22
В отличие от первоначального варианта проекта закона, который
назывался «О судебной экспертизе», законодателем было изменено само
название. Проект закона «О судебной экспертизе» подразумевал
осуществление деятельности как государственными, так и не
государственными экспертами. Также из текста законопроекта исключили
часть положений, закрепляющих обычаи, сложившиеся в экспертной
практике.
Федеральный Закон «О государственной-экспертной деятельности в
Российской Федерации» сформулировал задачи и принципы государственной
судебно-экспертной деятельности, указал правовые основания её проведения,
объекты экспертного исследования, профессиональные и квалификационные
требования, предъявляемые к эксперту, а также определил права и
обязанности руководителя и эксперта государственного судебно-экспертного
учреждения.
В след за данным документом, на смену УПК РСФСР, принятого 27
октября 1960 г., пришел новый Уголовно-процессуальный Кодекс Российской
Федерации, принятый 18 декабря 2001 г., который действует и по сей день.
Уголовно-процессуальный Кодекс Российской Федерации
ликвидировал запрет на совмещение в одном лице функций эксперта и
специалиста, который просуществовал в уголовном судопроизводстве более
40 лет. Также Кодексом был расширен круг субъектом, которым в
соответствии с уголовно-процессуальным законодательством
предоставлялось право обращаться за помощью к специалисту. В
соответствии с п. 3 ч. 2 ст. 53 Уголовно-процессуального Кодекса Российской
Федерации такое право было предоставлено защитнику.
Современный этап развития уголовно-процессуального института
специальных знаний начал свой ход в 1990-е г. и продолжается по сей день.
Обобщая вышесказанное, можно сказать, что становление
отечественного уголовно-процессуального института специальных знаний
происходило в течение продолжительного времени. В дореформенной России
23
институт специальных знаний существовал лишь в виде отдельных правовых
предписаний, относящихся преимущественно к деятельности врачей. По мере
развития естественных наук и потребностей уголовного судопроизводства уже
в XVI в. начинает зарождаться экспертная деятельность, которая окончательно
сформируется к XVII в, когда она становится не случайным, а постоянным
явлением.
Появление во второй половине XIX в. экспертного учреждения, как
самостоятельного субъекта судебно-экспертной деятельности, положило
начало качественно нового этапа в истории развития отечественного
уголовно-процессуального института специальных знаний, который получил
свое дальнейшее развитие в советское время.
С начала 1960-х гг. уголовно-процессуальный институт специальных
знаний получил более широкую правовую основу, которая удовлетворяла
требованиям науки и практики довольно продолжительное время. Однако,
экономический рост, быстрые темпы научно-технического прогресса и ряд
других факторов привели к неизбежному возникновению новых механизмов и
способов преступной деятельности в разнообразных сферах деятельности
человека. В свою очередь это привело и к преобразованию уголовно-
процессуального законодательства.
Обладая специальными знаниями, сведущие лица – эксперты и
специалисты, вносят существенный вклад в деятельность органов
расследования и суда по установлению обстоятельств дела, находящихся в их
производстве. Внедрение разработок, технологий и открытий науки и техники
в уголовное судопроизводство станет весомым основанием для расширения
возможностей использования знаний сведущих лиц для целей правосудия.
24
1.2 Понятие и правовая природа специальных знаний
На современном этапе развития уголовного судопроизводства,
успешное расследование и раскрытие абсолютного большинства
совершаемых преступлений, не может обойтись без использования
возможностей института специальных знаний.
Следует отметить, что термин «специальные знания» появился в
отечественном законодательстве не сразу.
Российское дореволюционное законодательство вообще не содержало в
себе такого понятия. Так, например, Уставы гражданского и уголовного
судопроизводства указывали на использование особенных, специальных
сведений, которыми могут обладать только сведущие люди.
Лишь только в первые годы советской власти на законодательном
уровне появляется термин «специальные познания». Впервые указанный
термин был закреплен ст. 13 Декрета ВЦИК от 7 марта 1918 г. «О суде». В
последующем Уголовно-процессуальный Кодекс РСФСР 1922 г., а затем и
последующие редакции Уголовно-процессуального Кодекса РСФСР 1923 и
1960 гг. также употребляли указанный термин, в качестве основания
назначения экспертизы, при этом ограничивая перечень специальных
познаний областями науки, техники, искусства и ремесла.
После внесения изменений в Уголовно-процессуальный Кодекс РСФСР
1960 г. Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 31 августа 1966 г.
