41
Идиоматические выражения, фразеологизмы, пословицы, поговорки
сложны семантически, так как в них значение всего выражения в целом не
зависит от значений слов, входящих в его состав. Они сложны лексически, так
как их словарный состав отличается от общелитературного. Имея
самостоятельную законченную художественную структуру, они представляют
собой некое стилистическое целое. Самые большие трудности при их переводе
возникают в силу того, что значительное число идиоматических выражений
тесно переплетено со специфическими особенностями культуры и быта своего
народа, а это отражается на содержании образов и на возможности
использования перефразы.
В переводе необходимо сохранить смысловое, эмоционально-
экспрессивное и функционально-стилистическое содержание, которое
передавалось соответствующим устойчивым словосочетанием в контексте
оригинала. Фразеологические обороты образованы от свободных
словосочетаний и структурно с ними совпадают. Внутренняя форма
фразеологизма – лексико-семантическое содержание свободного
словосочетания. Носители языка воспринимают само значение фразеологизма и
все его контекстуальные оттенки. Если внутренняя форма фразеологизма не
обыгрывается в речи, т.е. если нет намека на образ, лежащий в основе
фразеологической единицы, нет двуплановости в восприятии такого оборота, то
переводчику нет никакой необходимости сохранять этот внутренний образ, а
важно лишь передать смысловую, эмоциональную, стилевую, функциональную
информацию, присущую фразеологизму подлинника. Переводчик должен
стремиться к переводу фразеологической единицей соответствующей ей
фразеологической единицей языка перевода. Однако, такой прием не всегда
возможен: в языке перевода может отсутствовать понятийно равный
фразеологизм, или он имеется, но не подходит по своим стилистическим
характеристикам. В данном случае часто прибегают к однословному переводу
или калькированию.
42
Сравнительно немногочисленными оказываются случаи, когда
фразеологизму оригинала соответствует полный фразеологический эквивалент
в переводе. Наличие полных эквивалентов обуславливается одинаковыми или
сходными условиями жизни и быта народов, общностью культурно-
исторических факторов, психологических процессов и единством мышления.
2.3 Способы передачи лакун в русскоязычных переводах.
Заполнение лакун представляет собой процесс раскрытия смысла
некоторого слова, принадлежащего незнакомой реципиенту культуре.
Компенсация лакун существует в виде: 1) словосочетания или парафраза; 2)
развернутого описания, чтобы наиболее полно определить нечто неизвестное.
Способы элиминации лакун в языке-рецепторе можно разделить на: 1)
пропуск лексемы, обозначающей лакунарное понятие; 2) субституция, или
замена на видовое или родовое понятие; 3) введение заимствования – с
пояснениями, глоссариями, подстрочником; 4) корреляция; 5) включение и
скрытый текстовый синонимический ряд; 6) парафраз.
Отличительным качеством полноценного перевода, согласно А.В.
Федорову и Я.И. Рецкеру, является исчерпывающая передача (смыслового)
содержания исходного текста и передача содержания равноценными
средствами.
При переводе лакун может оказаться, что в лексической системе
переводного языка отсутствует эквивалент для той или иной единицы
лексической системы языка оригинала. Это означает, что понятие
«безэквивалентность» является относительным. Следовательно, когда речь идет
о безэквивалентной лексике, имеется в виду, что в лексической системе
(словаре) исходного языка для данного предмета или явления существует
«готовое» наименование в форме слова или словосочетания, а в переводном
языке подобного наименования в готовом виде нет, оно создается в процессе
речи. Чаще всего в разряд безэквивалентной лексики попадают термины и
реалии, представляющие собой социокультурные лакуны.
43
Рассмотрим более подробно каждый из способов компенсации лакун.
Первый характерен для XVIII века – пропуск лексемы. Сталкиваясь с
неизвестным предметом и его наименованием, переводчик не мог подобрать
подходящего эквивалента и попросту пропускал его.
В конце XVIII века эпизодически, а в XIX, XX вв. регулярно в состав
русской лексики вливается поток английских слов. Пропуск лексем как способ
элиминации лакун характерен для конца XVIII - начала XIX века, когда в
Россию проникают новые названия, которых коснулась общая тенденция: в
переводе охотно использовались широко известные русские слова. В этот
период появляются названия новых игр, в том числе и картежных: вист, бостон,
пикет. Следует отметить, что в русском языке того периода лексема пикет уже
функционировала в значениях: 1) сторожевая застава; 2) группа бастующих
рабочих, патрулирующая в районе забастовки. Материалы переводов,
содержащие англицизм пикет с карточным значением относятся к середине
XIX века. Название игры пикет только входило в лексическую систему
русского языка и не получило к этому времени широкого распространения, к
тому же сфера функционирования слова была ограничена игровым столом.
