14
права и правоотношениями; больше они тяготеют к нормам права, но к ним
не сводятся.
По регулирующей силе сделки стоят в одном ряду с нормами права, но
не могут быть отнесены к нормативной основе отрасли, ибо:
во-первых, порождаемые ими правила поведения хотя и обязательны
для участников конкретных связей, но не являются общими для всех
субъектов права;
во-вторых, механизм формирования сделками прав и обязанностей
иной, чем у норм права
и, в-третьих, сами сделки становятся средствами индивидуального
регулирования в силу признания этого факта в нормах отрасли
1
.
Рассмотрим содержание сделки.
Юридический состав сделки — это совокупность предусмотренных
правом признаков, необходимых для признания за совершенным действием
качества сделки, влекущей за собой наступление желаемых для ее субъекта
гражданско-правовых последствий.
Юридический состав сделки нужно отличать от состава сделки как
социального явления. Последнему присущи свойства, порожденные
совокупностью элементов, которые образуют действие. При этом состав
сделки как целостное явление обладает рядом свойств, не сводимых к
свойствам какого-либо одного элемента социально значимого акта
поведения, а признаки юридического состава выступают статическим
выражением свойств состава сделки как социального явления.
В.П. Шахматов считает, что «под юридическим составом сделки
следует понимать совокупность субъективных и объективных признаков,
которые выражают соответствие сделки требованиям норм права и обус-
ловливают наступление желаемых юридических последствий, свойственных
1
Илларионова Т.И. Сделки в механизме гражданско-правового регулирования общественных отношений. -
М. 2015 - С.17.
15
сделкам данного вида»
1
. В этом определении юридический состав сделки
сводится к рассмотрению его как социального явления. Значимость
категории юридического состава как юридической модели закрепления
наиболее характерных черт этого феномена и тем самым правовое выделение
его из иных фактов затушевывается. В отличие от этого определения
предложенная выше дефиниция юридического состава дает возможность
рассматривать сделку в единстве ее материального и идеального содержания
как признанное юридическим фактическое обстоятельство.
Непосредственное правовое значение понятия юридического состава
состоит, во-первых, в том, что юридический состав сделки программирует ее,
содержит образец для будущих действий, предшествует во времени
совершению конкретной сделки. При этом следует различать общий
юридический состав сделок и юридические составы отдельных видов сделок,
которые характеризуют отличие одного вида сделок от других. Во-вторых,
общий юридический состав сделки является логической конструкцией,
отражающей ее существенные признаки. Он позволяет отграничить сделку от
иных социально значимых актов поведения.
Двойственность содержания сделок позволяет вычленить две группы
признаков юридического состава сделки. Сделка основана на действии,
следовательно, юридический состав сделки обязательно должен включать в
себя существенные элементы действия как социально значимого акта
поведения. Другую группу признаков юридического состава сделки образуют
те свойства действия, которые намеренно опосредуются правом путем
придания им существенного значениям. При установлении второй группы
признаков законодатель пользуется определенной свободой выбора. Эта
свобода, с одной стороны, ограничена количественными характеристиками
элементов действия и его свойствами, а с другой — сущностью права как со-
1
Шахматов В. П. Сделки, совершенные с целью, противной интересам государства и общества. - Томск,
2006. - С. 12.
16
циального феномена, обеспечивающего справедливость в общественных
отношениях
1
.
Изложенное позволяет сделать вывод, что признаки юридического
состава сделки — не случайный набор факторов. Они внутренне
взаимосвязаны и дополняют друг друга.
Первая группа свойств состава сделки должна отражать наличие воли,
цели и их изъявление вовне, ибо при отсутствии этих элементов
беспредметен разговор о физических и речевых действиях. Воля опосредует
все элементы действия, но в то же время сохраняет свое самостоятельное
психическое значение. В силу своей специфики волевой момент может учи-
тываться правом только через те явления, которые объективизируются в
социальной действительности. В действии такими компонентами являются
цель и изъявление воли как атрибуты состава сделки. Это означает, что
существенными признаками юридического состава сделки, его элементами
будут выступать правовая цель и изъявление воли.
