18
Тем не менее, такие правовые последствия возникают, независимо от
того, имел ли покупатель это в виду. То же происходит повсеместно и с
договорами. Контрагенты заключают, например, договор купли-продажи,
осознавая лишь крайне малую часть тех правовых последствий, которые
закон и судебная практика связывают с фактом совершения такой сделки
(просто в силу того, что большинство контрагентов просто не знают всего
объема правового регулирования и незнакомы с массивом диспозитивных
норм, восполняющих пробелы в их договоре).
Квалифицирующим признаком сделки является то, что воля лица
направлена хотя бы на часть (как правило, центральную, ключевую) тех
правовых последствий, которые позитивное право связывает с совершением
такой категории сделок. Так, например, договор купли-продажи есть сделка,
так как стороны всегда, как минимум, в общих чертах осознают и желают
самых ключевых правовых эффектов такого договора (перехода права на
вещь в обмен на уплату денег), пусть часто и не догадываются о таких
деталях как установленные в законе по умолчанию правила о моменте
перехода риска случайно гибели, возникновении права залога на проданную
в рассрочку вещь и порядке расторжения такого договора.
Если выяснится, что воля стороны в отношении, как минимум, той
ключевой, центральной части правовых эффектов сделки, которую эта
сторона не могла не желать, была поражена тем или иным дефектом
(например, подвергалась искажению в результате насилия), могут возникать
основания для аннуляции сделки. В отличие от сделки реальный акт
порождает правовые последствия в принципе независимо от того, желало ли
сторона возникновения хоты бы и части тех правовых последствий, которые
позитивное право связывает с этой категорией сделки. Одним из важных
тестов, который позволяет отличить сделку от реального акта, является
применимость к спорному поведенческому акту общих правил о
недействительности сделки по причине пороков воли, недееспособности,
ограниченной дееспособности, невменяемости, совершения данного акта