51
персонажей, обычно присутствуют в ней в виде отдельных маркеров
(социальных, локальных, ролевых), характеризующих персонажей через
особенности их языка. Сложность данной проблемы заключается в том, что
эти маркеры приходится воссоздавать средствами другого языка, где сама
система стратификационной и ситуативной дифференциации часто носит
совершенно иной характер.
По словам А. Д. Швейцера, при передаче диалектной речи и
просторечия широко используются компенсационные приемы. Это мы
можем увидеть на следующем примере. В третьем действии «Пигмалио- 298
на», когда главная героиня, Элиза уже прошла коррективный фонетический
курс у профессора Хиггинса, из ее речи исчезают фонетические признаки
кокни, но сохраняются некоторые грамматические и лексические признаки
просторечия: What become of her new straw hat that should have come to me?
Somebody pinched it; and what I say is, them as pinched it done her in – «А вот
где ее шляпа соломенная, новая, которая должна была мне достаться?
Сперли. Вот и я говорю, кто шляпу спер, тот и тетку укокошил».
В оригинале на фоне безупречного произношения Элизы проступают
просторечные черты – сленгизмы pinch «украсть», do in «убить»,
просторечные грамматические формы what become (вм. what has become или
what became) them as pinched it done her in (вм. those who pinched it have done
her in). Для передачи этих социально маркированных элементов речи
переводчиком используются просторечная лексика (спереть, укокошить),
обороты, свойственные разговорному языку
.
Таким образом, при передаче стилизованных проявлений
вариативности какой-либо языковой системы средствами другого языка и в
рамках иной культуры имеют место неизбежные потери информации,
частичное восполнение которых возможно при помощи приёма компенсации.