Диплом: ПРоблемы перевода каламбуров на примере Л. Кэррола

Внимание! Если размещение файла нарушает Ваши авторские права, то обязательно сообщите нам
42
произведения,
рассмотрены
типы
и
разновидности
перевода.
Далее,
внимание
было
уделено
явлению
литературы
абсурда
и
вопросам,
с
которыми
сталкивается
переводчик
при
работе
с
произведениями
этого
жанра,
в
частности
,
определению
и
классификации
каламбура,
его
структуре,
принципам
и
стратегиям
перевода
словесной
игры.
Также,
мы
рассмотрели
прием
компенсации
как
один
из
главных
способов
передачи
игры
слов.
Поставленные
в
начале
теоретической
части
задачи
были
выполнены,
что
дает
возможность
перейти
к
дальнейшему
практическому
анализу
перевода
сказок
“Алиса
в
стране
чудес”
и
“Алиса
в
Зазеркалье”
в
переводе
Н.М.Демуровой.
ГЛАВА
3.
ОСОБЕННОСТИ
ПЕРЕВОДА
КАЛАМБУРА
НА
ПРИМЕРЕ
РАБОТ
Л.
КЭРОЛЛА
43
“Алиса
в
стране
чудес”
и
“Алиса
в
Зазеркалье”
-
это
сказки,
в
которых
девочка
попадает
в
воображаемый
мир,
населенный
удивительными
существами,
где
с
ней
происходят
удивительные
метаморфозы.
Здесь,
в
отличие
от
настоящего
мира,
подчиненного
правилам
и
законам,
становятся
возможными
любые
чудеса,
абсурдные
поступки
-
нормой.
В
произведениях
Кэрролла
текст
произведения
является
его
собственным
объектом
преобразования
и
анализа.
Язык
“Алисы”
-
язык
игры
слов,
или
каламбура,
где
текст
представляет
собой
некий
код,
что
доказывает
причастность
их
к
жанру,
или
стилю
абсурда.
Он
характеризуется
видоизменением
причинно-следственных
связей,
нестандартным
построением
фраз
и
языковыми
аномалиями.
Ярким
и
исключительным
примером
текста,
являющегося
источником
острот,
по
большей
части,
выраженных
в
форме
каламбура,
могут
служить
оба
произведения
об
Алисе
Л.
Кэрролла
“Алиса
в
стране
чудес”
и
“Алиса
в
Зазеркалье”.
В
этих
произведениях
практически
весь
юмор
-
это
юмор
каламбура,
более
того,
здесь
игра
слов
предопределяет
поведение
героев
и
дальнейшее
развитие
сюжета.
Более
того,
последнее
вторично
в
этих
произведениях,
каламбур
выступает
на
первый
план.
Любопытно,
что
при
этом
в
произведении
отсутствует
юмор
ситуаций.
Таким
образом,
создается
впечатление,
что
все
произведение,
изобилующее
этим
литературным
приемом,
превращается
в
один
сплошной
каламбур.
Отличительной
чертой
авторского
стиля
Л.
Кэрролла
является
виртуозное
использование
игры
слов.
Как
подчеркивалось
ранее,
каламбур
используется
Кэрроллом
в
качестве
сюжетообразующего
элемента.
Игра
слов
в
его
произведениях
обусловлена
особенностями
английского
языка
и
английской
культуры
и
носит
индивидуальный
отпечаток
автора.
Каламбуры
Кэрролла
являются
источником
исследования
для
лингвистов,
литературоведов
и
историков.
44
Рассмотрим
лингвостилистические
факторы
возникновения
комического
в
романе
Л.
Кэролла
«Алиса
в
стране
чудес».
В
исследовании
на
основе
семантико-стилистического
и
статистического
анализа
были
рассмотрены
метафорические
авторские
окказионализмы
из
выборки
первых
семи
глав
романа
британского
писателя
в
сопоставлении
с
русскими
переводами
Б.
Заходера
и
Л.
Яхнина.
