32
При этом соответствующие познания, полученные следователем,
дознавателем или судьей, не будут кардинально отличаться от аналогичных
знаний, полученных сведущими лицами. Так, по мнению Ю.К. Орлова, при
производстве следственных действий, следователем могут использоваться
специальные знания, при тех же условиях, что и сведущим лицом, но в
результате такого исследования будет получен не вывод, а наглядно
воспринимаемый факт, понятный и доступный и для тех, участников
следственного действия, которые не обладают специальными познаниями,
например, для понятых.
Использование следователем специальных знаний вне рамок
следственного действия носит ориентирующее, вспомогательное значение.
Следователь может самостоятельно провести предварительное исследование,
при условии не причинения вреда объекту. Но такое исследование не будет
иметь никакого доказательственного значения, поскольку оно только
способствует качественному созданию доказательства, но не порождает его.
Доказательственное значение будут иметь только выводы, сделанные
сведущими лицами.
Таким образом, критерием разграничения компетентности следователя
и сведущего лица, по мнению автора, заключается в процессуальной форме
использования специальных знаний, а не в их характере. Поскольку
содержание специальных знаний следователя и сведущего лица могут в чем-
то совпадать, одни и те же специальные знания могут быть использованы как
следователем (дознавателем), так и сведущими лицами. Поэтому, по мнению
Ю.К. Орлова, «исключать из понятия специальных знаний профессиональные
знания следователя и судьи, как это предлагает В.Н. Махов, представляется
неправильным»
1
.
С данной позицией можно согласиться. Действительно,
непосредственное использование специальных знаний следователем,
1
Орлов Ю.К. Современные проблемы доказывания и использования специальных знаний в
уголовном судопроизводстве. Научно-учебное пособие. М.: Проспект, 2015. С. 49.
33
дознавателем является одной из форм использования специальных знаний. В
частности, ст. 166 Уголовно-процессуального Кодекса Российской
Федерации, предусматривает возможность следователя (дознавателя)
использовать собственные знания стенографирования, фотографирования,
киносъемки, аудио- и видеозаписи при производстве следственного действия.
Также уголовно-процессуальный закон предусматривает право следователя
привлекать к участию в следственном действии сведущее лицо – специалиста
(ч. 1 ст. 168 УПК РФ). Предоставление такого права означает, что в случаях,
не требующих обязательного участия специалиста при производстве
следственного действия, следователь сам принимает решение о
целесообразности привлечения специалиста, исходя из имеющегося у него
объема специальных знаний.
Не существует объективно нормативного критерия для определения
объема профессиональных знаний следователя. В виду этого следует
согласиться с мнением Т.Д. Телегиной, о том, что объем указанных знаний
ограничивается определенными сферами знаний, необходимыми ему для
качественного осуществления своей профессиональной деятельности. В
первую очередь это знания, полученные в рамках образовательного стандарта
по специальности «Юриспруденция», в том числе и по специальным
дисциплинам: криминалистика, судебная медицина, судебная психиатрия,
судебная бухгалтерия, оперативно-розыскная деятельность, углубленные
знания по отдельным частным методикам расследования преступлений.
Полученный опыт расследования преступлений и повышение квалификации
значительно углубляют и расширяют объем указанных знаний. Поэтому
можно сказать, что часть знаний из специальных областей являются
профессиональными знаниями следователя. Однако, являясь адресатом
доказывания, следователь не в праве использовать собственные специальные
знания в процессуальной форме, то есть когда результат их применения будет
иметь доказательственное значение. Он вправе использовать указанные
34
знания в ходе профессиональной деятельности в иных формах, не
затрагивающих удостоверительную сторону расследования.
Невозможность применения следователем собственных специальных
знаний в ходе расследования преступления объясняется общей концепцией
построения отечественного уголовного процесса, согласно которой субъект
доказывания не может быть источником доказательств. В этом смысле
следователь не может является субъектом применения указанных знаний в
уголовно-процессуальном плане.
В процессуальном законодательстве, в том числе и уголовно-
процессуальном, к субъектам применения специальных знаний относятся
сведущие лица, то есть эксперты и специалисты.
Профессор Е.Р. Россинская указывает, что субъектов применения
специальных знаний необходимо разграничивать с субъектами использования
специальных знаний, в число которых входит и следователь. Для этого она
предлагает обратиться к значению таких слов, как «применить» и
«использовать». В толковом словаре русского языка С.И. Ожегова
«применить» определяется как осуществление чего-либо на деле, а
«использовать» - как воспользоваться кем или чем.
