совокупно с внедрением разных новых методик его измерения, а так же
появляются рецензированные научные статьи по данной теме.
В российской психологии идея о единстве аффекта и интеллекта не
была новшеством. Данная концепция упоминалась в исследованиях
Выготского, Рубинштейна, Леонтьева, Лурия, Зейгарник, Тихомирова.
Единство аффекта и интеллекта, по Выготскому, находится во
взаимосвязи и взаимовлиянии данных сторон психики друг на друга на всех
этапах развития. Вместе с влиянием мышления на аффект есть обратное
влияние аффекта, влияющего на мышление, которое проявляется в том, что,
во всякой мысли есть в обработанном виде аффективное отношение человека
к окружающей действительности, выражающейся в этой идее; также, сама
мысль берет свое начало из мотивирующей сферы человеческого сознания
[26, с. 357]. По мнению классика психологии, отношение мысли к слову - это
движение через ряд внутренних идей [26, с. 358].
Идея Л.С. Выготского о связи аффекта и интеллекта получила
развитие в трудах А.Н. Леонтьева: «То, что мы называем переживаниями,
суть явления, возникающие на поверхности системы сознания, в форме
которых сознание выступает для субъекта в своей непосредственности» [27,
c. 140]. Леонтьев показал, что мышление имеет эмоциональную или
аффективную регуляцию [28].
Несомненно, похожей позиции придерживался и С.Л. Рубинштейн:
«Эмоциональные процессы, таким образом, никак не могут
противопоставляться процессам познавательным как внешние, друг друга
исключающие противоположности. Сами эмоции человека представляют
собой единство эмоционального и интеллектуального, так же как
познавательные процессы обычно образуют единство интеллектуального и
эмоционального» [29, с. 552]. Каждая эмоция рассматривается
исследователем в качестве «единства переживания и познания» [29, с. 562].
Также весомый вклад исследование взаимной связи таких процессов
как нейрофизиологических, аффективных и когнитивных внёс ученый Лурия