При
искажении
на
лингвистическом
уровне
возникают
анекдотично
забавные
комбинации
из
общепринятых
слов,
так
называемые
portmanteau
words,
как,
например,
словосочетание
«хливкие
шорьки»,
образованное
посредством
контаминации
русских
прилагательных
«хлипкий»
и
«ловкий»
[7]
в
начале
баллады
«Бармаглот»
Л.
Кэролла
из
повести
«Алиса
в
Зазеркалье»
в
переводе
Д.
Орловской.
В
ряде
случаев
в
романе
Л.
Кэролла
«Алиса
в
стране
чудес»
мы
наблюдаем
преобразование
смысла
целой
фразы
или
предложения
с
многословным
составом
в
нелепое
нагромождение
из
нонсенса,
эксцентрично
бросающего
вызов
строгим
нормам
морали
буржуазного
общества
Викторианской
Англии.
Безусловно,
«Алиса
в
стране
чудес»
и
«Зазеркалье»
относятся
к
жанру
сказки,
однако
в
их
читательскую
аудиторию
входит
и
множество
взрослых,
и
причиной
такого
парадокса
стал
«интеллектуальный
характер
нонсенса»
[2:
77].
Мотив
погружения
в
сновидение,
размывающего
границы
между
реальностью
и
сказочным
восприятием
времени,
становится
тем
лексическим
фактором,
который
позволяет
перескочить
в
сюрреалистическое
воображаемое
пространство
вокруг
персонажа
Алисы.
И
поскольку
литературный
жанр
нонсенса
в
произведении
Л.
Кэролла
зиждется
на
языковом
базисе,
далее
мы
рассмотрим
некоторые
примеры
использования
автором
созвучных
или
графически
схожих
слов,
включая
и
омонимию,
то
есть
каламбура.
Слово
«каламбур»
своими
корнями
уходит
к
традициям
общения
при
Людовике
XV,
в
свите
которого
был
барон
Каленберг,
бездумно
коверкавший
французские
слова
в
своей
речи
для
создания
двусмысленных
острот.
В
словаре
литературоведческих
терминов
данное
существительное
(от
45
франц.
calembour)
обозначает
стилистический
оборот
или
миниатюру,
основанную
«на
игре
слов,
их
звуковом
сходстве
при
различном
смысле,
придающих
речи
комический
оттенок»
[8].
Также
каламбур
может
складываться
как
на
основе
омонимии,
так
и
омофонии,
а
также
при
переосмыслении
устойчивого
сочетания.
При
переводе
английского
каламбура
на
другой
язык,
в
частности
русский,
возникают
сложности,
обоснованные
поликомпонентной
структурой
этого
языкового
явления.
Ведь
помимо
постоянных
элементов
с
выражением
предметно-
логической,
ассоциативно-образной
и
функциональной
информации,
существуют
также
и
переменные
компоненты
каламбура,
вмещающие
локальную
фоновую
информацию,
специфическую
для
менталитета
конкретной
страны.
Как
следствие,
в
ряде
случаев
переводчику
приходится
домысливать
не
только
часть
подобного
словосочетания,
но
и
посредством
приёма
компенсации
восполнять
потерю
фоновой
информации
эквивалентами
из
языка
перевода.
Обратим
внимание,
что
в
составе
любого
каламбура
существует
микроядро
из
пары
компонентов
с
похожей
фонетической
конфигурацией
в
окружении
контекста
с
возможностью
преобразования
ядерных
компонентов
в
комичную
игру
слов.
Таким
образом,
для
отбора
эквивалента
каламбуру
оригинала
при
переводе
учитывается
семантика,
как
пары
ядерных
компонентов,
так
и
семантика
одного
ядерного
элемента,
а
в
некоторых
случаях
возможно
конструирование
новой
семантической
фабулы.
Чаще
всего
компоненты
ядра
каламбура
в
оригинале
не
имеют
равнозначных
аналогов
при
переводе,
вынуждая
переводчика
создавать
новый
каламбур
посредством
расширения
семантики
одного
ядерного
компонента
альтернативными
составляющими.
Рассмотрим
пример
из
первой
главы
романа
Льюиса
Кэролла
«Down
the
rabbit-hole»
или
«Кувырком
за
кроликом»
в
переводе
Л.