«Пикет, хотя и вышедший из моды, оставался для него единственной
стоящей игрой, еще сохранившейся» (Голсуорси Т.8:299).
Следующим способом элиминации лакун является замена на родовое или
семантически близкое слово из той же функциональной среды, другими
словами происходит семантическое приноравливание. Примером может
послужить слово «берег» в русском и английском языках. Английскому a bank
of the river. A shore of the sea соответствует русское родовое название «берег».
Субституция, или использование англицизма в переводе, когда он не
поддерживается прототипом в оригинале, для XIX века отмечается у
следующих лексем: solicitor – поверенный, tart – сладкий пирог, attorney –
адвокат, lawyer – адвокат. Используются слова родного языка, означающие
нечто близкое или похожее по функции, хотя и не абсолютно тождественное.
Такие слова вызывают ассоциации. Например, в переводах XIX века
44
используется «стряпчий» вместо «клерк». Английское sir и miss передавались в
переводах литературы прошлого века как «сударь» и «сударыня». Toasts
передавались как «гренки». Подобный тип перевода полностью передает
привычность, чисто бытовую окраску подлинника, в одних случаях придавая
ему русифицирующий оттенок, в других случаях не внося в него никаких
новых черт, но во всех случаях, ослабляя национально-специфические
особенности, выраженные в нем. Для обозначения иностранной реалии в языке
перевода подбирается понятие, которое, хоть и не совпадает с исходным, но
имеет значительное семантическое сходство, и, в известной мере, способно
раскрыть для получателя перевода суть описываемой системы.
Основным способом передачи лакунарных для русского языка понятий в
XIX – XX вв. является заимствование. Теоретической базой изучения
заимствованной лексики различной этимологии и описания основных
дефиниций контактологии послужили работы И.А. Бодуэна де Куртенэ, Л.А.
Булаховского, С.А. Беляевой и др.
Различаются четыре группы заимствований: 1) лексемы английского
происхождения как способ заполнения лакунарного для русской лексической
системы понятия. Как известно, лакунарность – диахроническая категория,
которая со временем может заполняться. Непременным условием является
вхождение и широкое распространение данной реалии, предмета, явления,
характеристики в жизнь другого народа. В подобном случае англицизмы чаще
всего теряют свой этнокультурный компонент, становятся достоянием
лексической системы русского языка и фиксируются словарями. К данной
группе следует отнести такие лексемы как: спортсмен, ферма, лига, покер,
колледж, футбол, вист, пудинг, клуб, коттедж, боулинг.
2) заимствования с сильным этнокультурным компонентом, когда слово
является обозначением действительности иной определенной страны и
культуры. Именно данную группу традиционно считают экзотизмами
(ленч/ланч, файф-о-клок, портплед, сэр, леди, пенни, стерлинг, лорд консоли,
45
сквоттер, галлон), чаще всего они фиксируются словарями с пометами
английской атрибутивности либо не фиксируются совсем.
3) промежуточные образования соединяют некоторые признаки
предыдущих систем: слабая распространенность предмета, явления в русском
языке, что соответствует периоду вхождения или выходу из русской
лексической системы, чаще всего сопровождается лексикографическими
фиксациями. Подобными примерами являются: фермуар, гунтер, саше, тори,
бриош, пойнтер.
4) окказионализмы, которые условно относятся к заимствованиям,
встречаются только в языке перевода: дерби, гальбет, титул нардак, спруг,
имена собственные.
«Тщательно осмотрев первый карман камзола великого Человека-Горы
(Кулибус Флестрин), мы нашли там только большой кусок грубого холста,
который по своим размерам мог бы служить ковром для главной парадной залы
Вашего Величества" (Свифт 1955:25).
«А между тем содержание Человека-Горы обошлось его величеству уже
более полутора миллионов спругов (самая крупная золотая монета у лилипутов
величиной с маленькую блестку)» (Свифт 1955:62).
Ведь я имею честь носить титул нардака – титул, которого не было и у
самого канцлера казначейства Флимпара. Всем известно настолько же ниже
моего, насколько у нас титул маркиза ниже титула герцога» (Свифт 1955:64).
Заимствование представляет собой активный процесс: заимствующий
язык не пассивно воспринимает чужое слово, а так или иначе переделывает его
и включает в сеть своих внутренних системных отношений. Переводы в
сопоставлении с английскими оригиналами позволяют выявить коррелятивные
и некоррелятивные заимствования, семантические модификации по сравнению
с прототипами, назвать причины неупотребления ассимилированных
заимствований английского происхождения, определить условия их
функционирования.