Вторая группа свойств состава сделки характеризуется, прежде всего,
наличием свойств действия, состоящего в непротиворечии действия лица
интересам других лиц. Это свойство можно именовать свойством равновесия
интересов в действии. Оно возводится в ранг признака юридического состава
сделки в связи с принципом равновесия интересов в праве. Право
беспристрастно в том смысле, что является равной мерой для всех лиц. Это
означает, что справедливость, учет интересов других лиц достигается
посредством права через непротиворечие действий лица нормам
действующего права. Поэтому вполне уместно непротиворечие интересам
других лиц обозначить в праве термином «правомерность». При отсутствии
требований и дозволений установленного образца правомерность будет
состоять в соответствии явлений социальной жизни общим принципам права.
Право представляет собой одно из средств обеспечения
справедливости в общественных отношениях. Значит, и правомерность
1
Егоров Ю.П. Сделки в гражданском праве. - Новосибирск, 2009. - С. 25.
17
выступает в качестве средства достижения справедливости, поэтому
«правомерность» и «справедливость» нельзя рассматривать как идентичные
категории. Каждая из них характеризует опосредуемые правом социальные
феномены с различных точек зрения. Право — идеальное отражение реаль-
ной действительности, а потому в любом случае абсолютно точного
отражения в праве явлений социальной жизни быть не может.
Следовательно, будучи правовым средством обеспечения справедливости,
категория правомерности не может всегда адекватно отражать свойство
действия, состоящее в непротиворечии действия лица интересам других лиц.
Это обусловлено объективными причинами, самой природой права, а потому
отказываться от использования признака правомерности, социальной базой
которого служит равновесие интересов в действиях, а правовой — принцип
обеспечения равновесия интересов в праве, нет оснований. Важно
сохранение смысловой однозначности между социальной и правовой
характеристиками явлений. Использование термина «правомерность» сохра-
няет эту смысловую однозначность.
Действие — не изолированное явление действительности. Оно
взаимосвязано с другими социальными феноменами. Эта взаимосвязь
выступает социальной основой следующего признака юридического состава
сделки: сделка непосредственно порождает установленную
законодательством связанность ее субъекта действовать определенным
образом в будущем. Этот признак можно именовать признаком юридической
связанности.
Итак, признаками юридического состава сделки являются правовая
цель изъявление воли, правомерность и юридическая связанность.
Перечисленные признаки не претендуют на всеобъемлющую
характеристику сделки. Сделка и ее состав соотносятся как явление и
правовое понятие о нем. Сделка как явление обладает большим числом
элементов, свойств и признаков, чем ее юридический состав.
Рассмотрим элементы юридического состава сделок.
18
1) Мотивы в составе сделок. По вопросу о включении мотивов в состав
сделок в науке высказаны различные мнения. Большинство ученых не
придают мотиву юридическое значение. Так, В. П. Шахматов полагает, что
мотив не входит в состав сделки, поскольку является «психологическим
обоснованием и оправданием ее совершения»
1
. О.А. Красавчиков указывал:
«Будучи внутренними импульсами, внутренними причинами,
побуждающими лицо к совершению определенных поступков, мотивы
поведения, как самые благородные, так и аморальные, поскольку они
остались лишь в сознании того или другого лица и не получили своего
объективного выражения в действиях последнего, безразличны для норм
права». A.M. Беляков отмечает, что «учет мотивов подрывал бы
устойчивость гражданского оборота».
Представляется, что позиция названных ученых в принципе верна,
однако аргументация ее недостаточна.
Тот факт, что мотив есть психологическое обоснование сделки, не
может быть доводом для непризнания за ним юридического значения. Цель
как явление психики человека тоже представляет собой определенное
психологическое обоснование сделки. Мотив, как заключают психологи, не
только остается в сознании лица, но и может находить свое выражение в
целях действия, т.е. может объективизироваться в сделках. Учет мотивов в
сделках не столько повлек бы за собой дестабилизацию гражданского
оборота, сколько вообще бы исключил возможность использования сделок
как правовых средств в гражданском обороте. Думается, одна из причин
невключения мотивов в состав сделок заключается в следующем. Если
доминирующий мотив признать необходимым элементом состава сделки, то
право неизбежно должно будет учитывать в качестве необходимого элемента
ее состава и тот сугубо личностный смысл, который субъект вкладывает в
сделку при ее совершении, ибо «сознательный смысл выражает отношение
1
Шахматов В. П. Сделки, совершенные с целью, противной интересам государства и общества. - С. 16.
19
мотива к цели». Однако право в качестве необходимого элемента
личностный смысл учитывать не может, так как в силу своей природы
применяет один масштаб к различным лицам.