Яхнина,
когда
главная
героиня
Алиса,
стремительно
падая
в
кроличью
норку,
рассуждает
о
том,
что
местом
её
прибытия
может
стать
обратная
сторона
земного
шара.
И
в
её
детской
фантазии
рождается
дескриптивная
модель
46
каламбура
о
проживающих
там
существах:
«The
people
that
walk
with
their
heads
downwards!
The
antipathies,
I
think»
[12:
5].
Существительное
antipathies
гипотетически
напоминает
слово
antipodes,
переводимое
в
электронном
словаре
Мультитран
[10]
как
«антипод,
противоположность»,
что
комично
и
запутанным
образом
выражает
как
любопытство
героини,
так
и
её
болезненный
антагонизм
к
происходящему.
В
переводе
Б.
Заходера
встречается
следующий
переводческий
эквивалент:
«среди
этих…
которые
ходят
на
головах,
вверх
ногами!
Как
они
называются?
Анти…
Антипятки,
что
ли?»
[4:
2],
тогда
как
в
переводе
Л.
Яхнина
представлена
следующая
интерпретация:
«Забавно
будет
встретиться
с
людьми,
которые
живут
под
нами.
Они,
наверное,
так
и
называются
АНТИ-
ПОД-НАМИ»
[5:
1].
Обе
русскоязычные
версии
репрезентируют
комичный
словесный
нонсенс
в
каламбурах
языка
перевода
с
расширением
семантики
ядерного
элемента
исходного
каламбура,
причем
экспансия
ядерного
элемента
осуществляется
за
счёт
вкрапления
префикса
«анти»,
выражающего
противопоставление.
В
следующем
примере
Алиса
резонирует
о
живой
природе:
«Do
cats
eat
bats?
and
sometimes,
Do
bats
eat
cats?»
[12:
6].
Перевёртыш
из
слов
cats
и
bats
приводит
к
комичному
нонсенсу
при
восприятии
смысловой
нагрузки
частично
бессмысленного
предложения.
Каламбур
оригинально
преломляется
творческим
восприятием
Л.
Яхнина
в
следующем
переводе:
«Мыши
летучие.
Мыши
ли,
тучи
ли…»
[5:
1].
Вследствие
разбивки
на
несколько
частей
фонетически
омонимичных
слов
происходит
обыгрывание
фонетической
схожести
существительных
с
разноплановыми
лексическими
подтекстами.
Как
результат,
повествование
лишается
логичности
в
пользу
бессмыслицы
или
нонсенса,
основанного
на
преломлении
семантики
одного
ядерного
компонента
исходного
каламбура.
В
переводе
Б.
Заходера
мы
наблюдаем
более
оригинальное
преломление
исходной
игры
слов:
«Скушает
кошка
летучую
мышку?..Скушает
мышка
летучую
мошку?»
[4:
2].
В
этом
примере
мы
замечаем
своеобразное
вкрапление
переводчиком
словосочетания
«летучая
мошка»,
что
47
гипотетически
объяснимо
желанием
усилить
смешную
нелепость
детской
фантазии
Алисы
и
приблизить
оригинал
к
культурологическим
концептам
русского
фольклора.
Далее,
в
названии
третьей
главы
оригинала
«A
Caucus-
Race
and
a
Long
Tale»
[12:
30]
вкрапление
английского
фразеологизма
caucus-
race
со
значением
«политические
игры»
приводит
к
многослойности
лексического
подтекста
исходного
каламбура
с
фразеологической
основой,
который
в
переводе
Л.
Яхнина
звучит
так:
«История
с
бестолкотнёй
и
с
хвостиком»
[5:
2].
Такая
интерпретация
предвосхищает
авторскую
пародийную
аллюзию
на
недостатки
системы
судопроизводства
Викторианской
Англии
и
последующий
стихотворный
рассказ
персонажа
мыши,
представленный
в
виде
графического
«хвоста»
с
обыгрыванием
омонимичной
цепи
английских
существительных
tale
со
значением
«история»
и
tail
как
«хвост».
В
этом
примере
метафорический
окказионализм
переводной
версии
представляет
каламбур
на
новой
семантической
основе.
Аналогичный
подход
к
трактовке
мы
наблюдаем
и
в
переводе
Б.