«О внесении изменений и дополнений в УПК РСФСР», в уголовно
процессуальном законодательстве появляется такой термин как «специальные
знания», который использовался при указании на обязанность специалиста
участвовать в следственном мероприятии, «используя специальные знания и
навыки для содействия следователю в обнаружении, закреплении и изъятии
доказательств»
1
.
1
Дьяконова О.Г. Теоретические основы судебной экспертологии. Монография. М.:
Проспект, 2017. С. 6.
25
Действующий Уголовно-процессуальный Кодекс Российской
Федерации, принятый 18 декабря 2001 г., также оперирует термином
«специальные знания». В частности, исходя из смысла ст.ст. 57 и 58 УПК РФ,
эксперт и специалист являются лицами, обладающими специальными
знаниями, при этом не раскрывая сущности применяемых ими знаний.
Федеральный Закон от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной
судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» в ряде статей
содержит указания на специальные знания, которые ограничивает познаниями
в области науки, техники, искусства или ремесла.
Таким образом, в уголовно-процессуальном законодательстве можно
выявить некую тенденцию перехода от использования обобщенного названия
специальных знаний – особых сведений, к использованию термина
«специальные познания», и в последующем – к термину «специальные
знания».
Тем не менее, уголовно-процессуальное законодательство не дает
определения понятия «специальные знания». Наука уголовного
судопроизводства также не выделяет единообразного понятия специальных
знаний, поскольку среди авторов существует множество подходов к
пониманию сущности специальных знаний. Каждый из авторов подчеркивает
и придает важность отдельным свойствам этого явления, исходя из своего
личного представления, что в свою очередь не вносит полной ясности в
определение сущности специальных знаний в уголовном судопроизводстве.
В 1967 г. ученый-криминалист А.А. Эйсман в своей работе под
названием «Заключение эксперта. Структура и научное обоснование»,
положив в основу количественный признак, под специальными знаниями
предлагал понимать «знания не общеизвестные, не общедоступные, не
имеющие массового распространения, которыми располагает ограниченный
круг специалистов»
1
.
1
Эйсман А.А. Заключение эксперта. Структура и научное обоснование. М.: Юрид. лит.,
1967. С. 91.
26
Такого же мнения придерживается и Ю.К. Орлов, полагая, что
«специальными являются знания, выходящие за рамки общеобразовательной
подготовки и житейского опыта, которыми обладает более или менее узкий
круг лиц»
1
.
Можно заметить, что авторы указанных определений подчеркивают в
первую очередь особый характер специальных знаний, который заключается
в их не общедоступности и не общеизвестности, а также ограниченном числе
субъектов, которые могут быть носителями этих знаний.
Большинство ученых, занимающихся изучением проблемы
специальных знаний, придерживаются указанной точки зрения, но в тоже
время, отмечают проблематичность разграничения специальных знаний и
знаний обыденных (общеизвестных), поскольку существующая между ними
грань является довольно размытой.
Одним из основных подходов к определению специальных знаний,
выделяемых ученым сообществом, является приобретение указанных знаний
исключительно в рамках специализированного образования.
Лишь немногие авторы указывают, что в ряде случаев для привлечения
сведущего лица к участию в уголовном процессе, достаточно у последнего
опыта практической деятельности.
Говоря о профессиональном образовании, нужно принимать во
внимание его ориентированность на наделение субъекта теми знаниями,
которые в последующем будут ему необходимы для осуществления
профессиональной деятельности. Исходя из этого, можно сказать, что знания,
получаемые в рамках профессионального образования, не являются
общедоступными для широких масс населения, поскольку они ориентированы
на узкий круг субъектов носителей указанных знаний.
В тоже время, по мнению профессора Е.Р. Россинской «соотношение
специальных и общеизвестных знаний по своей природе изменчиво, зависит
1
Орлов Ю.К. Заключение эксперта и его оценка по уголовным делам. М.: Юрист, 1995. С.
6-7.
27
от уровня развития социума и степени интегрированности научных знаний в
повседневную жизнь человека. Отнесение знаний к общеизвестным,
обыденным, общедоступным существенным образом зависит от
образовательного уровня субъекта, его жизненного и профессионального
уровня»
1
. С указанным мнением нельзя не согласиться, поскольку эпоха
глобальной информатизации значительно «размывает» границу
общедоступности тех или иных знаний.
