62
конституционный законодатель не вправе ограничиваться формальным
признанием юридического равенства субъектов гражданских правоотношений.
Это означает, что одной только констатации факта юридического равенства
субъектов гражданских правоотношений недостаточно, конституционный
законодатель обязан предоставить четкие гарантии осуществления прав
субъектов договорных отношений, в частности предоставить определенные
преимущества экономически слабой и зависимой стороне с тем, чтобы не
допустить недобросовестной конкуренции.
Соответственно субъект гражданских правоотношений имеет
возможность осуществлять свои права в тех пределах, в которых не
нарушаются аналогичные права прочих субъектов. Таким образом, в части 3
статьи 17 Конституции РФ, по сути, сформулирован принцип формального
юридического равенства сторон, означающий отсутствие у субъекта
гражданских правоотношений каких-либо преимуществ перед другими лицами
в сфере частного права. Этот принцип и очерчивает границы пределов
правового регулирования, т.е. пределы осуществления базовых прав и свобод.
3.2. Гражданско-правовые основы пределов ограничения свободы
договора
В доктрине гражданского права нет единого подхода к определению
пределов принципа свободы договора и перечня таких ограничений. И это
правильно, так как на разных этапах развития экономической системы пределы
будут различны
Так, М. И. Брагинский к основным ограничениям свободы договора
относит: во-первых, защиту слабой стороны, которая начинается со стадии
заключения договора и завершается его исполнением и ответственностью за его
нарушение; во-вторых, защиту интересов кредиторов, угроза которым может
оказать разрушительное влияние на гражданский оборот (в качестве примера
63
приводится кризис неплатежей в банковской сфере); в-третьих, защиту
интересов государства
1
.
Ряд авторов выделяют внутренние и внешние ограничения свободы
договора. «Под внутренними ограничениями понимаются такие ограничения,
которые контрагент возложил на себя добровольно. В качестве внешних
ограничений выступают нормы ГК РФ и других федеральных законов,
предусматривающие обязательное заключение договора, предписывающие
конкретный вид договора или включение в договор тех или иных обязательных
условий»
2
.
М. В. Кратенко все пределы свободы договора связываете ограничениями
в отношении заключения или не заключения договора; ограничения свободы
выбора договора; ограничения свободы определения условий договора по
своему усмотрению
3
.
А. Г. Карапетов считает, что единственными ограничителями принципа
свободы договора являются политико-правовые основания, которые в той или
иной форме выражаются в отдельных видах ограничений (нарушение
публичных интересов, интересов слабой стороны и т. д.). Также им выделяются
две модели ограничения свободы договора. Первая модель заключается в
установлении государством прямых ограничений свободы договора путем
указания на то, что конкретное условие сторонам согласовывать запрещено.
Вторая модель ограничения свободы договора заключается в закреплении
общих оценочных стандартов, которым сделка или ее условия должны
соответствовать, и делегирует оценку соответствия конкретных договорных
условий к оценочным стандартам судам, рассматривающим конкретный спор
4
.
1
Брагинский М. И., Витрянский В. В. Договорное право. Книга первая. М.: Статут, 2011. С.
159.
2
Козлова М. Ю. Проблемы свободы договора и антимонопольное законодательство РФ: дис.
... канд. юрид. наук. Волгоград, 2002. С. 145.
3
Кратенко М. В. Злоупотребление свободой договора: постановка проблемы // Известия
высших учебных заведений. Правоведение. 2010. № 1. С. 196—197.
4
Карапетов А. Г., Савельев А. И. Свобода договора и ее пределы. Т. 2. М.: Статут, 2012. С. 5-
6.
64
Т.П. Подшивалова, Г.С. Демидова, считают, что Россия вступает в
переходный период, когда формируется смешанная модель ограничения
принципа свободы договора. С одной стороны, пережитки советского прошлого
пока еще не позволили многим судьям перестроиться на презумпцию
диспозитивности норм гражданского права, поэтому в целях установления
пределов принципа свободы договора многие нормы ГК РФ суды до сих пор
считают императивными. Более того, сам законодатель продолжает издавать
множество нормативно-правовых актов, закрывающих те или иные пробелы
права, которые можно было решить с помощью телеологического толкования.
С другой стороны, стала появляться и иная практика, построенная на
оценочных стандартах, таких как справедливость, добросовестность,
злоупотребление правом, обход закона с противоправной целью
1
.
Толчком в этом направлении, безусловно, следует признать
модернизацию ГК РФ, в связи с которой более четко стали определяться грани
свободы договора в предпринимательских и потребительских отношениях, с
предоставлением предпринимателям большей свободой усмотрения.