Заходера.
Поскольку
ассоциативность
англоязычных
фразеологических
оборотов
не
всегда
имеет
языковые
параллели
в
русском
языке,
переводчики,
в
частности,
Л.
Яхнин
и
Б.
Заходер
вынуждены
преломлять
не
только
план
выражения
в
каламбурах
с
фразеологической
основой,
но
и
план
содержания
таких
словосочетаний.
Как
подтверждение
рассмотрим
завершение
дискуссии
Алисы
со
сказочным
безумным
персонажем
Шляпы
в
седьмой
главе.
Затрагивая
ценность
понятия
«Времени»,
характеризуемого
в
оригинале
одушевленным
местоимением
him,
что
само
по
себе
является
комичной
нетривиальностью
для
английского
языка,
Алиса
уверенно
заявляет:
«…
but
I
know
I
have
to
beat
time
when
I
learn
music»
[12:
104],
что
дословно
переводится
«однако,
я
знаю,
что
должна
отбивать
такт,
когда
занимаюсь
музыкой».
И
получает
категоричный
ответ
Шляпы:
«He
won’t
stand
beating»
[12:
104],
буквально
переводимый
«он
не
выдержит
избиения».
В
данном
примере
используется
обыгрывание
омонимичных
по
звучанию
сочетаний
to
beat
time
48
со
значением
«делать
в
такт»
и
герундия
beating,
переводимого
как
«избиение».
Такая
смысловая
двусмысленность
порождает
комичный
нонсенс,
который
в
переводе
Б.
Заходера
преломляется
с
искажением
смыслового
контекста
оригинала
в
реплике
возражения
Алисы
относительно
того,
что
она
«не
думала»
о
Времени,
«особенно
на
уроках
музыки,
я
думала
хорошо
бы
получше
провести
время…»
[4:
8],
получая
в
ответ
раздосадованную
реплику
Шляпы:
«…Провести
время?!
Ишь
чего
захотела!
Время
не
проведёшь».
В
этом
примере
мы
наблюдаем
вкрапление
русского
фразеологизма
«провести
время»
со
значением
«развлечься»
и
интерпретации
данного
постулата
безумным
персонажем
Шляпы
в
контексте
«обмануть,
обхитрить».
Поведенческая
логика
Шляпы
основана
на
противопоставлении
своего
нестандартного
мышления
общепринятым
канонам
окружающего
мира.
В
продолжение
упомянем
сказочную
историю,
рассказанную
персонажем
грызуна
Сони
в
повествовании
седьмой
главы
«Алисы
в
стране
чудес».
В
английском
оригинале
данный
грызун
обозначен
словом
dormouse,
имеющим
сходство
с
латинским
глаголом
dormire,
означающим
«спать».
В
ходе
сказки
грызун
Соня
периодически
спал
в
чайнике,
что
объясняется
исторической
аллюзией
на
бытовые
реалии
Викторианской
Англии,
когда
местные
дети
заводили
сонь
в
качестве
домашних
питомцев
и
держали
зверей
в
чайниках,
которые
наполняли
сеном
или
подобной
травой.
И
тут
Соня
повествует
о
трёх
сестрах,
которые
обитали
в
treacle-well
[12:
112],
причём
данное
выражение,
дословно
переводимое
как
«колодец
с
патокой»,
само
по
себе
является
нелепостью.
В
переводе
Б.
Заходера
колодец
преобразуется
в
«мармеладный»,
тем
самым
демонстрируя
преломление
смысловой
парадигмы
исходного
каламбура.
Далее
Соня
рассказывает,
как
сестры
рисовали
всевозможные
предметы.
Потом
грызун
замечает,
что
они
рисовали
все
«…that
begins
with
an
M,
such
as
mouse-traps,
and
the
Moon,
and
memory,
and
muchness…
did
you
ever
see
such
a
thing
as
a
drawing
of
a
muchness?»
[12:
112],
переводимое
«…
которые
начинаются
с
буквы
«М»,
такой
как
ловушки
для
мыши,
и
Луна,
и
память,
и
49
muchness…
Вы
когда-нибудь
видели
такую
вещь,
как
рисунок
muchness?»,
где
muchness
можно
перевести
как
«множество,
экстравагантность»
[10].
