74
закончиться встречей с сотрудниками ГИБДД, в худшем случае- дорожно-
транспортным происшествием с потерпевшими или погибшими. Наказание в
виде полутора лет лишения свободы в колонии поселения, на наш взгляд, вряд
ли как-то повлияет на осужденную.
В данном примере осужденная, даже отказываясь от прохождения
медосвидетельствования, согласно закону, признавалась лицом, находящимся
в состоянии опьянения. Если бы произошло ДТП, и она скрылась с места
происшествия, факт опьянения по прошествии времени доказать было бы
невозможно. То есть, если управлявшее транспортным средством и
нарушившее ПДД лицо останется на месте ДТП, но при этом откажется от
прохождения освидетельствования на состояние опьянения, в отличие от
скрывшегося с места происшествия водителя, окажется в гораздо
неблагоприятном положении и в силу примечания 2 к ст. 264 УК РФ, и при
наличии достаточных оснований возможно будет привлечен к уголовной
ответственности. Иными словами, соглашаясь с А. Коробеевым и А.
Чучаевым
1
, можно сделать вывод, что указанное примечание «стимулирует»
виновных в ДТП с человеческими жертвами лиц, которые к тому же
находились в состоянии алкогольного опьянения, оставить место происшествия
и скрыться с намерением избежать медицинского освидетельствования.
Понятно, что по истечении времени доказать факт их нетрезвого
состояния будет весьма проблематично, а соответственно – затруднительно
признать это обстоятельство отягчающим и квалифицировать деяние по более
тяжкой уголовно-правовой норме.
Суть примечания № 2 к ст. 264 УК РФ заключается в том, что в тексте
закона содержится закрепление преимущественного применительно к
уголовной ответственности положения лица, управлявшего транспортным
средством и скрывшегося с места ДТП, и в этой связи не прошедшего
освидетельствование на состояние опьянения, перед лицом, которое осталось
1
Коробеев А., Чучаев А. Транспортные преступления: новые шаги законодателя и
Конституционного Суда РФ//Уголовное право. – 2018. № 4. - С. 78.
75
на месте происшествия, но отказалось от прохождения такого
освидетельствования.
А. Коробеев и А. Чучаев
1
, например, выступают за простой и легко
осуществимый, по их мнению, способ, согласно которому примечание 2
полностью исключается из ст. 264 УК РФ. Определение же состояния
опьянения остается в ст. 63 УК РФ, а правоприменители в соответствии с ней и
другими законами и подзаконными актами в каждом конкретном случае будут
устанавливать наличие или отсутствие у водителя ТС состояния опьянения. Мы
не можем согласиться с этими авторами по той причине, что считаем
предложенный выход из сложившейся ситуации необоснованным.
Полностью исключать п. 2 из примечаний к ст. 264 УК РФ, на наш взгляд,
будет неправильно, поскольку состояние опьянения в рассматриваемой норме
является квалифицирующим и особо квалифицирующим признаком, и
развернутое определение этого признака в примечании объективно необходимо
и переносить его в общую норму (ст. 63 УК РФ), предусматривающую общие
начала назначения наказания, нецелесообразно. Что касается роли ст. 125 УК
РФ, которая, якобы, замещает декриминализованную ст. 265 УК РФ, это вопрос
спорный, поскольку, представляется, что ст. 265 УК РФ прямо предусматривает
ответственность за оставление места дорожно-транспортного происшествия и
вытекает из ст. 264 УК РФ, и, можно сказать, что по отношению к последней
она является специальной нормой.
В то же время мы поддерживаем позицию ученых
2
о закреплении
состояния опьянения в качестве квалифицирующего признака в составах всех
транспортных преступлений, включая угон автомобиля и иного транспортного
средства.
В споре мы склонны согласиться с одним из предложенных
Конституционным Судом РФ вариантов модификации ст. 264 УК РФ путем
1
Коробеев А., Чучаев А. Транспортные преступления: новые шаги законодателя и
Конституционного Суда РФ//Уголовное право. – 2018. № 4.- С. 82.
2
Грачева Ю.В., Коробеев А.И., Чучаев А.И. Новый вид транспортного преступления как
модифицированный вариант хорошо забытого старого//М. : МГЮА, 2015. - № 4.
76
закрепления ответственности за оставление места ДТП в самостоятельной
уголовно-правовой норме. Известно, что такая норма (ст. 265 УК РФ) до 2003
года уже существовала в действующем Кодексе, однако была исключена из
закона, несмотря на признание Конституционным Судом РФ этой статьи, не
противоречащей Конституции РФ. Свое мнение мы аргументируем дорожно-
транспортной обстановкой в России и Амурской области, распространенностью
случаев оставления водителями места ДТП.