46
Следует обозначить две группы англицизмов с исторической
перспективы: во-первых, закрепившиеся в русском языке и обозначающие
английские реалии, и, во-вторых, функционирующие только в переводах и не
имеющие канонического употребления. Многие из слов, которые для читателя
конца XIX века были неологизмами, стали в современном русском языке
общелитературными. Если исчезают соответствующие предметы и явления, то
в данном случае речь идет об уходящих лексических единицах и значениях как
об историзмах. Если же предметы и явления остаются, а уходят по каким-либо
причинам только обозначающие их слова, а иногда и просто отдельные
значения лексических единиц, то в данном случае речь идет об архаизмах.
Историзмы. Следовательно, представляют собой обозначение реалий,
отошедших в прошлое. Например, «They were already three occupants, in a great
white waistcoat, with a large, smooth fase like a baby’s and two old ladies in black
with mittened hands» (Голсуорси 2000:254). «В лифте было трое пассажиров:
мужчина в белом вечернем жилете, толстеющий как ребенок, и две пожилые
дамы, обе в черном и в митенках» (Голсуорси 1962:286). Митенки – вид
перчаток без пальцев, которые первоначально являлись атрибутом вечернего
костюма. В русском языке слово функционировало недолговременно в XIX
веке, например, оно встречается в романе В.П. Катаева «Белеет парус
одинокий».
Архаизмы неоднородны. Во-первых, к ним относятся устаревшие слова
(или устаревшие значения слова), которые называют исчезнувшие из быта
национальной общности предметы обихода, орудия труда, обрядовые
предметы, понятия, оружие, учреждения, должности и т.д., иными словами
исторические реалии.
Во – вторых, это архаизмы, устаревшие названия существующих
понятий.
В языковой палитре писателей архаизмы многофункциональны. Их
использование зависит от жанра произведения и намерений автора. В
художественных произведениях они нужны для стилистических целей: с их
47
помощью речь может стать торжественной, возвышенной, иронической,
сатирической. Когда в оригинале архаизмы служат для передачи эмоционально-
экспрессивных оттенков, то в переводе таким лексическим единицам обычно
соответствуют архаизмы или явно книжные слова. Авторский стиль в переводе
воссоздается элементными лексическими средствами. Особых трудностей при
этом не возникает, равно как и при переводе историзмов, если они не
представляют сугубо национальных реалий, в подобном случае прибегают к
использованию комментариев.
К историзмам относятся 1) названия профессий, должностей: squire –
скваер – помещик, оруженосец, галантный кавалер вышел из употребления и
используется для передачи исторического времени.Yeoman – йомен –
историческое название мелкого землевладельца. Alderman – альдермен –
старейшина, первоначально упоминается в словаре Яновского 1803 г., член
городского управления, член совета графства. Waterman – сторож – человек,
чья работа охранять банк, здания, офис ночью.
2) денежные единицы: guinea – гинея – золотая монета, которая в
современном английском языке не используется. Shilling – шиллинг –
серебряная монета, вышедшая из употребления в 1971 г.
3) средства передвижения: coach – карета, кэбы, омнибусы.
4) аксессуары: monocle – монокль, был в ходу в 18-19 вв.
К окказиональным словам можно отнести слово «кабуль». Лексема не
отражена в словарях. Она встречается в переводе «Когда великий спор о седле
барашка подошел к концу, приступили к тьюксберлийской ветчине,
приправленной «чуточкой» кабуля» (Голсуорси 1962:82). В оригинале данная
лексема представлена словосочетанием «the great saddle – of muton controversy
at an end, a Tewkesbery ham commenced, together with the touch of West India»
(Голсуорси 2000:51). West India подразумевает, что речь идет об индийской
приправе. Переводчик находит соответствие « кабуль», которое зафиксировано
словарями в неизменяемой форме (СРЯ).
48
Словарный состав представляет собой ту сторону языка, которая более
всех других подвержена историческим изменениям. Если изменения в
фонологической системе и звуковой «материи» языка, и его грамматическом
строе трудно заметить на протяжении жизни одного поколения, то изменения в
словарном составе наблюдается повседневно: любое нововведение в технике, в
быту, в общественной жизни, в области идеологии и культуры сопровождается
появлением новых слов и выражений либо новых значений у старых слов, и
наоборот, устаревание и уход в прошлое тех или иных орудий, форм быта,
общественных институтов неуклонно ведут за собой уход из языка
соответствующих слов. Иногда слова меняют свое значение и выходят из
употребления без какой-либо связи с изменениями в соответствующих
денотатах не меняя своей природы или роли в жизни человека.