В литературе высказывалась точка зрения, что мотивы входят в состав
условных сделок. Данное утверждение представляется ошибочным,
поскольку не учитывает различие условия и мотива. Условие — это
конкретное обстоятельство, с наступлением или ненаступлением которого
связаны определенные правовые последствия. Условная сделка приобретает
юридическую силу уже в момент ее совершения, но возникновение прав либо
прекращение их откладывается на неопределенный срок, т.е. условие
относится к стадии реализации или прекращения сделки, а не к стадии ее
совершения. Условие есть тот факт, который вместе со сделкой образует
юридический состав, достаточный для возникновения, изменения или пре-
кращения гражданских правоотношений.
2) Правовая цель как элемент состава сделок. Цель социально
значимого акта поведения как следствие борьбы мотивов опосредуется
правом и приобретает определенную специфику. Конечная цель
деятельности субъекта права состоит в достижении конкретного социально-
экономического результата, удовлетворяющего возникшую потребность.
Правовой целью сделки как средства удовлетворения потребности будет тот
предвосхищаемый сознанием субъекта результат, который в наибольшей
степени приближает его к искомому конечному социально-экономическому
результату. Удовлетворяют возникшую потребность желаемые для лица
изменения в фактических общественных отношениях. Эти изменения через
правовые формы могут наступить лишь в процессе правового регулирования.
В этом смысле правовой целью сделки являются возникновение, изменение и
прекращение гражданских прав и обязанностей. При этом цель прекращения
гражданских прав не следует путать с целью уничтожения права. Последнее
означает прекращение социально полезной связи между людьми по поводу
той или иной ценности (например, физическое уничтожение вещи). Цель же
20
прекращения субъективного гражданского права свидетельствует о
намерении лица прекратить свое право или право другого на определенную
ценность, но не о намерении прекратить вообще социальные связи по поводу
этой ценности (например, продажа вещи, передача в дар другому лицу и пр.).
Констатацией в праве движения гражданских прав и обязанностей
преследуемая субъектом цель облекается в абстрактную форму правовой
цели. Закрепленная в нормах права правовая цель сделки выступает в
качестве объективированной категории. Тем самым она проявляется в
нормах права как правовой результат, к достижению которого стремится
субъект. Цель субъекта при совершении сделки конкретизирует за-
крепленную в праве форму правовой цели сделки.
Будучи правовой формой фактической цели действия для субъекта,
правовая цель сделки на конкретном ее уровне не является изначально
полностью заданной. Она проходит определенный период становления.
Особенность субъективного становления правовой цели сделки состоит в
том, что, с одной стороны правовая цель сделки формируется через мотивы
(в их основании лежит желание как осознанная потребность), а с другой — в
индивидуальную цель превращаются правовые требования, выполнение
которых необходимо для достижения желаемого для лица правового
эффекта. Выделение отличительного свойства процесса становления цели в
данном случае весьма условно, так как психические процессы взаимоза-
висимы и динамичны. Тем не менее, акцентирование внимания на этом
позволяет понять диалектику связи фактической и правовой целей сделки.
Сама по себе цель как явление психики для опосредования ее правом
при совершении сделки должна каким-либо образом объективизироваться.
Внешне специальное намерение субъективно выражается в целевой
направленности лежащего в основе сделки действия, в направленности
поведения субъекта права. Субъективно понимаемая правовая цель сделки
есть не что иное, как субъективный образ предвосхищаемого результата,
внешне проявляющийся в направленности лежащего в основе сделки
21
действия на достижение этого результата. Направленность не означает,
конечно, что субъект сделки должен предусмотреть абсолютно все послед-
ствия, которые возникнут в результате ее совершения
1
.
Резюмируя сказанное, отметим, что при совершении конкретной
сделки правовая цель выступает как субъективно-объективная категория.
Если субъективно понимаемую правовую цель сделки ограничить
субъективным образом предвосхищаемого результата, то неясно, каким
образом она может быть выражена правом. Если же акцентировать внимание
лишь на целевой направленности, на результат лежащего в основе сделки
действия, то сложно понять источники этой направленности.
Для проявления цели в направленности должны существовать формы
ее практической реализации. Цель реализуется через средства, причем цель
ограничивает выбор средств для ее достижения, ибо средства должны
избираться именно такие, чтобы при их помощи могла быть реализована
цель.