Примерами таких норм являются ст. 317.1 ГК РФ, устанавливающая
возможность начисления процентов за пользование денежными средствами
только в предпринимательских правоотношениях, ст. 395 ГК РФ, которая в п. 4
допускает для предпринимательского оборота начисление сложных процентов,
ст. 406.1 ГК РФ, допускающая возможность предпринимателям в договорах
включать условия о возмещении потерь, возникших в случае наступления
определенных в договоре обстоятельств и т. д.
В целях развития принципа свободы договора и определения ее пределов
в рамках второй модели огромный вклад внесло постановление Пленума ВАС
РФ № 16.
1
Принципы гражданского права и их реализация: монография / под ред. Т.П. Подшиваловой,
Г.С. Демидовой. М.: Проспект, 2017. С.141.
65
Остановимся же более конкретно на отдельных формах ограничения
свободы договора в РФ, сформированных судебной практикой и доктриной
гражданского права.
Одним из видов ограничений свободы договора следует признать
императивные нормы права, как общего характера, так и в отношении
отдельных видов договоров, содержащих в себе явно выраженный запрет,
нарушение которого со ссылкой на принцип свободы договора, автономии воли
сторон является недопустимым.
Примером такой ограничительной императивной нормы является ст. 411
ГК РФ, согласно которой не допускается зачет требований о возмещении вреда,
причиненного жизни или здоровью, о пожизненном содержании, о взыскании
алиментов, по требованиям, по которым истек срок исковой давности, в иных
случаях, предусмотренных законом или договором. Таким образом, стороны в
силу этой нормы не могут своим соглашением изменить положения ст. 411 ГК
РФ в сторону сужения, так как она содержит явно выраженный запрет.
Еще одним примером императивной нормы, ограничивающей свободу
договора сторон, является п. 3 ст. 426 ГК РФ, который устанавливает, что отказ
лица, осуществляющего предпринимательскую или иную приносящую доход
деятельность, от заключения публичного договора при наличии возможности
предоставить потребителю соответствующие товары, услуги, выполнить для
него соответствующие работы не допускается. Данные пределы установлены
также в п. 1 постановления Пленума ВАС РФ № 16.
Вторым видом ограничения свободы договора следует признать
антимонопольное законодательство, которое направлено на развитие
конкурентных процедур в РФ, становление и развитие рыночных отношений и
добросовестное участие предпринимателей в гражданском обороте. Правовые
ограничения свободы договора такого рода установлены Федеральным законом
от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее — Закон о
конкуренции).
66
Целью этого закона является предупреждение и пресечение
монополистической деятельности и недобросовестной конкуренции;
недопущение, ограничение, устранение конкуренции федеральными органами
исполнительной власти, органами государственной власти субъектов
Российской Федерации, органами местного самоуправления, иными
осуществляющими функции указанных органов органами или организациями, а
также государственными внебюджетными фондами, Центральным банком РФ
(ч. 1 ст. 1 Закона о конкуренции).
На основании Закона о конкуренции установлен запрет на
злоупотребление хозяйствующим субъектом доминирующим положением на
рынке (ст. 10), запрет на ограничивающие конкуренцию соглашения
хозяйствующих субъектов (ст. 11), запрет на согласованные действия
хозяйствующих субъектов, ограничивающие конкуренцию (ст. 11.1), запрет на
недобросовестную конкуренцию (ст. 14) и т. д.
Все вышеперечисленные запреты направлены, с одной стороны, на
ограничение принципа свободы договора для более сильных участников рынка
(в первую очередь, крупных корпораций), с другой стороны, выступают
гарантией для более мелких участников рыночной экономики на равный доступ
и вход на рынок, что, в свою очередь, способствует развитию принципа
свободы договора. Такие ограничения зачастую направлены на защиту баланса
интересов сторон.
Еще одним видом ограничений свободы договора является защита
интересов слабой стороны. Такое ограничение прямо предусмотрено в п. 3
постановления Пленума ВАС РФ № 16 как направленное на защиту слабой
стороны договора. Слабая сторона договора, например, может заявить
требование о признании условий договора несправедливыми, а суд может
отказать более сильной стороне договора в защите права либо воспользоваться
порядком защиты, предусмотренным п. 3 ст. 428 ГК РФ.
