55
грубое нарушение ПДД вообще ставит под сомнение неосторожное отношение
лица к наступающим общественно опасным последствиям, в связи с чем может
быть даже поднят вопрос о квалификации его действий как умышленного
причинения вреда (с косвенным умыслом).
Итак, на основании изложенного сделаем следующие выводы по
параграфу:
1. В ст. 264 УК РФ субъект преступления общий – физическое вменяемое
лицо, достигшее 16-летнего возраста.
2. Случаи, когда собственник или иной законный владелец транспортного
средства передает управление им другому лицу, находящемуся в состоянии
опьянения, следует рассматривать как неосторожное преступное сопричинение,
в связи с чем диспозиция ч. 1 ст. 264 УК РФ нуждается в корректировке со
следующей формулировкой: «Нарушение лицом, управляющим автомобилем,
трамваем либо другим механическим транспортным средством, правил
дорожного движения или эксплуатации транспортных средств, а равно
передача управления им лицу, находящемуся в опьянения…».
3. Правильное определение субъекта преступления имеет важное
значение для отграничения составов ст.ст. 264, 266 и 268 УК РФ.
4. Установление психического отношения лица к нарушению ПДД и
эксплуатации транспортных средств позволяет правильно произвести
квалификацию по ст. 264 УК РФ, помогает отграничить данное преступление
от преступлений со смежными составами, способствует назначению
справедливого наказания и (или) иной меры уголовно-правового характера.
2.3 Квалифицирующие признаки преступного нарушения правил
дорожного движения и эксплуатации транспортных средств
Статья 264 УК РФ состоит из шести частей и, соответственно, содержит
пять квалифицированных составов этого вида преступления. Это – нарушение
ПДД и эксплуатации транспортных средств:
56
1) совершенное лицом, находящимся в состоянии опьянения, повлекшее
по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека (ч. 2);
2) повлекшее по неосторожности смерть человека (ч. 3);
3) совершенное лицом, находящимся в состоянии опьянения, повлекшее
по неосторожности смерть человека (ч. 4);
4) повлекшее по неосторожности смерть двух или более лиц (ч. 5);
5) совершенное лицом, находящимся в состоянии опьянения, повлекшее
по неосторожности смерть двух или более лиц (ч. 6).
Таким образом, среди квалифицирующих признаков фигурируют две
группы обстоятельств:
1) состояние опьянения во время нарушения ПДД;
2) причинение более тяжких последствий по сравнению с указанными в ч.
1 ст. 264 УК РФ.
В п. 2 примечания к ст. 264 УК РФ дается понятие лица, находящегося в
состоянии опьянения. Им признает лицо, «управляющее транспортным
средством, в случае установления факта употребления этим лицом
вызывающих алкогольное опьянение веществ, который определяется наличием
абсолютного этилового спирта в концентрации, превышающей возможную
суммарную погрешность измерений, установленную законодательством
Российской Федерации об административных правонарушениях, или в случае
наличия в организме этого лица наркотических средств, психотропных веществ
или их аналогов либо новых потенциально опасных психоактивных веществ, а
также лицо, управляющее транспортным средством, не выполнившее законного
требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского
освидетельствования на состояние опьянения в порядке и на основаниях,
предусмотренных законодательством Российской Федерации». При этом также
следует иметь в виду, что согласно постановлению Конституционного Суда РФ
от 25.04.2018 № 17-П пункт 2 примечания к ст. 264 УК РФ в соответствии с его
конституционно-правовым смыслом должен толковаться таким образом, что
лицо, управлявшее транспортным средством и скрывшееся с места ДТП, и в
57
этой связи не прошедшее освидетельствование на состояние опьянения, с
формально-юридической точки зрения считается находившимся на момент
управления транспортным средством в состоянии опьянения
77
.
Состояние опьянения в качестве квалифицирующего обстоятельства
появилось в рассматриваемой статье не сразу с принятием УК РФ 1996 года, а
после внесения в нее изменений Федеральным законом от 13.02.2009 № 20-ФЗ
«О внесении изменения в статью 264 Уголовного кодекса Российской
Федерации»
78
. Более того, Федеральным законом от 21.10.2013 № 270-ФЗ «О
внесении изменения в статью 63 Уголовного кодекса Российской Федерации»
79
само наличие опьянения стало рассматриваться как отягчающее наказание
обстоятельство (ч. 1.1 ст. 63 УК РФ). Таким образом, до 13 февраля 2009 года
нарушение Правил дорожного движения в состоянии алкогольного опьянения
формально никак не влияло на меру уголовной ответственности за совершенное
преступление. На наш взгляд, прежний подход в гораздо большей степени
согласовался с доктриной уголовного права, которая долго время шла к
нейтральному отношению к состоянию опьянения при совершении
преступления.