Более того, непонятно, почему наряду с изменениями (усиление
ответственности за совершение ДТП в состоянии опьянения), внесенными в ст.
264 УК РФ, осталась неизменной ст. 268 УК РФ о нарушении правил,
обеспечивающих безопасную работу транспорта. Вполне возможно, что эти
правила могут быть нарушены лицами, находящимися в состоянии опьянения.
Например, элементарно, пьяный водитель, управляющий мокиком (вид
мопеда), может совершить наезд на пешехода и причинить последнему тяжкий
вред или смерть. Думается, что подобные деяния представляют серьезную
опасность для лиц, задействованных в сфере дорожного движения, а потому
они должны наказываться не менее строго, чем правонарушения,
предусмотренные ст. 264 УК РФ. Поэтому представляется обоснованным и
жизненно необходимым внести изменения относительно состояния
алкогольного опьянения по аналогии со ст. 264 УК РФ и в ст. 268 УК РФ,
предусматривающую нарушение пассажиром, пешеходом или другим
участником движения (кроме лиц, указанных в ст. 263 и 264 УК РФ) правил
безопасности движения или эксплуатации транспортных средств.
В заключение, на наш взгляд, следует уделить некоторое внимание
вопросу, касающемуся такого вида наказания, предусмотренного ст. 264 УК
РФ, как лишение права управления транспортным средством. Дело в том, что в
перечне наказаний, предусмотренном ст.44 УК, подобного вида наказания нет.
В этой норме присутствует только лишение права заниматься определенной
деятельностью. Конечно, в общем смысле, управляя транспортным средством,
человек совершает определенный вид деятельности. Однако в санкциях ст.264
77
УК РФ речь идет не о лишении права заниматься какой-то деятельностью, а о
лишении специального права. Об этом же красноречиво свидетельствует и
содержание пункта 1 примечания к ст. 264 УК РФ. В связи с этим и
необходимостью приведения в соответствие между собой положений Общей и
Особенной частей УК РФ, по нашему мнению, имеет смысл дополнить ст. 44
УК РФ новым видом наказания, а именно: лишением специального права.
Кроме этого, непонятно, почему в санкции анализируемой нами нормы
отсутствует такой вид наказания, как обязательные работы.
Конечно, наши рассуждения являются доктринальными и не имеют
значения законодательных инициатив, но все же полагаем, что и они внесут
хотя бы незначительную лепту в совершенствование уголовного
законодательства о транспортных преступлениях.
Ситуация с дорожно-транспортными происшествиями беспокоит
законодателей, Президента и Правительство РФ, правоохранительные и
судебные органы, о чем свидетельствуют принятые ими в последние годы
правовые акты. Отрадно отметить, что многие из этих актов направлены на
усиление ответственности за нарушение правил дорожного движения, что
несомненно способствует улучшению обстановки на дорогах страны по
сравнению с показателями прошлых лет.
Однако остаются проблемы, которые свидетельствуют о необходимости
создания эффективной системы уголовно-правовых и криминологических мер
борьбы с транспортной преступностью в целом и с нарушениями правил
дорожного движения и эксплуатации транспортных средств в особенности.
Ну и напоследок хочется сказать о культуре вождения в России. Пока мы
не осознаем всю полноту ответственности, садясь за руль автомобиля, пока мы
не научимся взаимному уважению на дорогах между другими участниками
дорожного движения, так и будут ежегодно становиться инвалидами и гибнуть
на дорогах ни в чем неповинные люди.
Уголовное дело № 1-524/2018, приговор от 03.05.2018 // Архив Благовещенского
1
городского суда
78
Правоприменительная и судебная практика в сфере автотранспортных
преступлений
Анализ судебной практики рассмотрения уголовных дел по ст. 264 УК
РФ показывает, что одним из самых сложных вопросов при квалификации
содеянного по соответствующей части ст. 264 вопрос об установлении
причинно-следственной связи между собственно нарушением Правил
дорожного движения и наступившими общественно опасными последствиями.
Благовещенский городской суд Амурской области
1
рассмотрел
уголовное дело в отношении Я., судимого, обвиняемого в совершении
преступления, предусмотренного ч.1 ст. 264 УК РФ (управляя автомобилем,
нарушил правила дорожного движения, что повлекло по неосторожности
причинение тяжкого вреда здоровью человека).
В августе 2017 года в г. Благовещенске Амурской области водитель Я.,
управляя автомобилем марки «Toyota», при совершении поворота по своей
небрежности не уступил дорогу пешеходу Н., переходившей проезжую часть в
зоне перекрестка, в результате чего, допустил наезд на нее.