Согласно мнению В.Л. Муравьева, лакуны – историческая категория, в
результате развития общества, знакомства с культурой другого народа,
культурных, политических, экономических контактов лакуны могут исчезать
или заполняться. Основной состав англицизмов в переводах XIX – XX вв.
отличается стабильностью формы и значения. Отдельные колебания
отмечаются у нескольких слов: жареное мясо – ростбиф, миссис – мистрис,
почтенство – респектабельность, спасательная лодка – спасательный бот,
сударыня – госпожа, гренки – тосты и т.д.
При заимствовании слово отрывается от словообразовательного гнезда и
утрачивает все связи, деэтимологизируется, теряет прозрачную внутреннюю
форму. Практически непереводима игра слов, для ее частичного
восстановления необходимы пояснения и этимологические комментарии, что
присутствует практически во всех переводах XX века. Если в практике
используется транслитерированная форма без каких-либо пояснений, слово для
носителей языка-рецептора не имеет того первоначального смысла, как
прототип в языке источнике [Габдреева 2001:39].
Лексическое значение слова состоит из следующих компонентов:
49
1) сигнификативного, или определяющего понятийное содержание,
понятие, которое отличается от других понятий;
2) денотативного, отражающего соотнесенность слова с классом
определенных денотатов;
3) коннотативного, содержащего эмоционально-стилистическую
окрашенность слова;
4) этнокультурного компонента, отражающего национальную специфику
восприятия слова носителем;
5) структурного, определяющего место лексемы в лексико-тематической
группе и лексико-семантическом поле.
Адаптация лексического значения тесно связана со способами передачи
англицизмов.
1. Начальный этап существования слова. Первоначально осуществляется
восприятие сигнификативного и денотативного компонентов нового слова.
Переводчик, встречая прототип (английское слово в оригинале), соотносит его
с лексической системой русского языка в данный период. Заимствованное
слово встречается в морфологическую систему заимствующего языка, получая
соответствующие грамматические категории.
В иных случаях окончание чужого слова воспринимается при
заимствовании как часть основы. Так, русское рельс, кекс, тост заимствованы
из английского (анг. Rail – рельс, cake – пирожное, toast - тост), причем
заимствованы были формы множественного числа, осмысленные как формы
единственного; поэтому английский аффикс множественного числа вошел в
состав основы русского языка.
При недостаточной освоенности сигнификативного и денотативного
компонентов наблюдается использование глосс, сносок, текстовых пояснений и
этимологических замечаний, которые являются плодом знаний переводчика. Их
назначение – объяснить читателю назначение и функции того предмета,
которые обозначают иностранное слово, ввести в лексико-семантическое поле,
определить место в лексико-семантической группе. Освоение
50
сигнификативного и денотативного компонентов иностранного слова возникает
на стадии понятийного обобщения фактов действительности, которое «зависит
от степени четкого осознания носителями языка денотативной направленности
слов» [Солодуб 1997: 56].
2. Освоение этнокультурного компонента, т.е. понятия, отражающего
национальную специфику (конкретные существительные, обозначающие
предметы быта, специфические меры длины, название денежных единиц, игр и
развлечений, наименование пищи,, типов ткани и т.д.). Переводчик, встречая в
тексте оригинала прототип подобного англицизма, либо заменяет его русским
соответствием, близким по смыслу: toasts – гренки, madam – сударыня, roast
beef – жареное мясо, beefsteak – жареное мясо, respectability – почтенство.
Освоение этнокультурного компонента осложняется, во-первых,
экстралингвистическими фактором – языковой политикой, отношением к
заимствованиям в данный период (так в середине XVIII в.- XIX в. отмечается
негативное отношение к заимствованиям, доходящее в своих крайних
проявлениях до ксенофобии), во-вторых, отношениями иностранного слова с
другими словами в лексико-тематической группе. Для XIX в. освоение
лексических заимствований, их национального компонента встречается в
последовательном употреблении англицизма в разных переводах одного
произведения и в переводах разных произведений.
3. Освоение всего комплекса, всех составляющих лексического
заимствования соответствует последовательному употреблению англицизма на
месте прототипа в разновременных переводах разных произведений, т.е.
корреляция. Данная тенденция характерна для переводов XX века.
Неосвоенность одного или нескольких компонентов лексического
значения приводила к колебанию частотности, непоследовательности в
передаче прототипа, глоссирования, включению в синонимический ряд. Полное
освоение лексического значения подтверждает последовательная корреляция
прототипу англицизма. Освоение лексического значения тесно связано со
степенью употребления заимствованных слов, способов их передачи, наличием