
61
студенческой аудитории прочитать вслух случайное объявление о
трудоустройстве, сорванное по пути с автобусной остановки со следующим
примерным содержанием «Работа в известной международной компании,
гибкая занятость, доход от ____ до _____, …», то у подавляющего
большинства участников аудитории выстраивается образ работодателя в
сфере сетевого маркетинга, набор ожиданий от такого предложения о работе
уже готов, задолго до собеседования с работодателем, не говоря уже об акте
конечного трудоустройства. Причем, любое повышение информированности
о будущем работодателе и компании, полученное как от него самого
(собеседование, официальный сайт), так и из других источников (знакомые с
опытом работы, отзывы в интернете и т. д.), будет менять содержание
психологического контракта.
Е. И. Селиванова справедливо отмечает склонность соискателя
«достройке» образа трудовых отношений до определенного целого из-за
дефицита информации на момент принятия решения о трудоустройстве
.
В дальнейшем, после устройства на работу, если трансформация
психологического контракта происходит конструктивно (через успехи на
работе, повышение заработной платы, карьерное продвижение, укрепление
связей и контактов с коллегами, получаемый профессиональный опыт,
повышение содержательности труда и многое другое), то добровольному
уходу работника из организации будет мало что угрожать. Напротив,
деструктивная трансформация психологического контракта закладывает
основу для конфликтного поведения и накопления мотивов потенциального
увольнения.
Социально-экономические условия, в которых действуют работник и
организация также оказывают заметное влияние на формирование
психологического контракта. К примеру, средний уровень оплаты труда по
профессии, принятый на конкретном региональном рынке труда, сделает
Селиванова Л. И. Психологический контракт как основа формирования HR-бренда организации / Л. И.
Селиванова // Вестник Костромского государственного университета. Серия: Педагогика. Психология.
Социокинетика. — 2016. — Т. 22, № 1. — С. 94–97.