Думается, что указание на состояние опьянения в ст. 264 УК РФ явно
излишне по целому ряду оснований. Во-первых, само по себе состояние
опьянения даже при наступлении общественно опасных последствий никак не
влияет на установление основания уголовной ответственности. Необходимо,
чтобы имелось другое нарушение ПДД, которое состояло бы в причинной связи
с наступившими последствиями. С нынешним подходом законодателя как бы
получается, что виновный в совершении преступления водитель более строго
наказывается только за сам факт нахождения в состоянии опьянения, что вряд
ли логически обоснованно. Конечно, водитель, который сел пьяным за руль, да
при этом еще нарушил ПДД, по общему правилу, допустил более грубое
нарушение Закона, чем если бы он был трезвым, но данное обстоятельство
77
Собрание законодательства РФ. 2018. № 19. Ст. 2812.
78
Собрание законодательства РФ. 2009. № 7. Ст. 788.
79
Собрание законодательства РФ. 2013. № 43. Ст. 5440.
58
можно было бы учесть при индивидуализации ответственности. Тем более, что
все это «по общему правилу», так как не всякое состояние опьянения говорит о
большей злонамеренности нарушителя. Инспекторам ГИБДД хорошо известно,
что выпившие водители иногда, чтобы не вызвать подозрения, ведут машину
даже более аккуратно, чем когда они трезвые.
Во-вторых, вопреки распространенному мнению, усиление
ответственности за нарушение ПДД в состоянии опьянения не влияет на
статистику автотранспортной преступности. Садясь за руль подшофе, водитель
в первую очередь рассчитывает на полную безнаказанность. К тому же первым,
кто рискует стать жертвой ДТП с участием пьяного водителя, является он сам,
поэтому общепревентивное значение анализируемого квалифицирующего
признака ничтожно.
В-третьих, если уж и предусматривать данное квалифицирующее
обстоятельство, то тогда применительно ко всем без исключения
неосторожным транспортным преступлениям, а не только в ст. 264 УК РФ. В
связи с этим следует задаться вопросом о том, почему в ст. 263 «Нарушение
правил безопасности движения и эксплуатации железнодорожного,
воздушного, морского и внутреннего водного транспорта и метрополитена»
данный квалифицирующий признак не предусмотрен? Разве пьяный машинист
поезда, в т.ч. метро, летчик или вахтенный на судне менее опасен, чем пьяный
водитель? Вопрос риторический. Однако и в этом случае мы предлагаем идти
не по пути установления состояния опьянения в качестве квалифицирующего
признака, а в полном отказе от него в качестве такового.
Теперь рассмотрим общественно опасные последствия как
квалифицирующие признаки ст. 264 УК РФ. Как уже было отмечено, для
наступления ответственности по данной статье требуется, чтобы потерпевшему
был причинен как минимум тяжкий вред здоровью. В связи с этим возникает
вопрос о том, как квалифицировать действия водителя, который нарушением
ПДД и эксплуатации транспортных средств одному потерпевшему причинил
тяжкий вред здоровью, а другому легкий или средней тяжести вред здоровью:
59
только по ч. 1 ст. 264 УК РФ или по этой статье и еще по ст. 12.24 КоАП РФ?
На наш взгляд, поскольку уголовная ответственность полностью поглощает
ответственность административную, все содеянное достаточно
квалифицировать по ст. 264 УК РФ. В данном случае причинение иного вреда
здоровью лицам следует учитывать в процессе индивидуализации уголовной
ответственности.
Суды иногда все еще допускают ошибки в квалификации нарушений,
влекущих разные общественно опасные последствия. Так, согласно решению
военного суда Калужского гарнизона Б. был признан виновным в нарушении
ПДД, повлекшем по неосторожности причинение вреда здоровью средней
тяжести одному человеку (в декабре 2003 года нарушение ПДД и
эксплуатации транспортных средств, повлекшее причинение средней
тяжести вреда здоровью, было декриминализировано
80
) и смерть другого. Он
был признан виновным по ч. 1 и ч. 2 ст. 264 УК РФ и приговорен к 2 годам
лишения свободы с лишением права управлять транспортным средством на 2
года. Суды кассационной и первой надзорной инстанции оставили незаконный
приговор без изменения. Только решением Военной коллегии Верховного Суда
РФ из обвинения была исключена ч. 1 ст. 264 УК РФ
81
. Никакой совокупности
преступлений в данном случае не было. Поскольку все содеянное охватывалось
ч. 2 ст. 264 УК РФ.