В результате данного дорожно-транспортного происшествия пешеходу Н.
причинены телесные повреждения, ряд из которых нанес тяжкий вред здоровью
как вызывающий значительную стойкую утрату общей трудоспособности не
менее чем на одну треть (стойкая утрата общей трудоспособности свыше 30
процентов).
Таким образом, нарушение требований п. 1.5, и. 2.1.1., и. 13.1 Правил
дорожного движения Российской Федерации допущенных водителем Я.,
находятся в прямой причинной связи с наступившими последствиями в виде
причинения тяжкого вреда здоровью пешеходу Н.
Руководствуясь ст. ст. 307, 308, 309, 316 УПК РФ, суд приговорил
Уголовное дело № 1-876/2018, приговор от 19.10.2018 // Архив Благовещенского
1
городского суда
79
признать Я. виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.
264 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначить ему наказание в
виде лишения свободы на срок 9 (девять) месяцев, с лишением права
заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными
средствами на срок 2 (два) года.
В силу ст. 73 УК РФ назначенное основное наказание в виде лишения
свободы считать условным с испытательным сроком 2 (два) года.
Таким образом, причинная связь с наступившими последствиями в виде
причинения тяжкого вреда здоровью может иметь следующий характер:
если телесные повреждения являются тяжкими и при обычном течении
могут закончиться смертью, однако при конкретных обстоятельствах в
первоначальную цепочку причинной связи вклинивается другая причина,
которая непосредственно приводит к смерти;
если причиненные телесные повреждения таковы, что при обычном
течении не влекут смерти.
Примером отсутствия причинно-следственной связи с наступившими
последствиями в виде причинения вреда здоровью является уголовное дело
1
в
отношении И., осужденного по части 2 статьи 264 УК РФ, по которому было
признано, что смерть потерпевшего не состояла в причинно-следственной связи
с дорожно-транспортным происшествием, в котором он до этого пострадал по
вине И.
Последний был признан виновным в том, что, являясь лицом,
управляющим автомобилем в состоянии опьянения, совершил нарушение
правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение
тяжкого вреда здоровью человека. Как установил суд, И., управляя
автомобилем, в нарушение п.п. 1.3, 1.5, 2.7, 2.1.2, 9.1, 9.4, 9.10 и 10.1 Правил
дорожного движения РФ, выехал на встречную полосу движения и допустил
Уголовное дело № 1-317/2018, приговор от 04.07.2018 // Архив Благовещенского
1
городского суда
80
столкновение с автомобилем под управлением Н., который двигался во
встречном направлении.
В результате произошедшего дорожно-транспортного происшествия
пассажиру автомобиля под управлением Н. были причинены телесные
повреждения, повлекшие тяжкий вред здоровью; а водителю Н. - телесные
повреждения в виде закрытого перелома шейки левого бедра со смещением и
сотрясения головного мозга, нанесшие тяжкий вред здоровью, как повлекшие
значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну
треть.
Как видно из приговора, смерть Н. наступила спустя полтора месяца
после ДТП от длительно протекавшего заболевания сердечно-сосудистой
системы - ишемической болезни сердца, при этом органами следствия и судом
сделан вывод об отсутствии прямой причинной связи между дорожно-
транспортным происшествием и смертью одного из потерпевших.
Неустановление причинно-следственной связи повлекло также отмену
судебного решения по уголовному делу
1
в отношении Г. Органом
предварительного следствия последний обвинялся в совершении преступления,
предусмотренного ч.1 ст. 264 УК РФ, а именно в том, что управляя
автомобилем, в нарушение пунктов 1.3, 1.5, 9.10, 10.1 Правил дорожного
движения совершил наезд на пешехода В., причинив телесные повреждения,
повлекшие тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты
общей трудоспособности не менее чем на одну треть.
Отменяя постановление суда первой инстанции и направляя дело на
новое судебное рассмотрение, суд апелляционной инстанции указал
следующее. Как видно из представленных материалов, пострадавший в ДТП
пешеход В. умер спустя 9 месяцев после ДТП, от тромбоэмболии легочной
артерии.
81
В связи со смертью потерпевшего В., была назначена судебно-
медицинская экспертиза на предмет наличия либо отсутствия причинно -
следственной связи между полученными потерпевшей травмами в результате
ДТП и его смертью.
Согласно заключению указанной экспертизы, комиссия экспертов не
смогла ответить на поставленный вопрос по причине недостаточности
объективных сведений в медицинских документах. В связи с этим,
государственным обвинителем было заявлено ходатайство о допросе экспертов
с целью выяснения, какие именно документы необходимо предоставить для
ответов на поставленные перед экспертами вопросы.
