отношению к ВВП с 17% до 25,4%. Полагаем, что в период кризиса 2008–
2009 гг. рост расходов федерального бюджета был оправдан, а в
последующие годы он должен снижаться, что и наблюдалось вплоть до
нового кризиса в конце 2014 г.– начале 2015 г. При этом, в период между
кризисами страна показывала неплохие темпы роста ВВП, которые
достигали 3-4% в год.
В тоже время, в период 2015-2016 гг., несмотря на рост расходов
федерального бюджета, когда государство пыталось снова спасти
совокупный спрос от сильного падения, ВВП не восстанавливался, как это
было в 2009-2010 гг. В условиях замедления роста ВВП и снижения
реальных доходов населения правительство, по сути, приняло решение
отказаться от стимулирования совокупного спроса за счет роста расходов
федерального бюджета и приняло решение о бюджетной консолидации и
снижении объема дефицита федерального бюджета, о чем
свидетельствуют показатели утвержденного федерального бюджета на
2017 год и плановый период 2018 и 2019 годов [4, с. 9].
Представляется, что ключевую роль в переориентации бюджетной
политики сыграли волатильность цены на нефть и объем накопленных
средств в Резервном фонде и Фонде национального благосостояния (ФНБ).
С точки зрения этих показателей период 2009-2010 гг. был в разы
благоприятнее текущей ситуации, когда цена на нефть не растет уже так
быстро, а государственные финансовые резервы стремительно
сокращаются.
В относительно благоприятный период 2010-2014 гг. необходимо
было элиминировать необоснованный рост расходов федерального
бюджета, стараться аккумулировать доходы от управления Резервным
фондом и ФНБ в сами фонды и обосновано осуществлять отбор
самоокупаемых инвестиционных проектов для финансирования средств