший наследодатель жив, можно рассматривать как неправомерное
действие, направленное на ущемление прав иных наследников для обеспече-
ния призвания к наследованию или на увеличение собственной наследствен-
ной доли, а следовательно, являющееся основанием для отстранения от
наследования по недостойности. В любом случае такое поведение наследни-
ков нельзя рассматривать как действия, совершаемые в пределах, предусмот-
ренных законом, коль скоро налицо умысел на лишение других лиц их прав.
Добросовестность же в субъективном смысле относится к внутреннему ме-
ханизму реализации права и понимается как осознание субъектом правомер-
ности в осуществлении своих прав и исполнении обязанностей. С позиций
добросовестности надлежит оценивать поведение наследников, фактически