Однако, вопреки требованиям ст.ст. 7, 15, 271 УПК РФ, суд без
приведения мотивов принятого решения, отказал в удовлетворении
ходатайства, которое имело существенное значение для решения вопроса о
квалификации действий подсудимого. После этого уголовное дело в отношении
Г., на стадии подготовительной части судебного заседания, было прекращено
вследствие издания акта об амнистии.
Такое решение, как признал суд апелляционной инстанции, нарушило
процессуальные права стороны потерпевших, а также противоречит правовым
положениям Конституционного Суда Российской Федерации, из которых
следует, что принятие решения о прекращении уголовного дела на стадии
предварительной части судебного заседания без исследования доказательств, не
допускается.
Признав, что судом первой инстанции были нарушены фундаментальные
принципы и основы уголовного судопроизводства, устанавливающие
требования законности постановленных судебных решений, суд апелляционной
инстанции отменил постановление и направил уголовное дело на новое
судебное рассмотрение со стадии подготовки к судебному разбирательству.
Таким образом, без ответа на вопрос о наличии либо отсутствии
причинно-следственной связи между нарушением правил дорожного движения
обвиняемым и наступившими уже позже последствиями в виде смерти
82
участника дорожного движения, принятие какого-либо решения по существу
дела, исключается.
В таких случаях суд должен исследовать и установить наличие такой
причинной связи и, установив новые общественно опасные последствия в
результате действий подсудимого, являющиеся основанием для предъявления
подсудимому обвинения в совершении более тяжкого преступления, в
соответствии с п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, - вернуть дело прокурору.
В судебной практике рассмотрения дел о преступлениях,
предусмотренных ст. 264 УК РФ, также выделяются следующие проблемы,
связанные с установлением причинно-следственной связи:
когда подсудимому вменяется нарушение нескольких пунктов Правил
дорожного движения;
когда в дорожно-транспортном происшествии участвовали два и более
лица, управляющие транспортными средствами.
Согласно разъяснением Пленума Верховного Суда Российской
Федерации, суд в своем решении обязан указать, какие именно Правила
нарушены виновным водителем, в чем конкретно выразилось это нарушение, а
также установить причинную связь между нарушением правил и
наступившими в результате последствиями.
При этом причинная связь должна быть прямой и непосредственной. В
целом, как показало изучение судебной практики, суды правильно применяют
эти правила уголовной ответственности.
Так, Благовещенский городской суд Амурской области рассмотрел
материалы уголовного дела
1
в отношении М., судимого, обвиняемого в
совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.264 УК РФ (управляя
автомобилем, нарушил правила дорожного движения, что повлекло за собой по
неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека).
1
Уголовное дело № 1-433/2018, приговор от 28.03.2018 // Архив Благовещенского
городского суда
83
В августе 2017 года в утреннее время в г. Благовещенске Амурской
области М., управляя автомобилем марки «Mazda», осуществлял движение по
улицам города. При приближении к регулируемому светофором перекрестку
М., осуществляя движение со скоростью около 60 км/ч, по своей небрежности,
проигнорировал запрещающий (красный) сигнал светофора, не предпринял мер
к остановке управляемого им автомобиля, выехал на указанный перекресток, в
результате чего, допустил столкновение с пассажирским автобусом марки
«Daewoo», под управлением В., который двигался по проезжей части.
Таким образом, в результате данного дорожно - транспортного
происшествия, пассажир автомобиля марки «Mazda» И. получила телесные
повреждения, ряд из которых оценивается в комплексе - как причинившие
тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, другие причинили
средней тяжести вред здоровью, как повлекшие длительное расстройство
здоровья продолжительностью свыше трех недель (более 21 дня).
Нарушение требований п.1.5, п.6.2, п. 6.13 Правил дорожного движения
Российской Федерации, допущенных водителем М., находится в прямой
причинной связи с наступившими последствиями в виде причинения тяжкого
вреда здоровью пассажира И.
Руководствуясь ст. 307-309, 316 УПК РФ, суд приговорил признать М.
виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.264
Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначить ему наказание в виде 1
(одного) года 6 (шести) месяцев ограничения свободы.
Основными недостатками в судебных решениях при вменении
нарушений нескольких пунктов Правил дорожного движения, являются, на наш
взгляд следующие: невыполнение судами требований уголовного закона о
конкретизации описания совершенного виновным действия (бездействия)
исходя из нарушения каждого из вмененных ему пунктов ПДД РФ.
Чаще всего это касается изложения требований общих пунктов Правил
дорожного движения - пунктов 1.3 и 1.5 ПДД. Так, изучение судебных решений
показало, что судами в приговоре буквально воспроизводилось содержание