Специальными знаниями, пишет Е.Р. Россинская, возможно
воспользоваться «либо непосредственно, либо опосредованно»
1
. То есть,
специалист и эксперт применяют свои специальные знания для разрешения
вопросов, требующих таких познаний, непосредственно. А субъекты
доказывания используют специальные знания опосредованно через
заключения эксперта и специалиста, таким образом используют результаты
деятельности сведущих лиц.
Большинство ученых к числу отличительных признаков специальных
знаний относят сферу их приложения и цели использования.
1
Экспертиза в судопроизводстве: учебник для бакалавров / под ред. Е.Р. Россинской. М.:
Проспект, 2016. С. 10.
35
Под специальными знаниями в уголовном судопроизводстве, Л.В.
Лазарева предлагает понимать «знания, используемые сторонами (обвинения
и защиты), а также судом в целях установления обстоятельств, подлежащих
доказыванию по конкретному уголовному делу»
1
.
По смыслу ч.1 ст. 58 Уголовно-процессуального Кодекса Российской
Федерации специалист привлекается к участию в уголовном
судопроизводстве с целью «содействия в обнаружении, закреплении и изъятии
предметов и документов, применении технических средств в исследовании
материалов уголовного дела, для постановки вопросов эксперту, а также для
разъяснения сторонам и суду вопросов, входящих в его профессиональную
компетенцию»
2
.
Без всякого сомнения привлечение к участию в следственных действиях
специалиста, гарантирует получение надлежащих доказательств. Обладая
специальными знаниями, специалист способен расширить их круг, а также
обнаружить те доказательства, которые могли быть не выявленными
следователем, в силу того, что он не осведомлён в специальных вопросах.
Что же касается привлечения эксперта к участию в уголовном
судопроизводстве, то в ч. 1 ст. 57 Уголовно-процессуального Кодекса
Российской Федерации содержится указание на назначение эксперта для
производства судебной экспертизы и дачи заключения. По смыслу ст. 2
Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в
Российской Федерации» назначение экспертизы, а следовательно, и
привлечения эксперта к участию в уголовном судопроизводстве заключается
в оказании «содействия судам, судьям, органам дознания, лицам,
1
Лазарева Л.В. Концептуальные основы использования специальных знаний в российском
уголовном судопроизводстве: дис…д-ра юрид. наук. Владимир, 2011. С. 22.
2
Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации. Федеральный Закон № 174-ФЗ.
Принят Государственной Думой 22 ноября 2001 года. Одобрен Советом Федерации 5
декабря 2001 года. Подписан Президентом РФ 18 декабря 2001 года // Российская газета.
2001. 22 декабря. № 249. В редакции Федерального Закона от 27 декабря 2019 г. № 500-ФЗ
// Российская газета. 2019. 30 декабря. № 295.
36
производящим дознание, следователям в установлении обстоятельств,
подлежащих доказыванию по конкретному делу»
1
.
Говоря о назначении производства экспертизы, необходимо отметить
положения Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации
от 21 декабря 2010 г. № 28 г. Москва «О судебной экспертизе по уголовным
делам», который особо подчеркивает «необходимость наиболее полного
использования достижений науки и техники в целях всестороннего и
объективного исследования обстоятельств, подлежащих доказыванию по
уголовному делу, путем производства судебной экспертизы во всех случаях,
когда для разрешения возникших в ходе судебного разбирательства вопросов
требуется проведение исследования с использованием специальных знаний в
науке, технике, искусстве или ремесле»
2
.
Проанализировав положения указанного постановления, можно
выделить два момента: во-первых, это указание на всестороннее и
объективное исследование обстоятельств, подлежащих доказыванию по
уголовному делу; во-вторых, это указание на источники специальных знаний
– наука, техника, искусство, ремесло.
Когда говорят о всесторонности и объективности исследовании
обстоятельств, в первую очередь подразумевают компетентность или
некомпетентность эксперта, производящего экспертизу. Профессиональный
характер предполагает определенный уровень знаний эксперта, при котором,
во-первых, он будет считаться компетентным, а во-вторых, дающий делать
достоверные выводы по проведенному исследованию.
На протяжении многих лет в ученом сообществе идут дискуссии по
поводу ограничения специальных знаний только сферами знаний в науке,
1
О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации.
Федеральный Закон от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ // Российская газета. 2001. 5 июня. № 106. В
редакции Федерального Закона от 26 июля 2019 г. № 224-ФЗ // Российская газета. 2019. 31
июля. № 166.
2
О судебной экспертизе по уголовным делам. Постановление Пленума Верховного Суда
Российской Федерации от 21 декабря 2010 г. № 28 // Российская газета. 2010. 30 декабря.
№ 296.
37
технике, искусстве и ремесле. В частности, многими учеными неоднозначно
решается вопрос, а могут ли под специальными знаниями пониматься знания
в области права.