Таким образом, если нарушение ПДД и эксплуатации транспортных
средств влечет по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью одного
человека и смерти другому, то все содеянное квалифицируется по ч. 3 ст. 264
УК РФ как причинившее смерть человеку. Никакой дополнительной
квалификации по ч. 1 ст. 264 УК РФ в этом случае не требуется.
Особое внимание при квалификации по ст. 264 УК РФ требуется в случае
наступления смерти человека. Дело в том, что наличие у погибшего некоторых
80
Федеральный закон от 08.12.2003 № 162-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в
Уголовный кодекс Российской Федерации» // Собрание законодательства РФ. 2003. № 50.
Ст. 4848.
81
См.: Обзор кассационно-надзорной практики Военной коллегии Верховного Суда РФ по
уголовным делам за 2000 г. (подписан 21 мая 2001 г.) // Доступ из системы ГАРАНТ.
60
хронических заболеваний может привести как к наступлению смерти, так и к
развитию состояния, которое угрожает его жизни, при причинении ему во
время ДТП даже незначительных телесных повреждений. Так, Судебной
коллегией по уголовным делам Верховного Суда РФ с ч. 2 ст. 264 УК РФ на ч. 1
ст. 264 УК РФ были переквалифицированы действия С., который судом первой
инстанции был признан виновным в том, что, нарушая правила дорожного
движения и управляя автомобилем, он выехал на обочину дороги и сбил
потерпевшую Х. После доставления в больницу, через двое суток Х. скончалась.
Однако суд первой инстанции проигнорировал содержащееся в заключении
судебно-медицинской экспертизы упоминание о том, что потерпевшая
страдала тяжелой формой атеросклероза, бронхиальной астмой и сахарным
диабетом, а ее смерть наступила из-за осложнения сахарного диабета.
Причиненные наездом мотоцикла травмы хотя и были опасны для жизни, но
сами по себе к смерти не привели, а повлекли лишь обострение сахарного
диабета (диабетическую кому)
82
. Как видим, в уголовно-правовом смысле
причинная связь между общественно опасным деянием и общественно
опасными последствиями в данном случае отсутствует, так как С. Не знал и не
мог знать о наличии у Х. сахарного диабета, а если бы даже знал об этом, то
никак не мог предвидеть развитие причинно-следственной связи между
деянием и наступившими последствиями.
Переходим к выводам по параграфу:
1. Среди квалифицирующих признаков фигурируют две группы
обстоятельств:
1) состояние опьянения во время нарушения ПДД;
2) причинение более тяжких последствий по сравнению с указанными в ч.
1 ст. 264 УК РФ.
2. Указание на состояние опьянения в ст. 264 УК РФ излишне, поскольку:
82
См.: Обзор практики Военной коллегии Верховного Суда РФ по уголовным делам за 2010 г.
(подписан 16 февраля 2011 г.) // Доступ из системы ГАРАНТ.
61
1) никак не влияет на установление основания уголовной ответственности
(данное обстоятельство можно было бы учесть при индивидуализации
ответственности);
2) не способствует снижению количества совершаемых
автотранспортных преступлений;
3) нарушает системность уголовного законодательства, поскольку в
смежных составах автотранспортных преступлений такие квалифицирующие
признаки не установлены.
3. В случае причинения нарушением ПДД и эксплуатации транспортных
средств нескольких разных общественно опасных последствий, все содеянное
квалифицируется по одной части ст. 264 УК РФ и квалификации по
совокупности частей этой статьи не требует.
62
Глава 3 УГОЛОВНАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА НАРУШЕНИЕ
ПРАВИЛ ДОРОЖНОГО ДВИЖЕНИЯ ЛИЦОМ, ПОДВЕРГНУТЫМ
АДМИНИСТРАТИВНОМУ НАКАЗАНИЮ
3.1 Объективные признаки преступного нарушения правил дорожного
движения лицом, подвергнутым административному наказанию
История развития уголовного законодательства об ответственности за
нарушение правил дорожного движения лицом, подвергнутым
административному наказанию, показывает, что место данной нормы в системе
уголовного права более чем обоснованно. Объект данного преступления вполне
согласуется с названием гл. 27 УК РФ – «Преступления против безопасности
движения и эксплуатации транспорта». Поэтому объекты преступлений ст. 264
и ст. 264.1 УК РФ совпадают.