На сегодняшний день практически каждый может получить доступ к
знаниям, получаемым в ходе профессиональной подготовки, посредством
всемирной сети «Internet», обращения в библиотеку или же приобретения
специализированной литературы в книжных магазинах, поскольку доступ к
указанным знаниям намерено не ограничивается.
Поэтому на наш взгляд, нельзя считать знания специальными только из-
за их нахождения в источниках, предназначенных для профессионального
обучения. Специализированная литература может содержать теоретические
положения как общенаучного, так и общеизвестного характера и в каждом
конкретном случае необходимо принимать во внимание индивидуальные
характеристики, интеллектуальный уровень и эрудицию субъекта, желающего
овладеть указанными знаниями.
Отсюда вытекает следующее: специальными знаниями можно овладеть
вне рамок профессионального образования, используя указанные знания,
например, для самообразования или же какого-либо хобби.
На практике, при расследовании уголовных дел, имеются случаи
привлечения лиц, обладающих специальными знаниями, полученными в
процессе практической деятельности в определенной области или сфере
жизнедеятельности, но не имеющих специального профессионального
образования.
1
Россинская Е.Р. Специальные познания и современные проблемы их использования в
судопроизводстве // Журнал российского права. 2001. № 5. С. 33-34.
28
В тоже время, на сегодняшний день существует следующая негативная
тенденция: большинство выпускников высших учебных заведений являются
профессионально не пригодными. Следовательно, это означает, что не
каждый, кто проходит, профессиональное обучение, по итогу этого обучения
получает профессиональные знания. В связи с этим нельзя не согласится с
мнением Т.Д. Телегиной, утверждающей, что «владение исключительно
специальной информацией (хоть и подтвержденное дипломом высшего
учебного заведения) еще недостаточно, чтобы ее носитель смог выполнять
функции сведущего лица в уголовном процессе. Помимо освоения
информации сведущее лицо должно иметь определенный опыт ее
практического применения»
1
.
Без всякого сомнения получение специальных знаний в результате
профессионального обучения (подготовки) или в процессе практической
деятельности является достаточно важной характерной чертой указанных
знаний, отграничивающих их от обыденных знаний.
В научном сообществе существуют разные подходы к вопросу о
соотношении у сведущего лица непосредственно теоретических знаний и
практического опыта их применения, т.е. определенных навыков и умении.
Ряд авторов (В.Я. Колдин, Р.С. Белкин, Т.В. Аверьянова, Т.В. Сахнова,
В.Д. Арсеньев, В.Г. Заблоцкий, А.В. Шмонин, Ю.К. Орлов, И.Н. Сорокотягин,
Д.А. Сорокотягина) схожи во мнении, что навыки и умения применения на
практике тех самых теоретических знаний, полученных в процессе
профессионального обучения, является необходимым сопутствующим
признаком специальных знаний.
Существует и иная точка зрения. Например, Л.Г. Шапиро
придерживается мнения, согласно которому основным признаком
специальных знаний выступает непосредственно теоретические знания, а
практический опыт их применения – факультативным.
1
Телегина Т.Д. К вопросу о современном понимании специальных знаний в уголовном
процессе России // Вестник Московского Университета. 2008. № 2. С. 93.
29
Особенность специальных знаний в уголовно-процессуальном смысле
заключатся в том, что они сложны с познавательной точки зрения и «именно
поэтому их приобретение требует специального обучения»
1
. Их нельзя
получить только в результате практической деятельности.
Следует согласиться с точкой зрения Л.В. Лазаревой, которая считает,
что опыт, приобретенный в результате практической деятельности, является
довольно важным критерием, определяющим сущность специальных знаний.
«Но без соответствующих научных знаний, позволяющих, например,
систематизировать полученные в процессе практической деятельности
наработки в целях дальнейшего совершенствования своего
профессионального уровня, субъект не может быть отнесен к разряду
специалистов, обладающих специальными знаниями, в полном смысле этого
термина»
2
. «Так же, как и знания научных основ, приобретенные в процессе
обучения, без опыта практической деятельности нельзя считать в должном
смысле специальными знаниями. Лишь сочетание теоретической и
практической основ образует специальные знания»
3
.
Поэтому на наш взгляд, отнесение практического опыта применения
специальных знаний к разряду факультативных признаков указанных знаний
является не совсем обоснованным.
В силу сказанного представляется логичным согласиться с мнением А.А.