Поскольку закрепленная в нормах права правовая цель сделки состоит
в возникновении желаемых для ее субъекта гражданско-правовых
последствий, средства достижения этой цели не должны противоречить
требованиям норм права, в частности должны соответствовать последним.
Следовательно, в качестве средств достижения правовой цели сделки как
объективированной категории будет выступать способ действия,
предопределенный либо не запрещенный нормами права. Средства не
растворяются в целях. Выбор средств не входит в содержание правовой цели
элементом действия, лежащего в основе сделки. Вместе с тем средства как
совокупность сознательных операций выражают содержание сделки и
оформляют ее. Пределы усмотрения при выборе средств для достижения пра-
вовой цели как объективированной категории заданы нормативно. Так,
правовая цель не будет достигнута при заблуждении, имеющем
существенное значение, или при обмане.
1
Егоров Ю.П. Сделки в гражданском праве. - С. 30-32
22
Итак, форма практической реализации правовой цели сделки, т.е. ее
объективный момент в субъективном понимании, состоит в том, что в
качестве средств используются наработанные социально-экономической
практикой фактические приемы и способы удовлетворения интереса.
Целенаправленность лежащего в основе сделки действия не следует путать с
самим процессом его совершения. В этом процессе целенаправленность
проявляется, но к нему не сводится.
Анализ правовой цели сделки позволяет осветить вопрос о ее
соотношении с достигнутым при совершении сделки правовым результатом.
Правовая цель и правовой результат сделки — несовпадающие категории.
Правовая цель есть субъективно-объективная категория, используемая при
осуществлении сделки, а правовой результат всегда выступает в реальной
действительности как объективная категория. Свидетельством различия
правовой цели сделки и ее правовою результата служит и то обстоятельство,
что правовая цель сделки — это элемент ее состава, а правовой результат
находится за рамками сделки
1
.
3) Правомерность как элемент состава сделок. Будучи желаемой для
субъекта, правовая цель сделки соответствует интересам этого субъекта. Его
действия, так или иначе, затрагивают интересы других лиц, хотя сама по себе
правовая цель может их и не учитывать. Например, имея правовой целью
совершение договора купли-продажи, покупатель может быть заинтересован
в приобретении вещи по цене ниже ее стоимости, что, в свою очередь, может
не согласовываться с интересами продавца. Намерение субъекта заплатить за
достижение обусловленного результата при публичном обещании награды
ничтожно малое вознаграждение не приводит к дефектности правовой цели
этой сделки, но не согласуется с интересами лица, представившего искомый
результат. Поскольку непосредственно правовая цель сделки не во всех
случаях может обеспечить равновесие интересов, непротиворечие действия
интересам других лиц при ее совершении обретает самостоятельное
1
Егоров Ю.П. Сделки в гражданском праве. - С. 30-32
23
значение, что с необходимостью вызывает к жизни признак правомерности
сделки.
Реализация социальной основы данного признака, т.е. равновесие
интересов в действии, достигается выбором соответствующих средств.
Следовательно, правомерность находит свое выражение в средствах
осуществления сделки. Через выбор средств как элемента действия,
лежащего в основе сделки, осуществляется взаимодействие между ее
правовой целью и признаком правомерности.
Правомерность как признак юридического состава сделки состоит в
непротиворечии совершенного действия нормам и принципам права (если
они непосредственно не закреплены нормативно). Субъективно, т.е. в
сознании субъекта, правомерность сделки проявляется в согласовании им
своих действий с требованиями норм и принципов права.
Признак правомерности охватывает собой требования к содержанию и
форме сделки, ибо лежащее в ее основе действие есть не что иное, как
определенным образом оформленное содержание. Причем признак
правомерности распространяется только на те элементы содержания и
формы, невыполнение которых в принципе влечет за собой непризнание за
актом поведения качества сделки.
Нормы права содержат модель поведения лица при совершении сделки
данного вида. Фактическое совершение действий в противоречии с
требованиями установленного образца не вызовет тех правовых последствий,
которые порождает совершение сделки данного вида, если при этом
допущены нарушения требований норм права для этих сделок, имеющие для
них конститутивное значение. Иными словами, выбор при направленности
сделки на правовой результат неправомерных для данного вида сделки
средств однозначно приводит к тому, что акт поведения не обретает качества
сделки и требуемой гражданско-правовой цели достигнуто не будет.
Например, кредитор и должник в обеспечение исполнения
обязательства ограничились передачей от должника кредитору известного