Тогда
как
в
переводе
Б.
Заходера
мы
наблюдаем
следующие
комические
трансформации
плана
выражения
исходного
каламбура
на
уровне
целого
предложения:
«На
букву
М:
мышеловки,
и
морковки,
и
мартышек,
и
мальчишек,
и
мурашки,
и
мораль…
Ты
видела
мурашки,
хотя
бы
на
картинках?»
[4:
8].
На
примере
данного
отрывка
мы
замечаем
экспоненциальное
увеличение
и
нестандартное
преломление
плана
выражения
комических
компонентов
исходного
каламбура
в
переводе.
В
данном
примере
связанность
каламбура
с
последующим
специфически
ограниченным
в
смысловых
коннотациях
контекстом
оригинала,
создает
многократные
препятствия
при
переосмыслении
каламбура
на
другом
языке.
Омонимия
компонентов
каламбура
приводит
к
тому,
что
при
отсутствии
семантически
мотивированных
аналогов
в
языке
перевода,
переводчик
вынужден
подыскивать
семантически
отличные
омонимы
в
своей
языковой
среде,
меняя
при
этом
как
план
выражения,
так
и
план
содержания
фразы
или
целого
предложения.
Статистический
анализ
выборки
из
семи
глав
сказки
Л.
Кэролла
«Алиса
в
стране
чудес»
показывает,
что
наиболее
частотны
языковые
каламбуры
на
основе
семантики
одного
элемента
ядра,
в
процентном
отношении
составляющие
более
58%
от
общего
количества
каламбуров,
включающих
и
аналоги
с
новой
семантической
основой.
В
завершении
отметим,
что
литературный
нонсенс
своеобразно
преломляет
и
обогащает
существующую
реальность,
демонстрируя
творческий
потенциал
сознания
по
отношению
к
действительности,
нивелируемой
устойчивыми
нормами
социального
поведения.
И
каламбур,
как
стилистический
приём
является
одним
из
лингвостилистических
факторов
порождения
комизма
в
художественном
повествовании
с
развитием
дальнейшего
парадокса
смеховой
реакции.
Добавим,
что
комический
эффект
повествования
при
переводе
на
другие
языки
частично
достигается
за
счёт
умения
переводчика
50
сконструировать
новый
каламбур
посредством
расширения
семантики
ядерного
компонента
альтернативными
составляющими.
Непосредственным
предметом
исследования
является
перевод
Н.
М.
Демуровой
произведений
одного
из
основоположников
английского
классического
абсурда
середины
XIX
века,
“отца
нонсенса”,
английского
писателя
Льюиса
Кэрролла
“Алиса
в
стране
чудес”
и
“Алиса
в
Зазеркалье”.
Вначале
мы
поговорим
о
биографии
автора
рассматриваемых
произведений,
упомянем
историю
перевода
этих
сказок
в
России.
Далее,
мы
перейдем
к
рассмотрению
задач
и
двух
основных
направлений
в
переводе
этих
произведений,
намеченных
переводчиком,
чей
труд
мы
рассматриваем
в
данной
работе.
После
того
мы
перейдем
к
детальному
рассмотрению
каждого
из
этих
направлений
в
переводе.
В
частности,
речь
пойдет
о
переводе
имен
собственных.
Мы
рассмотрим
классификацию
способов
перевода
имен
собственных
с
английского
на
русский
язык
с
примерами
использования
этих
приемов
Н.И.Демуровой
при
переводе
произведений
об
Алисе.
Далее
будет
приведен
анализ
перевода
Демуровой
имен
собственных
и
путей
разрешения
возникших
при
этом
сложностей.
Затем
мы
вкратце
упомянем
приемы
перевода,
подходящие
для
работы
с
каламбурами
и
рассмотрим
конкретные
отрывки
произведений
Кэрролла
об
Алисе
и
те
сложности
и
пути
их
преодоления,
связанные
с
их
переводом,
в
подаче
Н.М.
Демуровой.