Закатова и Ю.Н. Оропай, согласно которому практический опыт, умения и
навыки являются структурной частью специальных знаний.
Профессиональный характер специальных знаний также во многом
складывается и из их субъективной стороны.
Согласно положениям ст.ст. 57 и 58 Уголовно-процессуального Кодекса
Российской Федерации эксперт и специалист – это лица, обладающие
1
Зобнин В.С. О понятии «специальные знания» в уголовном процессе // Вопросы
студенческой науки. 2018. № 1. С. 98.
2
Лазарева Л.В. Специальные знания и их применение в доказывании по уголовному делу.
Монография. М.: Юрлитинформ, 2009. С. 29.
3
Там же. С.31.
30
специальными знаниями. При этом, никакой конкретизации по поводу состава
таких знаний Кодекс не дает.
Указание на принадлежность специальных знаний к отдельным
направлениям человеческой деятельности содержится в ст. 2 Федерального
Закона от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной
деятельности в Российской Федерации». В частности, в указанной статье
говориться, что указанные знания должны относиться к «области науки,
техники, искусства или ремесла»
1
.
В юридической литературе отсутствуют споры относительно отнесения
таких сфер знания, как наука и техника к числу специальных, поскольку
специальные знания сами по себе являются довольно динамичной категорией,
отражающей степень развития научно-технического прогресса на
определенном периоде времени.
На протяжении многих лет ведутся дискуссии по поводу отнесения
ремесла к числу специальных знаний.
Противники отнесения ремесла к числу специальных знаний, считают,
что использования подобных знаний является атавизмом экспертных
исследований, поскольку на современном этапе развития уголовно-
процессуального института специальных знаний, экспертиза должна
проводиться, основываясь исключительно на научных данных.
Сторонники противоположной точки зрения (И.Л. Петрухин, И.Н.
Сорокотягин, Д.А. Сорокотягина, Ю.К. Орлов) наоборот считают применение
знания в области ремесла как специальных вполне возможным и
необходимым.
Так, по данному вопросу Ю.К. Орлов, в частности, указывал, что
«эксперт, исследуя какие-то ремесленные изделия, применяет научные
методы. Но он должен знать и само ремесло. Например, эксперты-баллисты,
1
О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации.
Федеральный Закон от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ // Российская газета. 2001. 5 июня. № 106. В
редакции Федерального Закона от 26 июля 2019 г. № 224-ФЗ // Российская газета. 2019. 31
июля. № 166.
31
исследующие охотничьи патроны кустарного изготовления, естественно,
используют самые современные методы исследования. Но при этом они
достаточно сведущи в технологии их изготовления, то есть в ремесле. Кроме
того, встречаются, хоть и редко, экспертизы в области ремесла, так сказать, «в
чистом виде». Так, известен случай, когда экспертизу проводил простой
печник, реконструировавший печь, в которую было заложено взрывное
устройство»
1
.
По мнению Л.В. Лазаревой, такое деление специальных знаний на
области в науке, технике, искусстве, ремесле позволяет определить основные
источники получения информации.
Как говорилось ранее, специальные знания приобретаются в рамках
профессиональной подготовки в рамках конкретной специальности. Если
исходить из самого названия – «профессиональные», то можно прийти к
логичному выводу, что все профессиональные знания являются
специальными. В связи с этим, можно выделить профессиональные знания
следователя, дознавателя, судьи, а не только сведущего лица.
В.Н. Махов писал, что специальные знания – это «знания, присущие
различным видам профессиональной деятельности, за исключением знаний,
являющихся профессиональными для следователя и судьи, используемые при
расследовании преступлений и рассмотрения уголовных дел в суде в целях
содействия установлению истины по делу в случаях и порядке, определенных
уголовно-процессуальным законодательством»
2
.
С данной точкой зрения в корне не согласен Ю.К. Орлов. В обоснование
своей точки зрения, автор указывает, что следователи и судьи, так же, как и
сведущие лица, привлекаемые к участию в уголовном судопроизводстве,
являются носителями специальных, в том числе и криминалистических,
знаний, которые они получают в ходе своей профессиональной подготовки.
1
Орлов Ю.К. Современные проблемы доказывания и использования специальных знаний в
уголовном судопроизводстве. Научно-учебное пособие. М.: Проспект, 2015. С. 49.
2
Махов В.Н. Использование знаний сведущих лиц при расследовании преступлений.
Монография. М.: Изд-во РУДН, 2000. С. 46.