Среди юристов существовало единодушное мнение, согласно которому
юридические знания не относились к разряду специальных. Придерживался
так называемый принцип «jura novit curia» (суду известное право). Достаточно
долго юристы придерживались позиции о нецелесообразности назначения
«правовых» экспертиз, то есть экспертиз по правовым вопросам, поскольку
ими в достаточной мере владеют сами судьи и следователи.
Но на сегодняшний день, такая позиция многими юристами считается
устаревшей, поскольку процессы развития науки в целом, не могут
игнорироваться юридической наукой. Также необходимо отметить и
динамичное развитие отечественного законодательства, появление большого
количества диспозиций с бланкетными нормами, в следствии чего ни одному
юристу невозможно запомнить всё, на что имеются ссылки.
В этой связи вполне уместно привести обоснованную аргументацию Е.Р.
Россинской, которая справедливо замечает, что «в последнее десятилетие
наблюдается ситуация, когда правоприменительная практика показывает, что
для принятия решения требуется не только найти необходимый нормативный
акт, но и сопоставить его с другими, также регламентирующими
определенную сферу деятельности. Субъекты правоприменения оказываются
не в состоянии ориентироваться во всех аспектах постоянно изменяющегося
отраслевого законодательства»
1
.
Такие авторы, как Е.Р. Россинская, Ю.К. Орлов, А.А. Эксорхопуло, Е.А.
Зайцева и др., считают возможным назначение «правовых» экспертиз. При
этом делается оговорка о возможности привлечения лица, сведущего в
отдельных отраслях права, который дает консультацию в рамках любых
бланкетных уголовно-правовых норм. Целью такой консультации является
1
Экспертиза в судопроизводстве: учебник для бакалавров / под ред. Е.Р. Россинской. М.:
Проспект, 2016. С. 6.
38
решение вопроса о соответствии или не соответствии деяния, обвиняемого тем
нормативно-правовым актам, к которым указана отсылка в Уголовном
Кодексе Российской Федерации. Сведущее лицо не вправе делать в своем
заключении выводы о нарушении каких-либо нормативных актов, поскольку
это предполагает наличие или отсутствие вины в действиях обвиняемого.
Правовая квалификация содеянного является исключительной прерогативой
следователя и суда.
В этом смысле следует согласиться с мнением М.А. Позднякова о том,
что в данной ситуации в состав специальных юридических знаний не будут
входить знания, связанные именно с «профессиональными знаниями органов
предварительного расследования и суда, необходимые для квалификации
обстоятельств уголовного дела и решения вопросов процессуального
характера»
1
, а все иные юридические знания будут являться специальными.
Сторонники противоположного подхода, например, такие авторы как
П.С. Яни, Ю.Г. Корухов, не считают целесообразным включения в состав
специальных знаний юридических знаний и по-прежнему считают такую
практику «порочной», опасаясь, что «легализация «правовых» экспертиз в
процессе, вполне вероятно, приведет к тому, что судьи будут охотно возлагать
функции по установлению юридических обстоятельств дела на лиц, которые
не являются даже субъектами доказывания и уж тем более не наделены правом
выносить свои суждения по делу»
2
.
При этом большинством юристов не исключается проведение
«правовых» экспертиз в практике Конституционного Суда Российской
Федерации. Ст. 63 Федерального Конституционного Закона «О
Конституционном Суде Российской Федерации» предусматривается, что «в
заседание Конституционного Суда Российской Федерации может быть
вызвано в качестве эксперта лицо, обладающее специальными познаниями по
1
Поздняков М.А. Понятие и признаки специальных знаний в уголовном судопроизводстве
// Актуальные проблемы российского права. 2015. № 9. С. 159.
2
Малютин М.А. Специальные знания как признак экспертизы // Вестник ОГУ. 2012. № 3.
С. 98.
39
вопросам, касающимся рассматриваемого дела»
1
. Современная
правоприминительная практика показывает, что во многих случаях в качестве
экспертов вызываются высококвалифицированные юристы – доктора и
кандидаты юридических наук, перед которыми ставятся вопросы
исключительно правового характера, относящиеся к трактовке и
использованию отдельных норм материального и процессуального права.
Из всего выше сказанного считается правильным принять позицию о
возможности проведения «правовых» экспертиз при условии, отсутствия со
стороны сведущего лица решения вопросов, касающихся правовой
квалификации устанавливаемых им, в рамках проводимой экспертизы,
фактов.
На наш взгляд, знания в области права вполне возможно назвать
специальными, поскольку они являются специальными по отношению к
другим профессиям.