Для
сравнения
ее
перевода
с
некоторыми
другими,
заслуживающими
наибольшего
внимания,
и
предоставления
более
общей
картины
о
переводах
данных
произведений,
далее
мы
проведем
небольшой
обзор
переводов
других
переводов,
в
частности,
перевода
В.В.Набокова
и
Б.Заходера.
В
конце,
мы
приведем
выводы,
касающиеся
оценки
работы
Нины
Михайловны
Демуровой
и
в
целом
переводов
произведений
Кэрролла
на
русский
язык.
Как
упоминалось
выше,
самые
сложные
задачи,
с
которыми
столкнулась
переводчица
в
начале
своей
работы,
заключалась
в
переводе
имен
собственных
и
названий,
изобилующих
в
сказках
Кэрролла.
Среди
факторов,
51
затрудняющих
перевод
имен
в
сказках
Кэрролла,
Н.М.
Демурова
называет
то,
что
они
“разворачиваются
в
подробнейшие
характеристики
персонажей,
определяя
не
только
их
самих,
но
и
все
связанные
с
ними
детали,
а
зачастую
и
действия.
Выбор
имени
у
Кэрролла
это
выбор
драматургии”.
[8]
Вследствие
чего
выбор
имени
для
переводчицы
был
сопряжен
с
необходимостью
тщательной
проверки
и
просчета
возможных
последствий.
Существует
несколько
способов
перевода
имен
собственных.
Согласно
классификации
Л.М.
Щетинина
[28],
существуют
следующие
способы
передачи
имен
собственных
с
английского
на
русский
язык:
1.
Транскрипция
и
транслитерация
транскрипция
предполагает
введение
в
текст
перевода
при
помощи
графических
средств
языка
перевода
соответствующей
реалии
с
максимально
опускаемым
этими
средствами
фонетическим
приближением
к
ее
оригинальной
фонетической
форме.
Н.М.
Демурова
использовала
этот
прием
при
переводе
следующих
имен
в
произведениях
об
Алисе:
Edwin
-
Эдвин,
Morcar
-
Моркар,
Mary
Ann
-
Мэри
Энн,
и
другие.
Желательность
применения
транскрипции
при
передаче
реалий
обусловлена
тем,
что
при
удачном
транскрибировании
переводчик
может
добиться
преодоления
обеих
упомянутых
выше
трудностей
передачи
и
смыслового
содержания,
и
колорита.
2.
Калька
заимствование
путем
буквального
перевода
позволяет
перенести
в
язык
перевода
реалию
при
максимально
полном
сохранении
семантики.
Однако
сохранение
семантики
не
означает
сохранение
колорита,
поскольку
части
слова
или
выражения
передаются
средствами
языка
перевода.
Например,
March
Hare
-
Мартовский
заяц,
Cheshire
cat
-
Чеширский
кот,
the
white
Rabbit
-
Белый
кролик,
и
перевод
имени
главной
героини
Alice
-
Алиса.
3.
Полукалька
полукальки
представляют
собой
частичные
заимствования
слов
и
выражений,
состоящие
частично
из
элементов
исходного
языка,
частично
из
элементов
языка
принимающего.
Например,
в
“Алисе”
в
переводе
Н.М.
Демуровой
-
Duck
-
Гусь
Дак.

Смотрите также:

"Автоматизация обработки заявок ООО "Проектно-Строительная Компания"
"Автоматизация процесса аттестации персонала для ООО "Нэт Бай Нэт Холдинг"
"Анализ интернет-активности конкурентов ( на примере конкурентов "Газпром нефть")
"Бухгалтерский учёт и аудит расчётов с подотчётними лицами в организации на примере ООО "ЛОЦ 10""
«Психологическое сопровождение персонала в организации на примере ООО «Крокус»
Cовершенствование деловой оценки персонала в организации (на примере ООО "Даймонд кейтеринг развитие")
PR как средство продвижения организации (на примере ПАО "Тамбовский завод "Комсомолец им. Н.С. Артемова")
PR-коммуникации в сфере общественного питания (на примере кафе-кондитерской «Cream Cheese»)
SMM как средство повышения эффективности работы учреждений социокультурной сферы (на примере Малого театра)
Value-based education: ценности в системе образования и способы их реализации на уроке английского языка. Опыт Европейских стран