Свобода договора может быть также ограничена в целях защиты третьих
лиц и публичных интересов, которые относятся к особо значимым охраняемым
67
законом интересам. Данный вывод также следует из п. 3 постановления
Пленума ВАС РФ № 16. Такое ограничение свободы договора должно быть
тесно связано со ст. 169 ГК РФ, так как к сделкам, нарушающим публичные
интересы, должны относиться и сделки, заведомо противные основам
правопорядка и нравственности.
Примерами таких ограничений принципа свободы договора могут
служить и сделки, заключенные с нарушением бюджетного законодательства.
Еще одной формой ограничения свободы договора является признание
условий договора несправедливыми. Данная форма ограничения принципа
свободы договора связана с защитой интересов слабой стороны. «Общими
признаками несправедливых договорных условий можно считать, во-первых,
воздействие на волю контрагента, во-вторых, неадекватность,
неэквивалентность встречного исполнения»
1
. Критерий несправедливости
договорных условий заложен в постановлении Пленума ВАС РФ № 16. ВС РФ
также высказывался в одном из своих обзоров по поводу недопустимости
установления соглашением сторон несправедливых условий для одной из них
(Обзор судебной практики по гражданским делам, связанным с разрешением
споров об исполнении кредитных обязательств, утвержденный Президиумом
ВС РФ от 22.05.2013г.).
Безусловно, категория справедливости является оценочным понятием, и
именно судебной практике отдана роль наполнителя этого понятия
конкретными примерами и условиями.
На первый взгляд, может показаться, что критерий справедливости
свойствен и имеет значение только для гражданских правоотношений с
участием физических лиц, не являющихся предпринимателями, однако и в
предпринимательском обороте такая ситуация возможна, когда одна из сторон
сделки навязывает условия другой стороне или с одной стороны сделки
1
Кулаков В. В. О «несправедливых» условиях договоров в судебной практике // Российское
правосудие. 2015. № 5. С. 60.
68
действует профессиональный участник рынка в определенной сфере, например,
банки, страховые организации и т. п.
Так, в судебной практике арбитражных судов с участием
предпринимателей к несправедливым условиям договора относятся условия о
взимании разовой комиссии за предоставление кредита. Такая комиссия не
создает для заемщика какое-либо отдельное имущественное благо или иной
полезный эффект, она не относится к плате за пользование кредитом, которые
навязываются банками при заключении кредитных договоров (постановления
18-го ААС от 25.09.2015г. № 18АП-9011/2015г., 18АП-9890/2015г. по делу №
А76-4221/2015).
Несправедливыми также признаются арбитражными судами условия
договора, устанавливающие чрезмерно высокий размер неустойки, который в
итоге в разы может превышать размер суммы долга. Суды отказывают в таком
случае в удовлетворении требований о ее взыскании (постановления 17-го ААС
от 30.09.2015г. № 17АП-10438/2015-ГК по делу № А60-57500/2014).
Однако использование такого механизма ограничения принципа свободы
договора, как признание договорных условий несправедливыми, должно
осуществляться под контролем ВС РФ, для того чтобы не допустить чрезмерно
широкого толкования судами условий таких договоренностей на предмет
справедливости и не допустить возврата к презумпции императивности норм
договорного права.
Следующим ограничением для принципа свободы договора выступает
принцип добросовестности участников гражданского оборота и
недопустимости извлечения преимуществ из своего недобросовестного
поведения. Принцип добросовестности в судебной практике и в
предпринимательском обороте тесно взаимодействуете принципами
справедливости, недопустимости злоупотребления правом, обхода закона с
противоправной целью.
Данный принцип получил свое легальное закрепление в ст. 1,10 ГК РФ
сравнительно недавно и снова самим участникам предпринимательского
69
оборота, а также судам предстоит наполнить данный принцип конкретными
примерами и сферами его применения. Так, в настоящее время посредством
применения принципа добросовестности и конструкции обхода закона не
допускается по общему правилу выполнение работ, оказание услуг, поставки
товаров для государственных или муниципальных нужд без проведения
процедуры торгов и заключения контракта. Такие действия сторон признаются
недобросовестным поведением и нарушают принцип свободы договора.
Обращает на себя внимание отождествление в п. 1 ст. 10 ГК РФ
злоупотребления правом с недобросовестным осуществлением гражданских
прав.
Злоупотребление свободой договора в контексте недобросовестного
поведения можно определить как «умышленное несоблюдение контрагентом
предусмотренных законом ограничений договорной свободы, повлекшее
причинение вреда (ущерба) контрагенту, третьим лицам и государству»
1
.