Однако, юридический анализ ст. 264.1 УК РФ необходимо проводить с
учетом положений, которые относятся не только к уголовному, но и
административному праву. Тесная связь данной нормы уголовного права с
нормами административного права обусловливается наличием в ней так
называемой административной преюдиции. Наличие данной уголовно-
правовой конструкции позволяет выделить в норме ст. 264.1 УК РФ еще один
объективный признак, который характеризует общественно опасное деяние –
повторное совершение лицом административного правонарушения, а также еще
субъективный признак, относящийся к субъекту преступления как к лицу, к
которому ранее уже правомерно применялось административное наказание за
административное правонарушение и при этом не истекли сроки давности
административной наказуемости. Говоря другими словами, ст. 264.1 УК РФ
предусматривает ответственность за повторное совершение административного
правонарушения, что превращает такого рода правонарушение в преступление,
которое влечет уже уголовную ответственность.
63
Сразу же следует обратить внимание на то, что название ст. 264.1 УК РФ
неточно отражает ее содержание, поскольку субъектом преступления в ее
диспозиции указано не только лицо, которое подвергалось административной
ответственности, но также и лицо, у которого имеется неснятая или
непогашенная судимость за преступления, предусмотренные ч. 2, ч. 4 и ч. 6 ст.
264 или ст. 264.1 УК РФ.
УК РСФСР 1960 г. (ст. 211.1) также предусматривал ответственность за
аналогичное деяние, но между ст. 211.1 УК РСФСР и ст. 264.1 УК РФ имеются
существенные расхождения. Предшественник современного УК РФ
устанавливал ответственность за управление транспортным средством в
состоянии опьянения, если нарушитель ранее был лишен права на управление
транспортным средством за аналогичное правонарушение. Да и по санкциям
имеются существенные расхождения (в ст. 211.1 УК РСФСР
предусматривалось наказание в виде лишения свободы сроком до 1 года,
исправительные работы на тот же срок или штраф в размере 100 руб. с
лишением права управлять транспортным средством на срок до 5 лет). В
декабре 1992 года ответственность за это преступление была отменена.
Новая статья об ответственности за множественное вождение в нетрезвом
виде отличается от предыдущей не только по объективной стороне, по и по
субъекту преступления. Совпадение имеется лишь по субъективной стороне – в
обоих случаях формой вины выступает прямой умысел. Однако, обо всем по
порядку.
Объективная сторона предусмотренного ст. 264.1 УК РФ преступления
включает в себя:
1) управление транспортным средством лицом, которое:
а) находится в состоянии опьянения, либо
б) отказалось от медицинского освидетельствования на состояние
опьянения, либо
в) скрылось с места совершения преступления во избежание прохождения
медицинского освидетельствования на состояние опьянения. Данный признак
64
не указан в диспозиции ст. 264.1 УК РФ, но он логически вытекает из уже
упоминавшегося в параграфе 2.3 постановления Конституционного Суда РФ о
том, что лицо, управлявшее транспортным средством и скрывшееся с места
ДТП, и в этой связи не прошедшее освидетельствование на состояние
опьянения, с формально-юридической точки зрения считается находившимся
на момент управления транспортным средством в состоянии опьянения
83
;
2) ранее виновное лицо привлекалось к административной
ответственности за:
а) управление транспортным средством в состоянии опьянения (ч. 1 ст.
12.8 КоАП РФ), либо
б) невыполнение законного требования уполномоченного должностного
лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние
опьянения (ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ), либо
в) имеет судимость за совершение преступления, предусмотренного чч. 2,
4, 6 ст. 264 или ст. 264.1 УК РФ.
Состав данного преступления формальный, то есть наступления каких-
либо общественно опасных последствий не требуется. Преступление считается
оконченным уже в тот момент, когда субъект, находящийся в состоянии
опьянения привел транспортное средство в движение. В случаях, когда
обладающее признаками субъекта преступления по ст. 264.1 УК РФ лицо
совершило деяние, повлекшее причинение тяжкого вреда здоровью или смерти
потерпевшего, содеянное квалифицируется по совокупности статей 264 и 264.1
УК РФ. Налицо так называемая идеальная совокупность преступлений.
Для правильного применения ст. 264.1 УК РФ особое значение
приобретает установление состояния опьянения лица. Ситуация усугубляется
тем, что на момент задержания пьяного водителя вопрос о его уголовной
ответственности, как правило, еще не решается, потому что уполномоченному
на проверку водителей на состояние опьянения должностному лицу чаще всего
неизвестно, привлекался ли ранее водитель к административной
83
Собрание законодательства РФ. 2018. № 19. Ст. 2812.