Следует отметить, что отсутствие единой устоявшейся дефиниции
такого понятия как «специальные знания» как в юридической литературе, так
и в уголовно-процессуальном законодательстве является проблемным
моментом не только для российского института специальных знаний.
Аналогичная ситуация существует и в других странах СНГ. Но необходимо
подчеркнуть и тот факт, что новый Уголовно-процессуальный Кодекс
Республики Казахстан, вступивший в силу с 1 января 2015 г. закрепил в себе
ряд новелл, в том числе и касающихся института специальных знаний. Так, ст.
7 Уголовно-процессуального Кодекса Республики Казахстан определила на
законодательном уровне специальные знания как «не общеизвестные в
уголовном процессе знания, приобретенные лицом в ходе профессионального
обучения либо практической деятельности, используемые для решения задач
1
О Конституционном Суде Российской Федерации. Федеральный Конституционный Закон
от 21 июля 1994 г. № 1-ФКЗ // Российская газета. 1994. 23 июля. № 138-139. В редакции
Федерального Конституционного Закона от 29 июля 2018 г. № 1ФКЗ // Российская газета.
2018. 31 июля. № 165.
40
уголовного судопроизводства»
1
, тем самым определив нормативно
закрепленную дефиницию специальных знаний.
Резюмируя все выше сказанное, представляется возможным выделить
основные признаки специальных знаний:
1) Знания являются специальными в силу их не общедоступности и не
общеизвестности;
2) Специальные знания приобретаются как в рамках профессионального
образования, так и в рамках практической деятельности;
3) Специальные знания превышают профессиональный объем знаний
адресата доказывания, то есть они имеют специальный характер по
отношению к знаниям следователя, дознавателя, прокурора и судьи;
4) Специальные знания имеют своей целью направленность на
достижение раскрытия, расследования и рассмотрения уголовного дела;
5) Состав специальных знаний определяется конкретными областями
знания: наука, техника, искусство, ремесло.
Таким образом, специальными знаниями в уголовно-процессуальном
смысле следует признать совокупность теоретических знаний и практических
навыков в определенной области науки, техники, искусства, ремесла, не
составляющих профессиональные знания адресата доказывания,
приобретаемых сведущим лицом в рамках профессионального образования и
практического опыта, используемые сторонами уголовного судопроизводства
и судом для разрешения вопросов, возникающих в процессе уголовного
судопроизводства в целях раскрытия, расследования и рассмотрения
уголовного дела в порядке, предусмотренном уголовно-процессуальным
законодательством.
1
Уголовно-процессуальный Кодекс Республики Казахстан. Закон Республики Казахстан №
321-V ЗРК. Принят Парламентом Республики Казахстан 4 июля 2014 года. Подписан
Президентом РК 4 июля 2014 года // Казахстанская правда. 2014. 10 июля. № 133. В
редакции Закона Республики Казахстан от 27 декабря 2019 г. № 292-VI // Казахстанская
правда. 2019. 31 декабря. № 250.
41
Институт специальных знаний является важным процессуальным
институтом для уголовного судопроизводства, поскольку им устанавливаются
основания участия сведущих лиц в расследовании преступлений и условия
применения знаний из неправовых сфер в уголовном судопроизводстве.
Зародившись в древние времена, указанный институт и по сей день динамично
развивается. Высокий уровень технических и естественнонаучных знаний
приводит к возникновению новейших способов и методов исследования
объектов и явлений, что существенно расширяет возможности применения
специальных знаний при установлении истины по уголовному делу.
Пройдя долгий и трудный путь, уголовно-процессуальный институт
специальных знаний, претерпевал многочисленные видоизменения, что
связано и с ростом научно-технического прогресса, и с постоянно
изменяющимся законодательством. В определенной мере это и привело к
тому, что в юридической литературе и в процессуальном законодательстве так
и не появилось единой устоявшейся дефиниции специальных знаний.
О необходимости определения в Уголовно-процессуальном Кодексе
Российской Федерации специальных знаний высказываются многие
современные процессуалисты.
Полагаем, что российскому законодателю следует последовать примеру
казахстанских коллег и закрепить нормативную дефиницию специальных
знаний в Уголовно-процессуальном Кодексе Российской Федерации.
Наличие нормативно закрепленной дефиниции, дающей понятие
специальных знаний, является весьма положительным моментом, поскольку
однозначное понимание указанного понятия позволяет отграничить знания
сведущих лиц, необходимые им для участия уголовном процессе, от иных
общеизвестных знаний. Правильное понимание законодательных норм, в
частности и специальных знаний, существенно расширит возможности
применения сторонами уголовного судопроизводства специальных знаний в
различных формах в рамках уголовно-процессуальной деятельности.