Постановление Пленума ВАС РФ № 16 в п. 8 прямо указывает на такую
форму злоупотребления правом. К такому виду ограничений свободы договора
можно отнести действия коммерческих организаций по уклонению от
заключения публичного договора, заключение хозяйствующими субъектами
соглашений, направленных на ограничение свободы конкуренции, и т. д.
В арбитражной практике к злоупотреблению правом, например,
относится навязывание организацией, занимающей доминирующее положение,
отдельных условий договора, которые для другой стороны носят невыгодный
характер.
Наиболее горячей точкой конфликта принципа свободы договора
является его соприкосновение с принципом недопустимости злоупотребления
правом и принципом pacta sunt servanda. Данный принцип предусматривает, что
заключенный договор должен исполняться сторонами во что бы то ни стало.
В отечественном гражданском праве этот принцип за последнее время
1
См.: Кратенко М. В. Злоупотребление свободой договора: постановка проблемы // Известия
высших учебных заведений. Правоведение. 2010. № I. С. 200.
70
значительно усилил свои позиции (имеется в виду снижение возможности
оспаривать договор, как в отношении его действительности, так и
заключенности)
1
.
Весьма наглядно действие этого принципа может быть
проиллюстрировано на примере одного из дел, переданных на рассмотрение
Президиума ВАС РФ. Суть дела была в следующем. Арендатору был передан в
аренду фундамент здания (само здание на момент заключения договора было
разрушено). Договор предусматривал право арендатора на реконструкцию
фундамента. В результате проведенной реконструкции арендатор построил на
основе фундамента здание, право собственности на которое зарегистрировал за
собой. Однако и после регистрации права арендатор продолжал платить
арендную плату.
Арендодатель оспорил право собственности арендатора на здание. При
рассмотрении дела, помимо прочего, возник вопрос о том, почему арендатор,
после того как стал собственником, продолжал платить арендную плату.
Арендодатель трактовал это обстоятельство как подтверждение того, что
арендатор признавал, что продолжает пользоваться чужой вещью.
Представитель арендатора ответил на это следующим образом: арендатор
заключил договор аренды; пока договор не расторгнут, он будет платить
несмотря ни на что (дело № А40-164683/2009). Несмотря на то, что арендатор
считал себя собственником вещи, в отношении которой заключен договор
аренды (что, по идее, являлось основанием для прекращения арендных выплат),
он все равно, руководствуясь условиями заключенного договора, продолжал
платить арендную плату.
Данный пример приведен для иллюстрации практического действия
принципа pacta sunt servanda. Здесь он имеет положительное проявление.
Однако, на практике, недобросовестные лица пытаются использовать его для
различных злоупотреблений.
1
Принципы гражданского права и их реализация: монография / под ред. Т.П. Подшиваловой,
Г.С. Демидовой. М.: Проспект, 2017. С. 125
71
Здесь возникает вопрос о навязывании одной стороной очевидно не
выгодных условий договора другой стороне. В случае возникновения спора
сторона, навязавшая условия, как правило, в подтверждение своей позиции
ссылается именно на принцип свободы договора и на то, что договоры должны
исполняться. Именно такие доводы можно услышать от представителей банков
и страховых компаний, когда речь заходит о навязывании страховок их
клиентам.
В подобных случаях проявляется негативный потенциал принципа
свободы договора, и он из инструмента развития оборота превращается в
инструмент его торможения. Следует отметить, что серьезная правовая
проблема соотношения принципов в данном случае нивелируется судебной
практикой за счет ссылок на то, что слабая сторона не смогла доказать факта
навязывания невыгодных условий. Однако очевидно, что такой подход не
решает проблемы, а только усугубляет ее.
Соотношение принципов свободы и обязательности договора может быть
проиллюстрировано на примере принципа недопустимости злоупотребления
правом. Суд может отказать в защите права, возникшего у недобросовестного
контрагента на основании условия, которое было включено в результате его
недобросовестного поведения либо само по себе носит недобросовестный
характер.
Суд может пойти по одному из двух путей.
1. Признать законными условия договора, но отказать в защите права,
возникшего из такого условия. В этом случае ограничивается принцип
обязательности договора, а не принцип договорной свободы.
2. Признать условие ничтожным как противоречащее императивному
законодательному требованию недопущения злоупотребления правом. В этом
случае будет иметь место ограничение свободы договора
1
.
1
Карапетов А.Г., Савельев А.И. Свобода договора и её пределы: в 2 т. Т. 1: Теоретические,
исторические и политико-правовые основания принципа свободы договора и его
ограничений. М., 2012 // Справ.-правовая система «КонсультантПлюс»